ичибан Ичибан не планировал сюда возвращаться, и уж тем более помыслить не мог, что в следующий раз он будет стоять по другую сторону решетки.

Здесь, как и раньше, стоит тошнотворный запах отчаяния, безысходности и животной ярости, которую носит в себе каждый, кто попал сюда. От почти подвальной сырости со стен слезают криво наклеенные обои и пол противно скрипит от каждого шага. читать далее

эпизод недели

рокэ + катарина

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » — between the lines


— between the lines

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

black & leohttps://i.imgur.com/D0hEVWM.pngbetween the lines


уилл вернулся в хеллсалем. лео, конечно, рад. но хеллсалем - странное место. к которому уилл не привык

+1

2

к приезду в хэлл-салем уильям действительно готовился. минут двадцать, пока подбирал билет на самолет и наспех кидал в рюкзак свои скромные пожитки. к тому, что его зажмут в одной из темных подворотен и обчистят до последнего дырявого носка - в общем-то, тоже, но скорее морально, в течение всего времени перелета.

к тому, что он столкнется нос к носу с лео, блэк оказался почему-то не готов. он улыбается, самую чуточку виновато, потому что это все слишком неожиданно, и стоило бы предупредить, прежде чем валиться, подражая апрельскому снегу, прямо на голову лучшему (потому что единственному, давайте честно) другу. к тому, что в итоге они еще и начнут встречаться, уилл оказывается не готов вдвойне. потому что - мама, папа, простите, но славный род макбетов, корнями уходящий в далекое прошлое, кажется, на нем и прервется; сестренка, дорогая и любимая, незримо все еще оберегающая этот мятежный город, извини, пожалуйста, что твой брат прикарманил этого потрясающего дурацкого героя себе. причем - серьезно так и основательно, с концами.

грязная посуда опасно балансирует на подносе, уплывая в сторону дверей маленькой кухни. закусочная, где его приютили, причем практически буквально, всегда представляла из себя весьма оживленное место, а сейчас, в разгар дня, и подавно битком набита самыми разнообразными посетителями, от простых людей, которым когда-то посчастливилось пережить великий коллапс, до монстров, выползших из глубины тумана, и туристов, приехавших поискать приключений на свои головы и пятые точки. блэк практикуется в применении своего дара и исподтишка придерживает тяжелую неустойчивую ношу телекинезом, пока сгружает тарелки и стаканы в большую мойку. в конце концов, он уже итак стесняет госпожу вивиан тем фактом, что у нее появился незапланированный работник, так что нечего доставлять еще больше проблем и вынуждать бургерную покупать новую посуду взамен разбитой. несчастная владелица итак регулярно этим промышляет, учитывая, что они все-таки находятся в хэлл-салеме, и если за день в этом городе из-за очередной катастрофы не будет разрушено кварталов пять-шесть, то можно считать, что всем очень сильно повезло.

уильям закатывает рукава, выдавливает на губку моющее средство и начинает мыть первую выловленную из воды тарелку. тихонько вздыхает. нет, конечно же, он не сожалеет о своем решении вернуться в бывший нью-йорк, после коллапса обзаведшийся туманным куполом, огромным спрутом-кракеном в качестве цепной собаки и прочими прелестями потустороннего мира вкупе с новым именем. на семейной ферме в полном одиночестве оказалось настолько грустно и пусто, что он последние пару недель до отъезда на стенку лезть готов был, не то что к лео на руки и в пасть к очередному выведенному одним из бессмертных королей монстру. и даже работа в закусочной его не смущает, потому что госпожа вивиан неплохо платит, да и квартиру ему коллеги по цеху магов нашли, весьма дешевую, недалеко отсюда и еще ни разу не подвергшуюся нападениям, разрушениям и ограблениям (что вообще чудо). в общем-то, у него даже с личной жизнью все настолько хорошо, что аж иногда становится стыдно. перед кем, блэк, правда, еще не разобрался. может быть, даже перед мэри, которая питала к их общему герою примерно те же чувства, что и ее братишка сейчас.

а ему просто повезло чуть больше.

к тому же, впервые за последние три года его сознание безраздельно и полностью принадлежит только ему одному, а не пополам (и в большей степени) квартирующемуся там потустороннему существу, которое очень-очень сильно почему-то хочет умереть. и всеми правдами и неправдами пыталось подвести их обоих под монастырь, настолько отчаянно, что устроило попытку второго коллапса и даже подралось с боссом лео. если честно, господин клаус уилла пугает. причем временами даже больше, чем обитавший в его теле король отчаяния в самые темные и депрессивные их общие с ним моменты. но даже это теперь в прошлом - и никаких голосов в голове, никаких попыток перехватить контроль, никаких "отдохни пока, и не разводи сопли, пожалуйста". и - эта мысль настолько его удивляет, что он чуть не выпускает из пальцев очередную покрытую пеной моющего средства тарелку - отчего-то подобная блаженная тишина кажется блэку скучной.

- нет-нет-нет, ну что за глупости, - он вздыхает и окунает тарелку в воду, чтобы сполоснуть ее и поставить в сушку.

- что "нет", уилл? - чужой голос заставляет чуть ли не подпрыгнуть. в дверях кухни, оказывается, стоит госпожа вивиан с полупустым подносом и удивленно смотрит на своего нового работника. потом усмехается, машет свободной рукой и ей же указывает на выход в зал. - ладно, не мое дело, кажется. там лео заглянул. не хочешь устроить себе небольшой перерыв? итак с самого открытия работаешь.

- о, спасибо большое. пожалуй, так и сделаю, - блэк улыбается, все-таки упускает из мыльных пальцев одну из тарелок, но успевает подхватить ее телекинезом, прежде чем та вдребезги разбивается об пол. кажется, с момента их с лео первой встречи он немного таки продвинулся в вопросе управления собственным даром. впрочем, все еще не настолько далеко, чтобы считать себя полноценным магом и пытаться лезть к коллегам и просить их взять его в штат. ну и, конечно же, до короля отчаяния, который так виртуозно пользовался его силами, - ему как до луны пешком. - привет, лео. ты сегодня рано, - уильям выходит в зал, на ходу снимая форменный фартук, и усаживается за столик напротив своего парня.

+1

3

если в хеллсалеме никто никого не пытается убить, ограбить, облапошить или не случается никакой мировой угрозы, с которой нужно справляться – это, пожалуй, можно считать подозрительно спокойным днем. именно поэтому, когда в очередной леденящий душу раз случается нашествие очередных монстров фемта, он даже радуется – отлично, типичный вторник.

совершенно иные эмоции у него вызывает приезд блэка. искрящееся разными оттенками счастье внутри воспринимается как-то странно, почти чужеродно и незаслуженно – особенно на фоне того, что они как-то само собой и ненавязчиво, начали встречаться. никогда в своей жизни лео не ожидал, что у него будет не девушка, а парень – причем весьма очаровательный парень-псионик, у которого в голове когда-то сидела та еще дикая тварь из дикого леса; если говорить начистоту, он вообще не понимал, как все это произошло – но вопросы задавать в этом городе он разучился довольно быстро.

когда запп в очередной раз скалится, заявляя что-то в стиле «опять побежал к своей блондиночке» и получает каблуком в макушку от чейн, лео позволяет себе выдохнуть: сегодняшний день был настолько банальным, что даже становится смешно. ну да, парочка кварталов пострадала, опять чужие подколки, опять хочется оторвать коллеге то, чем он обычно думает чаще, чем головой, но в остальном – все ведь хорошо, и даже можно наведаться в закусочную к уиллу.

называть его «своим парнем» все еще кажется странным, но это ведь действительно то, что между ними происходит.

одна из прелестей жизни в хеллсалеме – это то, что ты можешь быть бесконечно умным, красивым, богатым и известным, можешь быть хоть самим господом богом или еще какой важной шишкой, но копаться ты будешь ровно в том же дерьме, что и все остальные обитатели этого сокрытого за туманами мирка, который когда-то назывался нью-йорком; и именно поэтому, в общем-то, никого совершенно не волновало, кто и с кем встречался или спал – в отличие мира за пределами тумана. свидание двух мальчишек-людей выбивается из общей остановки куда меньше, чем, например, условный монстр с щупальцами, заигрывающий с девушкой.

словом, в этом городе были несомненные плюсы – которые, наверное, можно оценить, только будучи совсем чуточку безумным, привычным ко всей этой странной катавасии, именуемой жизнью.

вон, блэка в первый же день ограбили.

призрак улыбки мелькает на лице от этой мысли; тихий перезвон колокольчика, привычная суета закусочной окружает его целиком и полностью, и он тут же расслабляется. если, конечно, сюда в очередной раз не решит прилететь комета или наступить какой-нибудь монстр, то у него все хорошо.
все просто отлично.

он коротко машет вивиан, и устраивается за столиком. он знает, что ему даже не нужно ничего говорить – все прекрасно ясно само по себе. в конечном итоге, лео приходит сюда не только поесть, но еще и пообщаться с уиллом, который устроился работать сюда.

это так занятно – знать, что этот юноша – псионик, который своими способностями пользуется… не слишком хорошо.

тихо хмыкает.

юноша вскоре появляется собственной персоной – устраивается напротив него, и лео улыбается самой искренней улыбкой, какой только может, опирается подбородком на ладонь и тихо смеется.

привет, уилл, — смешок становится чуть тише, — да, сегодня не было ничего слишком уж срочного. пара монстров, небольшая работа. мистер клаус сказал быть на связи, но отпустил спокойно. есть будешь?

зарплата в либре – больная тема. но ему все еще платили достаточно, чтобы он имел возможность покормить уилла.

в конце концов, встречаются они или нет?

+1

4

все еще самую чуточку очень сильно смущает сидеть вот так напротив лео и смеяться, обсуждая с ним какие-то незначительные мелочи.

странное ощущение, потому что блэк уже привык к подобному. в конце концов, их первая встреча - именно их, а не его парня и короля отчаяния, тогда еще оккупировавшего тело уилла - закончилась в этой же закусочной, даже за этим же самым столиком. он тогда не удержал телекинезом упущенную госпожой вивиан чашку с кофе, хотя очень старался вернуть ее и все расплескавшееся по воздуху содержимое обратно на поднос. но лео, кажется, совсем не обиделся, даже проводил своего нового друга потом. и шутил на тему того, что они, оказывается, ужасно похожи. хотя бы тем, какие проблемные и бойкие у них сестры, и как странно получать в лицо полушутливыми подколами пополам с искренним восхищением от самого родного на свете человека.

теперь уайт нет, по крайней мере, в осязаемом мире, в котором ее можно было бы увидеть и услышать без помощи всевидящих глаз бога. родителей тоже нет - но от них хотя бы осталась могила, в которой, что самое смешное, тоже нет тел, и памятный камень на окраине печати, сдерживающей туман и не дающей случиться второму коллапсу. а еще в сознании впервые за три года девственно пусто, ни следа чужого присутствия, ни намека на привычную усмешку и ехидно-добродушное "подбери сопли". почему, пресвятые несвятые, уильям тоскует не только по утраченным во время катастрофы родным, но еще и по... вот этому? то есть, насколько странным надо быть, чтобы скучать по бессмертному существу, опаснее которого в их мире просто никого не существует? по тому, кто чуть не угробил их обоих, устроил второй коллапс и... почти плакал в тот момент, когда внутри их общего сознания рыдал сам уилл. "я не хочу умирать". это его фраза. и, одновременно, это их общее - в то мгновение - желание. и иногда он даже задумывается о том, что же именно заставило короля отчаяния хотеть жизни, впервые за много сотен прожитых лет?

неужели... лео?

блэк укладывает локти на столик и, поправив вечно сползающие на самый кончик носа очки, улыбается сидящему напротив парню. своему парню. все-таки как же неожиданно и абсолютно логично они начали встречаться, от этого не по себе как-то даже. словно они с лео вместе уже полжизни, и это всего-навсего логичное продолжение их взаимоотношений, ничего более. что-то вроде "мы живем вместе уже двадцать лет, у нас двое детей, старший из которых недавно привел домой свою девушку, выплаченный за дом кредит и общего имущества на три жизни вперед, и вот мы посидели, подумали и решили сыграть свадьбу". наверное, у его мамы с папой все было иначе. и у него самого, как планировалось, должно было получиться явно не так. как минимум, потому что у него сейчас парень, и любит он его куда больше, чем всех девушек в этом мире вместе взятых.

так может, просто ну а вдруг, королю отчаяния тоже понравился обладатель всевидящих глаз бога? уильям помнит это смутное ощущение, чужие эмоции, скрутившие его внутренности чуть ли не в тугой узел, и жгучее чувство чуть ли не восторженной радости, когда лео кричал на них обоих, отчитывал и пообещал "рассказать о своем решении в следующую встречу". даже тогда, утопая в отчаянном желании жить дальше и избавиться от проблемного квартиранта, блэк поймал себя на неожиданной мысли о том, что любое чудовище может стать чуточку более человечным, если подобрать к его сердцу нужный ключ. и, кажется, таковым для бессмертного короля отчаяния стало чужое обещание. мысль о том, что леонардо уотч прощается не навсегда. и не хочет убивать.

- не откажусь от бургера с картошкой, - он кивает и счастливо улыбается, буквально зеркаля чужую теплую улыбку. рядом с лео безумно легко расслабиться. и, как бы странно это ни звучало, особенно для очень талантливого и сильного (если верить покойным родителям и главе местной гильдии магов) псионика, почувствовать себя защищенным. - а то сегодня как позавтракал перед сменой, так больше ничего и не ел. замотался - посетителей больше обычного. видимо, спокойная обстановка в городе сказывается.

нет, вообще-то, уилл нисколько не жалуется - ему нравится работать, пусть зарплата не такая уж большая, и в закусочной работников, не считая госпожу вивиан, всего двое, на такую-то толпу посетителей. почему-то нынешняя жизнь ему в принципе ужасно нравится. и хэлл-салем, наконец-то переставший пугать своей гнетущей атмосферой, и чудаковатые гости из иного измерения, со всеми их щупальцами, клыками и бесконечным количеством наглости, и присутствие лео во всем этом бардаке, который почему-то именуется "спокойной жизнью". впрочем, сегодня все еще не разрушено больше двух кварталов, так что - вполне себе правда. нормальное для этого хаотичного города состояние. и уильям, со своими способностями и темным прошлым, весьма органично в общую обстановку вписывается.

- может, сходим вечером кино посмотрим? на той открытой площадке, вроде, что-то смешное должны показывать сегодня, - он улыбается абсолютно беззаботно и невероятно нежно. в конце концов, они заслужили побыть немного самой обычной парой. без всех этих приключений и безумного шквала событий, которые постоянно обрушиваются лео на голову. - а потом можем зайти ко мне. я просто подумал, вдруг ты хочешь переночевать вместе?

+1

5

лео улыбку не прячет – с блэком ему спокойно, к тому же, то, насколько ему просто и легко до безобразия;  когда он смотрит на мальчишку с голубыми-голубыми глазами, который стал его парнем так быстро и ненавязчиво, внутри него буйством красок расцветает целая палитра эмоций – от неверия, потому что серьезно, как ему, такому несуразному и самому обычному парню, достался кто-то настолько классически красивый, как блэк? – до легкого чувства вины перед уайт – в конце концов, кажется, все их семейство и даже нежданный подселенец в лице короля отчаяния, словили в него влюбленность, и теперь легкий флер вины за собственное счастье. который, впрочем, быстро исчезал, стоило ему вспомнить, что, в сущности, сейчас он не нес ответственности за чужие чувства. уилл был самостоятельной зрелой личностью, и, как он сам решил уехать из хеллсалема, так решил и вернуться – ну, и, попутно, умудриться занять прочное место в его жизни, куда более глубокое, чем «просто друзья».

уотч даже смеется, когда тот делится простой такой, обычно деталью – количеством посетителей; недовольно вскидывает брови, когда вскользь уилл отмечает, что сегодня только завтракал.

в общем-то, наверное, макбет был прав – спокойная обстановка в городе действительно сказывалась; сегодня день, можно сказать, был сонным и ленивым – обычно к этому часу уже парочку кварталов кто-нибудь да и разнес, а улицы кишели бы какой-то дрянью, которую без совместных усилий всей либры, не грохнуть. или, если уж на то пошло, даже никакой культ, жаждущий устроить коллапс (в очередной раз), не очнулся. даже мстительные девицы заппа, и те не спешили приходить за тем, чтобы пустить этому дурному кровь, и ренфро спокойно себе пинал то, что ему частенько грозились отрезать.

в общем, скука смертная. а, когда в городе наступает скука – люди обычно позволяют себе немного свободы. а свобода включает в себя и походы по забегаловкам. лео ли не знать – это вообще стандартное его времяпровождение было, помимо игр в свободное от работы время.

он заказывает поесть – себе и блэку, потому что он ведь, в конце концов, действительно хотел порадовать юношу, да и будем честными, учитывая его работу, меньшее, что уотч мог сделать – это покормить.

денег у него водилось, как и большей части либры, немного, но на банальный фастфуд хватало ведь.

такая себе романтика подростковых отношений; от самой мысли он опять смеется – и кладет подбородок на ладонь, упираясь локтем в столешницу.

— тебе стоит следить за тем, чтобы есть нормально – а то с твоей работой неполезно пропускать обед, — он тихо смеется и довольно отмечает, — кино звучит отлично. вроде бы у меня не намечается никаких заданий, и, если день продолжит быть таким же ленивым, как сейчас, то это определенно будет свиданием.

наверное, если бы не его необходимость вечно держать глаза закрытыми, он бы подмигнул; приходится лишь абсолютно по-дуратски, будто в подростковой драме, щелкнуть пальцами – и рассмеяться.

спокойствие его радовало.

когда они получают свои заказы, лео делает глоток местного подобия колы, и отмечает про себя часть с ночевкой. хитро улыбается – он достаточно долго живет поблизости с заппом, чтобы не понимать подобные намеки.

удивительно, что этот шаг первым сделал именно уилл.

наверное, потому, что у него было чуть больше свободного времени… и менее хаотичное расписание. что, в общем-то, по меркам хеллсалема означало «у нас у всех с расписанием пиздец, просто у кого-то меньше, у кого-то больше»

и я не против.. ночевки, — чуть тянет он, улыбаясь, — это звучит потрясающе.

потому что это действительно что-то, что делают парочки, разве нет?

и его это даже не смущает.

Отредактировано Leonardo Watch (2022-08-15 10:33:08)

+1

6

мимо больших панорамных окон кафе размеренно течет разношерстный поток. иногда даже в прямом смысле разношерстный - в хэлл-салеме всяких существ полно, и те, кто проползает в их мир из-за грани, выглядят абсолютно по-разному. кому это знать лучше всех, как не человеку, три года проведшему бок о бок с созданием оттуда, из самых глубин изнанки, и его точно такими же дружками-приятелями. уилл закидывает в рот хрустящую горячую соломинку картошки фри из тарелки, которую перед ним ставит сама госпожа вивиан, и рассеянно улыбается им обоим: и своей начальнице, видимо, решившей, что она просто обязана покровительствовать этому неуклюжему созданию в круглых ("как у поттера") очках, и своему парню, такому очаровательному и потрясающему в своей заботливости и внимательности. а потом вновь переводит взгляд на улицу. и погружается в медленные, ленивые размышления, в сущности, ни о чем.

какой смысл горевать и убиваться по прошлому? как показывает практика попыток и провалов множества поколений магов, мертвых не воскресить, и разбитое обратно не склеить, насколько бы огромным талантом человек ни обладал и как бы сильно ни было его желание отмотать время назад. что уж тут говорить - даже самому королю отчаяния, древнему и невероятно сильному бессмертному, не по силам изменить хоть сколько-нибудь значимые события, так удручающие его своим наличием в людской истории. и то, что уильям все-таки пришел посидеть на кладбище возле больничной церкви, которую так и не удосужились отстроить после попытки второго коллапса, лишь дань уважения и своего рода знак сестренке, до сих пор незримо присутствующей где-то здесь и оберегающей этот город: "я помню, все еще помню, и я вернулся". глупый жест, если размышлять логически. ужасно сентиментальный. существо, объятое синим пламенем, уже давным-давно высмеяло бы блэка за подобный образ мышления и посоветовало бы поскорее подобрать сопли, чтобы не подавиться ими и не угробить такое драгоценное и одаренное тело.

лео что-то говорит о происходящем в офисе либры, кажется, жалуется на очередные проделки заппа, и уилл растягивает губы в мягкой понимающей улыбке, качает головой, мол, да, этого молодого человека явно очень сложно вытерпеть. а потом машинальным жестом зачесывает волосы назад - прямо так, растопыренной пятерней, в перерывах между поглощением картошки фри, точно так же, как привык это делать король отчаяния, когда еще теснил сознание своего соседа-человека в их общей голове. и сам же этому удивляется: моментально пару раз хлопает глазами, растерянно осматривает свою руку, потом медленно начинает приглаживать светлые пряди, чтобы они вновь упали на лоб и прикрыли его до самых бровей. что это с ним? если так подумать, в последнее время уильям все чаще начинает задумываться о судьбе одного из тринадцать бессмертных. как он там, после того, как покинул тело своего человека-носителя? нашел ли нового? и по-прежнему ли хочет умереть, бесцельно скитаясь по этому миру, или опять задумал какую-нибудь грандиозную гадость человечеству?

и не то чтобы его это так уж сильно волновало... в теории, вообще не должно бы волновать, потому что король отчаяния чуть их обоих не угробил, и рыдал блэк в то утро после неудавшегося повторения коллапса так сильно, как будто вновь вернулся в свое сопливое детство, и мэри в который раз пришлось его утешать, пусть даже сестренке в тот момент самой было гораздо хуже. сколько уилл от этого создания за три года натерпелся, в каких опасных местах хэлл-салема побывал, какое количество катастроф совершил, можно полагать, собственными руками - и не сосчитать. и при этом он все равно почему-то из раза в раз возвращается к одним и тем же размышлениям. хуже всего было дома, сидя в одиночестве на отдаленной ферме, где все до сих пор напоминает и о давно почивших родителях, и о навсегда утерянной уайт. в этом мятежном городе, объятом туманом и населенном самыми диковинными созданиями, хотя бы можно изредка на что-нибудь отвлечься.

например, на лео.

- послушай, - он вытягивает руку и накрывает ею ладонь своего парня. медлит какое-то время, одновременно подбирая правильные слова и пытаясь придушить в себе свою извечную трусоватость. а после все-таки вздыхает и трет свободной рукой переносицу над очками, из-за чего они сползают на самый кончик носа и чуть не падают в недоеденный бургер. уильям издает неловкий смешок. ловит свою последнюю оставшуюся "в живых" пару очков, водружает обратно на нос и возвращает пальцы руке лео, даже переплетает их с чужими. так, по крайней мере, не настолько страшно и волнительно. - я никак не могу выбросить из головы мысли о короле отчаяния. ну, то есть, - он очаровательно смущается. и алеет даже, кажется, кончиками ушей. честное слово, предложить провести ночь вместе (их первую, между прочим) и то оказалось легче, чем признаться в чем-то подобном. - я в курсе, что он то еще бедствие и засранец, и что все три года едва ли давал мне нормально жить, но... в какой-то степени, мне его даже жаль. мы провели вместе эти три года, и за это время не только он успел узнать обо мне все на свете, но и я... можно сказать, кое-что понял и кое-что увидел. и теперь вроде как все уже позади, и можно вздохнуть спокойно. но почему-то я все равно продолжаю о нем думать. как считаешь, - вздох получается каким-то уж больно тяжелым, - это вообще нормально?

+1

7

делиться с уиллом своей обычной жизнью легко – тот слушает, иногда комментирует, и ему это действительно интересно; с блэком все просто и понятно, он не является человеком, от которого ждешь подлости, предательства или ножа в спину, к нему уотч чувствует только тепло – то самое наивно-трепетное, которое можно окрестить подростковой влюбленностью и наивно скинуть все на всеми любимых бабочек в животе. блэк – это огромное скопление мелких привычек, которые собираются в одну потрясающую личность, которая, несмотря ни на что, продолжала любить этот странный, безумный мир, и двигалась вперед, даже если было плохо и чуточку больно.

все же, лео блэка любил, той самой искренней и чистой любовью, на которую он был способен. только вот даже всей его любви не хватает, чтобы не дернуться инстинктивно, когда чужие пальцы проходятся пятерней по блондинистым волосам в жесте, который слишком часто и хорошо был ему понятен: этот жест всегда был предзнаменованием крайне неприятной встречи с королем отчаяния, отдельным жильцом, занимавшим чужое тело. он не понимает, почему внутри него все напрягается вот так, будто бы он готовится к бою – или тяжелому разговору. причем почему-то ему кажется, что ко второму, все же, больше. 

но уилл сам моргает растерянно, точно не понимает природы этого странного жеста, и это позволяет лео немного выдохнуть, потому что катастрофы не предвидится, и все это – лишь эхо оставшихся где-то глубоко привычек того, кто жил в этом теле вместе с блэком.

и все же… все же.

уотч делает еще один глоток напитка – чувствует кислотное покалывание и целую тонну сахара, сосредотачивается на этом телесном ощущении, чтобы хоть немного подумать о том, что же именно он чувствует сейчас не к макбету – своему парню и, прямо скажем, любимому человеку, - а к тому, кто был с ним вместе.

потому что, откровенно говоря, клубок эмоций этот был сложный и путанный до невозможности. по идее ему бы его ненавидеть, потому что тот чуть не угробил их всех – из-за скуки, из-за собственного желания погибнуть, из-за скуки. он пытался разрушить самого лео – в сущности, он ведь даже глаз его лишить пытался, использовать в своих целях.

и ему бы ненавидеть, ему бы скалиться, ему ба диким и раненым зверем перечеркнуть эту главу своей жизни – забыть о короле отчаяния, ушедшем и не появляющимся в их жизни; оставить все это тенью пепла и прошлого, но…

но не выходит.

лео крайне задумчиво щелкает по трубочке, и выдыхает. не возвращаться к королю было почему-то сложно. он не мог его убить, не мог он дать ему и ответов, которые тот хотел – но, откровенно говоря, этот демон с именем рассветной звезды, исполнил свое обещание. ушел, оставив молодого псионика. и почему-то уотч помнил чужой взгляд – восторг и тоска пополам.

желание смерти смешанное с чем-то гораздо более глубоким, что поддеть самому уотчу пока не удавалось. он тихо выдыхает; теплая ладонь блэка накрывает его ладонь, и напряжение будто бы покидает тело от этого короткого жеста.

а затем уилл начинает говорить, и лео понимает, что, в общем-то, кажется, король отчаяния – та мысль, которая появилась у них в голове одновременно. похоже, из-за одного такого простого, ненавязчивого, казалось бы, жеста, они оба вспомнили того, кого поблизости уже и нет.
странно все это.

почему-то не удавалось выкинуть короля из головы.

и ненавидеть – тоже.

лео смотрит на чужую ладонь – уилл накрывает его руку, чуть сжимает, и тепло этого жеста проникает под кожу, - только для того, чтобы задумчиво покачать головой.

— я не думаю, что это странно – помнить о нем. ты провел с ним много времени, в конце концов. только вот…  я сам не могу заставить себя о нем не вспоминать. несмотря на то, что он сделал. вероятно, мне его немного жаль. но он все еще причинил огромное количество боли людям вокруг. и тебе, и мне, уилл. и, если я могу понять, почему ты про него много знаешь и думаешь – вы были вместе много, очень много времени, — то свои эмоции я понять не могу.

смешок выходит неловким.

— заставить себя его ненавидеть тоже не получается. а ведь он меня чуть не убил.

+1

8

мой друг вчера умер от счастья
бессмысленный с виду поступок
он считал, что заполнит себя
проглотив все звезды на небе
но звезда оказалась черной дырой
его быстро не стало, поверь мне

- значит, и ты тоже.

и почему улыбка выходит такой грустной? как будто они сейчас сидят в заброшенной церкви - друг напротив друга, словно бы это не уайт всматривалась тогда в лицо мальчика с глазами бога в надежде разглядеть там что-то... важное, какой-нибудь немыслимый ответ на загадку, которую обоим близнецам задал король отчаяния целых три года назад. в какой-то степени, уильям может видеть глазами сестры. не из-за своего дара, и не потому что существо в его голове так захотело, а просто... они ведь родные. родились в разницей в несколько десятков минут, выросли, держа друг друга за руку, и слушая сердцебиение друг друга. "проверяю, живой ли ты". он помнит тяжесть головы мэри на собственной груди, и ее серьезное выражение лица. поэтому - он знает, что отражается в этих зеленых глазах. и что таится в глубине зрачков девчонки, которая была обычным человеком, а стала чем-то гораздо, гораздо более важным. наверное, уайт так и мечтала с самого детства, да?

чужая рука под пальцами - теплая. живая. возвращает в действительность, как самый надежный и родной якорь. и блэк невольно вспоминает, как именно смотрел на лео в тот день. в то утро, когда впервые за три года ощутил в собственном сознании звенящую тишину. и, очень неожиданно для себя, - одиночество. удивительно, как плохо может быть рядом с одним-единственным существом, но почему-то без этого чувства, и чужих едких комментариев, и морального давления, стало... только хуже? уилла как будто выпотрошили, как старую плюшевую игрушку, попавшуюся на глаза и вызвавшую резкое желание "оживить, ну, знаешь, вдохнуть вторую жизнь и все такое". и если леонардо - это герой, сияющий рыцарь, не способный оглянуться за спину и податься назад, пусть даже противник превосходит его абсолютно во всем; то король отчаяния - это черная лавкрафтовская бездна, наполненная дремлющим злом, которое способно без труда лишать рассудка и уничтожать целые миры.

и обоих он, кажется, любит... одинаково. разным аспектом этого многогранного чувства, но в равной степени сильно. это странно. и, вроде бы, лео думает примерно так же, раз признается сейчас абсолютно растерянно в том, что ненавидеть древнее бессмертное существо - не получается?

да ладно, шучу, все с ним хорошо
лежит он в соседней комнате
но только, прошу, не будите
он так долго страдал от бессонницы

- он ведь не такой уж и плохой, - это неловко. и уильям понимает, что звучит как жертва абьюзивных отношений, оправдывающая свою пару. да только вот - у него есть доказательства. те самые, которые поселились в его памяти, которую тринадцатый король бессмертных так опрометчиво объединил с собственной. - знаешь, после всего того, что он пережил, любой бы распрощался со здравым смыслом и пожелал уничтожить этот мир. люди... делают так много ошибок, оказывается.

тонкая соломка картошки фри размазывает по тарелке кетчуп, образовывая странные абстрактные узоры. и блэк смотрит на свое творение взглядом наподобие "что это за ужас? это я сделал, что ли?". и продолжает, сжимая постепенно размягчающуюся "кисточку", наводить абсолютный беспорядок в собственной порции вредной, но ужасно вкусной еды. ему, судя по всему, просто страшно неловко посмотреть сидящему напротив леонардо в глаза.

- я раньше даже не осознавал. все наши действия, каждое решение - находит отклик, и зачастую он оказывается абсолютно абсурдным. король отчаяния просто не скрывает того, что его действия несут вред этому миру. потому что, в сущности, это... как бы так объяснить? ничего не изменит? если подбить итог, - уилл вскидывает свободную руку с так и зажатой в ней картошиной, и ведет в воздухе горизонтальную линию. - провести черту под списком всех деяний человечества за несколько десятков веков его существования, просуммировать и сравнить с тем, что натворил король отчаяния. ты удивишься, но его поступок - я имею в виду, попытка спровоцировать второй коллапс - окажется песчинкой в море последствий того, что каждый день творит человечество. просто у этого существа есть чуть больше сил. и он выбрал идеальную сцену ровно с тем количеством зрителей, чтобы эту его выходку сравнили с крахом целого мира. в масштабах одного хэлл-салема, наверное, так оно и есть. да и то - ты с периодичностью не меньше раза в неделю ловишь ребят помельче, вреда от которых, по итогу, ровно столько же. если, конечно, позволить им довести задуманное до конца. ах, - он спохватывается и начинает неловко смеяться. - я так много говорю сегодня. извини. просто эти мысли уже какое-то время не дают мне покоя.

рука сама тянется к волосам. и уильям осознает, что опять зачесывает их пальцами назад, только когда бросает короткий взгляд в окно и улавливает призрак собственного отражения между двумя буквами названия кафе, налепленными прямо на стекло с внешней его стороны. и в этот раз уже не поправляет прическу. снимает очки, наконец-то отпускает чужую ладонь, массирует переносицу в том месте, где дужка натирает красную полосу. что за ужасная привычка? забивать голову десятками размышлений, лишь бы избавиться от той звенящей тишины, которая появилась после ухода короля отчаяния. как же он раньше жил? до коллапса, до сделки с дьяволом - самым настоящим, кстати. блэку даже вспоминать об этом тяжело, словно он пытается заглянуть в свою прошлую жизнь.

- если честно, я бы хотел, чтобы он вернулся. просто... мне без него... уже неуютно. да и он оказался, ты будешь смеяться, хорошим учителем, если говорить о моих способностях псионика. прости, если мои слова звучат так эгоистично, лео. я, наверное, испортил нам обед? - и виновато улыбается, вновь водружая очки на нос и в мгновение ока становясь похожим на самого себя. на уилла макбета, не самого сильного и далеко не самого полезного мага, неуклюжего мальчишку, который совершенно не умеет жить в этом мире. - спасибо, что все равно слушаешь мою болтовню. это ужасно мило с твоей стороны.

*дела поважнее - пятница

+1


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS | фэндомные отыгрыши » — between the lines