ичибан Ичибан не планировал сюда возвращаться, и уж тем более помыслить не мог, что в следующий раз он будет стоять по другую сторону решетки.

Здесь, как и раньше, стоит тошнотворный запах отчаяния, безысходности и животной ярости, которую носит в себе каждый, кто попал сюда. От почти подвальной сырости со стен слезают криво наклеенные обои и пол противно скрипит от каждого шага. читать далее

эпизод недели

рокэ + катарина

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » Тени исчезают в полночь


Тени исчезают в полночь

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Orochimaru1 & Nara Shikamaru2
https://i.pinimg.com/originals/25/35/25/253525e96805d118d89ec4dd5c8cfc2f.png

Тени исчезают в полночь
• • • • • • • • • •
После “смерти” Орочимару Звук остался предоставлен сам себе. Со временем там объявился шиноби, достаточно сильный, чтобы стать “вожаком”, и несколько группировок. Понимая, что детище вышло из-под контроля, Орочимару решает вернуться туда, чтобы навести порядок. Только сделать это непросто, ведь Лист пристально следит за тем, что он делает

+1

2

Люди постоянно твердят, что плохой мир лучше хорошей войны. Но постоянно, глядя на общую картину, пропитанную безмятежностью, как спиртом, который готов полыхнуть заревом в одно мгновение, они забывают присмотреться к деталям. Вот и на лугу с редкой травой, постепенно переходящем в каменистое плато, сейчас наверняка кто-то кого-то убивает или жрет, а ведь на первый взгляд не картинка – утопия и отрада для уставшей души! Карта мира где-нибудь на стене в покоях Каге выглядит так же. Четвертая мировая война шиноби закончилась много лун тому назад, между странами на бумаге царил условный мир. А выйди из кабинета, взгляни чуть ближе и поймешь, что ничего в сущности своей не изменилось, и человечество просто дало очередной виток своей истории, очередной толчок к развитию и деградации, которые тягают наши жизни как два капризных ребенка – игрушку, в которую захотелось поиграть им обоим.

Орочимару не спешил спускаться с холма на твердыню плато. Пусть заметят чужака издалека. А когда заметят, что этот чужак шагает по их земле как хозяин, пусть нападают. Никчемная, по сравнению с былыми временами, охрана не помешает змею по знакомым тропам пройти вглубь ощерившихся скал, к огромному каньону, к его давно покинутому убежищу в Стране Рисовых Полей. Вернее, всему миру хотелось верить, что одна из самых крупных лабораторий Змеиного Саннина пустует с момента его – неудавшейся – смерти, однако, как оправданный преступник выяснил недавно, обитателей в основной базе Скрытого Звука было предостаточно. Бывшие заключенные, его подопытные и верные ему шиноби, преступники всех мастей, озлобленные нищие бродяги – все, кому некуда было идти и не на кого больше положиться, стекались в Отогакуре-но-Сато как в свой храм. Искали бога, который услышал бы отчаянный крик своих людей и принял их под свое крыло, а в итоге сбились в мерзкую крысиную стаю, нашли себе вшивого зубастого вожака и облюбовали змеиную нору. Оставлять без внимания беснующуюся голодную толпу оборванцев, среди которых были и потенциально сильные и опасные бойцы, было бы ужасающе пустой тратой человеческого ресурса.

Ямато наверняка уже послал в Коноху ястреба с донесением о том, что Змеиный Саннин три дня назад внезапно, спустя неделю, вообще безвылазно проведенную под землей, снялся с места и в гордом одиночестве отправился на север. Удивительно настырный и исполнительный парень! Орочимару, который в последний год вел весьма мирную жизнь отшельника, было его порой даже почти жаль. Боец АНБУ был его единственным постоянным соглядатаем, следовал за Саннином практически повсюду, пусть и следовал приказу не пересекаться с ним в открытую. Зря, ведь змею было абсолютно все равно на якобы невидимый конвой, а так даже выпить бедолаге не предложишь в особо злой зимний вечер… Так или иначе, Ямато и сейчас где-нибудь неподалеку, вот только здесь, на границе Скрытого Звука, его присутствие было уже нежелательно. Он мог помешать Орочимару осуществить задуманное, как и шиноби Конохи, если вмешаются в неподходящий момент.

Крысы - по-другому назвать их у мужчины даже его язык не повернулся бы - тем временем зашевелились. Они подошли достаточно близко, чтобы Саннин засек их чакру. Мужчина встретил напряжение в затихшем воздухе легкой улыбкой. А затем мелькнули тени и жалобно звякнула сталь.

Противники из нынешних шиноби Звука были настолько отвратительные, что Орочимару почувствовал себя оскорбленным. Но основной целью открытого сражения было не проверить возможности местной охраны, а хотя бы на время избавиться от АНБУ на хвосте. Поэтому, когда спровоцированные парой небрежно оброненных фраз ниндзя набросились на чужака всем скопом из семи человек, Саннин использовал комбинацию из теневого клонирования и хенге, чтобы замылить Ямато глаз и смешаться с бродягами. В подходящий момент, когда клоны змея, с его личной помощью исподтишка, одержали верх, оставив лишь одного «Орочимару» невредимым, перевоплощенный «шиноби Звука» якобы обратился в бегство, за ближайшей скалой снова сменив обличье – на этот раз превратившись в маленькую серую гадюку. Клон Саннина ускорил шаг и развеялся за одним из поворотов каменного лабиринта, а незаметная змейка тем временем юркнула в совершенно другом, но знакомом направлении. Трюк был простой, но ненадолго собьет Ямато со следа, дав бывшему преступнику фору минут пять-десять. А большего и не надо – Орочимару не держит бойца АНБУ за непроходимого идиота.

«Когда-нибудь поблагодарю Наруто-куна за такие бесстыже прямолинейные трюки.»

***

Небо уже озарилось окропленным кровью золотом, когда Наоки Изаму вернулся в свой кабинет. Впрочем, нет, это место не принадлежит ему, он всего лишь хранитель, сторожевой пес, который скулит у покинутого дома, ожидая возвращения хозяина. Молодой мужчина устало обвел взглядом спартанский интерьер, присущий всем здешним комнатам, и зажег масляные лампы. Едва скрипнул затвор последней лампы, Изаму почувствовал чье-то постороннее присутствие и резко обернулся. Еще спустя мгновение лицо, искаженное гримасой застанной врасплох злобы, смягчилось в удивлении и нескрываемой радости.

- Здравствуй, Изаму-кун.

Змеиный Саннин сидел рядом со своим – а вот это утверждение уже было справедливо – письменным столом, развернувшись боком к аккуратным стопкам старых свитков и подшитых тетрадей и облокотившись на столешницу. Судя по всему, он давно ждал своего старого подопечного, но заметить себя позволил только сейчас.

- Орочимару-сама. – Наоки Изаму, тупо повторивший имя шиноби, который некогда спас его незавидную жизнь, внезапно перестал выглядеть на свои двадцать девять лет, и сейчас посреди кабинета стоял как будто мальчишка, узревший чудо и готовый бухнуться на колени прямо на месте. – Орочимару-сама!

В золотых глазах змея плясали бесоватые смешинки, скрывающие его разочарование, жалость к очередному щенку, который, кроме своего спасителя, смысла в своей жизни не видел, и облегчение: пока крысиный вожак встречает его с таким подобострастием, проблем с дальнейшим сотрудничеством возникнуть не должно.

- Я ждал вашего возвращения! – Изаму в исступлении, уже несколько напоминавшем безумие, таращил на хозяина ярко-голубые глаза, как будто боялся, что, если он хотя бы моргнет, Саннин исчезнет. - Почему вы не прошли через главный вход? Вам ли забираться сюда, как вору! Я же…

Орочимару поднял открытую ладонь, призывая юношу к тишине.

- Я хотел поговорить с тобой, Изаму-кун. Без лишнего шума.

Наконец-то Наоки взял себя в руки, резко посерьезнел и кивнул, вытянувшись по струнке.

- Все, что угодно.   

«То, что мне угодно, тебе совсем не понравится.»

+1

3

Восстанавливать мир после стольких лет разрозненности чертовски сложно. Даже договоренность между пятью великими странами о мире недостаточна для того, чтобы провести к его процветанию. Пострадавшие от войны мелкие страны, деревни, забытые и стертые с лица земли, дезертиры, увеличившееся количество мародеров и нукенинов, новые фракции и объединения, пользующиеся смутным временем, были не той проблемой, которая решится за один день и даже за один месяц. Можно выплатить компенсацию, но тем, кто потерял родину, это не очень-то нужно. Нужны были именно рабочие руки и силы, но как отправлять их, если нужно для начала разбираться внутри собственной страны со всеми последствиями войны?
«Мы не соглашались на эту войну»
«Мы не должны были страдать от ее последствий»
«Великие страны все решили за нас и не дают нам помощи!»
Все эти возмущенные лозунги, что летели из мелких стран, вряд ли смогли бы собрать новую военную мощь, но настроения между ними царили просто ужасные. Беззаконие на границах процветало, а уж как пополнилось население за счет тех, кто не были согласны с итогами войны… Все это звучало довольно грустно, но увы, такова была жизнь и им предстояло разобраться с этим. Равно, как и с собственными проблемами, которые возникали просто из ниоткуда, но нельзя сказать, чтобы прямо уж на пустом месте.
Держать рядом того, кто совершил множество преступлений, да еще и с легкостью столько лет уходил от преследования было, по мнению Шикамару, довольно опасно, да и было предельно ясно, что змеиный саннин смирно находится на одном месте только потому, что так выгодно исключительно ему. Рано или поздно он просто уйдет, если ему будет это нужно. Потому, честно сказать, когда пришло сообщение от капитана Ямато, Нара даже слегка скривился, потому что это было невероятно предсказуемо. Когда же пришло сообщение о предполагаемом местонахождении Орочимару, то помощник Хокаге издал только усталый выдох и сцепил пальцы на затылке, глядя в небо на проплывающие облака. Деревня Звука была еще одной раковой опухолью, к которой они толком не могли подступиться, потому что она, формально, не принадлежала к какому-то государству и вовсе осталась без правителя, который мог бы каким-то образом повлиять на них. Пока Отогакуре активно не вмешивались в жизнь великих стран – о них предпочли забыть. Но кто знает, что может случиться, если Орочимару вновь встанет во главе собственного детища? Шикамару эта ситуация активно не нравится собственной непредсказуемостью, к тому же нет понимания, как именно стоит поступить правильно. Потому решение о разведке было самым правильным со стороны Шестого-сама.
Они выдвинулись двумя отрядами – первый под руководством Шикамару, второй вел за собой Ямато. По пути им попались противники и пришлось разделиться, чтобы можно было продолжать преследование. Приходилось действовать быстро, придумывать план буквально на ходу, но было решено, что кто-то из них все же доберется до Отогакуре и узнает обстановку, а вторая все же пойдет сражаться с засадой.
Эта тактика оказалась верной. Но, откровенно говоря, Нара на этот раз не обрадовался собственной правоте. Покров полумрака позднего вечера уже скрывал их силуэты, когда удалось добраться до деревни Скрытого Звука. Картина, что они увидели, подтвердила опасения Шикамару – змеиный саннин уже добрался до собственного детища.
- Вот черт, - Нара досадливо выдохнул и сунул руку в карман, который успокаивающе ткнулся в пальцы гладким боком зажигалки. Курить хотелось зверски, сигареты помогали ему думать в подобные моменты, но никаких идей помимо самой очевидной – проникновения внутрь, пока не приходило. Им в каком-то смысле повезло, Орочимару практически сделал им одолжение, уничтожив тех, кто находился на его пути и открыв им возможность пройти незамеченными. Только сделать это следовало как можно скорее, пока условная охрана границ не поняла, что кого-то на их территории явно не хватает.
Темные плащи, скрытая за хенге внешность, частично сокрытая чакра – они разделились, пока искали хоть какие-то намеки на присутствие Орочимару и рыскали, быстрые, стремительные, прислушиваясь ко всему.
Насколько успел понять Шикамару, долго церемониться здесь никто не будет.
И идти нужно будет именно в ту сторону, где раздастся крик. Или, что более возможно – предсмертный хрип.
Кажется, легендарный преступник ненавидит конкуренцию.

+1

4

Как начинать не самый приятный разговор с тем, кто может расплавить твои внутренности, не пошевелив и пальцем? Когда Орочимару в очередной раз за его долгую жизнь приходилось задаваться этим вопросом, он был готов только устало потереть пальцами виски. Каждый случай был уникален, благо, горький опыт и его запретные техники давали Саннину право на ошибку, которая пройдет без непоправимых последствий. В данной ситуации ошибка была совершена уже очень давно. В прозрачно-голубых глазах Изаму танцуют светлячки от масляных ламп. За пару ударов сердца змею вспомнился целый абзац жизни, который для этого мальчишки был целой главой. Цепочку из воспоминаний и вариантов того, что можно было сказать, прервала возня за дверью. Кажется, ребятки из Звука почуяли неладное.

- Выйдем на воздух? – Хриплый голос мужчины едва ли может звучать мягко, но его обычная непринужденность успокаивает. Наоки понимающе глянул на дверь через плечо, кивнул и с улыбкой сделал приглашающий жест рукой. Молодой предводитель разбойников Отогакуре вышел первым, успокоил пару своих помощников, отослав их проверить границы еще раз, а когда их шаги стихли, из кабинета следом вышел Орочимару.

«Наверняка заметили трупы. Или Ямато,» - мысль намекала, что пора ускоряться с разговорами.

Едва оказавшись наедине с Изаму на крыше главного здания, заменявшего Звуку резиденцию Каге, Саннин первым делом окинул взглядом открывавшийся взору каньон. Навскидку все оставалось безмятежным, как и Наоки все еще играл в бесконечно преданного простачка с бездонно-преданными глазами. Но атмосфера уже жалобно выла, как старая ссхошаяся эрху.

- Ты заметно вырос с нашей последней встречи. – Змей имел в виду не только внешность бывшего подопечного, и молодой человек это понял. – Сколько тебе сейчас, двадцать пять?

- Почти тридцать. – Моложавое, откровенно мальчишеское лицо сияло безупречной кожей без единой морщинки, без единого шрама. – Или уже тридцать, я уже и не помню. Мой день рождения никто не записывал, когда я попал к Тайзе. А затем вы позволили мне сжечь все записи о себе.

Предположение Орочимару – не самое оптимистичное – постепенно оправдывало себя. Бедняга с промытыми мозгами, без осознанного прошлого и каких-либо якорей извлек из своей доли ошибочный урок. Изаму не оправился от своих травм, он приучился дорожить ими как единственным, что делало его личность, а не тело, особенной. Ощущение собственной значимости, скорее всего, уже культивировалось само собой, так что обмен любезностями, улыбки и жалобное заглядывание в рот спасителю – не более чем уловка и проверка самого Саннина. Не явился ни разу за столько лет, и тут вдруг вспомнил о том, что где-то существует место, некогда бывшее ему оплотом, что где-то существуют люди, которых он убедил в том, что он – их единственная семья, их единственный защитник и мучитель, спаситель и палач. Для скептицизма оснований было достаточно, а вот проявление былой преданности Изаму наверняка использовал, чтобы сбить Орочимару с толку. И мужчина был готов признать, что бывшему подопытному это почти удалось.

- Ты решил начать новую жизнь. – Резюмировал Саннин все сказанное и недосказанное.

- Как и Вы, Орочимару-сама. – Наоки отвел взгляд в сторону, туда же, куда смотрел его хозяин, и встал с собеседником бок о бок. Показывая, что больше он не намерен услужливо стоять позади. – Здесь было много людей, которые не знали, что им делать: ни после вашей смерти, ни после вашего воскрешения. Я остался в Звуке, чтобы сберечь ваши труды, они не должны пропадать зря.

Прорвало. Хоть Изаму все еще не мог начать кидаться обвинениями и грубить в лицо – да и возраст уже у него был более сознательный для таких глупостей – каждое слово из немногих сказанных сквозило намеком: ты ушел, ты бросил, ты наигрался и забыл. Орочимару нечего было возразить. Он действительно наигрался и бросил, прекрасно это осознавал, как и чувствовал боль всех, кого предал. Проблема, правда, была в том, что он уже привык к этим мыслям и ощущениям. У самого уже не болело давно, едва ли не с детства. А холодное осознание вины разумом не пробуждало ни совести, ни сострадания к обиженным и обделенным. Извинения, такие сухие и до отвращения фальшивые, когда злодей спокоен, как познавший вселенскую мудрость умиротворения монах, будут куда горше их отсутствия. Лишь бы Наоки не решил перестать тянуть резину и дал противнику шанс подготовиться к атаке, пока сам мелет языком.

Змеиный Саннин вздохнул и прикрыл глаза. В рукаве была отравленная игла с транквилизатором, который свалит и лошадь, но ему нужно будет время, чтобы начать действие. За бинтами на голени, ниже колена, заготовлена игла с ядом уже смертельным. Играть честно здесь было бы самоубийством даже для того, кто достиг бессмертия.

- Я рад, что ты взял на себя эту ответственность. Думаю, в твоих руках эта Деревня увидит лучшие дни, чем в моих. – Вот тут с толку был сбит уже Изаму, хотя ему удалось сохранить невозмутимый вид после того, как он резко повернул голову в сторону собеседника. Орочимару же ответил ему движением более плавным и все тем же умиротворенным взглядом. Наоки понял, что с него начала сползать маска, и поспешил исправиться.

- Что вы, разве я могу, Орочимару-сама?! – Парень отшатнулся и выставил перед собой открытые ладони. У змея резко похолодело в груди рефлекторное ожидание атаки, но, пожалуй, его выдали только хищно сузившиеся зрачки. – Я ведь ждал, когда Вы вернетесь… Не важно, каким путем вы теперь хотите идти, это все принадлежит Вам.

Ситуация до смешного была похожа на то, как один ребенок взял у другого игрушку, но приходится ее отдавать. Хотя она такая яркая, веселая, именно такая, о которой бедное дитя всегда мечтало… Может, друг сжалится и подарит ее? Отдаст по-хорошему, а?..

Разочаровывать внутреннего искалеченного ребенка Изаму было ни к чему.

- Эти люди уже привыкли следовать за тобой и доверять твоим решениям. Если ты вернешь власть над ними мне, мы оба потеряем их доверие. – Наоки сделал вид, что задумался и, широко открыв глаза, кивнул. – Поэтому я здесь, чтобы предложить тебе сделку. Я оставлю Деревню Звука тебе. Условие у меня одно: когда бы я ни пришел сюда, ты откроешь для меня двери. Здесь осталось много моих вещей – книги, свитки, оборудование, - но переезд в моей жизненной ситуации дело слишком хлопотное. Надеюсь, ты поймешь и не осудишь. По рукам?

Коротенькая игла из рукава уже скользнула между пальцами. Болтать просто ради разговора или злодейского монолога Орочимару не собирался, но крайне важны были выигранные минуты, которые позволили подготовиться. Рука с обманчиво раскрытой ладонью вытянулась вперед и предложила новому лидеру Деревни Звука простое рукопожатие в знак соглашения. 

Изаму, постепенно переваривая сказанное хозяином, дошел до каких-то выводов. Эрху воздуха надрывно взвыла, и Саннин услышал этот крик. Парень мог улыбаться и сверкать глазами сколько угодно, его бывший покровитель уже знал, что тоже получит удар, едва их с Наоки ладони соприкоснутся. Сделка требовала жертвы.

Отредактировано Orochimaru (2021-08-06 19:54:14)

+2

5

Шикамару тихо чертыхается, когда замечает перед собой человека, который, судя по всему, пошел проверять территорию. Быстро оглядывается по сторонам и замечает, что тот совершенно один. Можно было бы посетовать на непредусмотрительность противника, только вот не нужно было недооценивать его. «Детища» деревни Звука обладали поистине чудовищными техниками, которые высвобождались, благодаря проклятой печати, поэтому о способностях противника не следовало судить заранее. Пройти мимо? Или лучше все же нейтрализовать? Нара колебался недолго, пройдет дальше – заметит трупы и поднимет шум. Тени скользнули по земле и быстро по одежде добрались до горла противника, заставив того захрипеть и почти свалиться на землю. Шикамару быстро прячет его в кустах и маскирует плащом, тихо выдыхает и успокаивает дыхание. Нельзя действовать необдуманно, их задача – это разведка. Хотя вторжение на территорию Звука уже случилось, так есть ли смысл скрываться?
Нара старается двигаться как можно быстрее и незаметнее, скрывается под покровом окружающей обстановки и деревьев, но, кажется, обитатели деревни Звука и не думали скрываться. От этого факта холодок пробегает по коже. Разумеется, когда ты с л и ш к о м силен, ни к чему скрывать собственные способности. Ни к чему скрываться в принципе. Потому, когда Шикамару поднимает голову и замечает змеиного саннина, то может лишь досадливо сжать зубы. Обдумывать ситуацию некогда, необходимо действовать. Его силы против силы Орочимару. Что он может? Разве что только пользоваться эффектом неожиданности.
Шиноби не сталкивался с тем человеком, с которым разговаривает Орочимару и не знает о его способностях. Разговор проходит спокойно и кажется, что сейчас ничего серьезного не произойдет, однако, когда Орочимару протянул руку для рукопожатия и Шикамару решил действовать. За время наблюдения за змеиным саннином он не замечал за ним таких вот жестов доверия и дружелюбия и принял это за уловку. Тени взметнулись по земле, по зданию и по крыше, сливаясь с тенями ниндзя и мгновенно сковали две тянущиеся друг к другу руки, удерживая их, выворачивая пальцы и не давая сложить печати.
Проблема в том, что удержать их в таком положении он сможет лишь короткое количество времени, оставалось лишь надеяться, что остальные услышат его и вовремя подоспеют.
- Ни с места! – боковым зрением он замечает людей с кунаями и теневые руки взметнулись по направлению к сонной артерии лидеров деревни. Шиноби скрытого Листа тоже появились в поле зрения, однако Шикамару увидел не всех. Кто-то предпочел скрыться и передать информацию в Лист?  Хотелось верить, что все именно так и в итоге к ним придет подмога. Сжав зубы, он заставил себя удерживать концентрацию. Да уж, сходили на разведку.
- Господа, прошу вас не делать резких движений и не предпринимать никаких действий, - главное говорить спокойно и уверенно, тогда можно заставить к себе прислушаться. Ну и применить немного силы при этом.
- Орочимару, вам не следовало сбегать из-под надзора и ухудшать собственное положение. Возможно, если у нас получится договориться, это можно будет использовать как смягчающие обстоятельства, - Шикамару не угрожает, но дает шанс на реабилитацию. Все же саннин не дурак и понимает собственное положение, которое в итоге окажется явно невыигрышным. Есть шанс, что битвы удастся избежать и Нара не может им не воспользоваться.
Но вряд ли все пойдет именно так, как он задумал.

0

6

Когда все тело внезапно парализовало, Орочимару сперва было решил, что Изаму перешел в атаку раньше предполагаемого момента. Но мгновение спустя Саннин заметил, что его оппонент также не в силах пошевелиться, только яростно скрипит зубами. Хуже всего было то, что случилось дальше: чужая техника заставила подчиниться и разжать пальцы, и игла выскользнула из руки, блеснув в догорающих закатных лучах, а потом еще и тихонько звякнув о крышу здания. Мелочь, но не для тех, чья жизнь буквально зависит от звука. Взгляд Изаму упал под ноги Змеиного Саннина, а рот скривился в злобной гримасе. Благо, тут же попытаться размотать обманщику кишки вожаку разбойников не позволила техника, а потом еще и раздавшийся откуда-то снизу голос, велевший обоим шиноби на крыше не двигаться. Орочимару и Наоки одновременно бросили на обладателя голоса косые взгляды, не в состоянии повернуть головы.

Саннин весьма смутно помнил этого парня, но он был связан с весьма значимым днем в ныне бесконечной жизни. Так что худощавая фигура и смешной высокий хвост единственного выпускника, сдавшего Экзамен на чуунина в день, когда Змеиный Саннин напал на Коноху и убил Третьего Хокаге, всплыли в памяти рябью на воде. Тем временем, шиноби Листа продолжал свою речь блюстителя закона, пока теневые руки медленно тянулись к шеям захваченных жертв. Наоки Изаму угрожающе прищурился.

«Идиоты!» - Про себя выругался Орочимару, не сводя глаз с мальчишки из Скрытого Листа. Его бывшему подопытному не было никакой нужды шевелиться или тратить силы на освобождение от техники Теневого Захвата.

Приступ тошноты пришел как удар под дых, голова немного закружилась. А ведь Саннин даже не был основной целью атаки, это просто «фонила» звуковая волна, которую использовал Изаму. Тот, кто находился под направленным ее действием, сейчас вообще мог потерять связь с реальностью от весьма широкого диапазона колоритных ощущений: та же тошнота, звон в ушах, ухудшение зрения, неконтролируемое и беспричинное чувство страха. Дальше будет паралич, когда сменится диапазон волны (а значит, в любую секунду). Если ниндзя Листа не отпустит противников, сдохнет быстрее, чем его мозг успеет понять, что именно происходит, а если же отпустит… Наоки освободится и ударит в полную силу. И потом, расправившись с коноховским патрулем, переключится на змею, которая под предлогом мира едва его не отравила. Такой расклад после неудавшегося покушения Саннина никак не устраивал. И с одной стороны, разбить бы технику юнца и смыться, оставив Изаму головной болью Скрытого Листа, но это означает оставить нового лидера Звука в живых, таким же смертоносным, неуправляемым и злым. И все остатки Скрытой деревни в итоге уподобятся ему окончательно, а ведь даже сейчас некогда великое создание Орочимару выглядело как обжитая крысами свалка. Удар по самолюбию ученого был и без того внушительный. К тому же, если Звук останется таким, какой он есть сейчас, Коноха все, что наворотят разбойники и бывшие подопытные, с радостью повесит на самого Саннина. Не сказать, что в этих выводах Лист не будет прав…

Змей почувствовал, как дрогнула теневая хватка, и этого момента ему хватило, чтобы сконцентрировать чакру и провернуть старый трюк, который был забавной отсылкой к тому же Экзамену. Пока Изаму был сосредоточен на шиноби Конохи, Орочимару ускользнул сквозь крышу на верхний этаж здания. Медлить тут мужчина не собирался, проигнорировав лестницы и выскочив в первое же попавшееся окно. Движения быстрые, отточенные, а атака достаточно стремительная, чтобы выглядеть убедительно. Сбежав по отвесной стене, Саннин сократил разделявшее их с пареньком расстояние за считанные секунды и, не обращая никакого внимания на остальной отряд, вломил кулаком ему в грудь, отбрасывая коноховца на приличное расстояние с линии направленной звуковой волны. Можно было бы и не бить так сильно… Но пусть Изаму поверит в намерение Орочимару убить шиноби Листа, а этот гений получит заслуженного тычка за неосмотрительность.

Серия коротких ударов преследовала цель вернуть лидера коноховской команды в чувство и оттеснить его обратно к затененному каньону. Даже агонизирующий мозг заметил бы, что Саннин не бьет по жизненно важным точкам и не прилагает даже половины своей силы. Уворачиваться или блокировать быстрые змеиные выпады не составит труда. И как только у Орочимару получится скрыться от взгляда Наоки, который, взревев как раненый медведь, налетел на остатки отряда ниндзя Листа, сражаться он прекратит. Надо будет поговорить с этим неудавшимся юным конвоиром, чтобы Коноха не восприняла происходящее неправильно.

Интересовал мужчину только лидер группы. Остальные шиноби, судя по звукам за спиной, постепенно шли на мясо, и парень – вероятно, из клана Нара, судя по техникам, – в моменты короткой передышки, когда его оппонент делал очередной замах, наверняка мог видеть некоторые отрывки происходящего. Изаму наносил сокрушительные удары, но только чтобы выпустить пар. Вперемешку с криками и предсмертными хрипами звучали хлюпающие всплески кровавой рвоты, пару раз отчетливо было слышно, как взорвались чьи-то черепа, размазав по пыльной земле оставшуюся от мозга склизкую кашу. Так погибали те, кого вожак Звука не тронул и пальцем. Быстро, и один за другим. Хотя Орочимару готов был поспорить, что сил Наоки хватит и на то, чтобы разорвать в клочья всех, кто стоит в зоне досягаемости, одновременно. Так что в какой-то момент Саннин извернулся и, оказавшись у юноши за спиной, схватил его за ворот жилета, прошипев:

- Кончай трепыхаться, надо уходить.   

И, заканчивая представление, отшвырнул коноховца – как котенка за шкирку – в один из тоннелей каньона. Не дожидаясь реакции Изаму, тут же сам нырнул в темноту, чтобы «добить» противника.

+2

7

Недооценивать противника - страшная ошибка, идти куда-то не имея информации - огромный риск. Шикамару осознавал все это, когда атаковал змеиного саннина и считал его основным противником, но, как оказалось, тот кто стоял рядом с ним, представлял куда большую угрозу. Нара выдыхает - и не может вдохнуть снова, потому что в его грудь врезался тяжелый кулак, который отбрасывает его назад. Кажется, Шикамару даже услышал треск ребер перед тем, как вдохнуть снова. Оглушенный, он не сразу успевает выставить блок и пропускает еще один удар, сжимает зубы, переходя в оборону. Внутри недоверчиво мелькает мысль, от которой он едва не получает еще один удар - змеиный саннин превосходит его по технике боя и при желании мог бы отправить его в нокаут сразу. Однако Шикамару даже с чувствительными следами ударов, которые непременно превратятся в синяки, все еще умудряется оставаться в сознании.
Было довольно сложно оценивать обстановку вокруг, не прерывая бой, но крики вокруг были довольно однозначными, как и звуки падающих тел и отвратительные хлюпанья разрывающейся плоти. При этом Нара не замечал, чтобы противник каким-то образом прикасался к шиноби. Кто-то успел отступить [Шикамару очень надеялся на это], но абсолютное большинство были уже мертвы. Нара некогда было переживать об этом, он был сосредоточен на сопротивлении, но внезапное быстрое движение змеиного саннина выбило его из равновесия и он оказался в темноте одного из коридоров. Едва удержавшись на ногах, Шикамару быстро стал отступать назад в попытке скрыться, но чтобы оставаться в поле зрения Орочимару. Не нужно было быть гением, чтобы понимать, что преступник на его стороне и все это было не иначе как представление. Заманивать его в темный коридор, чтобы убить... В этом не было смысла, это являлось только тратой времени. Им пришлось какое-то время поплутать, прежде чем звуки стихли и стало понятно, что основной противник пока что временно не может добраться до них. Только тогда Шикамару решился заговорить. До этого момента он не давал себе рефлексировать, но стоило начать разговор, как его голос стал заметно подрагивать.
- Это еще один из результатов ваших экспериментов? - ему приходилось видеть представителей Четверки Звука, да и сражаться с другими людьми Орочимару, потому он имел кое-какое понятие о том, каких людей могла выпустить из себя Отогакуре. Но такого... Даже он не видел.
- Снова звук? - в голове мелькает ситуация перед первым экзаменом на чуунина, когда один человек из команды Звука заставил волну пройти через тело Якуши Кабуто, отчего у него разбились очки и началась неконтролируемая тошнота. Что ж, зачем изобретать что-то новое, если можно пойти по накатанному пути?
И довести свой эксперимент до чудовищных и неконтролируемых масштабов, лишь бы потешить собственное тщеславие. Вполне в духе Орочимару.
- Что требуется от меня? - чуть резче, чем следовало бы. Наверное, тут впору самому испугаться собственной смелости, только вот после войны многие страхи уже ушли в небытие. Шикамару понимал, что змеиный саннин спас его вовсе не из милосердия или человеколюбия, у него была какая-то определенная цель. И чем быстрее Нара выяснит, что от него требуется, тем быстрее освободиться от его влияния. Увы, сейчас шиноби Конохи определенно находился в проигрышном положении и ему вряд ли удастся вот так сразу обхитрить Орочимару. Они оба понимают, в какой ситуации оказались и вряд ли их конечные цели совпадают. Змеиный саннин точно знает, что Шикамару вряд ли оступится от собственного задания, несмотря на потери, и даже если ему не удастся захватить его - он все равно передаст информацию в Конохагакуре. Правда вот будет ли от этого польза - тоже та еще загадка, которую не так просто разгадать сходу.

0


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » Тени исчезают в полночь