html, body { background-color: #aeaeae; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 35px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; } :root { --main-background: #e5e5e5; --dark-background: #cdcdcd; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/zcJZWKc.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #e5e5e5;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/cxWyR5Y.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #aeaeae; } .punbb .post h3 { background-color: #d9d9d9; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #d6d6d6; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #d6d6d6 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px!important; background: #d6d6d6; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #b9b9b9; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #d5d3d1; background-color: #d6d6d6 !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #d6d6d6; border: solid 3px #d6d6d6; outline: 1px solid #d6d6d6; box-shadow: 0 0 0 1px #d6d6d6 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #c5c5c5; border: solid #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #d3d3d3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
html, body { background-color: #1c1c1c; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 34px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; border-left: solid 228px #2e2e2e; } :root { --main-background: #d7d7d7; --dark-background: #e5e5e5; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/395XG6f.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #d7d7d7;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/hYFQ6U1.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #1c1c1c; } .punbb .post h3 { background-color: #c7c7c7; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #c3c3c3; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #c3c3c3 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px !important; background: #c3c3c3; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #a1a1a1; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #cdcdcd !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #c5c5c5; border: solid 3px #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; box-shadow: 0 0 0 1px #c5c5c5 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #b3b3b3; border: solid #b3b3b3; outline: 1px solid #b3b3b3; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #c3c3c3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
микаса Микаса не знала – Микаса не знает. Инстинкты, двигавшие её вперед, закрывают сознание на замок все глубже, сильнее, запрещают доверять, верить и проявлять хоть каплю сочувствия к тем, кто этого не заслуживает. Ужасно, невыносимо сильно хочется послушать их, расслабиться, опустить руки и просто отдаться этому сжигающему все на своем пути чувству сладкой ненависти, презрительно смирять темной сталью глаз, и не думать о том, что завтра кого-то могут просто напросто сожрать на задании. читать далее

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » Я не тем хотел стать и мечтал не об этом вовсе


Я не тем хотел стать и мечтал не об этом вовсе

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Levi Ackerman & Armin Arlert
помнишь, как в детстве хотелось быстрей стать взрослым?
а однажды проснёшься и спросишь - какого чёрта
вместо свеч и торта - бухие друзья и тосты.
и в зеркале кто-то. в зеркале кто-то. кто ты?

https://i.imgur.com/yJLbzS8.jpghttps://i.imgur.com/OJedtQV.jpg
Я не тем хотел стать и мечтал не об этом вовсе


Капитану Леви необходима информация об Энни. И получить ее он планирует у человека, который может дать ее характеристику точнее всего. Только вот Армина это вовсе не радует

Отредактировано Armin Arlert (2021-11-16 22:29:06)

+2

2

Неделю назад произошло самое важное и кровопролитное сражение в истории разведкорпуса — битва в Шиганшине, закончившаяся разгромом марлийских воинов и возвращением стены Мария. Однако победа, что должна была стать величайшим триумфом человечества, на деле оказалась всего лишь поворотной точкой в давней масштабной войне, в которую парадийцы вступают с опозданием в сотню лет. Когда огромная держава готовится обрушить тебе на голову свою мощь, а весь остальной мир смотрит на тебя с недоверчивой опаской, титаны и воины кажутся наименьшей проблемой из всех возможных.  Но что поделать? Чтобы выжить, приходится бороться, и воля к жизни у народа за стенами так крепка, что об неё сломает зубы любой их враг. Титаны, воины, Марлия и весь мир — отстояв очередь, все сукины дети, бросившие вызов Парадизу, рано или поздно получат свою собственную Шиганшину.

Однако прежде, чем соваться в бой, разведчикам нужно подкопить новые силы и зализать старые раны, а а кое-кому — ответить за сказанные слова и принятые решения. Вернувшись в столицу, Леви предстал перед королевским правительством и военным советом, справедливо спросивших: «какого хрена обычный капитан, пусть и сильнейший солдат, пообещал от лица острова обменять простого человека, пусть и лучшего командующего, на разумного титана?». И Аккерман, не поведя бровью, ответил им, что раз никто не знает, как вытащить Леонхарт из кристалла, то в таком случае единственный прок от неё — быть предметом торга. И пусть на тот момент его слова казались неоспоримым аргументом, несколькими днями позже ситуация так круто поменялась, что аргумент этот не просто оказался разбит в пух и прах, а отпал сам собой.

Энни нагрянула, как снег на голову. О её дальнейшей судьбе в целом и целесообразности обмена в частности в высших военных кругах сразу же закрутилась нешуточная дискуссия, стараниями Ханджи, Пиксиса и прочих адекватных офицеров обещавшаяся затянуться и, хотелось бы надеяться, кончиться в пользу разведкорпуса. А пока что Леонхарт, просидев три месяца за алмазными решетками, должна была просидеть еще столько же за металлическими. Сторожить её было поручено отряду Леви, а самому Леви — допросить марлийку и попробовать разжиться у неё какой-нибудь важной информацией, способной в будущем сыграть какую-нибудь роль.

По части допросов, особенно с пристрастиями, Аккерман был далеко не любитель, а профессионал, поэтому к вопросу подготовки подходил основательно. Силовой или ментальный — какой тип воздействия возымеет больший эффект? Какие болевые точки — не только на теле, но и на душе — есть у человека, ударив по которым можно заставить его говорить? Проявить ли немного сочувствия или же до конца оставаться безжалостным? Дать ли в какой-то момент передышку или же давить, пока окончательно не сломается? Только ответив на все эти вопросы, капитан мог приступить к допросу и если бы речь шла о простом человека, он сделал это бы сам, но Леонхарт — особый случай.

Трое марлийцев — волки в овечьих шкурах. Снаружи — очередные жертвы из числа островного народа, а внутри — его же палачи. Товарищи, когда смотришь им в лицо, и враги, стоит только повернуться спиной. Однако если ты сближаешься с кем-то, пускай и пряча за маской лицо, будь готов, что пока изучаешь ты, в это же время изучают и тебя тоже, особенно если маска постоянно отваливается и норовит упасть на пол. Дело не в том, что не Леви не может изучить Леонхарт — дело в том, что до него это уже сделали. Причём тот, чьей проницательности Аккерман доверяет куда больше, чем собственной.

— Заходи, — говорит он Армину, когда тот появляется на пороге его импровизированного кабинета — каждый член его отряда сам выбирал себе комнату в старом замке, однако прежде капитан забрал самую большую из них. — Налейка-ка нам чаю, — хмурый взгляд падает на обеденный столик, куда несколькими минутами ранее Саша поставила поднос с горячим чайником и парой кружек.

— Ханджи поручила мне допросить Леонхарт, но, кажется, кое-кто уже успел вступить с ней в контакт. Не получив на то санкцию начальства. И я надеюсь, у него был веский повод, — тон, как всегда, сухой и отрешенный. Чуть более строгий, чем обычно, но нисколько не угрожающий.

Отредактировано Levi Ackerman (2022-07-22 16:26:51)

+2

3

За каждый свой поступок - и проступок - нужно отвечать. Это Армин накрепко уяснил еще в кадетском корпусе в первый же день, когда Сашу заставили бегать до изнеможения за то, что она жевала на плацу украденную картошку. Когда они вступили в разведотряд ответственность за все стала на несколько уровней выше. Даже за слова пришлось бы нести свой ответ, а за действия - тем более. Они находились в нестабильном положении, когда в любой момент могло все полететь с ног на голову и в обратном направлении, потому стоило быть готовым ко всему.
Арлерт знал, что его визит к Энни не останется незамеченным и с него обязательно за это спросят. Только вот не знал, кто именно это будет - майор Ханджи, капитан Леви или сам командующий, понимал только, что последствия этого будут одинаково непростыми. Потому когда его позвал командир отряда - Армин не особенно удивился. Правда вот то, что их разговор будет начинаться так... Непринужденно? Он вряд ли мог подумать.
- Все именно так, капитан, - Армин не отпирается от того, что произошло, взгляда не прячет и стыда не чувствует. Ну почти. Ведь в тот момент он правда не особенно думал о какой-то пользе, он больше думал о себе. Но привычка анализировать что-то помогает найти оправдание. Взгляд голубых глаз становится слегка блестящим. Льдистым. Такое с ним бывает, когда Арлерт не выключает полностью, но задвигает подальше собственную эмоциональность и рассуждает с холодной головой и сердцем о чем-либо.
Такое бывает, когда он готов пожертвовать чем-то ради того, чтобы выиграть или продвинуться вперед. Голос Армина звучит ровно и спокойно, пока он не выбивает сам себе почву из под ног и держится стабильно.
- Я не могу сказать, что это было сразу же осознанное решение, в тот момент я больше доверился собственной интуиции. Так бывает, когда сознание не успевает за разумом, - и Армин уже испытывал подобное. В тот момент, когда выстрелил в девушку, что наставила оружие на Жана. Рука действовала быстрее, инстинкт шел впереди его собственных мыслей. Есть момент - и он действовал в нем.
- Но... - Армин смотрит вперед прямо на капитана. Нужно иметь много смелости для того, чтобы возражать собственному командованию. Еще больше смелости - и отчасти глупости - чтобы пойти против него.
Однако сейчас ему позволили говорить. Не иметь собственное мнение - возможно. Но сказать что-то - определенно да. И Арлерт был бы дураком, если бы не пользовался этим шансом.
- Я не считаю, что поступил неверно в тот момент. Я знаком с Энни со времен кадетского корпуса и она неплохо ко мне относилась. Я посчитал, что увидеть меня для нее будет меньшим шоком, нежели чем увидеть кого-то из тех, кто захочет ее допросить, - это была правда лишь отчасти, потому что его собственные непонятные чувства тянули его в карцер к решетке куда сильнее.
На мгновение за ледяным взглядом пробивается чистое голубое море, отражающее небо. Это заметно по той заминке, что делает Армин, но затем вода снова затягивается холодом.
- И я не считаю, что оказался неправ. Энни показала, что в момент стресса она, не колеблясь, может закрыться, лишь бы не выдавать никакой информации. То, что она провела столько времени в кристалле, доказывает это. Но... Мне удалось переговорить с ней и я считаю, что она больше не станет этого делать, - внутри снова обожгло лед живым пламенем. Энни не сделает этого, потому что Армин пообещал ей вернуться. Энни не сделает этого, потому что ждет, что он придет к ней снова.
Но у него еще есть война внутри него. И войн вокруг них за выживание человечества, в которой он просто обязан принимать участие.
- Однако, я понимаю, что это может повлечь за собой последствия и готов принять наказание, если потребуется, - Армин невольно выпрямляется от собственных слов и приподнимает подбородок. Разве что только кулак к сердцу не вскидывает, как хорошо вышколенный солдат.
Потому что он лучше других понимает одну простую истину.
У каждого действия будут последствия.

+2

4

В своё время Леви ознакомился с личным делом каждого выпускника 104-го кадетского полка, выбравшего вместо жизни сытой в военполе и пьяной в гарнизоне — смертельно опасную службу в разведкорпусе. Старик Шадис — вот уже где ему если не честь, то хотя бы скупая хвала — умел давать подчинённым характеристики ёмкие, лаконичные, такие, чтоб можно было составить впечатление о сильных и слабых сторонах человека, не вдаваясь в подробности его биографии от сегодняшнего дня и до момента зачатия.

Армин тогда — да и сейчас, чего греха таить — был чудовищно плох во всём, в чём требовались усилия физические, но в то же время работал за троих там, где нужны были умственные. Его интеллект, внимательность, проницательность, обращали на себя внимание еще в учебке, а затем, не раз и не два, они во всей красе показывали себя в боевых условиях. Конечно, Армину еще расти и расти как личности, как солдату и как офицеру, но и сегодня Леви был готов прислушаться к его мнению так, как прислушивался к мнению Ханджи или Эрвина. И пусть в случае с Арлертом это не совсем обязательно, ведь тот, в отличие от Зое и Смита, ниже Аккермана в звании, капитан всё равно готов пойти на этот шаг. Слушая умных людей, сам становишься чуточку умнее.

— Честно? Мне насрать, как это называется. Разум, интуиция, да хоть божье провидение, — Леви не самый лучший игрок со словами и заложенными в них смыслами. И ему равнозначно плевать на все нюансы между ними. — За всеми твоими действиями стоит какой-то смысл, а если и нет, то он находится по их окончании. Именно поэтому я тебе доверяю, — в этом они с Эрвином страшно похожи. Не делают ничего просто так. На всё у этих башковитых дарований есть какая-нибудь охуенно убедительная и неоспоримая причина.

Разница лишь в том, что, в отличие от Смита, Арлерт понимает правила игры, а не игнорирует их. И потому он заранее согласен принять наказание, хотя речи об этом пока что не шло. Благоразумно. Даже если его самодеятельность и принесла результаты, действовать в обход командования — значит подрывать армейскую иерархию, которая, какой бы ужасной и несправедливой она ни была, должна оставаться целостной. Только так она и сможет остаться эффективной.

— Обсудим твоё наказание позже, — вряд ли оно будет строгим, ибо назначит его Леви не из карательных побуждений, а скорее так, из педагогически-символических.  — Допросить её как раз должен буду я. И тебя вызвал для того, чтоб ты помог мне подготовить для этого почву.

Взяв в руку чашку, Аккерман тихонько начинает отпивать из неё чай, давая Арлерту время подумать. Последняя капитанская фраза дала ему достаточно информации, чтобы определить всё дальнейшее русло их разговора. Разве что требовалось несколько уточняющих штришков.

— Как бы Энни ни закрывалась, пыточных навыков у меня поболее, чем запасов решимости у шестнадцатилетней девчонки. Другом ей я никогда не был и ничто меня не сдержит от использования самых изощренных и мучительных способов. Рано или поздно она расколется, — учитывая всё её преступления, это можно было бы назвать справедливостью. Хотя, после всего случившегося, после Шиганшины, 57-й экспедиции и Стохеса, после того, что случилось с его старым отрядом, Аккерман счёл бы это лишь жалкой пародией на неё.

И нет, говоря всё это с невозмутимым лицом, капитан совсем не хочет показать себя садистом, получающим извращенное удовольствие, причиняя другим боль. Только напомнить Армину, что Леонхарт — их враг. А значит её душевное спокойствие — последнее, о чём он должен думать.

— Но мне есть, куда потратить время. Его у нас не в избытке. Поэтому если подскажешь, как мне повести допрос, чтоб срезать лишний угол, я охотно приму твои слова к сведению.

Отредактировано Levi Ackerman (2022-07-23 15:31:29)

+1

5

Армин готов к чему угодно, он морально ожидает самого худшего, что может совершить капитан Аккерман. У него холодный проницательный взгляд, низкий голос и тяжелые сапоги, которые при желании могут отпинать так, что жить больше не захочется. Не зря же он - один из лучших, заслуживал он свое положение отнюдь не одними только победами над титанами. Однако, Армину не страшно. Почти - не страшно. Потому что он знает, что человек перед ним - справедлив. И... Тем не менее, его слова о том, что старший по званию ему доверяют, заставляют Арлерта на мгновение вскинуть удивленный взгляд, а затем, спустя секунду спохватиться и прижать кулак к сердцу в воинском приветствии и поднять подбородок.
- Благодарю за оказанное доверие, капитан, - в этом жесте нет гордости, лишь признательность за то, что о нем говорят такие вещи. Но в следующее мгновение расправленные плечи чуть поникают, рука опускается, а сам Арлерт хоть и держит лицо поднятым вверх, но старается совладать с собой.
Не стоит забывать, по какой именно причине он пришел сюда.
- Вот как, - эта фраза и медлительность капитана Леви дают ему время на то, чтобы обдумать его слова.  Точнее - выбрать. Скажет ли он о том, на что можно надавить, попытается встать в защиту или же поведет себя как солдат, который стоит на защите своей Родины? Сердце начинает биться чаще, потому что от его слов зависела человеческая жизнь, которая может сломаться. Он видел капитана Леви в деле и знает, на что он способен. Мысль о том, что он может что-то сделать с Энни неприятным холодкой прокрадывается по спине, заставляет на пару мгновений дыхание участиться, а мысли хаотично разбежаться. Ему нельзя долго медлить. Нужно принимать решение. Сейчас. Не колебаться. Нельзя, нельзя, нельзя показывать волнение!
Армин делает вдох.
- Я не думаю, что от пыток будет польза. Она же титан и все равно восстановиться, сколько бы ей не причиняли боль, - со стороны кажется, будто это не его голос вовсе. Пальцы слегка подрагивают то ли от волнения, то ли от того, что он собирается сказать.
Он должен. Он обязан принять сторону. От его выбора зависит многое. Если... Если он скажет, какие слабости есть у Энни, это может ее ранить. Но если промолчит - то ей будет гораздо хуже.
Выбрать сторону.
Выбрать правильную позицию.
Выбрать способ собственного поведения.
Все эти муки он заставил уйти куда-то в подсознание. Закрыл глаза ненадолго, выдохнул и продолжил уже более четким тоном, суховатым и спокойным. Таким, которым разговаривал с Бертольдом, таким, которым уговаривал Эрена преследовать Энни.
- Я не могу сказать, что очень хорошо знаю, о чем можно с ней разговаривать, но кое-какие причины определенно могу назвать.
Армин решился. Сделал свой выбор. Потому что он был очевиден с самого начала.
Потому что за его плечами стояли Эрен и Микаса, которых он клялся защищать. Потому что все те, с кем он провел последние годы, стоили того, чтобы он не молчал сейчас.
Получится ли у него сделать все как можно более... правильно?
- Исходя из нашей беседы, я могу сказать, что ей не нравится быть титаном. Так же, как и не нравится то, зачем ее послали сюда. Не скажу, что она стремится сражаться за свою Родину, у нее... Какой-то другой интерес, из-за которого она должна вернуться. Возможно, ее семью удерживают в заложниках, потому она обязана была все сделать. Видимых причин сотрудничать с нами у нее нет, мы в ее глазах такие же как и те, кто отправил ее на Парадайз. Однако.... - не сказал ли он слишком много? Поможет ли это капитану Леви выстроить правильную линию допроса?
Как сильно Энни возненавидит его после того, что он сказал?
Дыхание снова сбивается. Он заставляет себя унять панику в собственных мыслях, что пытаются пробиться наружу и снова старается говорить четко и слаженно.
- Однако, если есть кто-то, кого удерживают в Марлии, возможно, обещание того, что она туда вернется, даст ее мыслям верное направление для того, чтобы она могла рассказать нам то, что знает, - он говорит это на одном дыхании и снова смотрит куда-то вперед. Внутри, словно червячок, начинает что-то разъедать, как кислота в лаборатории майора Ханджи. Армин твердит себе, что это было правильно, но почему же внутри все равно очень тяжело?

+1


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » Я не тем хотел стать и мечтал не об этом вовсе