ичибан Ичибан не планировал сюда возвращаться, и уж тем более помыслить не мог, что в следующий раз он будет стоять по другую сторону решетки.

Здесь, как и раньше, стоит тошнотворный запах отчаяния, безысходности и животной ярости, которую носит в себе каждый, кто попал сюда. От почти подвальной сырости со стен слезают криво наклеенные обои и пол противно скрипит от каждого шага. читать далее

эпизод недели

рокэ + катарина

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » the dying planet [dc]


the dying planet [dc]

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

clark kent1 & lois lane2
https://i.pinimg.com/564x/c7/ad/64/c7ad64789e051fbe5355d29272732958.jpg

the dying planet
• • • • • • • • • •
Поздний вечер. Люди. Горький кофе и пустой закуток на крыше The Daily Planet.
Сумерки. Усталость. Тихий, твердый взгляд.
- Были же причины, да?
Я рядом. Прекращай убегать.

Отредактировано Lois Lane (2020-04-10 15:59:30)

+3

2

Кларк тяжело вздыхает, прислушиваясь к Метрополису так, будто была необходимость. Город всегда был шумным и живым, а чуткий инопланетный слух при необходимости улавливал в нем все. В юности он, наоборот, учился не слушать — окружающий шум тогда сливался в единую кашу, доводя до отчаяния. Кларк многому научился, хотя и не понимает, почему он выбрал крышу редакции, чтобы поностальгировать о давно ушедших временах.

Тот заголовок с нападением на какого-то местного вора [или кем он был, вообще неясно] все-таки разлетелся. Люди, конечно, нашли в себе причины для такого поступка Супермена. Нашла и Кларк мог бы им быть благодарен за такую веру в него — в то, что причины были. Он искал их в себе, искал и не находил, просто потому что ничего не помнил. И внутри разливается смесь апатии и подступающего отчаяния, как раз такого, как в моменты, когда в далеком детстве его затапливали звуки и ощущения. Когда он слышал, как частицы пыли сталкиваются друг с другом. Тогда Кларк не мог это контролировать — он не имел контроля. И это сводило с ума. Сейчас Кларк тоже не владеет ситуацией — провалы в памяти становились все чаще, а последствия все хуже. Скрывать свое состояние уже толком нельзя, но криптонец упорно молчит, будто бы от этого зависит жизнь всех на свете. От признания факта, что практически всесильный пришелец сходит с ума.

Наверное, стоит идти домой. Патруль устраивать Кларк не хотел, но на всякий случай будет прислушиваться к городу. Мало ли, да и нужно как-то скрыть собственный косяк, который он не помнит. Интересно, сколько таких бездомных и ночных попутчиков он в беспамятстве пытался убить? Точнее, напасть — это было только нападение. И неважно, что нападение от криптонца на Земле могут пережить единицы жителей этой самой планеты.  Масштаб явных и неявных последствий захлестывает с головой.

Черт. — вздыхает он, закрывая лицо руками.

Чем больше думает про это, тем хуже становится. Выводы настолько неутешительное, что хочется залезть обратно в могилу. Желательно в ту, которую не раскопают добрые друзья. Не то, чтобы Кларк был им неблагодарен [ему точнее], только в чем-то они все просчитались. Ладно, стоило надеяться, что со временем его отпустит. Иногда такое бывает — пройдет. Накручивать себя еще больше чревато, что он вспоминать точно не захочет. Впрочем, и сейчас не особо хочет, если так подумать.

Лоис он честно не заметил. Настолько был увлечен своими мыслями, что вздрогнул, когда дверь на крышу тихо клацнула. Подумал, что это Перри задержался и решил подышать свежим воздухом. Или Джимми. Взглянул на Лоис внимательно, потом едва улыбнулся  в знак молчаливого приветствия.

Я думал, ты уже домой пошла. — он действительно так думал. Это избавило его от вопросов, от которых он изворачивался с переменным успехом с той самой утренней планерки. Сначала уехал под ста предлогами говорить с информаторами, потом еще какой-то ерундой занимался. Уайт с него три шкуры сдерет, если узнает, что рабочий день его корреспондента прошел просто за попыткой не утопиться в волне самобичевания.

Вообще, хорошо было бы развернуться и пойти домой самому. Не говорить ни на какие темы, как минимум до завтра. Кент решительно разворачивается, и наталкивается на взгляд Лоис. Тот самый, который сулит ему только одно — сбежать не удаться даже под предлогом конца света. Да и юлить не хотелось, Кларк не собирается не правдивые причины мигом облачиться в костюм Супермена и взмыть по несуществующим делам. Мог бы [и очень хочется на самом деле], но не ценой обмана. Кажется, пришло время впервые пожелать какой-то беды в города конкретно сейчас. Но, даже чертовы коты сегодня вечером не жаждут застревать на деревьях.

Лоис, я ... Все хорошо, правда. — лучшая защита — это нападение. Данная фраза всегда магически обозначала, что ничего хорошего не происходит. — Тебе не обязательно со мной носиться, у тебя точно есть масса дел. — они всегда у нее есть, Кларк знает точно. Он не хочет, чтобы она жертвовала своим временем ради него. Да и рассказывать ему нечего — Кларк не понимает, что с ним происходит.

+3

3

Клавиши бодро отстукивают зажигательный ритм, Лоис улыбается про себя и печатает всё быстрее и быстрее. Корректор явно будет рыдать от количества ошибок в посте, но лавину было не остановить. Супермен отдыхает, или делает что-то не так? Не беда.
С самим Суперменом надо будет говорить, когда успокоит и перестанет так явно прятаться, что даже Перри подошел и озабоченно спросил, где это Кента носит – Лоис пожала плечами и выдала четыре версии на выбор, на что Перри лишь только горестно вздохнул и отчитал, что враньё надо согласовывать. А не пускаться в творческие бредни без согласования с заказчиком.

Лоис фыркнула и пожала плечами. Писать заказуху и прочие гадости, для которых потребовались бы такие умения в работе, не позволяли профессиональная гордость, азарт и воспитание Генерала. А что вот прямо сейчас она изо всех сил и ослиного упрямства подтачивает доверие к Luthor.corp, так то зов души, совести и личные счеты.

Лоис сама себе за статьи не платит, а рейтинг они газете поднимают очень даже прилично. Перри не нарадуется, что упорно ждал Лоис столько времени из черной депрессии – громко; и тихо, осторожно радуется, что больше никакие проблемы на личном фронте не будут вытаскивать из задницы Лоис шило журналиста. На этом моменте обычно звучала очень громкая фраза повторить, а то не расслышала, и Перри, усмехаясь, кивал, что и он про это самое.

Две коробки из китайского ресторанчика, ни вкуса, ни содержимого, которых она не запомнила совсем, восемь чашек капучино и одно яблоко спустя Лоис осталась довольна. У неё была статья, одобрение Перри и почти свободный вечер. Что ж, пора напомнить парочке (не)очень хороших людей о себе. И об их долгах.

Лоис не умела сидеть без дела, поэтому казалось, что времени у неё нет, столько всего происходит. Только вот Лоис еще и помнила главное правило офицера – в отличие от солдатского в свободную минуту нужно не спать. А делать иные дела, не столь важные, иначе никогда их не сделаешь, Генералом не станешь и не поможешь «make America great again» и далее по списку мотивационных речей Генерала перед экзаменами. Впрочем, несомненный плюс в них был – Лоис научилась стоять на вытяжку и думать о своем, не теряя связи с реальностью и событиями, в ней происходящими.

Потому что, да, работа, да, статья и довольный Перри. Но Лоис слишком тревожил Кларк – с той самой дурацкой эскапады по прикладной некромантии из компьютера пришельцев с магией, что отчетливо напоминало принцип «из того что было». Лоис не нравилось, что Кларка выдернули непроверенным способом просто потому, что люди в очередной раз наделали ошибок и отчетливо провалились.

Лоис вообще это не нравилось, а уж по отношению к Смоллвилю? В общем, башню Уэйна следовало бы навестить ещё раз. Очень уж горело и болело. За Кларка.

Потому что он не в порядке, совсем. И дело вовсе не во вчерашнем происшествии или утренней планерке. Лоис ловит детали, улыбается, но никак не может разговорить.

Кларк – та ещё коробка с секретами. И даже рассказа о его внеземном происхождении и полной истории было добиться куда проще. Кларк молчит.

Лоис думает, что дала достаточно времени, и теперь этого милого фермерского бычка необходимо взять за рога. Лоис терпеливо ждет и убирается на столе – показатель того, что всё же отчетливо, слишком нервничает. Обычно на столе у Лоис хаос, в котором может разобраться только она сама.

А на крыше тревога отступает. Лоис подходит, тихо фыркает – какое домой, горе ты мое? Думаешь, я тебя брошу? Какой же ты наивный, дикий северный зверь. Шерстка пушистая и уже близко к людям, Лоис очень хочет спросить, кем себя считает Кларк, раз не может довериться?

Лучше всего, конечно, ей. Но хоть кому-нибудь.

Ты дома, Кларк. Смирись.

- Кофе, - просто говорит, протягивая девятый за день капучино. В целом, она брала его, чтобы согреться, но Кларку сейчас явно нужнее. Если честно, Лоис думает, что ему необходим хороший коньяк, текила или даже водка. И дело вовсе не в метаболизме. – И не отказывайся.

Сурово хмурит брови, пытаясь не улыбаться. Герой, всегда герой. Становится рядом и смотрит на город, слушает Кларка. Кларк как всегда. Жаль, что даже на каблуках тянуться высоковато, да и лениво.

Лоис говорит:

- Красиво, - и думает, когда же всё стало настолько не в порядке, что Кларк будто прячется. Будто хочет исчезнуть, убеждает, что всё в порядке слишком уж хорошо. – Город отсюда очень красивый, да?

Мелькает мысль, что надо бы сурово пресечь попытку побега угрозами, Лоис всегда знает, где найти неприятности. И не сомневается, что Кларк её спасет в любом случае, чтобы ни было.
Тупее подобного аргумента трудно придумать, но Лоис тоже не в порядке, волнуется. И не понимает.

- Всё хорошо, я поняла, пусть будет так, - Лоис пожимает плечами. Лучше отступить перед нападением, так будет проще и эффективней. И с каблуков труднее навернуться. – Сейчас мои дела – кофе на крыше в приятной компании. Ты против?

Лоис хлопает Кларка по плечу. Подходит к самому краю, садится, небрежно свешивая ноги. Ей страшно, конечно. Она ведь уже летала без парашюта, самолета и аэротакси «Кларк Кент к вашим услугам». Только вот Лоис не привыкла уступать своим страхам – неисследованные, они приносят слишком много неприятностей.

Город действительно красив. Большой человеческий муравейник. Непередаваемо живой и свободный. С кучей тайн и гордостью – не то, что Готэм по ту сторону залива.

- Знаешь, в чем мой секрет? Я умею слушать, и очень даже хорошо. Так что, Кларк, выбор твой. Но тебе не кажется, что мазохизм – немного не твой стиль, Паддингтон?

+3

4

Кофе — неплохая идея. Кларк чувствует себя неуютно, от того хочется куда-нибудь сбежать. Удивительно, что для имеющего возможность улететь на другую планету, он чувствует себя отчаянно загнанным в угол. Не Лоис, конечно — её вины в его метаниях нет совсем — просто оказалось, что начинать сначала тяжело. И у молчания всегда есть последствия. Например, поломанные кости и испуг какого-то бедолаги. Но, скажи он сейчас кому-либо, то будет что? Лига Справедливости снова проведет над ним сомнительный эксперимент и все встанет на свои места? Или его вообще изолируют от мира поскорее, чтобы не было опасности. Кларк всегда был опасен для этого мира, но сейчас все переходит всевозможные грани.

Возможно, кофе действительно может помочь. Самую малость. Кларк слишком привык к кофе в этой редакции.

— Осторожнее. — он переживает в первую очередь за нее. Всегда за Лоис, за всех, за кого либо. Даже в условиях мыслях о том, что он становится неконтролируемым, собственное благополучие и жизнь уходят на второй план перед мыслью, чем обернется подобное для мира. В этом вопросе действительно все хорошо, тут Кент ни разу не лукавит. Но, не хочется, чтобы пришлось ловить Лейн с крыши, хотя для него это не трудно. Он всегда придет на помощь.

Как и Лоис.

Я уже не знаю, что мой стиль. Кажется, я уже ничего не знаю и не понимаю. — пожаловался он мрачно, отпивая глоток кофе. — И не помню. Например, не помню, как прошлой ночью напал на того человека. И почему — без понятия.

Сложно. Кларк не раз пытался вспомнить, пытался как-то найди подход и хотя бы запоминать собственные состояния, но ничего не помогало. В какой-то момент сознание просто отключалось, а после определенного времени в блаженной темноте Супермен находил себя в довольно неожиданных местах. Однажды даже в Австралии, хотя последнее воспоминание его было точно в Метрополисе.

Можно, конечно, бить тревогу. В следующий раз снова кто-то пострадает. Или пострадал уже — то, что никто не заявил в прессу или полицию, совсем не значит, что безумный криптонец на них не напал. Подобная перспектива ужасала на самом деле, и Кент надеялся, что случай вчера первый из подобных. Подобное утешение действовало слабо, но действовало. Лучше, нежели приписывать себе то, чего на самом деле не было. Кларк иногда думает, что следовало отца послушать и никогда не выходить за пределы Смолвиля. Даже после появления Зода просто исчезнуть навсегда, забрать мать и уехать из Канзаса. Так было бы безопасно, во всяком случае для всех. Планета существует миллионы лет, а человечество не сломается в одночасье, если Супермена у них не было. Смотря на Лигу Справедливости, можно в принципе быть уверенным, что Земля в полной безопасности. Прошло уже время, а Кларк не чувствует себя особо частью этих замечательных героев — и чем больше забывает, тем больше его посещает уверенность, что они это зря с его воскрешением. Им не следовало.

Поэтому объяснить тебе причины того, что произошло вчера, я не могу. Хотел бы, но не могу. Слушать нечего. — усмехается беззлобно, но лукавит снова. О том, что это происходит почти постоянно с тех самых пор, как он воскрес, Кларк умалчивает, снова деля глоток кофе.

Они уже многое прошли вместе. Кларку, смотря на Лоис, хотелось бы снова сказать, что они пройдут и это. Ее уверенность и внутренняя сила придавала и ему ресурсов двигаться дальше. Эта женщина была одной из лучших представителей человечества, того самого, ради которого он готов был умереть и умер. И, если понадобится, умрет еще раз.

Хорошо, что он вообще жив. — газеты бы тогда вообще взвыли. Многие, конечно, сделали приписку, мол у Супермена точно были причины подобного поступка. Явно несчастный был нечист на руку, поэтому решил пойти пожаловаться на последнего криптонца. Малая часть изданий сообщила в лучшей риторике ЛексКорп, что сегодня бомж, а завтра — все остальные честные граждане Города Завтрашнего Дня. Гоните пришельца тряпками, куда подальше. Кларк даже не знал, какая риторика ему не нравилась больше — то, что его пытаются оправдать невзирая на очевидный косяк, или то, что его снова гонят.

+2

5

В бездну смотреть страшно, до судорог, до боли. Бездну можно игнорировать. А можно любить или смотреть через неё. Каждый сам выбирает, как именно ему смотреть в неё.
И плевать, что бездна смотрит в ответ. Она всегда смотрит, даже когда от неё уже отвернулись.

- Конечно, - Лоис почти беззаботно болтала ногами. Жмурилась на небо и слушала Кларка. Конечно, она будет осторожна. Конечно, летать ей нравится или на самолете, или на Кларк Кент авиалиниях, а сердце человеческое не вечно, можно и поизносить. Но так ей было действительно спокойнее и проще сосредоточиться. И, возможно, совсем чуть-чуть, увереннее – Кларк же точно не уйдет, пока она висит так и может в любой момент упасть.

Лоис очень просто и спокойно доверяла Кларку Кенту. И далеко не только в таких мелочах – правда, иногда ей было очень сложно доверить ему часть своей работы. Потому что всё казалось не тем и не так. Потому что иногда Кларк был слишком добрым журналистом.

Лоис всегда славилась настойчивостью и острым языком. Но сейчас она просто смотрела в небо полулёжа и слушала. Почти покаяние, так ей казалось, прощание и вину. Лоис редко когда так горько улыбалась – и молчала. Потому что Кларк Кент для всех них был виной. И всем тем, его смерть – тот факт, с которым невозможно примирится.

И теперь Кларк винит себя за последствия, которые не мог представить, предотвратить или принять. Сейчас Кларк относится к себе так, словно он недостоин понимания, веры и помощи.
У Лоис чесались руки влепить ему звонкую пощечину.

Не потому, что напал, не помнит и скрывал. А потому, что Кларк снова пыталась тащить на своём горбу целый земной шар – и Лоис абсолютно плевать, что Кларк-то вполне мог и сдвинуть планету с орбиты.

Лоис была точно убеждена, что он надорвется в любом случае. И будет страдать, что не сумел надорваться еще больше, и еще, и еще. Какой же Кларк иногда… герой. Это слова иногда прекрасно заменяло куда более ясное и обидное «придурок».

- Если хочешь, то узнаем, почему и как ты напал, - буднично выдает, потягиваясь и разворачиваясь. Ноги под себя, спиной к пустоте, на самом краю крыши. – Но мне, если честно, оно и не слишком важно. Все ошибаются, Кларк, рано или поздно, и ничего непоправимого не произошло.

Лоис всё равно, что «могло бы быть». Ей не всё равно, что Кларк явно будет спрашивать и мучить себя, что могло бы быть. Это – уже произошло. А главная разница, что не случилось? Не для Лоис, для неё главное, что Кларк не хотел. И не пытался ничего уничтожить, а просто потерялся. Кларк всё время упускает главное, и каким бы благородным ни был, но в одном Лекс Лютор прав – он был бы не слишком хорошим судей. Впрочем, Кларку это и не нужно. А вот Лютору нужно обратно в Аркхем, потому как тот творил свои безумства расчетливо и явно в них не остановится.
Слишком уж хорошая была подготовка.

Лоис смотрит на Кларка снизу вверх. Этот дылда так кажется ещё громаднее, но ей он кажется совсем маленьким и потерянным. Одиноким, просто до боли.

Лоис грустно улыбается. Машет ему, будто сегодня и вовсе не здоровались. Эй, Кларк, я здесь, пойми наконец. Никуда не денусь, мишка Гамми.

- Только не глупи, ладно, а? – Лоис не хочет смягчать формулировки. Кларк достоин того, чтобы быть с ним абсолютно и совершенно честной. И, возможно, действительно хорошего тумака, но кувалды у Лоис под рукой как-то не оказалось. – Он жив. И ты знаешь проблему – мы знаем. Хочешь себя показательно распнуть? Убежать? Снова лечь в могилу? Кларк…
Лоис закусывает губу, смотрит на Кларка требовательно, внимательно и очень сердито. Лоис смотрит на него с невероятной тревогой и заботой.

- Это будет самым идиотским решением в твоей жизни, - наконец, сообразила, как более-менее правильно закончить. – Будешь себя корить, изводить, пытаться не спать – или что ты делаешь, чтобы не потерять контроль? И, возможно, ты найдешь когда-нибудь решение. Вот только если прекратишь отмалчиваться, то мы его найдем гораздо раньше.

Лоис действительно сердится, покачивает пальцем, будто представляя его у носа Кента – и думает, куда и как в первый момент пойти. Что делать.

- Значит, ммм, у тебя же было хранилище знаний с Криптона? А я попытаюсь узнать, как попасть на корабль Зода. Ну и просто узнать, что выяснили наши бравые ученые о той штуке, кому в данный момент принадлежит и где находится. А пока, чтоб тебя, иди сюда, обними меня и расслабься.

Лоис не привыкла долго рефлексировать, но думать и решать проблему. Бояться можно после – дома, с хорошей книгой и бокалом приличного алкоголя. Она так делала и до того, когда пыталась понять, кто хочет подставить Супермена – но Кларк не пожелал её слушать, когда докопалась до причин, хоть каких-то. А сейчас, когда он сам и лично ошибся.

Если Кларк сбежит, Лоис найдет всех тех горе-спасателей, и пусть теперь Супермен спасает их.

- Ты же не думал, что останешься один? – когда сам не оставлял никого? – Кларк, у тебя есть друзья. Настоящие, а не потому что ты герой, смирись уже.

+3

6

Кларк снова не знает решения — он снова чувствует себя беспомощным в веренице событий. И снова в нем что-то не так, но дело не в общественном осуждении. Проблема в голове, потому что она отключается временами самым натуральным образом. Кларк думает о том, что однажды может забыть навсегда. Странные ужасные состояния, за которыми остается только неизвестность. Можно все свернуть на проблемы и шок —  воскрешение вещь действительно опасная. Вернуться прежним нельзя просто потому что пережить смерть —  уже меняет. Умирать на самом деле совсем несложно, нужно только пережить яркую вспышку боли, чувствуя, как чужой коготь пробивается сквозь грудную клетку. Тогда не имела значение его боль, ведь Супермен должен был любой ценой остановить Думсдея. Иного шанса у них бы просто не было. Наверное.

—  В могилу мне не хочется. —  скривился, склоняя голову набок. Жить ему определенно нравилось, и даже подобные неудобства были ничем по сравнению со смертью. Темнотой, за которой ничего нет. —  Это словно ... ты находишься здесь и сейчас в комнате, а потом память тебя покидает. За считанные секунды не остается ничего. — выдохнул он, анализируя ощущения от своих блэкаутов. То, что удается засечь. — Иногда я просто начинаю самому себе напоминать, как меня зовут и кто я есть. И все равно забываю.

Этому может быть достаточно много причин. Постороннее излучение, какие-то злодейские планы, или просто крыша поехала в далекое путешествие. Собственное безумие тоже могло быть достойной причиной. Часто ли сходили криптонцы с ума? Как часто они восставали из мертвых? Кларк не может судить наверняка. Наверное, время покажет точно, что с ним. Главное, чтобы страшный сон Брюса не стал реальностью, и пришелец точно не сжег все дотла. Кларку бы хотелось этого не допустить, в идеале —  чтобы Брюс в принципе не узнал о состоянии криптонца. Тогда будет хорошо и спокойнее. Всем. Наверное.

Кларк слабо улыбается и обнимает Лоис. Никуда упасть он ей не даст. Сегодня явно нелетная погода.

—  Криптонцы не занимались воскрешающими техниками. Если не считать странных ритуалов их сект, основанных на поклонении Рао, но мы все знаем, что вера не равна результату. Но, может в Крепости имеется не вся информация. В картотеке одного из главных военачальников целой расы должно быть её больше. Наверное. —  Кларк был без понятия, что хранил Зод. Возможно, там будет чуть больше информации о материнских кубах, но вряд ли дело в них. Супермен в последствии контактировал с ними еще раз, когда с Виктором разрывали связь кубов —  оба вполне себе живы. У одного только временами отшибает память.

Кларк коротко и мягко улыбается этой мысли —  он не один. Он слишком привык полагаться на самого себя в проблемах, зачастую связанных с его способностями и их контролем. Родители в свое время помогали, насколько могли и понимали сами. Кларк зачастую был один в этом сложном пути осознания собственных сил и проблем, с этим связанных. И меньше всего хотел напрягать этим родных, друзей, кого угодно. Им только тревоги лишние, зачастую, помочь и даже толком понять они не могли его состояний. Или для них это было чревато опасностью — Кларк меньше всего хочет подвергать их опасности из-за себя. Люди такие хрупкие, ломаются словно от дуновения ветра — казалось бы. Кларк, как всегда, не хочет быть проблемой, как и не хочет никого напрягать. Поэтому проще копаться в себе и молчать до победного.

Сейчас все несколько иначе.

У него действительно появились друзья, близкие, коллеги, способны оказать ему поддержку. Которые имеют большую вероятность найти выход из даже самых сложных ситуаций. Временами понимающие гораздо больше, нежели он сам. И Кларк признавал подобный расклад —  он просто не умеет обращаться за помощью в таких вопросах. И все-таки хочет попробовать разобраться самостоятельно, но неохотно пропускает в эту проблему и Лоис. Она же все равно не отступит. По ее тону уже ясно, что журналистка полностью готова проникать на правительственный объект, чтобы добраться до остатков баз данных Зода. И вряд ли Кларку удастся её переубедить в обратном.

— Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. Мои друзья и без того так много для меня сделали, так были добры. Мне за это никогда не расплатиться. Поэтому я и хочу все решить в одиночку, — уловив взгляд Лоис, лукаво улыбается, — Ладно, с тобой еще. На твою помощь я согласен. — иначе с крыши скинут его.

Отредактировано Clark Kent (2020-05-26 16:08:35)

+2

7

Лоис вздыхает, с трудом не вздрагивает. Какое это всё-таки облегчение знать, что он – не хочет. В могилу, придурок этот. И как трудно этого было не бояться, потому что любой, кто хоть немного знает настоящего Кларка, понимает, что он не просто способен вытащить на себе весь мир. Но и обвинить себя (не)любимого во всех бедах человечества, отчаянно пытаясь искупить грехи человеческие. И как ему втолковать, что он не просто не должен, но и не может? Кларк – чудесный человек, но всё же не сын Божия, не Бог и не мессия. Он просто хороший человек, и совершенно наплевать, какая кровь течёт по его венам.

Лоис слушает его молча. Внимательно. И улыбается, спокойно, ободряюще. Её не пугает потеря контроля Кларком, её не ужасает возможность того, что он в приступе кого-то побьет, сожжет планету или попытается её завоевать. И не потому, что не верит в такой исход событий – Боже, любой человек может убить другого. Сорваться, избить, поджечь свой дом и вообразить себя единственным и самым лучшим в мире гением. Но Лоис знает еще и то, что именно поэтому никто не должен быть. Тяжелая ответственность, разделенная на многих, не становится безумием, но оборачивается испытанием, которое с трудом, но можно преодолеть.

Вот и сейчас Лоис с каждым словом Кларка становилось спокойнее. Чёткая проблема, даже если у Смоллвиля откровенно поехала крыша, не так пугает, как полная неизвестность и отказ Кларка признавать проблему. Лоис слушает внимательно и прикидывает шансы найти среди своих знакомых адекватного и надежного хотя бы психолога. А лучше бы психиатра, потому что и Кларку нужно, и ей бы не помешало. Умереть и вернуться – будь ты хоть кем, не та психологическая встряска, с которой можно справиться самостоятельно. Да и ей это всё было… непросто.

Жаль, что шансы выходят настолько неубедительными, что Лоис думает, что и времени не стоят эти поиски – только пустая трата ресурса. А жаль. Потому что самой читать книжки по психологии – да запросто, а вот понять в них что-то определенное уже куда сложнее. Да и что-то подсказывает, что для объективного и настоящего лечения психолог не должен спать с «пациентом» даже в прошлом. Что уж говорить про состояние «мне на всё наплевать, раз ты в земле сырой» на полное время от смерти до возвращения?

- Знаешь, малыш, - Лоис думает, что, наверное, разочарует сейчас большого и грозного инопланетянина, но не может на него не смотреть ласково и с желанием погладить по голове, чуть снисходительно оберегая от всех неприятностей в мире. По крайней мере, от тех, что может, когда серьезный и сильный человек сразу думает о самом худшем.
Они справятся, даже если это совсем чупакабра из космоса вылезла, но пока ей кажется важным напомнить, что не все и не всегда полностью проблемы связаны с неведомой магической и иноземной фигней в их жизни. В его жизни. – Кроме прочего, это еще и очень похоже на посттравматический стрессовый синдром. Конечно, не полностью, но, Кларк, не говори, что у тебя не было для него причин? Сколько бы сил у тебя не было, но ты человек.

Лоис легонько гладит его по предплечью и подтягивает поближе к себе. На крыше под вечер уже довольно холодно, а захватить с собой плед или теплую куртку она не догадалась – впрочем, Кларк отлично заменял их все и в целом походил на гигантского кота, которого приятно чесать и греться. А что у него проблемы – у всех бывают. Лоис чуть иронично думает, что счёт к Люторам растёт в геометрической прогрессии, раз к Уэйну претензии сняты. По крайней мере, временно.

Ничего, на охамевших миллиардеров, вообразивших себя Гераклами и Саруманами тоже есть управа. Лоис её лично найдет. Ну или, ладно, попросит помощи у милейшего Альфреда. Чтобы мышка не задрала окончательно нос, навернувшись с крыши.

- Но и сверхъестественную гадость исключать не будем, это бы отдавало слишком явно идиотизмом, - честно добавила Лоис, прищурилась на заходящее солнце, улыбнулась. – Но, видишь, у нас есть план. Грабим все криптонские источники, читаем книги по психологии и, знаешь, надо проверить всякие человеческие легенды, сказания и просто магические суеверия. Да и религии не помешает, почему нет? Нужно создать систему знаний. И использовать уже полноценно, а не только когда прижмёт.

Слушать про Криптон, их традиции и технологии – это всегда интересно. Но Лоис не очень нравится идея, что все их надежды на вымерший народ. Поэтому она подходит радикальнее, желая изучить вообще все источники. И на этот случай, и на будущее.

Потому что пятая точка у Лоис не ошибается никогда. А задница буквально чуяла и намекала, что эти приключения, все, даже смерть-воскрешение Кларка – только начало.

И всё же Лоис лениво тянется и отвешивает Кларку лёгкий подзатыльник. Легкий, потому что Кларк почувствует одинаково, что так, что изо всех сил, а отбитая рука, зараза, будет болеть еще минимум неделю.

- Сам знаешь за что. Или мне провести тебе совершенно детскую лекцию о товарных отношениях внутри дружбы и почему это нехорошо, дорогой ты мой герой? – Лоис не сердится, улыбается. Но щелкать Кларка по носу необходимо, иначе он ничему не научится. – И, если что, серьезно. Мы разберемся. Ну или остановим, потому что у некой зловредной мыши есть опыт. А у нас Коннор. И ты дебил, если думаешь, что наш ребёнок тебя бросит.

+3

8

Кларк всегда будет благодарен Лоис за её неоценимую поддержку, всегда будет восхищаться её волей и храбростью. Когда-то он полюбил эту женщину, любит и сейчас — уже иной любовью, но не менее слабой, как могло бы быть. Семья всегда остается семьей, а Лоис Лейн остается ею, пусть ее ничто не держит и не связывает. Она может жить, не разгребая дерьмо за постоянно создающим проблемы пришельцем, не слушать его тревоги на крыше по ночам, а просто жить своей жизнью дальше. Но, вместо всех вариантов Лоис делает то, что делает — и Кларк безумно ей благодарен. Вдруг даже у них не получится решить проблему, но они попытаются, и это правильно. Глупо жалеть себя и упиваться плохими вариантами, не попробовав всех способов избежать этих самых плохих итогов.

— Вряд ли найдется специалист, который решает проблемы психики у пришельцев. Лечение потребует определенной откровенности.— которой Кал-Эл неспособен предоставить. Раскрытие его тайны личности в не самых надежных руках может оказаться еще одной катастрофой. Кларку действительно достаточно проблем с некоторыми особенными индивидами, которые могут превращать его жизнь в Ад на постоянной основе. Теперь уже и Кларка Кента, и Супермена — да, это комета в огород Лекса. Кларк не готов на всеобщее признание, честно говоря. Он сейчас вообще ни к чему не готов.

Лоис дело говорила. Кларк утвердительно кивает её мыслям, соглашаясь с таким планом. О подготовке базы. Возможно, на следующий раз, когда у Супермена поедет крыша [если он будет], то у них будет какая-никакая база, понимание, где искать точно, с чего начинать хотя бы примерно. Никто не говорил, что будет легко — Кларк слишком хорошо знает, что все, связанное с его персоной, легко не бывает, сколько бы люди вокруг него не заверяли его, что все хорошо, они справятся. Он все еще опасается, что снова причинит боль близким — снова вырвет у Лоис несколько месяцев жизни. Взамен может только обнять её, прижать к себе, чтобы не мерзла. На крыше в ночное время не лучшее место, чтобы избежать холодных ветров. Кларку хотелось бы дать всем тем людям, что спасли его от лежания в могиле чуть больше, но взамен он приносит одни проблемы. Раз за разом.

— Не вмешивай Кона. — внезапно серьезно он сказал, едва отстраняясь. — Ему в последнюю очередь нужно знать о моем состоянии. И не только потому что на нем и без того лежит много дел. — он не хочет заводить вопрос о том, что Коннер может рассказать Лютору, и дело тут не в злом умысле. Временами Кларк замечал, будто бы Супербой пытается ... найти в Лексе то, что не делает его бесконечно гадким человеком. Кларк понимает это стремление, но не готов, чтобы Лютор узнал, неважно каким образом. — Пока нет нужды созывать семейные советы на тему того, когда я сойду с ума.

Когда она наступит? Кларк хочет успеть все, суметь справиться со всем, но в итоге проигрывает самому страшному врагу — себе. Его гложет одна мысль, что даже сейчас он может отключиться и неизвестно, как он поступит с Лоис в подобном состоянии. Тогда никакой Коннер не поможет, а причинять вред мальчику он не желает ни при каких обстоятельствах. Даже несмотря на легкое недоверие к его связям с Лютором, хотя тут дело не в связи, а в влиянии, которое способен оказать Лекс на свое детище. От мысли о КАДМУСЕ Кента едва не передергивает. Сколько все это будет продолжаться?

— Надеюсь, никому со мной драться не придется. Из друзей и близких, я имею ввиду. — не то, чтобы он отказывался от хорошей драки со своими врагами. Удивительно, но их Супермен наживает достаточно резво, что за всеми не поспеешь. Сейчас же ему хотелось быть уверенным, что Лоис не станет упорствовать и не станет посвящать семью в то, что им знать не обязательно.

Отредактировано Clark Kent (2020-09-06 02:04:07)

+2

9

Лоис уже даже не вздыхает, привыкла. Да и не хватит всего воздуха на их маленькой планете, чтобы вздохнуть достаточно укоризненно, грустно и сокрушенно, чтобы Кларк сумел перестать переживать и начал банально доверять. Иронично, конечно, но главный защитник этого мира ни на грамм ему не доверяет, полагая, что не верит себе.
Лоис молчит, что кровь может быть любой, но воспитан Кларк человеком, и остается таким же человечным. И проблемы его, пусть и необычные, но вполне понятные. Потому что, верно, но недоверие и откровенность проблемы человеческие, но у Кларка они приобрели поистине космический размах. Он такой сложный, тот, кто прячется за маской Супермена, но настолько же простой и понятный. Лоис не вздыхает.

Она улыбается. Легко, едва заметно и понимающе. Не потому, что думает, что всё ей ясно и такая умная, но Лоис не ожидала ничего иного от Кларка. Он верит, что обязан удержать на плечах весь мир, и даже когда у него появляются союзники, то примеряет на себя ответственность и за них. Даже уважая их, но ведь другие же люди? Кларк, Кларк, милый маленький бронепоезд, когда ты сможешь принять хоть немногих людей и союзников на равных, то и проблемы с доверием станут гораздо меньше. И вот с ними уже можно будет работать.

Ей кажется, что Кларк на грани, и чувство вины и сожаления жжёт изнутри. Она ведь могла попытаться спасти, остаться, заставить любить себя и очаровывать его, но дурацкие честь и честность оказались важнее. Не из-за принципов, но Лоис четко знала, что есть и то, чего Кларк простить не сможет.
А может, подобное лицемерие никогда бы не простила она. Ни сама себе, ни по отношению к себе.

Кларк, — Лоис молчала долго, глядя в даль и просто греясь. Действительно стало прохладно, но внутреннее спокойствие грело не меньше, чем крепкие объятия. Неважно, что её слова приняли не совсем так, как она хотела, это знакомо. В речах других видим то, что бьет по больному. Или то, что волнует. Почему-то это тоже делает мир немного лучше.
Человек ты, Кал-Эл, и не прячься за своей кровью и родословной. Никуда не денешься от таких же людей, и плевать, что без всяких суперспособностей, магии или ещё какой-то чепухи. Да и не нужна они Лоис абсолютно, сейчас хоть какая-то трезвость взглядов сохраняется. — Ты милый такой. Грампи-кэт в криптонской версии.

В голосе только тепло и лишь немного иронии. Лоис не может сказать «ты не сойдешь с ума, не дури». Как и не может удрученно кивать, что да, свихнёшься, но мы справимся. Потому что не знает она, ну совсем, абсолютно не знает, сойдет ли Кларк с ума, или нет. Никто не может, в том числе и он сам, хотя вот уж Смолливиль, кажется, уже всё решил. Упертый такой.

Но перестань быть настолько, ммм, недоверчивым быком на стероидах, — Лоис разворачивается и смотрит в глаза собеседнику внимательно, въедливо, иронично с заметной тенью усталости. — Когда я выдавала твои секреты? Кому бы то ни было. Нет, Кларк, я не хочу, чтобы Коннор с тобой дрался, или ты с ним. Как не хочу, чтобы ты сходил с ума или очередные пришельцы падали на Метрополис или Нью-Йорк, но, Кларк. Он тебя любит, и не бросит, каким бы психом не стал. И ты можешь сколько угодно отрицать, но и он тебе не чужой. Не знаю, кто сильнее, умнее или хитрее, но, знаешь, когда близкие есть, всё становится проще. А Коннор на тебя похож. И он тоже тебя не бросит.

Покачала головой, разворачиваясь обратно. Посмотрела на светящийся ярко-желтыми электрическими огнями город, чуть сгорбилась. Обняла себя уже сама, будто температура резко упала ещё градусов этак на двадцать фаренгейта. Чуть потерянно спросила, как будто больше саму себя, не рассчитывая на ответ от единственного, кто мог бы его дать.

— Когда же ты поверишь, что не один? И не одинок.

+1


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » the dying planet [dc]