ичибан Ичибан не планировал сюда возвращаться, и уж тем более помыслить не мог, что в следующий раз он будет стоять по другую сторону решетки.

Здесь, как и раньше, стоит тошнотворный запах отчаяния, безысходности и животной ярости, которую носит в себе каждый, кто попал сюда. От почти подвальной сырости со стен слезают криво наклеенные обои и пол противно скрипит от каждого шага. читать далее

эпизод недели

рокэ + катарина

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » давай посмотрим вместе, как кто-то облажается


давай посмотрим вместе, как кто-то облажается

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Gojo Satoru1 & Iori Utahime2
https://i.imgur.com/CYxPRUZ.jpg

давай посмотрим вместе, как кто-то облажается
• • • • • • • • • •
Личность предателя почти раскрыта. Казалось бы, причем тут Титаник? И каким боком тут замешан клуб?

+4

2

У Годжо Сатору есть все, чего только может желать маг: положение в обществе, стабильная работа, заработок, которым не стыдно блеснуть в переводах Мей Мей. Он не считает деньги, когда их тратит, у него нет необходимости отчитываться перед верхушкой магического мира, что весьма кстати, когда дело принимает более крутой оборот, чем докладывал Ичиджи. Директор Яга более строг к бывшему ученику – плечи, между прочим, после того захвата до сих пор времеами ноют, но он же исключительно по доброте душевной такой! 
Разве нет? Да же!

Не было у Годжо только одного: ответа на один вопрос, который его чертовски интересовал. Прямо-таки ел изнутри, словно проклятие, периодически причмокивая, скалясь острыми маленькими зубками. До глубины определенных пищеварительных органов, в общем, Годжо хочет знать: кто же их предал? Есть ли вообще связь между резко возросшей активностью проклятий и странностями, что происходят в магическом техникуме? Или они себе эту связь нарисовали?

Они – это преподаватели. Стыд, прости-господи, называться учителем, когда все считают тебя безответственным разгильдяем, но, эй, где бы мы были, не сделай Годжо того, что сделал? Сосуд Сукуны жив (и деятелен, и даже обучаем, что весьма приятно!), Нобара и Фушигуро прогрессируют не по дням, а по часам.

Наблюдать за развитием способностей Кугисаки – одно удовольствие, ей даже ничего объяснять не нужно. Просто подтолкни, подскажи направление – «Проклятие особого типа? Да плевать!» - а дальше она сама справится. Умненькая, красавица. Даже не верится, что таких талантливых магов порождают такие задницы мира как деревушка, откуда она приехала не далее, как несколько месяцев назад. Несколько. Месяцев. Назад. И такой взрывной рост! Годжо собой гордится.

С Фушигуро труднее. Парень, безусловно, талантливый – кровь Зенин, как кривая оглобля, борозды не испортит, семена, посеянные Фушигуро Тоджи, взросли бы в любом случае. Но чертовски обидно видеть, как Мегуми бьется головой о стенку, толком не осознавая свой собственный потенциал. Ничего, не сразу Токио строился. Один дельный совет парень уже получил, вроде даже что-то понял. По глазам было заметно: просветлился на все деньги. Туда ему и дорога!

Ноги несут Годжо на подземную парковку. Удобная штука – арендованный автомобиль. Стоимость страховки покрывает любое ДТП, а доплатив, получаешь даже страховку на случай смерти кого-то из его участников. За себя Годжо не волновался – ехать рядом с ним на конспиративную квартиру предстояло Утахиме.

Повернуть ключ зажигания, откинуть крышу, проверить уровень топлива. Нормально, доберутся. Включив случайную радиостанцию, Годжо отправляется к своей спутнице в сегодняшних приключениях. Колонки надрываются во всю мощь своих легких, вызывая недовольные взгляды у других участников движения. Годжо только шире улыбается. Очки с непроницаемыми черными стеклами – это очень удобно.

- Утахиме, дорогая, буду через десять минут, - на голубом глазу сообщает Годжо, когда до дома Иори остается ровно пять. – Уже соскучилась, а?

Громкая связь – это удобно, и все участники стояния на перекрестке за пару кварталов от ее дома становятся свидетелями блаженной улыбки мага особого уровня. «Красиво ругается. И вообще – красивая. Только слабоватая… Она точно не предатель».

Вряд ли произошедшее во время программы обмена опытом было случайностью. Слишком много совпадений. Случайностью мог стать один или два фактора, но не больше. Нападение проклятий на техникум тоже исключать не следовало. Но ни Годжо, ни уж тем более директор Яга и в уме не держали, что кто-то сможет так легко его разрушить: крепость, сравнимая с барьером мастера Тенгена, славилась своей неприступностью.

Район, где жила Утахиме можно было спутать с любым другим. Годжо едва его не проехал, только навигатор и подсказал верную дорогу. Ноги быстро вознесли его на нужный этаж и задолго до назначенного времени кулак уже барабанит дверь.

- Я приехал! Выходи, не то опоздаем! – Они не идут в кино, но понервировать Утахиме – это очень приятно. Годжо разулыбался как довольный кот, представив как она бегает по квартире нагишом, спешно переодеваясь.

- Я снял нам номер, - в доказательство задорно гремят ключи. – Поговорим там. Кстати, это тебе.

Забытый в машине веник, он же букет случайных цветов, выбранных флористом, очень идет недовольному личику Утахиме. Сказать ей про билеты в кино на вечер? Или еще рано? Мысленно подкинутая монетка шепчет что рано.

- Или перед этим прогуляемся?

+2

3

[indent] Утахиме чувствует себя странно. Она думает, что ей стоит злиться или хотя бы грызть себя чувством вины за то, что не заметила раньше. Вместо этого осознание опутывает ее пленкой масла снаружи и изнутри — слишком тонкой, чтобы чем-то смыть, и слишком липкой, чтобы не обращать внимания.
[indent] Все попытки игнорировать ее совершенно бесполезны: Утахиме думает о своем подозрении, пока готовит еду, кормит кошку и переключает каналы с одной рекламы на другую; пока заправляет постель, сортирует одежду для стирки и смотрит на стопку с домашними работами, которые надо проверить. К середине дня масляный след остается на каждой вещи в ее квартире, не оставляя никакого выбора, кроме как сдаться и, уткнувшись в теплый кошачий бок Наны, попытаться принять возможность того, что ее подозрение окажется правдой. Однако эти размышления оставляют лишь мерзкий маслянистый вкус во рту, желание проблеваться и тереть себя мочалкой до тех пор, пока липкий слой не слезет с ее кожи.
[indent] В такой обстановке звонок от Годжо Сатору действует на нее как ведро холодной воды — нисколько не помогает, но зато бодрит, заставляя соскочить с дивана и развернуть бурную деятельность.
[indent] Утахиме умеет делать несколько дел сразу, поэтому ругается и ищет что-то приличное в своем гардеробе она одновременно. В колонках на другом конце надрывается до боли знакомая попса, на которую подсела старшая из племянниц — а с ней подсели и остальные члены семьи, ведь Саюри в свои тринадцать загадочным образом разучилась убавлять громкость. Из оставшихся чистых футболок Утахиме надевает белую с принтом в мелкую улитку — да, вместо нормальной раковины у улиток девичья голова; нет, она вовсе не просила у кузена Шигео такой подарок и вообще даже не в курсе, в какой манге есть такой персонаж — поминает недобрым словом этого самого кузена, снимает ее, лихорадочно собирает волосы в хвост — у нее нет времени делать свою привычную прическу, черт бы тебя побрал, Годжо, и тех, кто учил тебя манерам, тоже — стряхивает с джинсов кошачью шерсть и пытается напомнить себе, что она не желает никому из магов смерти.
[indent] Вопреки всем представлением, Утахиме не ненавидит Годжо. Во всяком случае, она не хочет его смерти, смерти всему его клану и студентам, его страданий, болезни и прочих неприятных вещей, которых желаешь своим врагам. Нет, Утахиме искренне желает ему всего хорошего: счастья, успехов, здоровья, хорошей личной жизни и психотерапевта, который поможет выйти из пятилетнего возраста — лишь бы подальше от нее и, если уж брать совсем идеальный исход, всего населения Японии в целом. К сожалению, когда Годжо находится в радиусе двух метров от нее — или разговаривает с ней, или шлет ей сообщения, или дышит рядом с Шоко — это не так просто держать в голове.
[indent] Когда раздается стук в дверь, Утахиме ругается еще более недобрым словом, надевая вторую чистую футболку — черную, с красной рыбой, из которой торчат металлические ноги; и да, за нее снова спасибо кузену Шигео — и хватает сумку. Нана укоризненно смотрит грустными глазами на то, как по коридору разлетается обувь от спешки и мурчит на прощание.
[indent] - Куда опоздаем? - спрашивает Утахиме, выходя из квартиры и тут же захлопывая дверь: еще не хватало, чтобы Годжо пялился на ее квартиру. - И вообще, это твоя вина. Мог бы предупредить хотя бы за полчаса.
[indent] В любой другой ситуации она бы обязательно добавила лекцию про то, что обращаться к ней нужно исключительно как «Иори-семпай» и о том, что ни в какие номера она со своими коллегами не ходит. Однако эта встреча ложится в совершенно иной контекст, как бы Годжо не старался обернуть его в более легкомысленную оболочку.
[indent] А даже если это и не так — хотя с какой стати все это устраивать в таком случае? — то в нужное русло встречу Утахиме повернет сама.
[indent] Она принимает букет с легким удивлением и странным чувством чего-то скребущего на душе. Последние несколько лет цветы ей дарят исключительно члены семьи и разница слишком ощутима: в букете стоят розовые гвоздики, фрезия и амброзия с вкраплением оранжевых лилий, а лента вокруг стеблей яркого сиреневого цвета, который Утахиме не любит. В отличие от лаванды и нарциссов родни это — всего лишь веник. Глупо было бы ждать чего-то другого, но получать что-то, сделанное чисто ради галочки, все равно неприятно. Хотя, возможно, так на нее влияют недавние мысли.
[indent] - У тебя странное чувство юмора, - Утахиме вместо ответа тянется к двери переднего сидения. - Зачем нам прогуливаться, если мы опаздываем? И позволь дать совет по поводу подарков: не дари никому цветы, если ты не уверен, что их смогут сразу поставить в воду. Только деньги на ветер потратишь.
[indent] Именно сразу после этих слов Утахиме вспоминает то количество нулей, которое, по слухам, стоит на счету Годжо следом за единицей. Разумеется, сообразить раньше и избавить себя от очередных якобы остроумных замечаний она по какой-то причине не смогла. Утахиме даже знает, по какой.
[indent] Ну и ладно. Выдержит. В конце концов, все это ради дела.

Отредактировано Iori Utahime (2021-05-03 09:02:33)

+2

4

Годжо оставляет даме возможность обслужить себя самостоятельно, а сам с нажатия кнопки на маленьком пульте открывает дверь со стороны водителя и с размаху плюхается в мягкое кожаное кресло. В сидение из дорогого материала, на минуточку, образец высокого стиля, но Годжо больше нравится думать, что это кресло. Он любит удобную мебель. Мягкие кресла. Кашемировые свитера. Пойти дальше по дороге пижонства не представляется возможным. Гето бы понравилось на такой машине прокатиться, кстати. "Стоп. Гето?" - откуда ты вылез, дружище? Не-ет, ты меня не проймёшь. Хорошая попытка, но нет. Я знаю, что ты умер; "Я сам тебя убил", - мимолетная тень ложится поверх солнцезащитных очков тонкой пленкой, и тут же рассыпается вдребезги от звенящего смеха Сатору.

-- Если это не приглашение на второе свидание, я даже не знаю что это! - Химе совсем не изменилась. А с чего ей? Такие, как Утахиме, не меняются. Про таких, как она, не пишут приключенческих книжек и не снимают крупнобюджетных блокбастеров с погонями и интригами, типа фильмов про Джеймса Бонда. Про таких, как Утахиме, снимают агитки про гражданский пафос в формате короткометражек, но ничего, кто-то же должен!

А он... "Джей-му-су Бон-де", - гордо вскинуть голову, широко улыбнуться, нажать педаль газа и держать до упора да так, чтобы резина оставляла на асфальте выжженный след - а что, Годжо хороший кандидат в Бонды! Шпионская миссия - есть? Есть. Женщина у Бонда была? И у Годжо есть! Они даже беседовать будут на конспиративной квартире, замаскированной под апарт-отель. Ну все один к одному!

-- Не говори только, что тебе не понравился букет. Я Шоко-чан всю шапку прозудел вопросами о твоих предпочтениях. Она, кстати, держалась до конца. Настоящий партизан, - встроенный навигатор  недовольно сообщает что Сатору превышает скорость и не следующем перекрёстке их ждёт ограничение на шестьдесят. Годжо весело подмигивает Утахиме, приспустив очки. - Ничего мне не сказала!

Утахиме ищет логику в словах Годжо? Ему это приятно. При известном своем к нему отношении - почему оно именно такое, кстати, Годжо так и не может взять в толк, хотя, видит директор Яга, пытается изо всех сил! Почему в техникуме не преподавали иностранные языки? Не английский и вот это вот все, а более практически применимый. Дешифровать слова с женского на понятный гораздо труднее, этого языка не знает даже Гугл-переводчик!

-- Время - очень относительная штука, Химе-чан, - Улицы несутся мимо них, в мгновение ока становясь точками на зеркале заднего вида. Мысли о шпионе в магическом техникуме нет-нет да возникают у него на уме. Всем будет очень не очень, если его не найдут. Годжо дико, просто бессовестно, до биться головой - чужой, ха-ха - о стенку не хочется, чтобы кто-то из его студентов повторил судьбу Гето. Хаибары Юу. Едва не - Оокоцу Юты. Косой взгляд на Утахиме. У неё, кажется, все-таки умер студент? Или нет? "Спрошу как-нибудь"

-- Ещё вчера мы будто бы были студентами, а? Помнишь нашу первую встречу? - Шрам появился тогда же или уже после? Потом спросит. Шрамы украшают не только мужчин. Машина под конец пути едет с человеческой скоростью - в таком красивом районе, где даже тротуарный поребрик кричит о роскоши, торопиться просто грешно.

-- Прошу, - Они следуют мимо консьержа, который передаёт Годжо связку ключей от их номера, не поднимая головы, поднимаются в лифте на шестнадцатый этаж. Их номер находится на самой верхотуре, занимает весь этаж - подслушивать точно не будут. А если вдруг будут, то на этот случай у Годжо имеется пара идей, куда и в каком порядке можно засунуть подслушивающему голову, руки и ноги.

Годжо заходит первым. Бросает ключи на широкий кожаный диван, который так и кричит о том, чтобы на нем кувыркались исключительно голышом, и падает следом за ними, закинув руку на спинку дивана. В одежде падает. Приглашает Утахиме сесть рядом, похлопав по блестящему кожаному боку.

-- Ну что? Как успехи с расследованием? Есть идеи кто мог подсунуть нам такую свинью в самом начале учебного года? - Сатору кивает на мини-бар у панорамного окна. - Угощайся, если хочешь.

+2

5

[indent] Слова Годжо — все равно что музыка в ресторане: занимают собой пространство и не имеют никакого смысла. Отличие между ними только в том, что мелодия на фоне не требует внимания и не устраивает театр одного актера, когда его не получает.
[indent] Чаще всего Утахиме идет по пути сопротивления и старается игнорировать все выступления, но иногда она отделывается малой кровью. Выдать реакцию проще, чем призывать все свое терпение, пусть даже сейчас нет желания ни на то, ни на другое.
[indent] - Нам вряд ли понадобится второе свидание. Это будет первое и последнее, - вокруг нет никого, перед кем стоило бы более серьезно играть роль, и Утахиме не пытается изобразить что-то близкое к реакции влюбленной. Особенно если объектом ее предполагаемого чувства является запертый в теле взрослого пятилетний ребенок.
[indent] Годжо вжимает педаль до визга шин, словно у него валяется где-то на полке запасная жизнь. Утахиме радуется тому, что всегда пристегивается на пассажирском: в отличие от него, таких вещей у нее нет; да и техник, которые дают подобный эффект, тоже. Ее взгляд то и дело падает на спидометр, напряженно следя за стрелкой. Кажется, дорога к реанимации Шион начиналась именно также и будет иронично, если Утахиме последует по стопам своей старшей сестры.
[indent] Между мыслями о возможной аварии и внезапном осознании она как-то ухитряется поддерживать разговор — «твои познания в цветах говорят сами за себя», пожать плечами, «с каких это пор ты вспоминаешь о прошлом?». Это становится легче, когда Годжо сбавляет скорость. Утахиме даже отрывает взгляд от панели приборов и смотрит в окно. За ним неторопливо тянутся кварталы дорогого района города. Она пытается вспомнить, связан ли с ним кто-то из родственников, и именно в этот момент машина останавливается у одной из многоэтажек.
[indent] Утахиме выходит на улицу с цветами, чувствуя себя глупо: оставлять букет жалко, а таскаться с ним — нелепо. Консьерж смотрит на нее с настороженно поджатыми губами, недостаточно хорошо скрывая свои мысли. Из-за них стоит оскорбиться, однако Утахиме не находит на это никакого желания. Тем более что подобное только идет прикрытию на руку.
[indent] Сразу после входа Годжо разваливается на огромном кожаном чудовище, которое должно быть диваном. Утахиме останавливается посередине комнаты и бегло осматривается по сторонам. Место вокруг словно сошло с фотографий интерьеров богачей: дорогая мебель, картины на стенах с абстрактным сюжетом, до наглого излишнее количество квадратных метров и панорамное окно с видом на город. Это слишком непохоже на ее дом и дома ее близких, чтобы не чувствовать себя забредшей по ошибке дурочкой.
[indent] Хотя в этом и есть какая-то доля правды. Не от большого ума Утахиме оказалась в подобном положении.
[indent] - Успехи есть, - она начинает говорить, подходя к бару. Находиться рядом с Годжо — последнее, чего ей хочется в такой ситуации. - По принципу исключения из списка. У всех то дела, то они в принципе не любят вечеринки. Но один может согласиться, хотя и не факт.
[indent] Она садится на корточки, упираясь локтями в бедра, и открывает дверцу холодильника. Рядом с бутылками красного и белого вина охлаждается пиво. Утахиме узнает эмблему своей любимой пивоварни и тянется именно к ней. После этого она нарочито долго ищет открывалку, с третьего раза подцепляет крышку и делает большой глоток.
[indent] Часть Утахиме хочет сделать еще глоток, и еще, и так до тех пор, пока не закончится бутылка. Но рано или поздно придется рассказать Годжо о своих подозрениях. Лучше сделать это на трезвую голову. Сразу снять бинты с раны. Она и без того потянула время.
[indent] - Кокичи Мута. Ты видел его на обмене. Точнее, видел его марионетку. Собственно, поэтому он и идеально подходит для вечеринки — может быть в нескольких магазина одновременно. Одна нога здесь, другая там.
[indent] Утахиме подносит горлышко ко рту и делает еще один глоток. Вкуса она не ощущает, для опьянения этого слишком мало, но легче все равно становится. Впрочем, это ненадолго. Обсуждение предательства имеет свойство портить любую атмосферу.

+2

6

Ага-ага, он о том же подумал.
Если взять всех гипотетически возможных участников вечеринки, расставить в ряд по одному и методом исключения подбирать каждому мотивы для отказа, то... выйдет очень даже неплохо. В том смысле что это же дети, ну как они могут не любить веселиться и отжигать? Любой кто откажется попадёт под подозрение. Просто так. Проще проверить, чем потом шишки лбом собирать.

"Не собрали они, там, в Киото, не проверили как следует каждого, а теперь что мы имеем?" - возможное предательство в анамнезе, но и Токио ничем не лучше. Там своих под сомнение не ставят - каждый на виду. В своих подопечных, впрочем, Годжо был уверен, он лично каждого собеседовал, наверняка почувствовал бы лажу, если та была.

Что за удовольствие - отсиживаться в своём углу пока жизнь стремительно течет мимо? Сатору решительно не понимает тех кто сознательно во всем себя ограничивает. Это слишком жестокое обращение со своим внутренним миром. Тех, впрочем, кто ограничивает себя в чем-то одном он не понимает тоже. И вообще, отвод на вечеринку положен только по медицинским показаниям! Отсутствие сопротивляемости крепкому алкоголю сюда тоже входит, хотя Химе может с этим и поспорить. Вряд ли будет, у неё другое сейчас на уме, но в теории! Видела она как весело Годжо с полбутылки с лестницы летает, было дело.

Крякнув по-стариковски Годжо встаёт со своего места, хлопнув себя по коленям, подходит к холодильнику и не раздумывая протягивает руку к пузатой бутылке из прозрачного стекла на боковой полке. Надпись "вода минеральная, газированная" -  выдаёт трезвость напитка. И суждений, конечно же.

-- А-а-а, Мута? Тот самый? - Видеть-то видел, чудесный мальчик. Отойдёт за колонну, накроется ветошью и готов шпион. Удобный кандидат. Чуйка пропустила. - Помню, конечно, замечательный парень. Жаль что так быстро выбыл. Кажется, его сломал Панда? Твоё здоровье. - Годжо салютует бутылкой. Извинений от него ожидать не стоило.

Глоток, второй, третий. По шее льётся приятная прохлада - Годжо довольно жмурится, ставя наполовину опустевшую бутылку на пол.

-- Я бы с ним насчёт магазинов побеседовал, кстати. Мальчик редко из дома выходит, не знает где и что лучше купить. Вдруг прогадает? По скидкам же выгоднее! Это возможно?

Вроде бояться нечего, волноваться решительно нет поводов, а цепляет, цепляет тревога. Белесые брови хмурятся, со стороны это выглядит скорее сосредоточенными раздумьями на тему за какую бутылку ему стоит взяться следующей.
Не за себя даже страшно-то - уж кто-кто, а Годжо переживёт любую срань, предательство для него давно не является чем-то непереносимым. Непереваримым - все верно, переваривать и глотать в их дуэте всегда приходилось Гето. Его длинные темные волосы всегда казались Сатору мягкими. Вот бы ему хотя бы половину этой роскоши! У него было время любоваться ими, временами случалось. А курсе на втором - незадолго до истории с Аманаи, Гето сам подошёл и сказал: все, давай я лучше сам. Наблевался, выходит, дальше хочет справляться без помощи Годжо.

Гаже убийства единственного друга своими руками не может быть ничего, но Утахиме о таких подробностях биографии Годжо не в курсе. Или дед Гакунандзи сболтнул? Как бы то ни было, для неё подозревать своего ученика - самое дерьмо из дерьма. Ты ему помогла, ты протянула ему руку помощи, верно? Сказала что он может обращаться к тебе по любому поводу, даже если тот покажется незначительным? Такая доброта губительна, Химе. Она разрушает. Людская доброта связывает тебя по рукам и ногам, обязывая исполнять негласный договор: относись ко мне так же, как я к тебе. Мута сказал "да" и вы ту же минуту пожалел о своём решении.
Поэтому, вероятно, предложение заклинателя или разумных проклятий могло показаться ему куда привлекательнее. Те ничего ему не обещали.

-- Обещаю, сильно ругать не буду. Мальчик хрупкий, нежный. Я все понимаю.

+1

7

[indent] Она ожидает смеха — того самого назойливого, скребущего по ушам и заползающего в улитку мерзкой наждачкой смешков. Она ожидает самодовольного любования собой — бесконечного потока слов, которые горят цветами павлиньего хвоста. Она ожидает взрыва — не разрушающего всего, а шумного и яркого, словно наспех собранный парад, полный эмоций и старательно прикрывающий творящийся внутри хаос.
[indent] Но Годжо вместо этого решает промолчать, упуская из пальцев возможность втереть в лицо собственное превосходство. Утахиме чувствует укол удивления — оно растекается где-то в районе груди и дальше по сторонам — которое потом сменяется ощущением проигрыша.
[indent] О том, что Годжо необычный пятилетка, забывают многие, однако она считала себя выше этого. Она всегда держала в памяти, даже в моменты самого невыносимого поведения, что ее кохай сделан из совершенно другого бруска. Если большинство выточено из дерева, то он — из слоновой кости, с его силами, близкими к силам богов, и влиянием, которое задавит своим весом весь магический мир. Утахиме обходила засыпанный кучей блесток капкан много лет, но все равно оказалась в этой ловушке.
[indent] И мудрец из тысячи раз один да ошибается. Проблема только в том, что вместо него есть одна слепая идиотка.
[indent] Утахиме уже отлично знает дорогу, на которую вот-вот ступит — сожаления, бесконечные «а что, если?», вина за собственную слабость, презрение к себе за боль и злость — и тянется ко второй бутылке пива, чтобы себя остановить. Одна ее часть, говорящая голосом здравого смысла, пытается предупредить о возможных последствиях, но остальные затыкают ее хором тяжелой сложной песни.
[indent] Крышка слетает с легким шипением. Металл бутылки падает куда-то на пол, еле слышно звеня. Утахиме делает еще один глоток, морщится — зачем добавлять в пиво фруктовое пюре? - и поворачивается наконец к Годжо.
[indent] - Так идешь с ним про магазины говорить или ругать его? - она тянет уголок губ в мимолетной усмешке, но надолго она не задерживается. Подобное веселью выражение лица стекает словно густая липкая масса. Жир, жир, везде жир; уровень насыщенности - 50 процентов. - Но в любом случае ты один не пойдешь. Я не доверяю твоим методам общения с учениками. Особенно с «хрупкими, нежными».
[indent] Магический мир — место маленькое, замкнутое, подобное песочнице во дворе ее дома. Утахиме не старается, чтобы узнать новости о Годжо. Они находят ее сами: жалобы его учеников на то, что вместо экскурсии он повел их убивать проклятие; разговоры о том, как дети выходят на задания одни, без поддержки взрослых; слухи о поведении во время уроков. Из них картина складывается крайне печальная — если до этого Утахиме доверила бы Годжо только кактус, то сейчас бы побоялась оставлять с ним даже одноклеточные.
[indent] - Поэтому я пойду с тобой.
[indent] Она говорит это тоном, не терпящим возражений и обещающим сражения на смерть в случае отказа. Возможно, в ней говорит опасение, что Годжо все испортит, будучи… будучи самим собой. Вероятно, она хочет услышать причину лично, а не через третье лицо — Кокичи Мута должен сказать ей сам, своим голосом, почему, а не голосом самого невыносимого человека на земле; а Утахиме должна видеть его лицо, ведь только так она сможет…
[indent] Сможет что?
[indent] Утахиме вздыхает, берет с собой пиво и отходит от холодильника к кровати, которую почему-то посчитали за диван. Кожа под ее весом неприятно скрипит. Женщина зажимает прохладное стекло бутылки между бедер и откидывается на спинку, заламывая голову. Среди всего богатства светлый потолок — единственное, что хоть как-то ей знакомо и не заставляет ждать раскрывшую обман охрану.
[indent] Она снова вздыхает и закрывает на пару секунд глаза. Под веками они кажутся горячими и опухшими, словно до этого им пришлось пролить немало слез или провести бессонную ночь. Но ни того, ни другого не было и плакать сейчас ей даже не хочется — тогда почему?

Отредактировано Iori Utahime (2021-08-05 07:12:01)

+2

8

Заблуждаются те, кто думает что сила - это только привилегии и никаких лишних якорей в довесок. Рожденный в клане шестиглазый мудрец со стороны неотличим от пятилетки, и потому опасен - да? Да же! По мнению Химе (и не только ее), Годжо опасно оставлять наедине с учениками, растениями, беременными и кормящими матерями, стариками и инвалидами. Он опасен потому что неуправляем и малопредсказуем. Да? Да. И что теперь, прятать голову в песок? Химе - смелая девушка, сама пошла в пасть ко льву, и тем веселее видеть как она ершится, встает на дыбы, защищая своего ученика.

Не, ну Годжо за своих первогодок тоже кому хочешь пасть порвет, это не обсуждается, какие разговоры, вы о чем вообще. Широкая ухмылка сама расплывается на лице, не подумай, Химе, добивать не буду. Но заботу не стоит путать с воспитанием. Иногда и умному, талантливому по всем фронтам ученику не помешает легкий пендель. Исключительно в педагогических целях и в назидание.

Годжо падает рядом с Химе, переворачивается на бок и с улыбкой подпирает щеку кулаком. Стекло очков задорно блестит в искусственном свете гостиничного номера, а в глазах читается очень годжевское нахальство.

- Да не обижу я твоего ученика. Чего ты боишься? Давно ли они у тебя такими хрустальными стали, что не переживут пары минут в моем обществе наедине? - Кисть руки, тонкая и худая, как жердь, патетически взметнулась в воздух. Всего в миллиметре от бутылки с пивом. - Может, наш парень бегает не от общества одноклассников, а от мамочки, которая слишком его опекает?

Спроси любого подростка, и он подтвердит - нет ничего хуже взрослых на вечеринке.
Если ты не Годжо Сатору, конечно.   

И это смешно, на самом деле. Общество само создало почву для такого поведения, не нашло ни лучшего решения, ни лучшего плана, чтобы ему противостоять - и само же жалуется. Буря в стакане - вот он кто. И не только он, но это уже детали, думать о которых сейчас нет ни желания, ни времени. Желания - особенно. Слишком много злости просыпается там, где обычно царит веселое раздолбайство, такое привычное, такое удобное многим.

Годжо, Оккоцу, а теперь и Итадори. Исключения в идеальном правиле, которых быть не должно, раздражающие, выбивающиеся, одним своим видом раздражающие до зубовного скрежета (Годжо знает - у большинства старейшин почти не осталось зубов). Таящие в себе огромный потенциал - и вместе с тем огромную опасность. Интерес, а что будет, исчезни они, иногда просыпался в нем, и Годжо не отказывал себе в мыслительном эксперименте.

Что случится с магическим миром? Смерть следует за заклинателями по пятам, дышит им в спину, тянет руки к их подушке когда они спят. Иногда - чаще, чем хотелось бы, ей удается протянуть свои костлявые когти достаточно далеко, и ошибаются те кто думает что траурные лица на похоронах - это весело и совсем не беспокоит Годжо.

Поза, напряженная спина, торопливые, больше, чем обычно, движения, предложения короче минуты - Химе нервничает? Неуютно, неуютно ей от осознания собственной не исключительности. Ей, как человеку ответственному, обидно занимать в сердце своих учеников второе место, сразу за родителями. Отдаешься, значит, процессу преподавания со всей страстью, на которую способен, годами гнешь спину, а радости все нет. А потом из-под твоего бдительного ока пропадает ученик. И случается срань, ругань в верхах, и все начинают подозревать друг друга во всех возможных грехах, а ты стоишь и хлопаешь глазами, не имея ни одной идеи, куда тебе двигаться дальше.

Вот и вся благодарность, да, Химе?  Нет в этом мире благодарности. Разобрали по акции, кончилась, как проклятая энергия, поддерживающая барьеры Тенгена, когда Гето-- мысль обрывается в самом начале, Годжо сам обрывает ее. Гадство, опять срывается.
Неблагодарный Мута, истаивающий в неизвестном направлении, неблагодарный Годжо, который даже не пытается подстроиться.
Кругом одни неблагодарные мужчины и никакой поддержки. Все сама, все сама.

- Ты его только напугаешь. Давай я просто задам ему пару вопросов, а ты снаружи постоишь? Услышишь крик - разрешаю применять ко мне все меры дисциплинарного взыскания. - Годжо переворачивается на спину, и его голова оказывается у Химе на коленях. Белозубая улыбка, радостно блестящие глаза - скорее излишне назойливый бойфренд, чем преподаватель.

- Серьезно, подумай об этом. Пока мы смотрим фильм, например. Так как я не пью, то сажусь за руль!

+1

9

[indent] Утахиме раздраженно цокает языком, чувствуя себя так, словно попалась на самый банальный розыгрыш. Это всегда происходит так: сначала Годжо делает что-то, что заставляет подумать о возможности — крошечной, маленькой, почти не существующей — большего, а затем напоминает снова расфуфыренным павлиньим хвостом о собственном эго. Для нее подобное не является сюрпризом и поэтому она с немалым удивлением узнает в новом ворохе эмоций обиду.
[indent] В последний раз Утахиме так чувствовала себя только в первые дни знакомства, когда целью Годжо было исключительно убеждение окружающих в их ничтожности. Однако она уже давно привыкла к таким фокусам и не ведется на них. Однако сейчас замечание Годжо бьет по слишком больному месту.
[indent] Она и в самом деле слишком сильно погрузилась в жизнь Муты. Но как могло быть иначе, когда он оказался в ее классе — запертый в клетке своего тела, в клетке комнаты, видящий мир только через экраны своих кукол и обреченный на существовании до своей смерти? Утахиме старалась помогать в мере своих сил и пусть они невелики, но она надеялась, что смогла хотя бы как-то подсластить пилюлю.
[indent] Вместо этого она подлила бензина в желание нормально жить. И винить в этом некого хотя бы потому, что нет ничего плохого в том, чтобы хотеть выйти на улицу своими двумя ногами.
[indent] - Заткнись, - вместо миллиона возможных ответов выдыхает Утахиме. - На эту тему заткнись хотя бы на пару недель.
[indent] Ей нужно время, чтобы смириться с любым возможным исходом. Перебороть вину за то, что подозревала на пустом месте ученика. Научиться со стыдом из-за недоверия к тому, кому обещала свою поддержку. Смириться с тем, что ее цель выпустить из колледжа способных жить счастливо детей оказалась тем самым ножом, который вонзили в спину всем их сообществу.
[indent] Последняя мысль отдается особенной горечью. Утахиме тянется к бутылке с пивом — плевать на фруктовое пюре, все лучше, чем ничего — и подносит к губам горлышко. Ее рука задевает что-то, похожее на волосы. Она поднимает голову, открывает глаза и упирается взглядом в нагло развалившегося на ее коленях Годжо.
[indent] - Слезь с меня, - Утахиме делает глоток, недовольно морщась, и поднимает ногу. - Я тебе не подушка, это во-первых. Во-вторых, мне не нужно твое разрешение. Я просто поставила тебя перед фактом как человек, который как-то думает о командной работе. В-третьих, какое кино? Тебе настолько нечего делать?
[indent] Она выпрямляется на диване, скрипя джинсами о кожу, и снова делает глоток. Общение с Годжо всегда похоже на американские горки: в один момент ты думаешь одно, в другой момент падаешь прямиком к своему личному дну, а в следующую секунду всерьез пытаешься понять, из какого ситкома вырезали ту сцену, в которой ты сейчас находишься. Для Утахиме это слишком утомительно: ей уже не шестнадцать, у нее много работы и липкая жирная масса чувств — уровень насыщенности уже 60 процентов —, которая напоминает о себе каждый вдох.
[indent] Однако уйти и оставить Годжо наедине с его новым капризом она не может. Исключительно потому, что им нужно обсудить время конфронтации и планы на тот случай, если все пойдет не так. Если Мута и в самом деле…
[indent] Утахиме наклоняет бутылку, заливая в себя ее последние глотки, и снова закрывает глаза. В этот раз они горят сильнее, но в них по-прежнему нет слез. Пусть сейчас нет никакого желания, но Утахиме думает, что потом — в тишине своей квартиры, в компании старого бейсбольного матча, Наны и только что найденных мыслей — она вполне может запустить водопады. И это будет очень жалким зрелищем, как раз под стать тому, какой она и является в этой ситуации.
[indent] - Давай обсудим до конца план и разойдемся. Кино посмотришь с кем-нибудь другим.

+2

10

Чего у Химе не отнять, так это того, что ее принципиальность иногда может бесить. У нее нет решительно никаких причин отказываться от плана Годжо, который прост как дважды два, как пальцев об коленку ударить, но она почему-то продолжает упорствовать в своем стремлении защитить ученика.

На ее месте так же поступил бы любой преподаватель, которому не плевать на своих студентов. Годжо за своих первокурсников тоже глотки рвать готов без смс и регистрации, но если кто-то из светлых умов захочет пойти против системы, которую он так истово стремится переделать нормально, а не как хотел Гето, то тут уж извините, профилактической затрещины не избежит никто.

Откатившись на край, он поднимает руки в примирительном жесте, на лице, как всегда, неизменно радостная улыбка, хотя по словам быстро становится понятно: Годжо не шутит.

- Я все еще тебе не нравлюсь, понимаю. Но это все не важно, потому что слушать тебе меня придется в любом случае. Сейчас о том, что в деле замешан Мута, знаем только мы с тобой, и это в известной степени развязывает нам руки. Но нас увидели вместе, начнут задавать вопросы – а чего ты вообще согласилась, раз меня так не любишь? Начнут шерстить наших учеников. За своих я спокоен, а твои могут не выдержать прессинга. Мута хорошо переносит давление?

Не столько с целью поддеть, сколько с искренним интересом спрашивает.
Годжо присаживается перед Химе на корточки. 

- Пойми, я тяну время не для собственного удовольствия. Кино вообще - великая вещь. Здорово отвлекает внимание. Никто не захочет светиться, проверяя, целуемся ли мы на последнем ряду или обсуждаем план.

Годжо еще в свою бытность студентом понял, что, когда тебе дают под крыло неоперившихся птенцов, только вчера узнавших значение терминов «Проклятие» и «Заклинатель», их бесполезно клевать их на тему самостоятельности. Набить шишек, по мнению Годжо, гарантированно быстро и эффективно можно единственным способом - посылать задания разной степени дерьмовости. Выполняя их студенты быстро понимают, что это такое - работать шаманом. Годжо с самого первого дня знал, что жертв в работе заклинателя куда больше, чем привилегий.

- В общем-то план состоит в том, чтобы наведаться к нему и задать пару вопросов, так сказать, с глазу на глаз. Вопрос в том, прости за тавтологию, какие именно вопросы ему задавать. Ты его знаешь лучше и ближе, так? Как думаешь, ради чего он мог согласиться на предложение проклятия? Дело только в желании пройтись на своих двоих по настоящей земле?

Оставаясь наедине с собой Годжо и сам ради интереса задавался этим вопросом. Что бы могло заставить его, сильнейшего мага в Японии, выступить против тех, кто считает будто держит под пятой всех заклинателей и может управлять их судьбами?

Перебирать в уме всевозможные варианты соблазнительных искушений было приятно, но быстро надоело. У Годжо уже давно было все, чего мог желать среднестатистический маг: положение в обществе, способности, возможность реализовать все, что он хотел. Пожалуй, только возрождение Гето из мертвых или возможность этого могли бы стать причиной… нет, не чтобы Годжо стал предателем, но хотя бы задумался.

- Давай, Химе, думай. Ты умная, я знаю. Тут явно замешаны еще какие-то причины, которых я не вижу или о которых не догадываюсь. Представляешь, такое тоже бывает!

+1

11

[indent] Утахиме не улыбается, потому что это давно перестало быть смешным. Уверенность Годжо, что весь мир вращается вокруг него, не милая: для этого мальчик слишком стар — лет этак на двадцать.
[indent] - Да какая к черту разница, нравишься ты мне или нет?! Речь сейчас вообще не об этом! - женщина резко садится, сгибается, чтобы поставить бутылку на пол. В голове плывет какое-то мгновение. - Это не твой ученик может быть предателем и не ты прохлопал этот факт, пока пытался придумать, как ему помочь! Уж извини, что я не скачу сейчас от радости и не тороплюсь придумывать способы, как это остановить. Поэтому, пожалуйста, хоть раз в своей жизни помолчи, прошу тебя!
[indent] Ей должно было стать легче. Наверное. Утахиме не знает: мысли, эмоции и алкоголь перемешаны в один липкий, сочащийся сожалением и жалостью комок. Распутывать его совершенно нет сил; да и стоит ли сейчас?
[indent] Она закрывает глаза — под веками продолжает жечь — и делает глубокий вдох. Задерживает воздух в груди. Медленно выдыхает. Повторяет этот цикл до тех пор, пока насыщенность не опускается до 50 процентов. В идеале ей нужно время, куда больше времени, но в голове прояснилось достаточно, чтобы понять: его нет. Нужно действовать сейчас — придумывать прикрытие, составлять план, искать подходы. Несмотря на то, как бы ни было на душе мерзко.
[indent] Утахиме выдыхает с шумом, заканчивая последнюю петлю цикла, и поднимает голову. Годжо  выглядит серьезно — привилегия того, кого ситуация практически не касается, чьи ученики не сделали ничего плохого, кто держит студентов на расстоянии вытянутой руки. Возможно, ей стоит делать так же: так, во всяком случае, будет небольно.
[indent] - Извини, - произносит она тихо. - Я поддалась эмоциям. По поводу того, почему Мута мог это сделать, все очень просто. Ты же знаешь, как он выглядит на самом деле? Нет одной руки до локтя, ноги ниже колен слишком слабые, чтобы стоять. Там даже не кожа и кости — они тоньше, как, не знаю… Если бы их пропустили через пресс. От любого неосторожного движения кожа рвется. Он проводит свои дни, сидя в ванной с растворами и смотря на мир через экран. Родители… сам понимаешь, - Утахиме усмехается. Не каждый выдержит ребенка-инвалида, а ребенка-инвалида с проклятой энергией — тем более. - И ему семнадцать. Чего бы тебе хотелось в его возрасте, будучи прикованным к постели?
[indent] Утахиме знает. За здоровое тело Мута бы отдал все, что у него есть, и даже больше. Возможность выйти на улицу на двоих, взяться за тарелку двумя руками, пошевелить пальцами, не получив ран — мелочь до тех пор, пока не видишь, насколько легко ее можно потерять, и не знаешь, какие дороги она открывает.
[indent] Пойти с друзьями погулять. Отправиться в класс и провести день в школе. Прогулять уроки. Попытаться купить алкоголь. Пригласить на свидание девушку. Жить. Мута хочет именно этого. И в свои годы он достаточно наивен и отчаянный, чтобы согласиться на самые безумные предложения.
[indent] - Ему будет все равно на давление и угрозы. В его ситуации практически нечего терять. Если только начать угрожать близким, но это только через мой труп. Мои ученики — не разменная монета, - в голосе звенят ноты металла. Возможно, она допустила ошибку, позволив студентам подобраться близко и подойдя к ним на половине пути, но с этим классом уже слишком поздно что-то менять. - Мое присутствие… Не знаю. Оно как может быть полезным, так и выведет Муту из себя. Но над вопросами я подумаю. Тебе я не доверяю в этом деле и за это извиняться я не собираюсь.
[indent] Утахиме снова откидывается на спинку дивана. Думать придется здесь. Встречаться еще раз — слишком рискованно, а передавать информацию через шифры — проблематично. А для соблюдения какого-никакого прикрытия сейчас не остается вариантов, кроме как соглашаться на чертово кино.
[indent] Она пожалеет об этом. Утахиме не надо гадать, чтобы быть уверенной на сто процентов в таком исходе. Но все равно с ее губ слетает злосчастное:
[indent] - И включай уже что-нибудь. Посмотрим фильм, раз тебе так хочется.

+1


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » давай посмотрим вместе, как кто-то облажается