html, body { background-color: #aeaeae; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 35px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; } :root { --main-background: #e5e5e5; --dark-background: #cdcdcd; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/zcJZWKc.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #e5e5e5;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/cxWyR5Y.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #aeaeae; } .punbb .post h3 { background-color: #d9d9d9; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #d6d6d6; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #d6d6d6 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px!important; background: #d6d6d6; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #b9b9b9; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #d5d3d1; background-color: #d6d6d6 !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #d6d6d6; border: solid 3px #d6d6d6; outline: 1px solid #d6d6d6; box-shadow: 0 0 0 1px #d6d6d6 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #c5c5c5; border: solid #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #d3d3d3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
html, body { background-color: #1c1c1c; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 34px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; border-left: solid 228px #2e2e2e; } :root { --main-background: #d7d7d7; --dark-background: #e5e5e5; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/395XG6f.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #d7d7d7;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/hYFQ6U1.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #1c1c1c; } .punbb .post h3 { background-color: #c7c7c7; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #c3c3c3; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #c3c3c3 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px !important; background: #c3c3c3; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #a1a1a1; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #cdcdcd !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #c5c5c5; border: solid 3px #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; box-shadow: 0 0 0 1px #c5c5c5 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #b3b3b3; border: solid #b3b3b3; outline: 1px solid #b3b3b3; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #c3c3c3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
микаса Микаса не знала – Микаса не знает. Инстинкты, двигавшие её вперед, закрывают сознание на замок все глубже, сильнее, запрещают доверять, верить и проявлять хоть каплю сочувствия к тем, кто этого не заслуживает. Ужасно, невыносимо сильно хочется послушать их, расслабиться, опустить руки и просто отдаться этому сжигающему все на своем пути чувству сладкой ненависти, презрительно смирять темной сталью глаз, и не думать о том, что завтра кого-то могут просто напросто сожрать на задании. читать далее

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » и не нашел себе места


и не нашел себе места

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

И НЕ НАШЁЛ СЕБЕ МЕСТА
вся память в маленьком отрезке.
и как в ночи мотылёк, и так бьётся лапками в лампу
безрезультатно
и так бесполезно.

https://i.imgur.com/twblaL9.jpg

Отредактировано Natalia Romanova (2022-01-30 17:45:17)

+1

2

[indent]Всё в тумане. Вроде с кем-то дрался, кого-то даже победил. Но что Бартон помнил точно – это долбанный страх за детей и Лору, которых просто не стало. Он очень хорошо помнит, в деталях почти, рваные звонки, сбитое дыхание, жгучее отчаяние и сухое «проиграли» на том конце провода. Достаточно сухое, чтобы поверить, но недостаточное для того, чтобы он сорвался к ним. Мир разрушился. Хотя… это было слишком громко сказано. Половина человечества была стёрта с лица земли, а остальные… что ж, у остальных была вся жизнь впереди, чтобы смириться с этим. Мог ли также поступить Бартон? Да, если бы не дети. От них у него остались только воспоминания и фотографии. От них – милые вещички в отстроенном доме. От них – дыра в груди, размером с несколько кратеров. И Бартон пытался забросать туда всего и побольше, в эту ебанную бездну отчаяния.
[indent]Что он помнит после отхлынувшей волны страха? Он помнит Ванду, к которой почти приполз, потеряв всё. Осталась она. Тот огонёк в беспросветной мгле. Он помнил, как нашёл её вреди всего этого бардака из разборок властей и поиске пропавших безвести. Помнил, как почти готов был упасть к ней в ноги, сознавшись в том, о чем говорить вслух не принято. Да, ему после исчезновения семьи нужно было время, чтобы принять одну простую истину – он потерял почти всё. «Почти» оставалось фундаментальным и ключевым, а потому он решился, рванул, сорвался. Оказался перед ней, готовы рассказать обо всём, что было внутри. И про то, как сбежал тогда в Германии. И про то, что тот поцелуй никогда не был ошибкой, даже если он дал ей понять иначе. И что вся его жизнь – это одна большая ложь. Позавидовала бы даже Романофф.
[indent]А ещё Бартон хорошо помнил, что она не оценила этот его жест. Отвергла также решительно, как и он уходил из их номера в том отеле много лет назад. Ему не хватило духа винить её в неверном выборе, потому что Максимофф и не должна была принимать его. У неё было слишком много причин послать лучника куда подальше. И это пресловутое «я ни в чем не виноват» рассыпалось вдребезги, потому что был. И ещё как. Нет, она определенно не должна была принимать Бартона, потому что он – поломанный оловянный солдатик с перекошенным восприятием мира. Да и сам Бартон только два года спустя почему-то понял, что ему быть с ней нельзя… Дешёвый сценический приём, разводящий дам на слёзы – но рядом с ним всем было плохо. Лора с детьми растворились, Наташа натерпелась, Фьюри и Марии тоже больше не было. Мстители развалились. И он мог перечислять ещё бесконечно долго, список, казалось, никогда не закончится.

[indent]Но телефон снова надрывался, и Клинт, держась за раскалывающуюся голову, увидел огромное количество входящих звонков от Романовой. Опять. Она почему-то ещё пыталась поймать с ним какую-то эфемерную связь, словно он не дал ей ясно понять, что больше не хочет участвовать во всех этих разборках, что он сам потерял достаточно. Клинт до омерзения быстро принял смерть семьи. И это было своего рода предательством с его стороны, но Клинт вроде как учился принимать мир таким, каким он стал. И если теперь в нём каменела чёрствость и равнодушие, то он готов был принимать это. Впрочем, наведаться к Наташе стоило.
[indent]На правах очень умного и опытного Бартон теперь мог с уверенностью сказать, что бросать её было неправильно. Да и если ему нужно было искать где-то понимания и утешения, так это у Наташи. А не шёл он, потому что ничего не мог предложить ей взамен, но она бы и не просила. А от этого всегда становилось как-то гадко, словно он отнимает у неё силы, говоря, что берет взаймы, но никогда не возвращает. Должник со стажем длинною в их дружбу, построенную на заданиях, приказах и крови. И на её слезах. И на его поту.

[indent]Бартон давится колой, когда узнаёт, что квартира, которую раньше снимала Наташа, сдаётся теперь совсем другим людям. Молодой паре, которые тянут её на свою небольшую зарплату, а девушка – так вообще ещё студентка. Наверное, ему стоило ответить на звонок и попросить Нат о встрече, чтобы у неё было время перебеситься и не орать на него, когда они всё-таки увидятся. Но Клинт простецки подумал, что это нечестно, потому что Романофф должна на него наорать, просто обязана. Наверное, это был его максимум – дать Таше прокричаться на него, чтобы как-то снять напряжение. Она же была напряжена, верно? У неё ведь эти два с лишним года тоже не могли быть сладкими. Он не знал, но подозревал, потому что… ну а кому было сладко? Кэпу? Старку? Роуди? Все они буквально погрязли в бесконечной вине и собственной нереализации. Клинт тоже, но его там не было. Конечно, вряд ли лучник принёс бы большую пользу в битве против Таноса, но он мог сделать хоть что-то. Наташа же вон…сделала. Только этого им, очевидно, не хватило. Силы у землян оказалось мало против кого-то по-настоящему мощного.
[indent]Клинту нужно ещё несколько дней, чтобы найти её. Всё не так сложно, если подумать. Прикинуть, подкараулить, застать врасплох. Хотя последнее явно лишнее. Наташа садится в такси, и он запрыгивает в машину следом, с другой стороны. Ожидаемо дуло пистолета сразу же направляется ему в лицо. Дверь хлопает, а она смотрит на него своими большими зелёными глазами, тяжело дыша.
[indent]— Привет, — Клинт указательным пальцем отводит дуло пистолета в сторону, пока Романофф молчит. — Трогай, — отдаёт команду водителю, который даже уже толком не реагирует. За рулём мужчина средних лет. Черный. Видимо уже повидал всякого и не особо обращает внимания на то, что творится на заднем сидении. А может он просто не увидел пистолет в зеркале заднего вида. Он называет свой адрес и не отводит взгляда от шпионки. Или её уже так нельзя называть? Новый директор? В каком статусе вообще теперь ходит Романова? Чёрт, как же он мало знает о ней теперь.
[indent]Над Йью-Йорком поднимается солнце. Здравствуй, новый день.

Отредактировано Clinton Barton (2022-01-30 18:31:18)

+3

3

[indent]Она зашивается. Работы столько, что затекает шея и болит спина. Роуди шутит, что ей бы в зал походить, а она и ходит. Но такое обычно не доказывают, и Нат только закатывает глаза, отмахиваясь от комментариев. И даже не смотря на всё это, усталость не такая сильная, как было в самом начале, когда толком не было понятно, за что хвататься. Теперь жить стало чуточку проще и лучше, хотя иногда Нат и снились кошмары. Когда она спала с Мердоком, то он ловил её в объятия и успокаивал какими-то глупыми фразами на ухо. Если спала на базе – спасалась чаем и часом работы. Это помогало быть в тонусе и держаться. Прошло больше двух лет, но Романофф так и не смогла отделаться от мысли, что они ещё могут что-то сделать, как-то повлиять на то, что у них случилось. Исправить старые ошибки, не приписав себе новые. Они же Мстители, они могут выкрутиться. Но все её идеи не имели под собой никакой почвы, и Нат выплывала только на уверенности, что у них будет шанс, нужно просто не опускать руки. Она верила. Она хотела этого.
[indent]А ещё она хотела вернуть Бартона, который игнорировал её с таким завидным упрямством, что хотелось разныться. После их проигрыша он позвонил ей сам, был крайне напряжен и явно не понимал, что происходит. Потом она услышала «их нет, Нат, они пропали». У неё в тот момент и так внутри всё рвалось, но это всё только усугубило. Лора, Купер, Лайла, Натаниэль. Вот кого сразу же надо было занести в список жертв Таноса. Она пыталась сказать, что они что-нибудь придумают. Она пыталась подобрать правильные слова для Бартона, потому что он остался жив. Клинт всё ещё был с ними, и одно знание этого придавало Наташе сил, но Клинт сбросил вызов и исчез.
[indent]Два с лишним года она пыталась его найти. Два с лишним года звонила и писала сообщения, отчаянно переживала и не знала, что сделать, чтобы заставить его вернуться если и не домой, то хотя бы на базу. Но Бартон умел скрываться и прятаться, у него отлично получалось избегать камер и всё в этом духе. Его нигде не видели, о нём ничего не слышали. Клинт исчез с радаров, но Романофф знала – не из жизни. После смерти семьи он бы не позволил себе где-то подохнуть, но Нат не могла не беспокоиться. Вся её жизнь после щелчка превратилась в коктейль из страха, вины и беспокойства. А то, что она ещё как-то держалась, можно было назвать чудом. Конечно, ко второму году стало проще, но всё ещё было плохо.

[indent]Она ночевала у Мердока. Для Наташи это стало обычным делом, потому что её жизнь превратилась в поездки с базы в Нью-Йорк и обратно. И это не было утомительно, потому что она всегда знала, что Мэтт встретит её той самой улыбкой, без которой жизнь теперь было очень тяжело представить. Её мужчина, её герой, её остров спокойствия, даже если они выбирались отлавливать преступников в Адской кухне. Правда, Сорвиголове приходилось чаще следить за порядком самому, потому что когда приезжала Нат, то она хотела спокойной жизни. Ей нужен был ужин, его руки и крепкий сон без сновидений. Мердок был понимающим и давал ей всё это. И пусть жизнь директора организации тяжело было назвать сказкой, плюсы в ней были. Например, никаких длительных «командировок» в тьму тараканью. А если она совсем зашивалась, то Мэтт мог приехать к ней на базу сам. Доступ у него был. Совмещать работу и личную жизнь стало проще.
[indent]Она прощалась с Мердоком на лестничной клетке. Ему на работу, ей – на базу. Оторваться от его губ было ахренеть как тяжело, и каждый раз Наташа буквально шантажировала сама себя, чтобы спуститься по лестнице. Она привычно пообещала ему приехать в субботу, оставила лёгкий поцелуй на щеке и поспешила вниз по лестнице, натянув капюшон толстовки и поправив кожанку. Пройдя два квартала и прикупив кофе, Наташа поймала такси и запрыгнула на заднее сиденье, но не успела она сказать, куда именно ехать, как в салон забрался ещё один пассажир. Романова действовала на рефлексах, доставая пистолет и снимая его с предохранителя. Это был Бартон. Клинт мать-его-за-ногу Бартон. И он захлопнул за собой дверь, нелепо поздоровавшись.
[indent]Таша растерялась, но это было логично и обосновано. Она услышала знакомый адрес и очень медленно снова вернула предохранитель на место, убирая пистолет. Кофе в руке пришёлся кстати, но теперь Наташа думала, что в нём не хватает виски. Впрочем, это не помешало ей приложиться к ободку и сделать несколько больших глотков.
[indent]— Привет, значит… — она поджала губы, глядя на Клинта. Тот выглядел слегла потрёпанным жизнью и разбитым, но это не делало Романову добрее. Она была зла, чертовски зла. — Привет?! — даже дыхание сбилось от того, как сильно она себя сдерживала, чтобы не врезать ему прямо в машине. — Тебя не было два года. Ты заявляешься и говоришь мне «привет»? — Таша делает очень глубокий вдох, откидывает капюшон и прижимает руку ко рту. Сдерживаться становится всё труднее. Машина заворачивает на соседнюю улицу и останавливается на светофоре. Ей тяжело смотреть на него, потому что накатывает сразу слишком много воспоминаний. Они подбираются к горлу, а в носу начинает неприятно щипать. Наташа не сразу понимает, что не моргает, потому что влага скапливается в уголках глаз. — Господи, Клинт… Два с лишним года… — она произносит это одними губами, и сжимает стаканчик в руке чуть крепче, но не так сильно, чтобы смять его к чёртовой матери.

+1

4

[indent]Все они так или иначе настрадались, но Наташа всё-таки выглядит лучше, чем он думал. И из-за этого что-то колет под ребра тупой иглой. «Что? Надеялся застать её в растрёпанных чувствах?». Но Нат вполне…нормальная. Да, есть проблема с волосами, но это не критично. «Отрастут». Он пытается концентрироваться на чём угодно, но только не на её зелёных глазах, которые упираются прямо в него. Она, кажется, даже не моргает. Слова срываются с её острого языка с таким грубым обвинением, что Клинт всерьёз думает пошутить по поводу того, что ему нужен адвокат, но что-то ему подсказывает, что сейчас не время для того, чтобы шутить…вот так, и он молчит, морщится и упирается взглядом в её стакан с кофе. Наташа не кофеманка, а вот он – да. И запах такой приятный, но довольно обычный. Не такой кофе, какой предпочитает лучник. А ему всё хочется шутить, мол «могла бы захватить на близкого друга» и всё в этом духе, но Нат всё ещё не моргает.
[indent]— Глаза не щиплет? — он протягивает руку и вытаскивает бумажный стаканчик из пальцев Романофф, сразу же прикладываясь к ободку. Видел же, как крепко она стиснула несчастную тару. Так и смяла бы её к чёртовой матери, залила бы жидкостью джинсы, сиденье и, возможно, свои кеды. «Кеды, Нат? Серьёзно? Тебе что, пятнадцать?». Сам не лучше. Гоняет в фирменных кроссовках от «пумы» уже второй сезон, купленные тогда на кровно заработанные. Не из семейного бюджета. И вообще, свои кроссовки Бартон ценил, а Нат стопудов свои нет. Но спорить о кроссовках – дело десятое. Они ещё успеют поговорить об этом. На секунду Клинту даже делается как-то не по себе от того, сколько им нужно обсудить. Наверное, начать нужно с самого неприятного – детей и Лоры. Сам Бартон говорить об этом не хочет, но вот Нат… возможно ей это нужно. А может и нет. Клинта слишком долго не было, чтобы понимать теперь, в чём по-настоящему нуждалась боевая подруга. — Вкусно, спасибо, — такси паркуется около здания, и он выскакивает первым, громко хлопая дверью. Нат не выходит. Оно и понятно – шок. А может уже даже злость и ярость. Что там случается с женщинами, когда они находятся в стрессе? А может у Романофф ПСМ? «Ну да, после стерилизации то». Ещё одна не самая удачная шутка, которая остаётся внутри Клинта вместе с дешёвым кофе. Пустой стаканчик летит в урну.
[indent]Он обходит такси и открывает ей дверь сам, даже руку протягивает из лучших побуждений. Клинт не хотел ехать на базу из-за вороха грустных воспоминаний о том, как сложилась его жизнь, а потому притащил Романову туда, где ей уже доводилось бывать – к себе домой. Если бы она согласилась, то это была бы и её квартира, но Таша почему-то решила, что иметь свою лучше. А теперь там жила какая-то молодая семейная пара. Только если вдруг Романова не решила прикупить себе что-то попросторнее и уютнее. И вообще…откуда она тогда шла? У Бартона было к ней довольно много вопросов, но сейчас в голове крутился только один – возьмёт ли она его за руку? Потому что Нат медлила, явно не хотела. Он это по её глазам читал. Бартон догадливый и много видит, иногда даже слишком. Она ненавидела его и презирала конкретно в это мгновение. «Справедливо». Но Бартон вроде как решил не сдаваться, а потому продолжал стоять с протянутой рукой, словно ему больше нехер было делать на этой улице.
[indent]— Нат, просто… давай поговорим. Закажем пиццу, возьмём пива, — она предпочитала водку, но с водки Клинт довольно быстро пьянел, не имея такого уж классного иммунитета против всего на свете, как у Романовой. Или у Кэпа. Клинт всё ещё был обычным человеком, а теперь ещё и слегла глуховатым. Не критично. Он не так давно начал замечать, что что-то пролетает мимо него. Видимо последствия постоянных ударов бошкой о разные предметы, но пока недуг не приносил сильного дискомфорта, и лучник мог дальше работать с чистой совестью. — Ну так что? Ты пойдёшь со мной? — он хотел, чтобы она пошла, потому что это была Наташа. Не Черная Вдова, которая может откусывать головы своим врагам, а его Наташа. Пусть и выглядела она теперь самую малость иначе, но Клинту хотелось верить, что на самом деле ничего не изменилось. Да, он мудак, но она ведь всегда прощала его. Был ведь шанс, что и в этот раз ему тоже всё сойдёт с рук? «Есс», - тянет сознание, когда хрупкая кисть оказывается в его пальцах, он сжимает ладонь Таши своей и помогает ей выйти из такси, но как только она выпрямляется и захлопывает за собой дверь, раздаётся звонкий шлепок. Голову отворачивает к правому плечу, а щека начинает гореть от хлёсткого удара.
[indent]Он просчитался. Ну конечно, она не будет на него орать. Это было слишком просто и примитивно для такой женщины, как Наталья Романова. Она добьёт его своим любимым методом – тяжёлым молчанием, от которого дробятся кости и ноет в позвоночнике. Что ж, Клинт заслужил и не отрицал этого. Стоило сконцентрироваться на положительных вещах – свою руку в его она всё-таки вложила.

+1

5

[indent]Наташа всё это время каким-то волшебным образом и до сих пор непонятно почему верила, что с ним всё в порядке. Бартон на связь не выходил, трубки были недоступны, а все его квартиры, которые каким-то образом использовались в течение всех этих лет, оказались пустыми и безжизненными. Где его носила нелёгкая? Куда запропастился? У Таши было очень много вопросов, которые она хотела ему задать, но тупая обида сидела прямиком под горлом и давила-давила-давила на всевозможные болезненные точки. Представляла ли Романофф, что он валяется где-то в канаве и его просто не смогли опознать люди в форме и с рацией? Да. Думала ли она, что он ушёл в леса и решил вести образ жизни отшельника? Да. У Наташи было слишком много вариантов, которые никак не укладывались в бошке.
[indent]Но вот он был перед ней. Здоровый и невредимый, почему-то хлестал её кофе и говорил буднично, непринуждённо, словно не было всего этого времени, словно никто из них не проходил через страшные ужасы. Словно сам Бартон не потерял семью, которую так любил. Или всё-таки не любил? Где скорбь на лице? Где вселенская печаль, с которой Романофф сидела каждый день в штабе, пытаясь выяснить и наладить хоть что-то? Какого-то черта ничего этого на лице её друга не было. Зато был кофе, который он отхлёбывал, и были слова, которые Романофф ждала.
[indent]Такси едет по адресу, который Наташе знаком. Она же была на каждой его квартире, заглянула в каждый уголок в своих жалких попытках найти то, что было так дорого сердце. Бартона там не было, но теперь он сидел с ней в такси. Таша устало потёрла переносицу и тяжело выдохнула. День вроде бы только начался, а она уже устала. Вся сила воли уходила сейчас на то, чтобы не наброситься на Клинта и не побить его. Не хотелось травмировать психику водителя, хотя те в Нью-Йорке видали всякое. Наверняка, на этом самом кресле тоже кто-то дрался. Может быть этот кто-то был безбожно пьян. Наташа пьяной не была, но врезать лучнику хотелось страшно.
[indent]Водитель остановил машину около обочины, Бартон вроде бы как-то расплатился (не натурой – и на том спасибо), а затем протянул Романофф руку. Жест должен был быть словно бы примирительным, но Таша не знала, как относится к такому перемирию, если честно. Впрочем, руку в ладонь Клинта она всё равно вложила. Просто ради того, чтобы выбраться из такси. А вот как только они оказались на улице, и дверь машины захлопнулась, Наташа не отказала себе в удовольствии. Женщина вложила в пощёчину всю ту злость и обиду, что скопилась внутри за все эти долгие месяцы неведения. Ей хотелось, чтобы Бартон прочувствовал на своей шкуре, как сильно ей было больно, обидно и страшно. Звук от удара получился каким-то оглушающим даже в шуме города. Романофф отхлебнула кофе, тряхнула рукой и обогнула Клинта, направившись прямиком к ступенькам, которые вели в подъезд. Квартира лучника располагалась на последнем этаже, под крышей. Но это не было удивительно.
[indent]Они поднимались по лестнице, когда Наташа, которая шла впереди, резко остановилась и обернулась, посмотрев на Бартона сверху вниз.
[indent]— Я всё ещё пиздец как сильно злюсь на тебя, говна ты кусок, — кофе в стаканчике остыл и уже перестал быть таким вкусным и ароматным. Это злило Романофф ещё больше, но она ничего не могла с собой поделать. Раз уж Бартон решил, что имеет полное право вот так её дёргать после своего таинственного исчезновения, то ему придётся огребать от боевой подруги по полной. — Сука, — это Романофф пробубнила себе уже под нос, после чего снова развернулась и продолжила свой путь на последний этаж.

Отредактировано Natalia Romanova (Вчера 20:32:04)

0

6

[indent]Она молчала, как могла молчать любая женщина, которая была до смерти обижена. Но и то в жизни Бартона не часто такие встречались. Лора вот совсем такой не была – жена всё высказывала без оглядки и без остановки на передышку. Иногда казалось, что Лора в такие моменты вообще не выдерживает пауз между словами, а поток её претензий становился каким-то запредельным. Наташа молчала, и от этого молчания внутри Бартона становилось тяжело, его словно бы придавливало к тротуару, на котором они встали как вкопанные. Бартон потёр щеку, а затем стиснул зубы. Перед глазами мазануло огненным – это Романофф развернулась на каблуках и гордо пошла в сторону ступенек, которые вели к подъезду. Таким образом ответ Наташи ему был совершенно понятным, а ещё он очень хорошо понял, что придётся говорить много и долго. Придётся извиняться и, возможно, ползать у Наташи в ногах, чтобы та перестала злиться и смотреть волчицей.
[indent]Подъезд встретил прохладой и вереницей ступенек, что тянулись вверх. Романофф шла впереди с видом завоевательницы, которая вела проигравшего на смерть. А Бартон шёл. Не было никаких цепей или кандалов, шёл по собственной воле. Знал Клинт, что просто не будет и за свои поступки отвечать надо. Просто почему-то ему казалось, что Романофф будет спокойнее, но нет. Прогадал. Мерзкое это чувство – собственная глупость. Вот Бартон никогда не давал себе недооценить врага на поле боя, а с Наташей прогадал – она злилась сильно и…всё равно красиво. Даже в этом её молчании было что-то от странного искусства, которое не понять. Можно только почувствовать. И Бартон чувствовал его на себе в полной мере.
[indent]Когда Вдова остановилась и резко обернулась, Барнс чуть не влетел в неё, но вовремя остановился, ухватившись пальцами за перилла. И хорошо, что успел, иначе полетел бы вниз спиной, а от перелома позвоночника даже Стив Роджерс не застрахован. Слова Романофф были переполнены желчью, и Бартон аж сглотнул вязкую слюну, которая скопилась в ротовой полости. Звук получился красноречивым. Таша выругалась довольно грязно, оставив Бартону только надежду на то, что она быстро отойдёт от этой своей злости. Ну что за человек? Испортил леди день.
[indent]На последних ступеньках Бартон обогнул Наташу и открыл дверь ключом, после чего пропустил её внутрь. Романофф смело прошла в квартиру и даже не стала снимать обувь. Клинт замечаний делать не стал, потому что в квартире никто не убирался всё это время. И наверняка где-то пыль клубилась по углам, но сейчас важно было не это. Важно было то, что Романофф всё равно давала ему шанс объясниться, высказаться, поделиться. Даже если злилась.
[indent]Вместо гостиной Наташа прошла на кухню. Клинт тихонько прикрыл за ними дверь и двинулся следом за подругой. Романофф дернула ручку морозильника и достала оттуда упаковку льда, после чего кинула её в Бартона и указала на щеку. Соколиный глаз поймал подачку и решил с Нат не спорить – себе дороже.
[indent]— Спасибо, — пробубнил лучник, а затем открыл обычную дверцу холодильника. Там стояло несколько банок пива. Романофф скептически посмотрела на него, но Бартон только пожал плечами. — Ну извини, больше у меня ничего тут нет, — в квартире и правда больше ничего не было. Даже старый виски Бартон выпил ещё в прошлый присест, а он был довольно давно. — Давай лучше закажем пиццу, а начнём с этих товарищей, — Бартон продолжал прижимать лёд к щеке. Было холодно, талая вода текла по пальцам, мочила свитер. Романофф стояла с лицом, по которому ничего нельзя было прочитать, и Клинт не знал, что ещё должен ей сейчас сказать, чтобы она перестала так кипятиться внутри. Он был жив. Он был здесь. Да, наверное, сейчас этого было Наташе мало, и в целом Бартон понимал, что просить её успокоиться – это всё равно что пустить себе пулю в висок. — Я так рад тебя видеть…

0


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » и не нашел себе места