html, body { background-color: #aeaeae; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 35px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; } :root { --main-background: #e5e5e5; --dark-background: #cdcdcd; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/zcJZWKc.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #e5e5e5;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/cxWyR5Y.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #aeaeae; } .punbb .post h3 { background-color: #d9d9d9; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #d6d6d6; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #d6d6d6 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px!important; background: #d6d6d6; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #b9b9b9; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #d5d3d1; background-color: #d6d6d6 !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #d6d6d6; border: solid 3px #d6d6d6; outline: 1px solid #d6d6d6; box-shadow: 0 0 0 1px #d6d6d6 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #c5c5c5; border: solid #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #d3d3d3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
html, body { background-color: #1c1c1c; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 34px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; border-left: solid 228px #2e2e2e; } :root { --main-background: #d7d7d7; --dark-background: #e5e5e5; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/395XG6f.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #d7d7d7;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/hYFQ6U1.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #1c1c1c; } .punbb .post h3 { background-color: #c7c7c7; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #c3c3c3; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #c3c3c3 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px !important; background: #c3c3c3; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #a1a1a1; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #cdcdcd !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #c5c5c5; border: solid 3px #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; box-shadow: 0 0 0 1px #c5c5c5 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #b3b3b3; border: solid #b3b3b3; outline: 1px solid #b3b3b3; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #c3c3c3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
микаса Микаса не знала – Микаса не знает. Инстинкты, двигавшие её вперед, закрывают сознание на замок все глубже, сильнее, запрещают доверять, верить и проявлять хоть каплю сочувствия к тем, кто этого не заслуживает. Ужасно, невыносимо сильно хочется послушать их, расслабиться, опустить руки и просто отдаться этому сжигающему все на своем пути чувству сладкой ненависти, презрительно смирять темной сталью глаз, и не думать о том, что завтра кого-то могут просто напросто сожрать на задании. читать далее

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » А разве друга надо звать?


А разве друга надо звать?

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

armin & mikasa & etchttps://i.imgur.com/xOgdHlm.png
А РАЗВЕ ДРУГА НАДО ЗВАТЬ?


Когда темно в пути,
Когда дороги не узнать
И нету сил идти?
Когда беда со всех сторон,
Когда при солнце – ночь,
Да разве не увидит он,
Не ринется помочь?

+1

2

Армин чувствует себя совершенно разбитым. Он знает, что поступил правильно, что обмен должен был быть совершен на благо Парадайза, что их дальнейшая борьба теперь будет куда эффективнее, а гражданские стычки наконец стихнут, но все равно чувствовал себя паршиво. Свежие раны внутри саднили, простреленная рука, которую удалось наконец зашить и зафиксировать ее в покое, постоянно ныла и дергала, но эта боль отвлекала от собственных мыслей, в которых Арлерт старался не утопать. Ему нужен был холодный разум, чтобы действовать дальше, а глупое доброе сердце, которое было ранено любовью, нужно было снова обернуть в безжалостный холодный лед, который будет резать его самого, но не станет резать окружающих. Особенно тех, кто еще оставался рядом с ним и, возможно, нуждался в его помощи.
Они находились на перевалочном пункте, в небольшом доме в точке сбора, до которой добрались, к сожалению, не все, кто-то был ранен, а кому-то просто требовалось отдохнуть после нервного обмена. Прошел всего день, все новости обсудить не успели, занимались совсем другими вещами, но теперь, когда выдалась свободная минутка, Армин наконец-то смог ясно рассмотреть, что происходит вокруг, проанализировать ситуацию и испытать невероятное чувство стыда. Пока он замыкался в себе и пытался бороться со своими проблемами, рядом находились те, кому тоже не помешала бы помощь. Те, кому нужно было дружеское плечо и его разговоры, которые, как правило, могли бы абсолютно ничего не значить, но все равно помогали бы.
- Микаса, ты можешь пройтись со мной? – это вроде бы обычная просьба. Армин ранен, сама Аккерман тоже вроде как не в идеальном состоянии, побыть на свежем воздухе и немного остудиться совершенно не помешает. Кажется, из-за большой потери крови у Арлерта трудности даже с движением, но на самом деле все не так плохо. И не такое переживали.
Среди деревьев, где они медленно идут, не прячутся титаны, вражеские шпионы не свалятся сверху, они в безопасности. Но все равно ощущение напряжения не уходит и каждый из них готов рефлекторно дернуться, если просто почувствует постороннее движение.
- Расскажи мне, что произошло. Пожалуйста, - когда они поддерживают друг друга, Армин, как правило, много говорит. Старается как можно больше поддержать словами, беспрерывным потоком речи успокоить нервы, но при этом почти не касается подруги. Микаса же наоборот, говорит мало, но при этом держит руку на его плече так, что он чувствует ее поддержку без слов.
Но сейчас и самому Армину хочется положить ладонь на плечо и легко сжать его, чтобы Микаса чувствовала его поддержку куда больше. Как бы у него не было изранено сердце, он не должен бросать тех, кто все еще остается рядом.
Тех, кто всегда был рядом с ним.
- Я понял, что что-то произошло, но так и не разобрался, как это случилось. Я хочу услышать это от тебя, - он чувствует, как напряжение буквально усиливается. Чувствует, что сдержанная Микаса готова буквально рвать и метать, точно так же, как она делала это, когда защищала Эрена. Бросалась вперед, не раздумывая, и могла бы разорвать любого врага на куски на своем пути.
Видимо, так было и в этот раз. Но злилась она не только из-за этого.
Армин протягивает здоровую руку и крепко сжимает запястье Микасы, чувствуя ее бьющийся рваный пульс.
«Ты можешь рассказать мне все.»

+1

3

[indent] В какой-то момент обрушивается ощущение, что земля начинает уходить из-под ног. Он снова это делает с ней. Снова заставляет весь самоконтроль рушиться, спасительные веревки обрываться, душит собственными руками то, что Микаса так отчаянно старалась правильно выстроить в своей убитой психике.
У нее даже получаться начало, выходить собираемым карточным домиком, который не падал, не рушился, не летел к чертям, до одного единственного момента.
[indent] Микаса не помнит, как они добрались до базы. Не помнит, что говорил Эрен, как пытался вырваться из её, порываясь вернуться назад и порвать всех приспешников Флока. О, она сама хотела бы, бесспорно хотела перерезать всех к чертовой матери, оставив на земле лишь кровавые разводы, да пустые стеклянные взгляды с мертвых лицах. Хотела бы призвать всех к ответу, схватить за грудки одного единственного человека, который в один миг разрушил почву под её ногами вновь, просто теперь, в сердце поселилось не странное, и доныне. Неизвестное чувство, в сердце зарождалась ненависть, точно такая же, которая преследовала её в тот же самый миг, стоило трем предателям вскрыть свою наружность.
[indent] Врешь, Аккерман. Ненависть не такая. От этой ненависти сердце разъедает куда сильнее, потому что её испытывать приходится через зубы, через силу, потому что проклятый мозг не хочет верить, не хочет понимать.
Она правда не помнит, как сжимала уздечку в руках с такой силы, что на пальцах до сих пор выступают алые линии, правда не помнит, что говорил Эрен – впервые она не слушала его, не пыталась понять, потому что голова была забита сценой увиденной, голова была забита сумбурными мыслями, которые совсем не получалось перебороть, и самое главное, она адски болела. Мигрень в этот раз превзошла себя.
[indent] Добравшись до перевалочного пункта, она быстро доложила о случившемся начальству, выпила залпом стакан воды, и, без лишних вопросов и объяснений перед братом ушла на воздух, где в парке метров от дома кидала ножи в дерево, где одним вырезала мишень прямо на коре. Поспать не вышло, совсем не вышло, пусть и усталость так и не тронула её плеч. Внутри разгоралась сила, которая энергии падать не давала. Саша касается плеча, осторожно двигает к ней миску с кашей, и протягивает горячий чай. От кружки валит пар, и, Микаса, все же решается перекусить. Все-таки впереди их ждал обмен, а там, под эгидой обезьяны могло произойти все что угодно. Очевидно подремать придется прямо на лошади, пока они будут добираться до порта.
[indent] Чай приятно греет, постная каша почти не идет, приходится её в себя впихивать, пока страдания не прерывает такой родной голос.
[indent] - М? – она словно от сна просыпается, во все глаза уставившись на блондина, - Да, подожди немного, - просит, чтобы дать себе время собраться с мыслями, убрать тарелку, и допить остатки чая.
Она вытирает руки о полотенце, поправляет пряди у висков, ужасно хочется в душ, но эта радость им не грозит в ближайшее время. Добраться бы до реки, окунуться и отмыть от себя боль этого дня. Он слишком насыщенный, слишком наделен событиями, и, по-хорошему, Микасе бы сейчас упасть в объятия сна и очнуться через пару дней, подумав, что все случившееся, дурной сон.
[indent] Аккерман выходит из дома через несколько долгих минут, вдыхает холодной вечерний воздух всеми легкими и обращает внимание на Армина. Они правда уходят чуть дальше, от общей суматохи, от обсуждения дальнейших планов, и попыток замять произошедшее, точнее, даже понять, что случилось. Эрена она глазами не находит, это тревожит её мысли теперь, когда голова немного прояснилась, и пропажа становится явнее, чем обычно.
Неверно, наверное. Его спрятать должны. Тем более, после всего произошедшего.
[indent] Микаса идет медленно, касается тонкими пальцами коры толстых стволов высоких деревьев, пытается мыслить рационально и спокойно. Ей нужно успокоиться и перестать думать. Предателям в её мыслях места нет. Так почему же она так отчаянно цепляется за эти мысли? Так быть не должно.
Армин спросил. Она так и знала. Он спросил и все снова начала закручиваться в тугую воронку прямо внутри. В горле образовывается ком, и перед тем, как заговорить, азиатка делает несколько долгих и глубоких вздохов, останавливаясь возле одного из деревьев, и, чувствуя, как на её запястье смыкаются теплые пальцы друга.
Может он прав? Может ей правда нужно просто высказаться?
[indent] - Я сама не поняла, Армин. – начинает она, долго смотря на руку Армина протянутую к ней, - Просто, в очередной раз, мое мироощущение раскололи на куски, и я не понимаю, кому можно верить, кроме вас двоих?
Стальные глаза поднимаются, смотрят в голубые, словно там ответ на все её вопросы.
[indent] - Мне надо было вернуться в штаб и проследить, чтобы Эрен и остальные ушли оттуда в целости и сохранности. Вы, к тому времени, уже убежали, но Эрен остался с Жаном, - пауза, она сглатывает вязкую слюну, которая не дает ей нормально говорить, начиная душить так, словно чьи-то руки сомкнулись на шее, - А после Жан.. Он.., - тяжело это произнести снова, первый раз она выпалила все со злости, а сейчас, пробуя слова на вкус, она обжигает язык, чувствуя во рту гниль, - Он захотел сдаться Флоку, предложил себя, предложил Эрена в качестве преданности своей.
Микаса убирает руку Армина мягким движением, потому что чувствует, как внутри её наполняет злоба, как её хочется выпустить, и другу сейчас не быть под её рукой.
[indent] - Я видела, как он улыбался, как легко бросил брата к их ногам. Они наставили ружья на него, превратиться бы он не успел, Армин. Я не знаю, что случилось с Жаном, но он предпочел компанию Флока, - цедит Микаса, а в уме нарастает шум.
Верить почему-то не хочется. Совсем не хочется верить в этот гребанный концерт перед её глазами.
Она видела, слышала все прекрасно и отчетливо, стояла высоко на ветвях, сжимая зубы, и почти выпуская механизм упм вперед.
[indent] - Не знаю, что произошло дальше, потому что я уже не слушала, я вырвалась вперед, убила несколько людей и забрала Эрена, но уже не оглядывалась, - потому что не хотела увидеть чужого лица, не хотела увидеть злорадную правду. Произошедшее с ней за всю жизнь совсем не дает сознаю верить в людей. Ей трудно это делать, для нее доверие настолько хрупкое, настолько стеклянное, что любое движение сулит разрушению. И вот сейчас.
Сейчас все разбилось.

+1

4

За то время, что Армин провел рядом с Микасой и Эреном он узнал их настолько хорошо, что практически научился преугадывать какие-то их мысли или чувства. Вот и сейчас, когда Микаса отняла руку, он буквально ощутил, как внутри нее собирается гнев, от которого она изо всех сил старалась его оградить. Не дать завладеть ужасным чувством настолько, чтобы начать направлять его на друзей. Не дать пострадать тем, кто для нее ближе всего. И от ощущения того, что она сдерживается, Армин чувствует, как его что-то стесняет в груди, потому что пока не знает, как именно ей помочь, каким образом поддержать так, чтобы не дать разгореться еще больше. Потому Армин молчит и слушает ее.
Хотя, по правде говоря, слушать молча удается с огромным трудом. Слова о том, что Жан предал их и примкнул к врагам, звучат, как нечто абсурдное. Жан, который вместе с ними участвовал во всех авантюрах. Жан, который всегда поддерживал их и переступал черту закона. Жан, который н и к о г д а не сомневался в их действиях и не говорил, что они поступают неправильно... бросил их в последний момент? Нет. Нет-нет-нет, так просто быть не может.
- Я... Не понимаю как такое могло случиться, - для Армина все это звучит как что-то фантастическое. Он действительно сообразить не может, как все это случилось и что именно теперь стоит предпринять для того, чтобы разрешить эту ситуацию.
Но он не может не верить Микасе, она не станет врать, она не будет говорить, что ей показалось. Мысли проносятся с огромной скоростью. Если бы Кирштейн притворился, что помогает Флоку, тогда бы он при появлении Микасы отправился бы вместе с ней и помог бы выбираться. Но... он этого не сделал, раз его нет на точке сбора. Армин чувствует, как у него от напряжения поднимается температура и тихо выдыхает сквозь зубы. Да, то что Жан их предал, бьет неимоверно сильно даже его, хотя они, казалось бы, были не так близки, но...
Микаса так злится, потому что...?
- Я не знаю, почему он так поступил и хочу надеяться, что у него были свои причины, но... это в любом случае ужасно. И непростительно, - Армин старается мыслить трезво и холодно, но мысль о том, что Эрен мог бы остаться там, а потом оказался бы скормлен кому-нибудь из людей Флока заставляет его испытать чувство злости, которое тоже начало подниматься изнутри. Он пытается с ним справиться, но не получается, потому что не только возможная потеря друга злит его - он видит, как опущены плечи Микасы, как сжаты ее кулаки, как ей хочется прямо сейчас ударить по дереву и более того - он был бы рад, если бы она выплеснула эту ярость. Их же не найдут, да? Так что... Можно и сделать это. Поддаться эмоциям.
Армин и сам бы очень хотел это сделать, но его физическое состояние не позволяет делать это в полной мере. К тому же собственная внутренняя боль делает его слабее. Арлерт чувствует, что покачивается и заваливается вперед, но в поиске опоры он находит плечо Микасы. Неосознанно шагает вперед, обхватывает ее руками сзади, прижимает к своей груди и удерживает рядом, ткнувшись носом в теплую макушку - и когда выше нее стать успел? Казалось, он всегда мог спокойно смотреть ей в глаза, потому что они были на одном уровне, а тут...
- Он был тебе близок, ведь так? - вопрос риторический. Армин не дурак, он многое замечал и и если не знал, то догадывался. Он чувствует напряжение под своими руками, но удерживает Микасу на месте. У него это как-то всегда само собой получалось - она опасалась ему навредить, а он мог просто перехватить ее руку и Микаса останавливалась.
- Я даже не могу представить, насколько сейчас тебе плохо, - он, кажется, ни разу не видел, чтобы Микаса плакала даже от злости. Даже когда Эрен чуть не умер, в ее глазах не было слез. Но сейчас она словно на грани, которую пресечь можно по щелчку пальцев.
- Если я встречу его раньше тебя то украшу его лицо парой фингалов, - неважно как он это сделает. Армин слегка сжимает руки и ослабевает объятие, но аккуратно говорит перед этим шепотом.
- Пойдем дальше. Тут есть что-то вроде поляны там... Там можно выплеснуть эмоции. Пожалуйста, Микаса, на этот раз... - Армин чуть стискивает зубы, потому что не хочет, чтобы она сражалась только внутри себя и ничего не говорила.
- Не удерживай эмоции в себе.

+1

5

[indent] Она тоже не понимала. Тоже не знала, как себя вести тогда:
[indent]  [indent] когда маму рубили топором,
[indent]  [indent]  [indent]  когда рушились дома Шиганшины,
[indent]  [indent]  [indent]  [indent] когда умер Эрен и когда предатели сыскались совсем рядом, словно змеи, свернувшиеся в клубок у самого бока ночью.
[indent] Микаса не знала – Микаса не знает. Инстинкты, двигавшие её вперед закрывают сознание на замок все глубже, сильнее, запрещают доверять, верить и проявлять хоть каплю сочувствия к тем, кто этого не заслуживает. Ужасно, невыносимо сильно хочется послушать их, расслабиться, опустить руки и просто отдаться этому сжигающему все на своем пути чувству сладкой ненависти, презрительно смирять темной сталью глаз, и не думать о том, что завтра кого-то могут просто напросто сожрать на задании.
Не может. Даже сама мысль об этом причиняет боль. Снова допустила ряд ошибок, которые прорастали внутри шипастыми стеблями, раня нежную плоть, заливая все кровью. Нельзя было привязываться. Связи красными нитями сложно резать тупым ножом.
[indent] - Я оборачиваюсь назад и вижу Энни, вижу Райнера и Бертольда – все им верили, абсолютно все. Почему нас так легко обмануть, Армин? Почему все эти люди пользуются нашим доверием? – она впивается стальным взглядом в обеспокоенное лицо Армина, голос хрипит, ей очень тяжело говорить от натуги. Почему-то ужасно хотелось рыдать, все внутри горело огнем, приходилось прикусывать губы и сжимать кулаки до такой степени, что на ладонях оставались следы от коротко отстриженных ногтей. Вот так вот просто и всех снова обвели вокруг пальца, обманули как доверчивых котят. Так они себя чувствую? П-р-е-д-а-т-е-л-ь-с-т-в-о. Когда это сделала тройка с Марлии, Микасе, ровным счетом было все равно. Он частично не поднялась рука лишь однажды, а после она поставила для себя четкую цель – уничтожить, если такая возможность представиться. Они угрожали её семье – людям, которые любы сильнее всего, так почему рука не должна подниматься?
[indent] Но Жан. Жан не входил в эту линию. Он в корне отличался от них. Жан был ближе, намного ближе, и черт возьми, в голове даже мысли не возникает что-то с ним сделать. Это злило ещё сильнее. Это преграда, которая словно защитный барьер окутывало его и не позволяла причинить вред.
[indent] - Когда мы вернемся, мы все обязательно решим, - уверенно заявляет она, даже не думает о том, что люди Флока настолько могли просочиться в ряды власти, что никто их там ждать не собирался. Если понадобится – перебьют всех. Разве может тут быть жаль? – И встанет вопрос, что делать с ним? Что делать с ним, Армин? Это же… Жан, - надлом, снова надлом, руки впиваются в широкие листья дикой ежевики, проведи чуть выше, к стеблям, на подушечках пальцев окажутся отрезвляющие проколы, потечет теплая кровь.
[indent] Думать. Лихорадочно думать. Что делать и как себя вести. Тепло позади обволакивает её руками друга. Так они со всем и справлялись. С любой проблемой, с любым горем – вместе, всегда вместе. Названные брат и сестра, которые даже не родные по крови, но родные по духу. Микаса на мгновение прикрывает глаза, дает сердцу прекратить отбивать усиленный ритм, дает плечам расправиться и сделать глубокий, успокаивающий, вдох.
[indent] А после, её пробивает током так, что она дергается. Вопрос застает врасплох мылся, Микаса не вырывается, но каменеет на глазах, пусто всматриваясь в одну единственную точку на примятой траве.
Ему ведь можно все рассказать? Довериться, не бояться осуждения, не бояться ничего. Армин тот, кому можно доверить все.
[indent] - Кажется.. да, я так думаю, - неуверенно начинает она, словно от нее вообще сейчас требовался ответ. Ей почему-то очень сильно захотелось чем-то поделиться, чем-то таким сокровенным, чем нельзя было поделиться с другими, - Он мне… признался. Признался, что любит, и я.. я не знаю, словно вынырнула на поверхность из темного озера, где тонула все то время, начиная со смерти родителей, - тихо говорит она, глубоко дыша, словно набирала больше воздуха в легкие для тяжелых ответов, - А потом он сделал это, и я… Я .. Я просто запуталась, я не понимаю.
Угроза в сторону Жана, Микаса совсем немного улыбается, скорее инстинктивно. Это она защищала Армина. Это она выбивала дух из любого, кто пытался его обидеть. А теперь он вырос.
[indent] - Я не хочу выплескивать пар на тебе, - когда тепло рук покидает её, Микаса оборачивается, пряча свои эмоции под длинной челкой темных волос, - Идем, придумаем что-то другое.
Согласие летит с губ. Для выпуска пара больше подойдет Капитан, там думать не надо было можно набить ему морду или нет. Просто прешь до конца, пока все силы не выходят наружу.
[indent] Они идут вдоль деревьев, тонкие ветви кустарников цепляются за одежду, ремни, за механизмы креплений. Несколько листьев застревают в волосах, щекочут кончики ушей. Руки сами тянутся их убрать, выбросить куда подальше слишком резко. Через пару метров правда показывается поляна, трава здесь совсем мелкая, очень много полевых цветов, заросшая тропинка, по которой никто уже давно не ходил в связи с тем, что стены прорвали титаны.
[indent] - Здесь, наверное, раньше можно было дойти до города, - риторическое замечание, скорее просто обыденное замечание, - Найдется ли здесь место дороге теперь, или же нас ждет война?
Какая разница, что их ждет. Будет что будет. Это сейчас так не важно.
Микаса доходит примерно до середины, и чувствует ужасную усталость от всех накативших на нее эмоций разом. По-ребячески, как-то не слишком грациозно, расправив руки она просто падает на мягкую траву, ощущая, как кожу на лице начинают щекотать мелкие травинки, ромашки лезут в глаза.
[indent] - Главное. что Эрен жив и с нами, остальное не важно, - веры в эти слова нет, врет сама себе, пытаясь по-детски успокоить мысли.

0


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » А разве друга надо звать?