html, body { background-color: #aeaeae; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 35px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; } :root { --main-background: #e5e5e5; --dark-background: #cdcdcd; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/zcJZWKc.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #e5e5e5;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/cxWyR5Y.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #aeaeae; } .punbb .post h3 { background-color: #d9d9d9; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #d6d6d6; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #d6d6d6 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px!important; background: #d6d6d6; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #b9b9b9; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #d5d3d1; background-color: #d6d6d6 !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #d6d6d6; border: solid 3px #d6d6d6; outline: 1px solid #d6d6d6; box-shadow: 0 0 0 1px #d6d6d6 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #c5c5c5; border: solid #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #d3d3d3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
html, body { background-color: #1c1c1c; background-position: left; background-attachment: fixed; } #pun-category1.category h2, #pun-category2.category h2, #pun-category3.category h2, #pun-category4.category h2, #pun-category5.category h2, #pun-category6.category h2, #pun-category7.category h2 { height: 34px; box-sizing: border-box; margin-bottom: 8px; font-size: 8px; text-align: right; color: transparent; padding: 0px 0px 0px 0px; font-family: verdana; letter-spacing: 1px; background-position: right; text-transform: capitalize; border-left: solid 228px #2e2e2e; } :root { --main-background: #d7d7d7; --dark-background: #e5e5e5; --darkest-background: #a1978f; --border: #939393; --accent1: #4b6494; --accent2: #60ad14; } #pun-title table { background-image: url(https://i.imgur.com/395XG6f.png); background-position: top center; background-repeat: no-repeat; background-color: #d7d7d7;} #pun-about p.container { background-image: url(https://i.imgur.com/hYFQ6U1.png); background-repeat: no-repeat; border: none; margin: 4px 0 -162px 0px; width: 960px; height: 239px; background-color: #1c1c1c; } .punbb .post h3 { background-color: #c7c7c7; margin-bottom: 10px; margin-left: 0px; } .pa-avatar { position: relative; padding-bottom: 5px !important; background: #c3c3c3; } .punbb .post .post-author { float: left; text-align: center; width: 222px; overflow: hidden; color: #3a3a3a; padding-bottom: 10px; margin-left: 17px; background: linear-gradient(to bottom, #c3c3c3 67%, #232323 33%); border-radius: 10px; } .lz1 { font-family: Arial; font-size: 10px; color: #2c2c2c!important; text-align: justify; letter-spacing: 0px; line-height: 12px; padding: 6px 22px 8px 22px; margin: 0px !important; background: #c3c3c3; } .lz { padding: 4px 4px 13px 4px; font-family: Arial; font-size: 9px; text-align: center; color: #2e2c2b; line-height: 10px; letter-spacing: 0.08em; text-transform: uppercase; font-weight: bold; margin: 3px 0px -10px 0px !important; background: #a1a1a1; } .punbb .post-content .quote-box, .punbb .post-content .code-box { margin: 0.4em 1.8em 1.4em 1.8em; padding: 1em 1.5em 1em 1.5em; background-color: #cdcdcd !important; border-radius: 8px; border: #b9b9b9 solid 1px; } #main-reply { background-color: #c5c5c5; border: solid 3px #c5c5c5; outline: 1px solid #c5c5c5; box-shadow: 0 0 0 1px #c5c5c5 inset; padding: 9px; margin-left: -23px; margin-top: 0px; border-radius: 10px; } .punbb textarea, .punbb select, .punbb input { background: #b3b3b3; border: solid #b3b3b3; outline: 1px solid #b3b3b3; padding-bottom: 2px; color: #303030; margin: 5px 0px; } div.post-rating a, div.post-vote a { background: #c3c3c3; padding: 1px 11px 1px 11px; border-radius: 6px 6px 6px 6px;}
микаса Микаса не знала – Микаса не знает. Инстинкты, двигавшие её вперед, закрывают сознание на замок все глубже, сильнее, запрещают доверять, верить и проявлять хоть каплю сочувствия к тем, кто этого не заслуживает. Ужасно, невыносимо сильно хочется послушать их, расслабиться, опустить руки и просто отдаться этому сжигающему все на своем пути чувству сладкой ненависти, презрительно смирять темной сталью глаз, и не думать о том, что завтра кого-то могут просто напросто сожрать на задании. читать далее

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » sleeping with ghosts


sleeping with ghosts

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Kaeya & Dainsleifhttps://i.ibb.co/42bw0Qb/photo-2022-07-10-19-56-09-1.jpg https://i.ibb.co/Jv7qNH8/photo-2022-07-10-19-56-09-2-1.jpg https://i.ibb.co/pPP677D/photo-2022-07-10-19-56-09-3-1.jpgSLEEPING WITH GHOSTS


i see it in your eyes,
you turn there to pray.
through darkness to the past
with shadows astray.

Отредактировано Dainsleif (2022-07-20 14:56:53)

+4

2

Ни на одну секунду это место не показалось ему обыкновенным. Даже когда они с группой искателей приключений подходили по старой шахтерской дороге со стороны Ли Юэ - отсюда Разлом выглядел как древняя воронка от гигантского взрыва, настолько мощного, что скалы переменили свое положение. Было ясно, что ни одна сила в Тейвате, ни один механизм не способен совершить такое; люди пришли уже позже, чтобы использовать то, что досталось им от могущественных существ древности. Должно быть там, в шахтах, вправду можно было добыть что-то очень ценное, если подобный масштаб не сумел никого отпугнуть.

Кэйа знал, что некоторое время шахты были закрыты для работы и посещений, и только недавно к ним возобновили доступ. Что-то происходило там, внизу, из ничего рождались монстры, в движение приходили старые механизмы, хиличурлы приходили и приходили, а люди все равно гнались за богатствами, которое после можно будет обменять на мору.

Но некоторые хотели попасть в Разлом ради исследовательского интереса, и Кэйа легко смог присоединиться к их группе. Большинство были одеты в зеленое, но пара человек из Сумеру выбивались из общей картины, и потому он на их фоне тоже не смотрелся выходящим из ряда вон. Официально он говорил, что прибыл с искателями приключений из Мондштадта, чтобы обеспечить их безопасность, и пока что эта версия не вызвала ни у кого лишних вопросов. А в подробности Кэйа не вдавался.

- Шахты разделены на несколько уровней и зон. Некоторые более опасны, чем остальные, есть несколько запрещенных - не потому, что мы прячем что-то, но это может стоить вам жизни… - их встретила группа из Ли Юэ, и женщина в очках объясняла правила поведения, а миллелиты, местная охрана, топтались за ее спиной. - У каждого будет колокольчик, на случай, если с вами что-то случится. Запрещено передвигаться без источника света, сходить с намеченых троп, двигаться поодиночке. Вы должны быть в группах не менее, чем три человека. Если кто-то почувствует себя плохо, его нужно проводить на поверхность как можно скорее. Не все выдерживают местную атмосферу, в этом нет ничего постыдного…

Она говорила еще долго: Кэйа вскоре отвлекся и стал смотреть в сторону центра воронки, туда, где установлены были подъемники, и где уже виднелся темный, опасный спуск в шахты. Перспектива оказаться там одновременно пугала его и привлекала. Неужели наконец он сможет узнать немного больше о том, что так сильно интересовало его?..

Под конец инструктажа их всех заставили подписать документы - что-то о том, что они находятся в трезвом уме (удивительно, но Кэйа вправду находился) и несут полную ответственность за принятые решения. Похоже, в Разломе уже происходили несчастные случаи с туристами, и если их поток невозможно было остановить, то единственным выходом было заручиться уверенностью в том, что обозленные родственники не станут требовать никаких компенсаций за чью-либо смерть. Кэйа подмахнул эту бумажку с легкостью - Дилюку так или иначе не было до него дела, - и заторопился в числе первых к платформе подъемника.

Обстановка внутри шахт оказалась более тривиальной, чем он рассчитывал. Повсюду организовал освещение, были дощатые настилы и перила, множество табличек с информацией и обустроенных стоянок для шахтеров и исследователей. Даже карты с маршрутами и достопримечательностями, словно он пришел на экскурсию.

Поначалу Кэйа следовал за остальными, но вскоре начал замечать, что некоторые места освещены хуже, и именно там виднеются проходы, иногда перекрытые, а иногда и просто в виде темных провалов в неизвестность. Если он хочет найти что-нибудь действительно достойное внимания, нужно выбрать время и тихо скрыться в одном из них. К этому моменту Кэйа был уже в конце группы, вряд ли кто-то быстро заметит его исчезновение…

Через несколько минут он уже прятался за крупным валуном, ожидая, когда искатели приключений отойдут подальше. Потом он двинулся исследовать один из самых широких проходов, который уходил не только в сторону, но и вглубь. Здесь было темно, только изредка попадались светящиеся кристаллы или шишкообразные растения, грозящие взорваться при контакте. Иногда видны были следы людей - значит, проход не полностью заброшен и куда-то все же выведет, - и это обнадеживало Кэйу.

Однажды он столкнулся со слаймами, но они ничем не отличались от обыкновенных и не были проблемой, а еще через несколько минут он оказался около обрыва. Далеко, сколько хватало света, простиралась бездна, но там, определенно, было что-то еще, ведь Кэйа видел сбоку веревку, закрепленную в камнях. Кто-то спускался тут - или, по крайней мере, пытался, - а значит, и он может попробовать.

Вместо веревки он использовал планер, чтобы медленно парить вниз и рассматривать каменные стены - не понять, то ли рукотворные, то ли нет. Он искал надписи или рисунки, проходы или механизмы, а также смотрел, сумеет ли взобраться здесь, когда будет идти обратно. Когда он наконец приземлился, темно уже не было - на камнях росло больше светящихся растений, а еще где-то впереди шумела вода и виднелись фиолетовые отблески.

Кэйа медленно пошел туда, на всякий случай обнажив меч. Он часто останавливался, чтобы прислушиваться к звукам, и вскоре их стало больше, а некоторые явно указывали на то, что здесь, глубоко под землей, есть кто-то еще, кроме него.

Пока что он не мог понять, люди это или монстры, но подбирался все ближе, чтобы увидеть их первым и не дать обнаружить самого себя.

+4

3

Первый визит в Разлом вышел не самым удачным.

За долгие пять сотен лет жизни Дайнслейфу удалось побывать во многих уголках Тейвата и повидать, мягко говоря, всякое. Однако то, что ему удалось повидать в Разломе, трудно было сравнить с чем-либо еще. Во-первых, конечно же, его глубина поражала. Нечто, созданное не руками людей, могло впечатлить любого. Во-вторых, руины и останки древних цивилизаций. Они были разбросаны по всему Тейвату, в этом не было ничего удивительного. Но разные письмена и артефакты, связанные с Каэнри'ах, присутствовали в этом месте. В-третьих, грязь, которая была просто повсюду, каким-то образом негативно сказывалась на проклятии, будто бы усиливая его. Оттого передвигаться по Разлому было не слишком приятно и в целом возможно в некоторые места. В-четвертых, напротив, по мере приближения к перевернутому городу, действие проклятия ослабевало, и трудно было противиться желанию как можно скорее оказаться в центре того места. И в-пятых, конечно же, здесь было много бывших жителей Каэнри'ах. Хиличурлы, ищущие последнее пристанище. Рыцари черного змея, защищающие их. Духи... одного из которых Дайнслейфу удалось увидеть воочию и даже переговорить с ним.

После инцидента с Хальфданом ему не удалось никого увидеть. Он действительно, как и сказал Путешественнице, отправился восстанавливаться после влияния устройства, которое использовал орден Бездны. Однако Разлом не покинул — у него еще были тут дела. Надо было разобраться с усиливающими устройствами, уничтожить их, чтобы маги и вестники Бездны не могли больше никогда ими пользоваться. Да и в принципе, их здесь было столько, что было бы, в целом, неплохо найти какой-то след или зацепку, который смог бы больше рассказать об их дальнейших планах или вывести Дайнслейфа к чему-то (или кому-то) важному.

В общем и целом, какое-то время он просто находился в тихом месте неподалеку от разрушенного города. Буквально через несколько поворотов от него, в соседнем туннеле, несколько хиличурлов доживали свой век. Это ощущалось как насмешка судьбы: вот они, уроженцы Каэнри'ах, совсем рядом. Пришли к этому месту, потому что были прокляты, а здесь можно было временно передохнуть от этой тяжкой ноши. При ином раскладе Дайнслейф мог оказаться одним из них. И он честно не мог сказать, что было бы хуже — сохранить рассудок, как сейчас, или застрять в бесконечном «дне сурка», потеряв свою личность и сознание, когда проклятье настолько сильно, что меняет буквально то, кто ты есть. Впрочем, не то чтобы его участь сильно отличалась. Проклятье и на него повлияло не меньше. Вряд ли он был все тот же Дайнслейф, мастер Сумеречный меч, которого жители Каэнри'ах знали пятьсот лет назад. На самом деле, от него мало что осталось, если говорить на чистоту.

Он не мог сказать точно, сколько времени провел так, сидя прямо на земле и прислонившись к холодной каменной стене. Хотелось, на самом деле, остаться так еще надолго. Продлить это чувство некой свободы и умиротворения, окутывающие в этом месте. Но, к сожалению, у него были дела. Ему некогда было отдыхать. Так что, как только Дайнслейф вновь почувствовал в себе силы, он сразу же занялся делом. Усиливающих устройств оказалось немало; более того, их охраняли маги бездны. Не то чтобы они представляли какую-то великую угрозу, но неприятности доставить вполне себе могли. Никакой жалости к этим созданиям. Когда-то они были людьми со своими желаниями, стремлениями. Сейчас же — монстры, да еще и без своей воли, марионетки в чужих руках. А они, в свою очередь, управляли кем-то еще, хоть теми же хиличурлами. Эдакая цепочка. Дайнслейф был бы несказанно рад прервать ее раз и на всегда в любом из звеньев, однако метил он на самое верхнее, хоть и не мог пока добраться до Принца Бездны.

В общем и целом, уничтожить устройства не составило большого труда, сложнее же было их найти. Это заняло немало времени. И когда Дайнслейф был готов уже отправиться дальше, чтобы исследовать это место как следует — наверняка он еще не все повидал, этого слишком мало, — в темноте у одного из проходов уже вне перевернутого города он услышал лязг доспехов. Рыцари черного змея были повсюду. Неприятной болью и даже тоской отзывалась любая мысль о том, что это были его бывшие соратники. Товарищи. Друзья. Исполняющие его же приказ, отданный слишком много лет назад, но так хорошо отпечатавшийся в памяти, что даже эрозия до сих пор не затронула его. Дайнслейф старался не вступать с ними в схватку. Но обходить стороной тоже не мог — а вдруг кто-то еще покажется? Вдруг кому-то еще удалось сохранить разум? Глупая надежда, которую надо бы подавить на корню, но он в принципе ничего не терял, если бы просто прошел мимо, постаравшись быть незамеченным.

Оттого Дайнслейф старался находиться в тени. Источников света здесь в принципе было не так много, однако, все же, рыцари наверняка ориентировались здесь гораздо лучше. Тот находился неподалеку от скал, направляясь куда-то неспешным шагом. Дайнслейф шел в ту же сторону, передвигаясь за камнями, но так, чтобы видеть рыцаря. Чем дальше, тем больше светящихся растений встречалось на пути, что позволило ему разглядеть кого-то еще, старающегося сделать так, чтобы его не увидели.

Кто еще мог находиться здесь, кроме монстров и проклятых рыцарей? Все туристы и простые люди старались держаться гораздо выше, оттого можно было не бояться пересечения с ними. Это было, в общем-то, разумно с их стороны — здесь не особо безопасно. Однако с изумлением Дайнслейф обнаружил, что это, все же, был человек. Да еще и с оружием в руке. Он находился по другую сторону прохода, в центре которого двигался рыцарь. Дайнслейфа он, судя по всему, не заметил. Почему-то в голове возникла мысль о том, что тот собирался напасть на рыцаря, и это сподвигло к действиям по двум причинам. Во-первых, это могло быть опасно для самого же человека. Во-вторых, рыцарь до сих пор вел себя слишком спокойно, оттого уже закрадывались мысли о том, что стоит понаблюдать за ним подольше. Смутные подозрения, которые наверняка ни к чему хорошему не приведут, однако в целом изучить их поведение было бы кстати, учитывая, что раньше он с ними каким-то образом не сталкивался за все это время.

Поэтому, покинув свое укрытие, Дайнслейф крайне быстро перепрыгнул через камень, пересек проход и сбил человека с ног, так что меч отскочил немного в сторону. Шум привлек внимание рыцаря, но это было не так важно — сперва надо было спровадить непонятно откуда взявшегося путника. Быстро отряхнувшись, Дайнслейф бросил на него взгляд и широко раскрыл глаза от изумления, так не сказав и ни слова. Сколько еще сюрпризов приготовило это место? Человек был не абы кем, а уроженцем его давно уничтоженной страны. Это было понятно по глазу — второй был скрыт за повязкой. Более того, Дайнслейф однозначно знал этого человека. Эти черты лица... вызывали воспоминания об одном конкретном человеке, однако он сам отгонял подобные мысли, поскольку не хотел принимать желаемое за действительность. Это невозможно, — отрезал он сам себе в голове, в целом, настолько пораженный, что даже не заметил странного сияния, исходящего от рыцаря, который уже успел приблизиться к ним на расстояние нескольких десятков метров. Впрочем, со спины Дайнслейф бы и не увидел его, но помнил о возможной угрозе, готовый, в случае чего, действовать.

+4

4

Как ему казалось - все идет хорошо. Благодаря плохому освещению, он мог укрыться от посторонних, используя валуны, которых тут имелось в изобилии. Вскоре Кэйа увидел источник шума, который привлек его внимание, и замер, пораженный: это был настоящий рыцарь, полностью в доспехах, даже лица было не разглядеть. Он двигался куда-то, не торопясь, и Кэйа изо всех сил старался рассмотреть его лучше. Ему стало ясно, что доспехи на самом деле не черные, но потемнели от здешней грязи и пыли, а еще за спиной рыцаря был большой щит, тоже темный, в царапинах и сколах. Оружия видно не было, но нельзя было утверждать, что его нет вообще. Слишком темно для конкретных выводов, слишком необычно происходящее.

Что он мог сказать наверняка - ничего подобного до сих пор Кэйа не видел. И, кажется, даже не слышал слухов или рассказов. Искатели приключений и похитители сокровищ, с которыми у него была связь, еще не добрались так глубоко, потому сплетням неоткуда было взяться, но все-таки на поверхности лежал целый мир, а там чего только не было…

Рыцарь был так спокоен, что Кэйа уже подумывал позвать его, чтобы проверить, как тот поведет себя, обратит ли вообще внимание. И обязательно бы так сделал, если бы его неожиданно не сбил с ног человек, о чьем присутствии рядом Кэйа даже не подозревал, сосредоточившись полностью лишь на одном объекте.

Меч лязгнул, выпадая из руки, острые камни больно впились в спину; Кэйа постарался лягнуть нападавшего ногой, но тот сумел увернуться и выпрямился, и теперь смотрел на него с каким-то удивлением. И больше не нападал, что дало возможность дернуться вбок и, несмотря на боль в спине, снова схватить выроненный меч.

Инстинкт кричал о том, что атаковать нужно сразу, воспользовавшись паузой противника, но каким-то невероятным образом Кэйа удержал себя. Человек напротив выглядел… необычным. Это слово первым пришло на ум, следующее было - знакомым. Он выглядел необычно знакомым, и узнавание скользило по краю сознания, не давая себя ухватить. То ли дело было в элементах одежды, то ли в скрывающей часть лица маске… слишком темно, чтобы рассмотреть все это более подробно, к тому же, время подобрано не лучшим образом.

- Осторожно.

Рыцарь в темных доспехах подходил к ним, и Кэйа первым увидел его. Предупредил только чтобы отвлечь внимание от себя - он не был ни капельки благородным, чтобы, даже имея в руках оружие, пытаться защитить того, кто сам только что напал.

Все сработало: мужчина напротив отвлекся, и Кэйа наконец встал на ноги и отступил назад. Пускай эти двое сперва подерутся, а он посмотрит, кто на что способен, и будет готов, когда - или если - до него дойдет очередь. Что ж, он и не рассчитывал на то, что будет легко, когда он спустится на такую глубину, поэтому считал себя готовым ко всему…

То есть, почти.

Появления призрака он точно не ожидал. Подобного Кэйе не доводилось видеть никогда - чужой сияющий образ как будто вышел из мрачных испачканных доспехов, оказавшись ниже и гораздо более человечнее. Его форма выглядела ни на что не похожей, и вместе с тем отчасти узнаваемой: Кэйа точно видел некоторые символы, ее элементы. Благодаря сиянию вокруг стало заметно светлее, и он лучше смог рассмотреть светловолосого человека, теперь стоявшего к нему почти спиной; Кэйа понадобилось всего несколько секунд, чтобы заметить сходство в тех самых элементах на одежде у этих двоих.

И еще секунда, чтобы у него перехватило дыхание, а в груди все сжалось от осознания. Как раз в это мгновение призрак заговорил:

- Мастер Сумеречный меч, - его голос эхом отбивался от стен подземелья. Кэйа смотрел во все глаза, но призрак не двигался, только сделал один единственный воинский жест, который тоже тяжело было не узнать. - Вы здесь, чтобы вновь нас возглавить? Осталось не так много тех из нас, кто следует приказу… - тут сияющий взгляд призрака нашел Кэйу, замершего в паре метров позади, и лицо его преобразилось: - Ваше высочество, я рад видеть, что вы под защитой капитана!

У Кэйи начала кружиться голова, так что он схватился за ближайший крупный камень, стараясь не подавать виду, что с ним что-то не так.

Он рассчитывал найти здесь надписи на родном языке. Может быть, какие-нибудь артефакты, которые можно забрать и изучить в Мондштадте. Но ничего настолько серьезного. Никого настолько… живого.

+4

5

Несколько секунд потребовалось на то, чтобы вернуться в реальность. Не следовало давать волю ложным надеждам и эмоциям, ведь, как показывала практика, ни к чему хорошему это не приводило. Однако невозможно было не думать о том, что, ну, а вдруг? Это было действительно невозможно. Ровно как и то, что совершенно недавно они с Путешественницей видели его близкого друга, а Дайнслейфу даже удалось с ним немного поговорить. Невозможно — и все же, вот оно. Он собирался было уже что-то сказать, да только его опередили. Пришлось обернуться, оторвав взгляд от человека, чей образ был столь чужд и знаком одновременно. Трудно было разглядеть внимательнее ввиду плохого освещения, однако в том, что человек был уроженцем Каэнри'ах, сомнений не было. Так кто же он? Уж точно не призрак. Живее всех живых.

Это невозможно, и все же это место было полно странностей. Сердце предательски сжалось, и мысли о незнакомце сразу же вылетели из головы, стоило вновь увидеть призрака. Совсем как тогда, у пруда. Потеря Хальфдана больно далась Дайнслейфу еще пятьсот лет назад. Они были не то что командир и подчиненный — близкие друзья. Он... скучал. Особенно первое время было тяжело. Когда близкого человека больше нет рядом, когда совершенно внезапно остался в одиночестве. И в каждом новом встречном ищешь черты того, когда когда-то потерял. Пытаешься заместить его. Со временем становится легче. И больше нет ежедневных воспоминаний по былым временам. Чувства притупляются. Однако, стоило смириться с потерей, внезапно появилась возможность снова увидеть его. Поговорить. И... снова отпустить. Чувства были смешанные: скорбь, гордость, боль и облегчение.

Второй раз будто бы резанул ножом по незажившей ране. Однако этого рыцаря лично Дайнслейф по имени не знал. Скорее всего, кто-то из более мелких чинов. Весь мир будто сузился до них двоих: призрак, лишь тень того человека, что жил когда-то в прошлом, и он, проклятый на бессмертие. Рука сама сжалась в кулак и двинулась к левой стороне груди — туда, где находилось сердце. Во рту возникло ощущение горечи.
— Вы — истинная гордость Каэнри'ах, — произнес Дайнслейф, имея в виду тех рыцарей, которые все еще оставались верны себе и долгу, не переходя на сторону Бездны. Судя по всему, тут все еще такие имелись. И кто знает, как много подобных призраков можно было встретить? Один раз — совпадение, два — закономерность. Дайнслейф определенно должен был здесь задержаться. Узнать больше. А вдруг он сможет встретить кого-нибудь еще? Повидаться со знакомыми? Снова увидеть друзей? Глупая надежда возникла внутри. Он давно похоронил их всех. Всех, кого только знал. А сейчас они снова и снова давали о себе знать. Разве можно было сдержать эти глупые порывы?

— Я... — начал было он говорить, но прервался на полуслове, ведь призрак заметил человека, о котором Дайнслейф уже успел позабыть. И дальнейшие его слова заставили сердце и вовсе рухнуть куда-то в пятки, а глаза расшириться. Он обернулся, вновь окинув незнакомца совсем уже иным взглядом. Он не ослышался? Не ошибся? Какие тут могут быть сомнения. Он ведь узнал его. Где-то на подсознательном уровне, просто отрицал саму возможность такого, оттого не позволял себе даже думать об этом. Принц не может быть жив. Но глаза его не обманывали. И рыцарь уж точно ошибиться не мог.
— Каэнри'ах не погибла окончательно. Такие рыцари, как вы, лишь подтверждают благородство нашего народа, — Дайнслейф слабо улыбнулся, ощущая, что едва нормально стоит на месте. Слишком много всего произошло в этом месте. Это не могло быть просто совпадением. Призрак отзеркалил его улыбку и кивнул. Казалось, он почувствовал облегчение и благодарность, услышав чужие слова.
— Я хочу вам кое-что показать, — тихо произнес призрак и растворился в воздухе, вновь, казалось, принимая оболочку того огромного рыцаря и терпеливо дожидаясь, пока за ним последуют.

И Дайнслейф последует. Но сперва...
Вновь развернувшись к человеку позади него, на ватных ногах он сделал пару шагов в его направлении. Теперь сходство было налицо — черты лица, волосы. Буквально все в нем выдавало того юного принца, которого он знал еще до падения нации. Сердце билось так сильно, что в ушах начинало шуметь. Дайнслейф преклонил колено, опустив взгляд вниз, выражая тем самым почтение.
— Ваше Высочество, — обращаясь к человеку перед ним, заговорил он. — Мастер Дайнслейф Сумеречный меч приветствует вас.

Хотелось сказать, на самом деле, не это.
Как вы спаслись? Я думал, вы погибли. Думал, что боги безжалостно уничтожили вас, как последнего представителя династии Черного Солнца. Все эти годы я считал, что не смог спасти вас. Последняя надежда нации жива. Каэнри'ах действительно не уничтожена окончательно.
Какова вероятность, что перед ним был такой же призрак? Какова вероятность, что он медленно, но верно сходил с ума? В происходящее верилось с трудом. И это было правда больно. Будто Дайнслейфа окружили воспоминания тех людей, которые в его сознании давно уже были мертвы.

— Нам следует посмотреть, что нам хотят показать. Там может быть что-то важное.
Дайнслейф не поднимался на ноги, пока ему не позволят — таковы правила. Не поднимал головы, хотя так хотелось рассмотреть повзрослевшие черты лица, выявляя все больше сходств принца с его родителями, которых Хранитель ветви когда-то знал. Хотелось обо многом расспросить, многое узнать и о многом поговорить. Но... Хальфдан растворился в воздухе раз и навсегда. Дайнслейф не знал, как долго рыцарь сможет сохранять самообладание и оставаться в сознании, оттого следовало сперва глянуть, что такого важного у него было, а уже затем все остальное. Поговорить можно было и по дороге, и потом. Если только... это и правда было реальностью. В которую непросто было поверить. Все это время он просто обходил это место стороной, считал всех напрочь погибшими. Но «все» — это не принц. Оттого ситуация действительно была из ряда вон выходящая.

+4

6

Всегда нужно сохранять самообладание, говорил ему человек, которого большую половину жизни Кэйа называл отцом. Не дай им понять, что у тебя на душе, советовал он. Ты не слаб, пока никто другой не видит твою слабость.

Дышать нужно полной грудью, учила его Джинн. Это помогает успокоиться. Набери воздуха и задержи дыхание, тогда сердечный ритм быстрее успокоится.

Эти советы, и еще множество других Кэйа получал в течении жизни, но теперь, в момент, когда он с удовольствием воспользовался бы каждым из них, они все вылетели из головы. Он мог только держаться за влажный валун и переводить взгляд с человека на призрака и обратно, как будто был единственным зрителем в этом драматическом театре родом прямиком из прошлого.

Время от времени он слышал это - “Каэнри'ах” - но его всегда произносили иначе, неправильно, с искажением или акцентом, ведь для тех людей это было всего лишь название из прошлого. Сейчас же Кэйа слышал не слово, а имя своей родины, и звучало оно именно так, как должно было, каким всегда оставалось в его мыслях. От этого кружилась голова; несложно было засомневаться в реальности происходящего, но Кэйа чувствовал слишком многое для иллюзии: вес своего тела, твердый камень под пальцами, особый запах подземелья.

Это по-настоящему.

Человек развернулся, двинулся к нему, и Кэйа уже откуда-то знал, что именно он сейчас сделает. Глядя на него, склонившегося перед ним как перед настоящим принцем, Кэйа одновременно ощущал два противоположных чувства - ему было неловко и некомфортно, но вместе с тем он знал, что так должно быть. Когда-то, очень давно и далеко отсюда, люди уже оказывали ему, тогда еще маленькому, те же знаки почтения. Куда ему в том возрасте было понять, что это означает. Он принимал все как должное, но успел совершенно от этого отвыкнуть.

- Пожалуйста, встань.

Его голос звучал хрипло, словно он не разговаривал несколько дней к ряду. Кэйа откашлялся, отпустив наконец камень; ноги теперь держали его лучше, как будто организм понял быстрее мозга, как именно соответствовать прозвучавшему из чужих уст титулу.

Дайнслейф - это имя звучало смутно знакомым - поднялся, и Кэйа тут же жадно всмотрелся в его лицо, как будто вправду рассчитывал узнать. Теперь ему казалось, что он на самом деле видел этого мужчину в детстве, но Кэйа не мог гарантировать, что не принимает желаемое за действительное. Он был слишком маленьким, а путешествие по Бездне не прошло для него бесследно.

Рыцарь в черных доспехах переступил с ноги на ногу, словно выражая нетерпение и пытаясь поторопить их, и Кэйа вспомнил слова Дайнслейфа, что их может ожидать нечто важное. Куда уж еще важнее, невесело подумал он, пряча меч. И так все грани перейдены.

- Пойдем за ним, - он едва заметно кивнул, и рыцарь тут же двинулся в прежнем направлении, как будто даже немного ускорившись - так, словно у него появилась цель, придавшая сил и энергии.

Вокруг было сумеречно, но не слишком темно, кое-где мерцало фиолетовым. Кэйа не понимал, что за странное ощущение сейчас испытывает, пока вдруг не понял, что чувствует себя в безопасности - здесь, в месте, где меньше всего на это рассчитывал. Словно идет не по глубинному уровню Разлома, а по ночному Мондштадту, знакомому как родной дом.

Рыцарь свернул в широкий проход и стайка кристальных бабочек разлетелась по сторонам. Кэйа сделал несколько быстрых шагов вперед и коснулся руки Дайнслейфа, обхватил ее пальцами - хотелось убедиться, что он настоящий, из плоти и крови, что не растворится через несколько шагов, будто иллюзия.

- Извини, - прошептал он, словно не желая, чтобы шедший впереди рыцарь услышал, - просто мне не верится.

Теперь Кэйа шел с Дайнслейфом наравне, и сразу услышал странный звук спереди - как будто их проводник шлепал закованными в металл ногами по воде. Через шаг он и сам вступил в эту воду, только она оказалась тягучей, словно грязь, и Кэйа инстинктивно подался назад, передернувшись от отвращения. Грязь, как теперь он мог видеть, блестела фиолетовым и недобрым; рыцаря, похоже, защищал его доспех, но Кэйе подсознательно не хотелось проверять, как эта субстанция подействует на него. Он заозирался, пытаясь увидеть обходной путь, но лужа растекалась по всей ширине прохода, не оставляя путешественникам ни шанса.

- Что это такое? Никогда не видел подобного, но выглядит отвратительно.

+3

7

Это место подпитывало потаенные страхи, что были сокрыты глубоко внутри и в которых было страшно признаться даже самому себе.

Раз — Дайнслейф снова встретился с Хальфданом. Призраком близкого друга, которого он давным-давно уже похоронил у себя в голове и даже не мог и представить, что у него появится возможность поговорить с ним еще раз. Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Вот только, увидев такие знакомые черты лица снова, спустя несколько сотен лет, отпускать его еще раз было гораздо больнее и сложнее.

Два — рыцарь, чьего имени он уже не знал. Который собирался вести их куда-то, намереваясь что-то показать. Призрак, олицетворяющий собой всех тех, кто находился у Дайнслейфа в подчинении много лет назад. Большинство из них он знал в лицо и по имени, однако тех, кто был более низких должностей, запомнить было невозможно ввиду их количества и нечастых пересечений. Сейчас он даже жалел об этом. Сколько еще таких здесь, подобных ему? Как теперь вообще покинуть Разлом, зная, что любой из рыцарей может оказаться кем-то, кого он когда-то знал?

Три — внезапно среди вернувшихся из мертвых оказался тот, о чьей гибели Дайнслейф жалел чуть ли не сильнее всего, за что винил себя, ведь не сумел спасти. Еще один призрак, хоть и, вроде как, совершенно живой. Не погибший еще ребенком, навсегда потеряв тот свойственный детям блеск в глазах и задорный смех. Когда пятьсот лет прожил, осознавая чужую смерть, очень сложно в один момент перестроиться и убедить себя в том, что это по-настоящему.

Что это не плод его воображения, больного рассудка, собственного безумия, что тянет своими когтистыми лапами в эту пучину. Даже спустя столь длительное время Дайнслейф оставался человеком, и любой человек после пережитой им катастрофы едва ли смог бы остаться в здравом уме. Порою он не был уверен в том, что до сих пор сохранял рассудок. Например, в такие моменты, как этот. Неужели безумие, которого он боялся столькие годы, все же догнало и его? Неужели, словно рыцари черного змея, он наконец-то окажется в кругу знакомых лиц, когда на деле все будет совсем иначе?

Это реальность, — пришлось напомнить самому себе. Подняться обратно на ноги, когда чужой голос вновь вернул взволнованный разум на землю. Снова окинуть взглядом человека напротив и вспомнить из подкорок сознания его имя, которое каким-то образом не стерлось среди прочих воспоминаний, подверженных эрозии. Впрочем, если все происходящее было лишь плодом его больного разума, то и имя, соответственно тоже. И черты лица, немного изменившиеся, все больше напоминающие родителей принца, которых Дайнслейф, разумеется, знал. Повязка на глазу вызвала вопросы, но было не время и не место для того, чтобы их задавать.

Рыцарь ждал, и Кэйа был прав — им следовало пойти за ним. Коротко кивнув, Дайнслейф направился первым на случай, если впереди будет ждать какая-либо опасность. Все же, это место было слишком непредсказуемым, и кто знает, с чем еще они могут столкнуться. Разлом определенно стоил того, чтобы изучить его как следует. Но от мыслей об этом отвлекла чужая рука, внезапно обхватившая его собственную. Дайнслейф слегка повернул голову, взглянув в темноте на человека, что теперь поравнялся с ним и шел рядом, но снова ничего не сказал, лишь понимающе поджал губы. Ему и самому не верилось, и это чувство, судя по всему, было одинаковым для них обоих. Призраки прошлого друг для друга.

По мере того, как они шли вперед, воздух как будто становился более спертым, дышать становилось тяжелее. Дайнслейф невольно нахмурился, ощущая, как ослабевавшее прежде в этом месте проклятие вновь дало о себе знать. Причем не постепенно, а будто бы резко, заставляя остановиться и дать себе время прийти в себя. Он прожил с ним пять сотен лет, оттого это чувство было слишком знакомым. Но после внезапного перерыва так хотелось вернуться обратно, в то место, где можно было наконец-то передохнуть. Однако рыцарь непреклонно шел вперед, и было бы очень некстати сильно отстать от него.

Возможно ли, что эта отвратительная субстанция была каким-то образом причастна к усилившемуся эффекту от проклятия? Кто знает. Проверять не сильно хотелось, оттого Дайнслейф отвел принца немного в сторону, чтобы с мерзкой грязью его разделял валун, а сам вскинул правую руку. Темно-синее свечение пробежалось жилками по всей поверхности его руки, сосредотачиваясь в ладони сгустком такого же цвета. Подобное свечение возникло в ту же секунду и на огромной фиолетовой капле посреди этой жижи, и уже через секунду она взорвалась, разбрызгивая во все стороны ту самую грязь. Дайнслейф успел увернуться в последний момент все за тот же валун, однако несколько капель все же попало на его плащ.

Дышать сразу стало немного легче, однако беспрепятственно пройти, не испачкав обувь, вероятно, не получится.

— Прошу меня извинить, Ваше Высочество, но нам все же придется пройти по этой субстанции. Ее много в этом месте. Надеюсь, дальше мы с ней не столкнемся, — спокойно произнес Хранитель ветви и первым пошел вслед за рыцарем. Грязь противно хлюпала под ногами, немного прилипая к подошве и слегка скользя. Если идти неосторожно, то можно было поскользнуться и целиком оказаться измазанным в этой жиже. Она простиралась на несколько десятков метров вперед, заканчиваясь прямо перед пещерой, у входа в которую и стоял рыцарь, приведший их туда. В пещере догорал костер, возле которого спали хиличурлы, доживавшие свой век. Дайнслейф немного нахмурился, не совсем понимая, что этим самым им хотели сказать.
— Возможно, там есть что-то ценное. Я осмотрю это место и скажу, если найду что-нибудь. Только осторожно, не разбудите их. И не уходите никуда один. Ради Вашей же безопасности. Он не причинит Вам вреда, — немного понизив тон голоса, проговорил Дайнслейф, имея в виду рыцаря, и сделал пару шагов по направлению к пещере, стараясь ступать как можно более бесшумно. Все внутри будто бы сжалось от странного предчувствия, что здесь могло находиться что-то важное.

+3

8

Темно-фиолетовое месиво под ногами явно не было в новинку для Дайнслейфа: ему оно тоже доставляло неудобства, но он хотя бы знал, как себя вести. Кэйа не стал возражать, отойдя назад и укрывшись за валуном, зато с любопытством наблюдал за той силой, к которой обращался мужчина, чтобы справиться с препятствием. Впрочем, не только интерес он сейчас испытывал, но и нечто гораздо менее безобидное. В магии Дайнслейфа было нечто очень знакомое, что-то, что Кэйа подсознательно узнавал, но это чувство вызывало в нем настороженное отторжение. Было бы легче думать, что он просто отвык, забыл, слишком долго ничего подобного не видел и не сталкивался ни с чем, кроме надписей на полузабытом - и все-таки родном - языке. Но это не так, и виной ощущению неприятия была иная сила, которой Кэйа владел.

В Каэнри’ах никто не пользовался Глазами Бога. Никакие боги, в общем-то, и не предоставляли эту возможность. Народ жил совсем иными законами и убеждениями, и чувствовал себя великолепно, используя технологии и силы иного рода, отличные от стихий. Кэйа, пожалуй, был первым - а может и единственным, - кто, родившись в Каэнри’ах, получил Глаз Бога. Он обычно избегал серьезных размышлений на этот счет, но прямо сейчас задался вопросом: что думает об этом Дайнслейф? Вряд ли от его взгляда укрылся висящий на поясе Кэйи артефакт; как и сомнительно, что он решил, будто это всего лишь глупое украшение или какая-то безделушка.

Что ж, сейчас бессмысленно обсуждать эту тему. Кэйа надеялся, что у них будет время на разговор, даже несмотря на то, что чувство нереальности происходящего никак не отпускало его. Он слышал голос Дайнслейфа, видел его глаза, его магию, прикасался к нему, но… он так долго был совсем один, что опасался во что-нибудь верить.

- Я не очень-то и боюсь грязи, - увидев, что субстанция не исчезла, хотя и стала выглядеть немного безобиднее, Кэйа пожал плечами.

Он понимал, что у отвратительной жижи есть какие-то малоприятные свойства, но ведь он не пить ее собирался, так что какая разница. Двинувшись следом за Дайнслейфом, он старался не вслушиваться в звук, с которым они оба ступали по влажному камню, но все-таки думал о том, что почистит обувь при первой возможности - может быть, даже сразу, когда окажется в сухой пещере.

Здесь сразу стало светлее благодаря костру. Хиличурлы спали по-странному, не так, как в своих лагерях на территориях Мондштадта. Там их мог легко разбудить любой неосторожный звук, и они сразу вскакивали, пытаясь напасть, а здесь же словно и не заметили присутствия сразу трех посторонних так близко от них. Должно быть, они больны, подумал Кэйа, и эта идея имела под собой основания: все же они довольно глубоко под поверхностью. Как только попали сюда?

Дайнслейф пошел вперед, углубляясь в пещеру, но Кэйа не собирался оставаться в стороне и пропустить из-за этого что-нибудь интересное. Он двинулся следом, чувствуя, как подошвы неприятно липнут к камню, и вскоре догнал мужчину. На вид пещера была небольшой и безопасной, и Кэйа ожидал встретить тут надписи, которые светились бы фиолетовым или просто оставались вырезанными в камне, а потому рассматривал в основном стены, тогда как Дайнслейф искал что-то иное и обнаружил это первым.

Он опустился вниз, рассматривая что-то, лежащее почти в самом конце пещеры, на невысоком каменном выступе. Кэйа подошел ближе, чтобы взглянуть, и тут же его пронзило чувством узнавания: очень давно он видел этот предмет раньше.

- Это шкатулка с замком-головоломкой, - тихо произнес он, не торопясь поднимать ее, пока только рассматривая.

Узор из расположенных по периметру крышки звезд, был не вырезан в дереве, но закреплен с помощью винтов. Два солнца посередине имели по восемь лучей, которые двигались по окружности. Кэйа точно знал, как выглядела эта шкатулка без слоя пыли на ней, знал, как пахло дерево, нагреваясь от тепла человеческих рук. Знал он также и то, какие из звезд нужно сдвинуть, столкнув их друг с другом и с солнцем, чтобы замок заставил крышку подняться.

- Интересно, что там сейчас…

Кэйа не помнил, что хранила шкатулка раньше. Что-нибудь, мало интересное для ребенка, которому было любопытно только поиграть с причудливо украшенной крышкой. Может быть, Дайнслейф тоже узнал ее, тоже видел когда-то? Он ведь был… капитаном королевской стражи? Кто знает, какие поручения еще он мог в то время выполнять. Память Кэйи порой играла с ним злые шутки.

- Нужно передвинуть вниз третью звезду, - подсказал Кэйа, когда окончательно понял, что пока ему не хочется касаться шкатулки. - А потом вторую слева - к ней. И их вместе к верхнему солнцу. Если механизм все еще работает…

А если нет - можно открыть ее по-простому, ножом или кинжалом. Варварство - портить такую древнюю и ценную вещь, но Кэйа не считал себя особенно щепетильным в подобных вопросах.

+3

9

На самом деле, еще многое Дайнслейф не озвучивал и пока что сомневался, стоило ли. Например, то, что хиличурлы, спящие здесь, — это проклятые жители Каэнри'ах, выбравшие это место своим последним пристанищем. Или то, что природа проклятия, поразившего их, и того, что преследовало Дайнслейфа, была одинакова. Или то, что в Разломе в принципе оно ощущалось куда слабее, если не считать того момента с грязью. Так что не было удивительным, что хиличурлы перебирались именно сюда. Более того, рыцари Черного Змея по-прежнему защищали их, что совсем недавно им с Путешественницей уже удалось лицезреть. Вот только если даже для нее эта информация была шокирующей, то для наследного принца и подавно будет таковой. Впрочем, заметить, что эти хиличурлы отличались поведением от тех, что обитали на поверхности Тейвата, было нетрудно. Как минимум никакой реакции на обыск их лагеря не последовало — они продолжали мирно сопеть и, вероятно, в принципе больше на ноги не поднимутся. Дайнслейф видел, что они уже были совсем слабы, и испытывал сожаление к ним. Люди, чья судьба оказалась страшнее, чем можно было представить.

Принц оставаться снаружи не стал; впрочем, возражений этому не последовало. Дайнслейф намеревался не напрягать Его Высочество лишний раз и хотел заняться поисками, но, возможно, так даже лучше — быстрее справятся. Какие-то фрукты, мясо, другие ресурсы, собранные хиличурлами и принесенные с собой — ничего не представляло никакого интереса. Дайнслейф осторожно ступал вперед, вглубь пещеры, стараясь не упустить ничего важного. Сзади послышался шелест — рыцарь неторопливо переступил с ноги на ногу, наблюдая за ними со входа в пещеру. Никакого интереса или опасности он больше не представлял, оттого можно было сосредоточиться на поисках. Было очевидно, что никакой подсказки им больше не дадут.

Лишь в самом конце взгляд Дайнслейфа зацепился за что-то, мало напоминающее еду или травы. Шкатулка с необычным рисунком — вот что это было. Кэйа, судя по всему, узнал ее. Несмотря на то, что когда-то в прошлом Дайнслейф был капитаном дворцовой стражи, он не видел ничего подобного, но узнал рисунок — выполнен он был определенно в традициях Каэнри'ах, подобные встречались во дворце довольно-таки часто. Решения головоломки он не знал, потому чужие подсказки были как никогда кстати. Стоило шкатулке оказаться в руках, как от нее повеяло каким-то холодом. Дайнслейф стряхнул с нее пыль и осмотрел повнимательнее. Крышка и правда не поддавалась ровно до тех пор, пока не было сделано так, как сказал принц. Чувство нереальности происходящего усиливалось с каждой секундой, когда что-то щелкнуло, и шкатулка открылась. Позади вновь раздался шорох — это рыцарь, видимо, увидев, что они обнаружили то, что он хотел, поспешил их покинуть, потеряв интерес к бывшим соотечественникам.

Впрочем, теперь и он не представлял такого большого интереса.

В шкатулке лежало одно-единственное кольцо-печатка. Сделано из черного металла — такого не найдешь на землях Тейвата. Гладкое, с изображением светлой полоски круга, что в общем напоминало кольцо затмения.
— Династия Черного Солнца, — глухо произнес Дайнслейф. В голове сразу же всплыли воспоминания из далекого, давно уже позабытого, прошлого.

Дворец поражал своим великолепием. Совсем еще юный Дайнслейф в светлых одеждах, лишь недавно посвященный в рыцари, почтительно склонил голову, стоя на одном колене.
— Ваше Величество, — раздался его негромкий голос. Поскольку его голова находилась на одном уровне с руками короля, взгляд привлекло кольцо, надетое на палец правителя. Очень напоминало затмение. Позже он заметил, что такие кольца носили все члены королевской семьи, достигшие совершеннолетия. В том числе дальние родственники. Так как принц Кэйа был на тот момент слишком юн, у него никогда такого не было.

Пришлось несколько раз моргнуть, чтобы избавиться от наваждения. Дайнслейф отложил шкатулку в сторону, взяв в руки кольцо. Странное, неприятное ощущение возникло практически сразу, будто холодок пробежался по коже. Нехорошее предчувствие зародилось внутри, однако он списал все на удивление от такой находки. Некоторое время он молча рассматривал кольцо, чтобы убедиться в том, что он не ошибся. Хотя ошибки быть никак не могло — он бы узнал его в любом случае.
— Это кольцо принадлежало Вашей семье, — глухо произнес он и выпрямился. Ужасная догадка посетила его разум — поскольку кольцо находилось здесь, с хиличурлами, значит, вероятно, они являлись членами королевской семьи. Не королем или королевой, разумеется, но кем-то из дальней ветки, каким-то дальним родственником Кэйи — скорее всего, да. Грудную клетку будто сжало в тиски, не давая нормально дышать. Это были те, кого должен был защищать ценой собственной жизни сам Дайнслейф. И где теперь они, и где он. Было бы правильнее вернуть кольцо принцу, однако не было уверенности в том, что это было безопасно. Хотя, справедливости ради, он держал его в руках уже несколько минут, и ничего не произошло.
— Полагаю, я должен отдать его Вам, — с этими словами он протянул находку на раскрытой ладони в перчатке, делая себе мысленно пометку понаблюдать и за своим состоянием после этого, и за чужим. Все-таки, если с кольцом что-то не так, то Дайнслейф почувствует это в первую очередь, так как он подвержен проклятию куда больше и сильнее. Следовательно, успеет вовремя среагировать. Но все равно нужно было быть начеку.

Говорить ли о хиличурлах или принц сам догадается, он не знал. Впрочем, если его спросить напрямую, он не станет утаивать. Некоторое время он еще смотрел на спящих существ, гадая, кем именно они были пятьсот лет назад. Он не знал каждого члена королевской семьи лично, но со многими был знаком. Стало совершенно неуютно.
— Думаю, Вам лучше вернуться на поверхность. Я провожу Вас, — сказал Дайнслейф, делая несколько шагов по направлению к выходу из пещеры. — Не вижу смысла здесь задерживаться. Вряд ли мы найдем еще что-либо интересное.

Следовало многое обсудить, да, однако сделать это можно было в куда более приятном месте. Возле того пруда было довольно-таки спокойно и безопасно, однако Кэйе все равно придется возвращаться наверх, так почему бы это не сделать сразу?

+1

10

Мысли у Кэйи работали намного быстрее, чем ему бы хотелось. Пока Дайнслейф открывал крышку шкатулки, он успел вообразить множество вещей, которые могли находится внутри - опасных и не очень, страшных и вполне безобидных, таинственных, грозных, хранящих память, незнакомых и родных. Но сколько бы ни было этих предположений, реальность оказалась иной. Шкатулка размером была значительно больше, чем само кольцо, наверняка раньше там хранилось множество украшений, или личная переписка, но теперь кроме перстня ничего не было, и Кэйа, конечно же, этот перстень узнал.

Он вздохнул, вдруг осознав, насколько тяжело ему тут стоять. Каким трудным вообще выдался день, он ведь только хотел побродить по Разлому в одиночестве, посмотреть, что тут и как. Не рассчитывал найти ничего особенно интересного; может парочку кристаллов, которые получится отломать от скалы, или старую механическую развалину. Но никак не человека из прошлого, и не вещь из прошлого тоже.

Кольцо, которое Дайнслейф теперь рассматривал, Кэйа готовился однажды надеть на руку - в ночь совершеннолетия, - но никогда так и не надел. И не надеялся, что получится; да что там, последние несколько лет, если не больше, он вовсе не вспоминал о кольце, как и о множестве других вещей, связанных с Каэнри’ах. Были другие заботы, дела, обязанности и планы; теперь он чувствовал груз вины за то, что… Что? Не появился в Разломе раньше? Даже не предпринимал никаких попыток, хотя слухи о том, что его цивилизация оставила там след, все-таки ходили.

Медленно протянув руку, Кэйа взял кольцо с чужой ладони, провел пальцем по знакомым символам на нем. Надевать его почему-то не хотелось, он словно не заслужил этого права, хотя и был совершеннолетним уже давно. Может, следует держать кольцо пока что в шкатулке, но тут Дайнслейф заговорил о поверхности, и Кэйа понял, что вот-вот покинет это место, так и не прихватив с собой ничего, что можно было бы показать в Мондштадте как обоснование своему отсутствию.

- Да, хорошо… у меня только осталось небольшое дело.

Подхватив шкатулку, он направился к выходу из пещеры, обходя дремлющих хиличурлов и все их пожитки. Кольцо как-то само собой оказалось на его пальце, поверх перчатки, и держалось там плотно, почти неощутимо. Пускай. Рыцаря в черных доспехах больше нигде не было видно, а вот мерзкая грязь снова начала скапливаться на прежнем месте. Кэйа подошел к ней ближе и, морщась от отвращения, зачерпнул немного шкатулкой, потом закрыл ее и вытер края о ближайший сухой камень. Замок-головоломка щелкнул, герметично запираясь, вряд ли грязь просочится изнутри, а значит ее удастся доставить в целости и сохранности до города.

- Это для моего приятеля алхимика, - объяснил он Дайнслейфу, которого наверняка удивили подобные манипуляции. - Ему понравится.

Впрочем, не исключено, что Альбедо намного больше заинтересуется шкатулкой, а не ее содержимым, но с этим Кэйа уже мало что мог поделать.

По дороге к поверхности они почти не разговаривали, ведь необходимо было оставаться внимательными, чтобы не натолкнуться на подземных монстров или не рухнуть в какую-нибудь незаметную расщелину, скрытую тенями камней. Кэйа все время старался не упустить своего спутника из виду, ему казалось, что Дайнслейф в любой момент может буквально раствориться в воздухе, так и не ответив ни на один из вопросов, и найти его потом окажется непросто. Умудрился же Кэйа ни разу в жизни о нем не услышать!.. Хотя, так ли это? Он вспомнил рассказы о чужеземце со светлыми волосами, который некоторое время был в таверне у Дилюка. Тогда Кэйа решил, что это один из шпионов Дилюка или какой-нибудь старый его знакомец, приобретенный в трехгодичном странствии, но теперь уже не был так уверен.

- Ты же был в Мондштадте, - он даже не спрашивал, а утверждал, все-таки не сдержавшись и начав разговор раньше. чем собирался. - Тебя там видели…

Мы могли бы познакомиться намного раньше, имел он в виду. Не хотелось укорять человека, о котором Кэйа ничего не знал, но все же ему было горько из-за того, что столько времени потеряно.

- Расскажи мне о себе, - попросил он с любопытной жадностью, как только узкий тоннель начал озаряться лучами серого дневного света с поверхности. Это был не главных вход в огромные шахты, а какой-то естественный проход, и потому тут не было ни искателей приключений, ни миллелитов из охраны. Дайнслейф наверняка нарочно выбрал этот путь, чтобы избежать лишних свидетелей. - Как вышло, что ты выжил? И, пожалуйста, не будь со мной таким официальным, - тут Кэйе стало немного неловко, но он все-таки объяснил: - Я сейчас капитан кавалерии в Мондштадте, а не… - он не договорил, но и так все было ясно.

+1


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » sleeping with ghosts