Lyneyнелегкие дни, пропитанные нервами и тревогой, остались позади. для лини не в первые оказываться защитником — тем, от кого зависят люди, которые близки не на уровне родственных связей, а намного ближе. троицу некогда невинных детей, что сплотились в доме очага, объединяло нечто большее, чем годы, проведенные вместе. ответственность, что лини на себя возложил, за линнет и фремине заставляла в напряженные моменты действовать импульсивно, не мыслить столь трезво и не обдумывать свой каждый шаг или вскользь сказанное слово, как привык действовать иллюзионист в повседневной жизни. когда лини казалось, что он вот-вот потеряет всех... читать далее
Up
Down

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » HAPPY TREE FRIENDS | партнерство » MARAUDERS: AFTERSHOCKS


MARAUDERS: AFTERSHOCKS

Сообщений 1 страница 30 из 31

1

https://i.imgur.com/45ugdXY.png

0

2

ИЩУ ПРОПАВШУЮ БЕЗ ВЕСТИ


PATRICIA MacFUSTY |  ПАТРИША МакФАСТИ
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/9/205751.png
полукровна, но по роду МакФасти числится чистокровной, 30-34, ликвидатор заклятий банка "Гринготтс" | Rose Leslie


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Патришу вырастил клан МакФасти. Она им ни с какого бока не родня, только на Гебридах и окрестностях кого ни поскребешь, а МакФасти в десятом колене да отыщешь, особенно если очень нужно. Особенно если по традиции за драконами присматриваете вы, а один из них оставил годовалую малышку - дочь работников заповедника- круглой сиротой, обезумев от нагноившейся по недосмотру раны. Глава клана над проблемой размышлял недолго - лишних рук на островах не бывает - и уже через неделю Патришу приняли в род на правах младшей из четырех отпрысков Дункана. Он как раз мечтал о дочери, заложив в лице трёх сыновей крепкое основание для продолжения семейного дела.
Патриша растет упрямицей, как настоящая МакФасти. С места ее не сдвинешь, раз уж чего решила. Помогают только переговоры. По-взрослому, с серьезным видом, потому что любую насмешку рыжий бесёнок учует и вспылит. Искусству добиваться своего, пусть и с уступками, Патриша шлифует с детства.
Одной рыбачить, конечно, нельзя, но с братьями можно. С ними и к драконам можно, и восходящие потоки ловить на метле, и по скалам лазать, и загонять оленя, чтобы припасы были на долгую зиму. Самой можно наблюдать за птицами да ягоды собирать, но с оглядкой на хищников. Патриша - рыжая, океаном обкатанная галька, веточка морёного дуба: с самого детства неуступчивая, бесстрашная, подвижная, выносливая. Себе на уме.
В школе с этим есть проблемы, ещё какие. Гриффиндор девочке впору, а школьные правила да задиристые мальчишки, что так и норовят посмеяться над крепко сколоченной рыжей - не слишком. Она в драку лезет первой, с ног сбивает и никаких тебе царапок и таскания за волосы. Все по честному, кулаками. И разбитым носом хлюпать не станет, даже братьям не пожалуется. Потому что. Вот.
Спасибо, что в Зале Славы достаточно кубков, всем отбывающим наказание хватит отполировать по разу. Кубок школы по квиддичу наводит Патришу на мысль о сборной факультета, а туда абы кого, да с проблемами в дисциплине не возьмут. Приходится придержать пламя и поработать над своим отношением к тесному после просторов островов замку и его обитателям. К третьему курсу удается наладить и дисциплину, и отношения с некоторыми сокурсниками - в основном с квиддичной командой. Патриша среди них - спичка в пороховом погребе: в ее присутствии и хорошее, и дурное проступает в людях в несколько раз чётче. С четкостью порохового взрыва, да.  Но команда - это якорь для всех. Вылететь из нее никто не хочет.
Так и живут: буйство неистощимого энтузиазма  на самой грани дозволенного, выходки менее отчаянные да чтоб не поймали. Кубок школы берут, выигрывают чемпионат по квиддичу. Стая МакФасти - шепчутся, и сама Патриша, уже шестикурсница, гордо упирает ладони в бока и вскидывает подбородок. Именно так.
Учеба спорится, даже когда страдает поведение. Блестящая могла бы быть выпускница, если бы не разбрасывалась, но как, если все интересно, но не все - с огоньком? Чары, защита от темных искусств, трансфигурация - можно этот набор каждый учебный день сдвоенными парами? Да почему нельзя-то. Увы, со школьной программой не поспоришь, иначе не видать тебе аттестата. Патриша отводит душу после ненавистных зельеварения и гербологии на тренировках, а ещё помогает профессору Кеттлберну, приятелю отца, с его любимыми магическими тварями.
Патриша уже два года как после окончания школы тянет семейную лямку на Гебридах, когда по наводке Кеттлберна туда прибывает Томас Рейкпик - путешественник, археолог, специалист по изучению древней магии. Привозит Дункану МакФасти три драконьих яйца от убитой браконьерами драконихи, которых не успел отогнать вовремя, только спугнуть с места преступления. Сразу видно, что человек хороший - мог ведь добычу и на черном рынке толкнуть. Патриша не то, чтоб очарована, но расположением проникается и настойчиво напрашивается с ученым в следующую экспедицию. Трудностей она не боится, готовить умеет, охотиться, за себя и того парня постоять, а на островах жить, пусть даже с драконами, до конца своих дней ей уже наскучило. В перспективе. Отец не одобряет, но не противится.
"Следующая экспедиция" незаметно сделается явлением постоянным. Дивное время путешествий от одной древней загадки к другой, по странам и континентам. Да, Патриша, и где-то в этот момент в вашей с Томасом жизни появляюсь я. Это может случиться как почти сразу, так и через несколько лет ваших с Томасом экспедиций, зависит от того, какой возраст ты выберешь. Я от многого бегу, казаться могу скрытной, но постепенно раскрываюсь в вашей компании. Совместная работа нас сближает, мы учимся вместе, живем в одном лагере, попадаем в неприятности, выпутываемся из них, проходим по грани. Не обходится без взрывов, ведь мы обе - те еще колючки. Но с нами Томас, он гораздо нас старше и умеет сглаживать любые конфликты. Не обходится без обоюдной ревности, ведь Томас такой, что мы не можем остаться равнодушными. Он - тоже не сможет. Однажды мы втроем поймем, что не хотим выбирать, не хотим отпускать или уходить. И нас будет это устраивать. Знаешь, Ришка, все будет очень здорово. Правильно будет.
Пока Томас не исчезнет у нас на глазах. Будет по своему обыкновению идти первым в новом храме, первым свернет в открытую комнату - и пропадет, без крика, без следа, в неясной вспышке. И мы останемся только вдвоем.
Мы перероем этот храм от основания до вершины чуть ли не по кирпичику. Мы не будем спать несколько дней, пока не удостоверимся, что наши поиски тщетны. Мы его потеряем на долгие годы, и вместе с ним потеряем нас.

#p973,Stefania Voinescu написал(а):

Свое горе они переживают по-разному. Ещё держатся друг за друга, но все чаще ссорятся, острее ощущая углы и сколы, прежде заполненные Томасом. Патриша устраивается ликвидатором заклятий в "Гринготтс", Штеф - принимает на себя руководство группой Рейкпика и входит в состав исследовательской службы банка. Она разведывает новые клады - Патриша обезвреживает заклинания и древние чары и не перестает искать Томаса. Она берет его фамилию и со временем имя Патриши Рейкпик гремит во всех газетах - самый успешный ликвидатор заклятий последнего десятилетия и, между прочим, дама. Пресса ее обожает, но сама Патриша равнодушна к славе.

- Мне нужен шум, Штефи,- она шепчет яростно, скрипуче, пока они сплетаются в объятьях в одной постели. Несколько месяцев вдали друг от друга, по разные стороны экватора - встреча кажется сном, похмельем после дурманящего зелья. Штеф зарывается пальцами в отросшие рыжие волосы, губами ловит этот жаркий шепот. Никто из них ещё не в силах признать, что надлом оказался смертельным и "как прежде" уже не будет, что они с ним уже не справились,- Может быть он увидит и вспомнит. Даже если чертов портал вышиб ему память о прежней жизни, или вынес его на другой край света. Я буду по всему миру греметь, если так нужно!
Их ночь горькая, жгучая, соленая, как слезы, которые ни Патриша, ни Штеф не привыкли показывать никому.

А потом что-то случилось, Ришка. Ты, по-видимому, нашла в Лондоне зацепку, которая позволила тебя напасть на след Томаса, оставила мне короткую записку и пропала со всех радаров. Я не знаю, где ты и что с тобой произошло, я буду искать тебя, выбиваясь из сил, ввязываясь в проблемы с законом и личные проблемы, связанные с моим прошлым, вдруг ставшим болезненным настоящим. Найдемся ли мы - решим совместно, найдешь ли ты Томаса - оставлю на твое усмотрение. Скажу только, что твой путь лежит в Академию, туда не так то просто попасть, но оказаться там - вполне в твоем духе.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Патриша безусловно дорога Штеф, несмотря на то, что за годы отсутствия Томаса они растеряли многое из того, что их связывало. Это нежное, ностальгическое и очень болезненное чувство, когда гармонично быть вместе не выходит, но окончательно разойтись кажется немыслимым. За Патришей Штеф едет в Лондон, наплевав на многолетнюю осмотрительность. Чтобы ее найти она вверх дном Британию перевернет и даже притянет к этому делу немецкого посла. В перспективе это заявка не в пару, даже если мы решим оставить Томаса в живых и Патриша его отыщет, но я очень хочу отыграть прошлое во всех аспектах и гранях этих отношений. Будет по-разному: стекольно, весело, нежно, горячо, странно. Можем приключаться в древних храмах, можем ругаться вдрызг и жечь палатки, можем влипать в неприятности, можем подбить кого-нибудь сыграть нам Томаса. Можем даже на твинка подбить, я в этом мастер. Видишь, сколько всего мы можем? Приходи и я расскажу тебе, как можно двинуть твою личную историю после того, как ты сорвалась искать нашего третьего. У меня вагон и тележка идей для тебя.

Мелочи: пишу неторопливо, никого не подгоняю, посты не выпрашиваю, люблю поговорить за персонажей и их истории. Посты 3-5к, исключительно уважаю большие буквы и жду, что ты тоже будешь их любить. Птицу-тройку игнорирую по договоренности. Могу водить за ручку, поддержу - объясню - подскажу, с кем удачнее связаться, но очень ценю самостоятельность. Внешность можем обсудить (но не Софи Тернер), детали биографии и характера - тоже, имя придется оставить, но всегда можно настаивать, чтобы окружающие звали по второму, и я буду топить за МакФасти до потери пульса, потому что они крутые.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

приходи в гостевую, я здесь почти всегда, или регистрируйся и падай в ЛС.


Пример поста

- Вы издеваетесь? Я прохожу проверку с этой палочкой по дюжине раз за год! - думает Штеф, глядя в глаза представителя магического правопорядка Британии. Очень внимательные спокойные глаза. Даже с намеком на участие. Да, он понимает, что это неудобно. Нет, он не может ничего сделать с этим, такова процедура, времена беспокойные, а приметы палочки совпадают с одной, ранее фигурировавшей в деле...- голос проверяющего скрывает в себе тонкую изморозь на стали, к нему липнет неосторожное внимание и от этого  яростные мысли, полосующие Штеф, ощущаются ещё больнее - все равно, что содранная с пальцев кожа, примерзшая по неосторожности к холодному металлу.
- Вы по своими клоунами в масках тронулись умом по мерам безопасности?
Думает она, но не говорит. Говорить чревато, сопротивление запросто может сделать взгляд напротив стылым, жёстким, как серый лёд на Изаре. Ее развернуть могут тут же, а могут вовсе отправить под стражу, а ей нужно в Британию, нужно в Лондон как можно быстрее. Здесь и сейчас она согласна на сделку с любой тварью, хотя доводить до крайностей Войнеску не хочет. Гидра закона хотя бы с виду играет по правилам. Перемалывая изнутри себя не желающее мириться с ситуацией сопротивление, Штеф ставит под протоколом короткий острый росчерк подписи. И ещё один - дрогнув и вскинув голову, едва удержавшись от комментариев, - под предписанием, что ей не следует покидать Лондон "до выяснения всех обстоятельств".
- И не советую вам пытаться сменить палочку, мисс Войнеску,- напутствует истолковавший по-своему ее скомканное замешательство офицер, позволяя себе лёгкий излом губ,- Будьте благоразумны, используя чары. При необходимости мы отследим их и предпримем немедленные меры.
Лиловая руна в основании рукояти ее палочки ощущается, как кровоподтёк, оставленный тяжёлой рукой.
"Проверка займет не более двух недель."
Провалившись в серую полынью лондонской мороси, Штеф шипит сквозь зубы, в кулаке сминая желание кричать в тусклое небо в иступлении. О нет, разумеется, она не станет ждать и недели. Каждый без толку проведенный день падает свинцовой гирькой на весы молчаливого отсутствия МакФасти, обрывает одну за одной призрачные нити возможностей ее отыскать. Но если за зацепками и информацией Войнеску есть к кому обратиться, то отвести неусыпное око закона могут помочь только в одном месте. И она не собиралась появляться там иначе, чем находясь в смертельной опасности. Слишком близко к тому, чем планировал в свое время заниматься Фринг. Место, где могут найтись его друзья, сокурсники, люди, которые могут узнать Штеф и сообщить о ней.
Странно, что она вспоминает об этом только когда вертит в пальцах ответ на свое письмо:  пергамент с гербовой печатью с уведомлением, что она может посетить посольство по личному вопросу в половину шестого в среду. Меньше двух дней до возможного решения ее проблем - это даже настораживает вместо того, чтобы внушить спокойствие. Объяснить себе это чувство тревоги она не может.
Штеф даже собирается дольше обычного. Вспоминает о строгом крое мантии, причёске и макияже - всём, что не требовалось в экспедициях, подменялось там незаметной, как вторая кожа, одеждой и удобной обувью. Но ей важно выглядеть, как человек, не нарушивший ни единого закона этой проклятой страны. Ей важно облачиться в доспехи, точно за порогом посольства - территория врага, а не островок безопасности под защитой воспитавшего ее государства. Впрочем, Войнеску слишком давно не была на родине, слишком давно променяла спокойствие жизни на одном месте на бесконечное сплетение экзотических дорог.
Хмурый охранник посольства с подозрением осматривает сигнальную руну министерства на ее палочке прежде, чем убрать артефакт в зачарованный сейф. Ещё одни "меры безопасности", будь они неладны. Штеф убеждает себя перетерпеть и сканирующие чары, и "ревелио", исполненное с военной четкостью. Да, она не опасна. Ни для кого здесь не опасна, и для господина посла тоже.
Хочется смеяться. В голос.
Горло подводит, как и разом подводит тело, неловко отшатываясь обратно к только - только захлопнувшейся за спиной двери в кабинет посла. Дверь оказывается капканом, входом в ловушку, неисправным порталом в прошлое - и мутит Войнеску так, словно ее перемалывают жернова неудачной аппарации. Разом сделавшиеся ватными ноги и онемение, белилами мажущее по застывшим чертам лица, с головой выдают ее потрясение, и она неспособна помешать это разглядеть. Отшатнувшись к двери она не сводит с Зеверина остановившегося взгляда, но и не пытается бежать.
Добегалась.

0

3

ИЩУ СТАРШЕГО БРАТА-ПЕРВЫЙ-БЛИН-КОМОМ


AARON IOSIF ABRAMSON |  ААРОН ИОСИФОВИЧ АБРАМСОН
— Ты что натворил?
— Пока ничего, но я это исправлю.

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/28/896628.gif

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/28/884813.gif

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/28/654199.gif

чистокровный, 32 года, очень предприимчивый молодой человек (жулик) | Joseph Gilgun


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

из анкеты про семью и родителей

- Таки девочка? - Иосиф, с самым, что ни на есть, прискорбным выражением лица посмотрел на возмущенно орущий сверток. Несмотря на то, что он уже несколько лет жил в Париже - характерный еврейский акцент упрямо отказывался его покидать. "Пикантный", как когда-то сказала Шарлотта, говор, будет слышаться и спустя десятилетия.
- Да, любимый. Медея, у нас появилась Медея.
И Медея была искренне благодарна, что имя ей выбирала мать, иначе быть ей какой-нибудь Софой или чего хуже - Сарой. Но звезды смилостивились, а Иосиф под влиянием убедительных уговоров своей прекрасной супруги - поддался, отчетливо понимая, что с супругой все равно спорить бесполезно, проще заранее признать поражение и согласиться.

Меда все детство видела лишь идеальный тандем, двух - совершенно непохожих, но безумно любящих друг друга людей. Напористая, взбалмошная мадам Морель и спокойный, миролюбивый месье Абрамсон с огромным количеством родственников в Израиле. Медея всегда любила, когда орущая орава во главе с тетей Сарой приезжала в Париж и селилась в их доме. Она любила пышные пирожки с утра, теплые объятия тети, в груди которой легко можно было задохнуться и громкое, - о боже, Йося, она совсем дохлая у тебя, вся в мать пошла, ну неужели ты не мог передать ей ген хорошего человека? Или хотя бы откормить?
Тетка Сара удивительно точно определяла "хорошесть" человека - по габаритам. Ведь, как четко запомнила Меда "хорошего человека должно быть очень и очень много". Ни Меда, ни Аарон и уж тем более Шарлотта, по всем параметрам не подходили. Оба ребенка удивительно сильно пошли в свою мать - хрупкую, миниатюрную француженку с большими зелеными глазами и остро очерченными скулами. Она шла в сильный противовес отцу - коренастому, низковатому толстячку с залысинами.
И смотрела Меда, и думала, как такая, как мама - полюбила такого, как отец. И ответ не находился.
- Любовь она такая, малыш, иногда и со свиным рылом в кошерный ряд залезешь, - тепло улыбался отец, с благоговением смотря на свою жену. И действительно, любовь она такая...
В доме с красной крышей на улице Рю Дэ Бонз-анфан, всегда было шумно. Что-то взрывалось, что-то ронялось, периодично раздавался громкий бас месье Абрамсона, раздающего добрые отеческие оплеухи взорвавшимся детям, запах яблочной шарлотки с корицей витал на крыльце, а рыжий толстый кот вальяжно разлегшийся на большом подоконнике, лениво помахивал хвостом флегматично наблюдая за тем, как маленькая Меда с рьяным упорством отбирала у Аарона большого плюшевого единорога. Не сказать, что с братом они были не разлей вода и в их отношениях царила идиллия. Слишком похожие, слишком взрывные, слишком энергичные - они налетали друг на друга как молот на наковальню, и даже несмотря на разницу в возрасте - ни один не желал уступать.

Краткая сводка:
♥ Родился 32 года назад в пригороде Парижа
♥  Отец - Иосиф Абрамсон 66 лет, в магическом квартале владеет аптекой "Аптека Абрамсон"
♥  Есть огромное количество еврейской родни.
♥  Шарлотта Абрамсон (в девичестве Морель) - чистокровная волшебница, 63 года. В бывшем - аврор, после рождения сына ушла с работы посвятив себя семье.
♥  Есть маленький сынишка 4-х лет, о существовании которого узнал совсем недавно.
♥  Дезертировал в Англию в темном 78-ом. Сбежал от приятелей, кому должен много-много денег.
♥  Постоянно влипает в разные передряги.
♥  Хороший человек.
♥  Страдает биполярным расстройством личности.
♥  Любимый "пациент" аврората.

Первый - пробный, второй - нормальный (с) Тетя Сара.
Аарон всегда нестандартно мыслил, его креативность и нестандартное мышление начали проявляться с пеленок. Мама всегда отмечала, что он очень "креативно" украшал свои пеленки, а после переносил все это на стены дома.
Он никогда не хотел быть "как все", стараясь выделиться из общей серой и тупой массы. В школе постоянно подлетал за какие-то проделки, от чего месье Абрамсон был частым гостем в стенах Шармбатона.
Но несмотря на все проделки и козни, Аарон очень добрый и открытый человек. Просто невезучий. Невезучий - что попал в дурную компанию, невезучий - что погнался за легкими деньгами, попав в криминальный мир Парижа.
Был отчислен из школы за раскуриванием запрещенной травы на последнем курсе. Хотел было пойти работать в аптеку к отцу, но решил что это слишком скучно. Душа требовала приключений, риска и громкой веселой компании, которой увы, в аптеке точно не сыскать.

- Ебал я это все, - лаконично подтвердит он, и несмотря на возмущение родителей - помашет им ручкой и свалит в закат в розовом костюмчике и выжжено-белых волосах.
Жизнь прилично потрепала Абрамсона, нередко оказывался в стенах аврората, откуда уже его вытаскивала Медея. Да его личное дело особо далеко не убирали, зная, что обязательно попадется патрульным сотворив какой-то лютый пиздец.

В 78-ом году сбежит в Англию, задолжав кому-то приличную сумму. Долгое время семья даже не будет знать - жив ли он, или нет. Пришлет весточку уже в 79-ом, когда отец продаст свою аптеку, чтобы погасить долг сына.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Брат, настолько тебя люблю, что стремглав мчу в Англию из Франции. Соскучилась. Хочу познакомиться со своим маленьким племянником.
Какие отношения? Готова примерить на себя роль взрослой младшей рассудительной сестры, которую научат плохому.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая и лс - отвечу быстрее


Опять притон. Самое дно Лондонского мира, в котором вперемешку с чьей-то блевотой и дерьмом валялись вперемешку обдолбанные наркотой люди. Джордан поморщилась от тошнотворного запаха, стараясь подавить в себе приступ тошноты. Местечко то еще, от таких хотелось бежать как можно дальше, навсегда стерев из своей головы все эти картины. Взрослые, подростки, старики — все превратились в гниющее шмотьё, человеческого здесь не осталось ни-че-го.
Когда-то она уже видела нечто подобное — лет в пятнадцать, когда на летних каникулах решила подзаработать и устроилась в бар. Тогда голову вскружил местный «альфа» — двадцатилетний маггл Йоганс. Йогги, как его называли местные, наводил панику на всех жителей района и тем привлекал. Уже тогда Джордан Салливан слепо отдавала свое сердце мужчинам, которые впоследствии его больно разломят. Странный способ мазохизма — заранее знать исход, но каждый раз с интересом наблюдать за крахом собственных призрачных иллюзий. Некоторые люди совершенно не меняются, и в 30, совершают ошибки своей молодости.
— Леннокс, ты в порядке? — задает она вопрос аврору, который побледнев с каким-то странным выражением лица рассматривал темный коридор. Мужчина вздрагивает от вопроса как от удара, нервно дергает плечом, Джо замечает как двигаются скулы под щетиной и аккуратно останавливает его за локоть. В их милом «тройничке» она живет уже месяц, и сейчас поведение Леннокса сильно выбивалось из той привычной картины, которую она привыкла видеть. — Рэй, ты как? — настойчиво повторяет, не замечая как шпилька туфель врезается в чье-то дерьмо. — Блядь, — и колдовать нельзя, вокруг куча отбросов маггловского мира, и дракл их сюда завел? Почему нельзя было убивать в другом месте? Хотя бы менее вонючем?
— Эд... Эд, ты опять вернулся? — какой-то маггл хватает Лэннокса за руку, тот отскакивает, и Салливан отчетливо читает брезгливость и отвращение на мужском лице. — Эд?
— Отъебись, ты меня с кем-то спутал, — фыркает волшебник. — Я в порядке Салливан, — Джордан только пожимает плечами, пробираясь через лежащих людей вдоль коридора, их цель — комнаты в конце этого заброшенного дома. Недостроенная пятиэтажка на окраине хранила в себе куда больше секретов чем казалось с первого взгляда. И как же повезло, что успели до появления маггловской полиции.
— Ебучий день, ебучее дерьмо вокруг, — тихо, себе под нос ворчит волшебница, когда в очередной раз наступила в какую-то зловонную жижу — Мерлин, дай спрятаться от магглов, и очистить себя заклинанием от этого, от самой мысли — мутило.
В комнате — несколько авроров, за обычным столом уронив голову в тарелку сидит необъятных размеров человек. Запах — от которого Джордан пошатнуло, невыносимая вонь разлагающегося трупа, сгнившей еды и нечистот.
— Блядь, — девушка платком закрывает нос, чувствуя как от запаха начинают слезиться глаза и недавно съеденный бургер подкатывает к горлу. Ее тошнило у стены прямо в пустую раковину, жизнь к такому не готовила.
— Салливан, ты сейчас заблюешь все улики, — знакомый голос над ухом и твердая рука, чуть придерживающая девушку, не дал растянуться на этом грязном полу. Джордан дышит в платок пропахшем ее духами, хоть какое-то спасение. — Я..., — голос хриплый, приглушенный платком — даже рот открывать не хотелось, не дай Бог впустить в себя этот запах. — Может выйдешь? Я сам все осмотрю, — учтиво предлагает мужчина, на что девушка только отрицательно машет головой и выпрямляется, все, она в норме. И если сейчас покажет свою слабость — шуток от Варди хватит на год вперед, про тонкую натуру ее желудка и ранимое девчачье состояние.
— И это волшебник? Какой волшебник будет жить в этом месте? — Леннокс расхаживает по комнате, и на его лице нет и следа недавней слабости. — Вы точно уверены, что он волшебник? — Джордан отстраняется от раковины, и наконец-то смотрит на сидящий за столом труп, под которым стояло большое алюминиевое ведро. — Как он умер?
— Его заставили есть до того момента, пока не лопнул его желудок, — Салливан передергивает, больше не от жестокости убийства, сколько от того, что сидящий за столом жирдяй — волшебник. Да, жизнь не у всех хорошо складывалась после Хогвартса, но чтобы довести себя до такого состояния отдавая весь смысл жизни на чревоугодие... в этом притоне, с этими наркошами магглами... Нет, этого она не понимала.
— Империо? — единственное, что приходит в голову, ведь как по другому можно заставить человека есть до смерти?
— Нет, проверили на наличие магии, убийство без него обошлось. У кого-то либо определенный дар к убеждению, либо была причина почему он бесконечно ел, — пожимает плечами мужчина. Леннокс же освоился окончательно, аккуратно приподнимая мужчину за голову, вытаскивая его лицо из тарелки со спагетти, Джордан же опять почувствовала накатывающую тошноту — спагетти и так не любила, теперь точно никогда съесть не сможет.
— Я хочу выветрить с себя этот блядский запах, — вздыхает ведьма, принюхиваясь к ткани пиджака спустя несколько часов, сидя в МакЛаренс на своем любимом красном диване.
— Да брось, пахнешь только духами и моим любимым шампунем, — Шарлотта ставит на стол бутылку виски и два бокала, — решила не ждать официанта, принесла сама, — замечает девушка, от чего Джордан удивленно вскидывает бровь — за своими мыслями и ворчанием о сегодняшнем дне даже не заметила, как Майерс исчезла из поля зрения. — Черт, нужно отправить документы в магазин, подождешь минут двадцать? — Джордан только кивнула, в конце концов бутылка виски не такая уж плохая компания на двадцать минут. Да только недолго ей пришлось наслаждаться уединением — едва за Шарлоттой закрылась дверь, как в бар вошел Варди и Леннокс, и едва заприметив аврора устроились рядом.
— Вы что тут оба забыли? — лениво уточняет Джордан, блаженно прикрывая глаза, когда виски прошел по губам.
— Ну это и мой любимый бар тоже, — беззлобно улыбается Киран, от чего Джордан невольно хмыкает. Действительно, как могла забыть. За какой-то бестолковой болтовней и обменом любезностями прошло минут двадцать, когда дверь бара открылась и вернулась Чарли, остановившаяся у стойки бармена делая заказ, поняв, что от бутылки с виски уже ничего не осталось.
— Какая горячая, — Леннокс расплывается в довольной улыбке, смотря на вошедшую девушку как кот на сметану, Салливан же откидывается на диване, с улыбкой наблюдая за аврором, — она тебе не по зубам, Рей. Бери вон ту.
— О нет, Салли, сейчас папочка покажет мастер класс, — и поднявшись мужчина уверенным шагом направился к Майерс, Джордан же с интересом наблюдала за развитием событий, хоть и наблюдать пришлось недолго — спустя две минуты Леннокс вернулся назад крайне раздосадованный.
— Ну так и быть мальчики, покажу вам как нужно цеплять девочек, — и со стуком поставив бокал на стол, Джордан поднялась с дивана, медленно пересекая зал и останавливаясь у барной стойки, — что заказываешь? — словно заигрывая, облокачиваясь о поверхность и с улыбкой наблюдая за Чарли, — еще одну бутылку вискаря, или что-то другое хочешь? — блондинка заправляет за ушко прядь волос, а Джордан плавно притягивает ее к себе, накрывая губы поцелуем, просто кожей ощущая два пронзительных и крайне удивленных взгляда.
— Давай быстрее, — улыбается у самых губ, отстраняясь и возвращаясь к столу, — учитесь, сосунки.

0

4

ЖДУ ГЛАВНОГО ОРКА МИНИСТЕРСТВА


REBECCA BURBAGE  |  РЕБЕККА БЁРБИДЖ
Планы — ничто. Планирование — всё.
https://i.imgur.com/4Ex7GUW.gif
полукровка, 45-50 лет, глава аппарата Министра Магии | Naomi Watts


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Говорят, когда приходит новый начальник, первым делом он приводит с собой свою секретаршу. Но Ребекка - это вам, несмотря на всю внешнюю миловидность, не девочка на побегушках. Она - глава аппарата Министра Магии, подчиняется лично Министру и отвечает за планирование и организацию встреч, в т.ч. на международном уровне. Ей можно поручить организацию крупных мероприятий, инициатором которых является Министерство. Она курирует работу с прессой и пресс-секретарь Министерства - одна из ее "рук". Сколько таких рук у Ребекки, подумать страшно, причем часть из них прямого подчинения к ней не имеет, но служебка, подписанная Министром, дает ей определенную власть.

У Ребекки масса связей буквально во всех областях, она не стесняется общаться с младшим помощником заместителя главреда крохотной газеты. если видит в нем пользу и перспективу. Она может собрать торжественный прием за три часа. И да, у нее есть официальный маховик времени с люфтом на два часа. Надо же как-то все это успевать.

Бартемиус у нее... четвертый. В смысле Министр. В своей должности миссис Бербидж находится последние пятнадцать лет, и различий между министрами не делает. Но здесь пришлось потерпеть приличные проверки - все-таки Крауч по понятным причинам оказался на редкость недоверчивым. Но Ребекка не в обиде, политика Крауча ей нравится.

У нее, кстати, есть семья и дочь Черити, которая стажируется в Мунго и вплотную занимается маггловедением.

А еще у Ребекки есть секрет. За вечной рабочей гонкой, живя в постоянном стрессе, регулярном недоедании и недосыпе, она не заметила, как развился рассеянный склероз. К забывчивости он не имеет отношения, но тремор не дает нормально проворачивать маховик, а регулярные боли в лицевых нервах выводят из себя. Со временем Ребекка становится все более и более раздражительной, менее подвижной. Болезнь прогрессирует, а у нее буквально нет времени на то, чтобы помочь себе. Работа поглощает ее всю, и сейчас, в дикое время убийств, когда Министр в ней особенно нуждается, она должна сделать выбор: или работа, или жизнь.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Мне очень нравится концепт хрупкой миловидной дамы, которая может организовать все на свете. Я написал в заголовке орк? Это случайно, простите, хотел "орг".)) Но ее упрямства и умения идти до конца хватит на целую орду орков.

Можно поменять фамилию и внешность, но прошу не делать ее чистокровной. И возраст оставить все-таки 45+, у нее действительно должны быть крутые связи и навыки, а их еще нужно доработать. В остальном концепт подвижен. Если вам понравилось - забирайте.

Играть можно приблизительно все: работу, болезнь, личную жизнь, международные отношения. Я, конечно, пишу регулярно, но одновременно для вас больше одного эпизода взять не смогу, так что стоит сразу прописать себе параллельные ходы-выходы. Уверен, вы справитесь. Вы же еще не то можете. ;)

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

Для начала гостевая и лс, дальше разберемся.


Пример поста автора заявки - очень длинный пост, простите, покороче прямо сейчас не нашлось.

Вот уже неделю как Бартемиус Крауч-старший понимал колдомедиков. От них все ждали волшебной - в плохом смысле волшебной - пилюли, которая вылечит любые болезни мгновенно. С момента вступления в должность Министра Магии такой таблеткой стал сам Крауч. Вместо страны ему любезно передали корыто с дерьмом, из которого он должен был по щелчку пальцев соорудить бочонок хорошего ирландского эля. Ему заглядывали в рот, блаженно улыбались и всё ждали, что вот же, вот же совсем скоро придет решение. И заживем как прежде - все родные по домам и за семейными столами, дети в школе, на работе порядок и вялотекущие процессы, над которыми можно снисходительно смеяться за чашечкой пятичасового чая вместе с коллегами. А главная забота - выбрать новогодние подарки. Но.

Но.

Родные и друзья мертвы, пропали без вести, невменяемы или, что еще хуже, в тюрьме.
Министерство - взбудораженный курятник - никак не досчитается специалистов на весомых постах.
Хогвартс еще относительно безопасен, усилен отрядами ДОМП, так что большинство детей и забирать не стали.
Любые массовые скопления - опасность.
Близкие, друзья и родные - под ударом.
Власть - как Кронос, пожирающий своих детей, - агонизирует, теряя последних верующих.

Все так.

Бартемиус был ровно таким же гражданином своей страны, что и все прочие. И он бы с удовольствием посмотрел на то, как кто-нибудь другой постарается решить за него проблемы. Но никого не было ни за ним, ни рядом. Своих хотелось спрятать подальше. Чужих - не подпускать близко. А вообще очень хотелось отвлечься и свободно выдохнуть. Но на семейном рождественском ужине больше никогда не будет сына, а притихших Веронику и Оливию, добровольных узниц в собственном доме, Бартемиус мог только обнимать и уговаривать, что со временем станет все хорошо.

Его вот никто не уговаривал. Не гладил по лысой макушке, осторожно обходя шрамы, которыми был испещрен затылок, не обещал светлого будущего. Бартемиус криво улыбнулся своему отражению в начищенном пресс-папье на рабочем столе, затем погладил по бронзовой макушке  бюст Александра Македонского. Но быстро отдернул и провел крупной ладонью по совершенно сухим глазам, смахивая несуществующие слезы. Бюст ему подарил Арчибальд Лонгботтом, его кузен, когда Барт впервые занял руководящий пост. Так Македонский и кочевал с ним со стола на стол.

В канун Рождества Крауч был на могиле - страшно сказать - Лонгботтомов. Он все еще никак не мог привыкнуть к тому, что половины его семьи больше нет, что явился с пакетом сладостей. Их ему доставили по старой традиции - своему крестнику Фрэнку он покупал сладости каждый год, даже тогда, когда тот уже стал старшим аврором. Теперь сладостям никто не будет радоваться с таким совершенно щенячьим трепетом. Больше никто не придет на Рождество, никто не пришлет открытку на день рождения. Ни Арчибальд, ни Фрэнк, ни Алиса, ни Элджи, ни Энид.

Никто.

Августа тоже вряд ли. Два месяца она лежала в коме в Мунго в особо охраняемой палате, и над ней колдовали медики. Прогнозы были неутешительные, но ее сердце еще хотя бы билось. Редко, медленно и как будто с перебоями - иначе Бартемиус не мог объяснить особую озабоченность медиков - но билось. Он бывал у нее раз в неделю, говорил с ней. Пару раз был вместе с Вероникой, но та все больше плакала и гладила Августу по волосам.

Новость о том, что она очнулась, застала Крауча дома у камина с сигарой в зубах. Он оделся мгновенно и сразу же скрылся в пламени камина. Уходить, не прощаясь, он научился давно, и дома к этой его причуде привыкли. У кабинета ему в лицо привычно плеснули воды из «Гибели воров», дежурный аврор поздоровался и пропустил его в палату. Августа будто бы дремала, но если медики говорили, что ее сознание прояснилось, значит, так оно и было. Этим людям, терпящим регулярные проверки от особой охраны особого пациента, можно было премию только за терпение выписывать.

- Привет, - негромко поздоровался Крауч, повесив мантию на вешалку у входа. Ему казалось, что веки Августы подрагивали. Может, притворялась. Сколько лет он знал ее? Столько же сколько и Арчи. Всю свою жизнь. Бартемиус подошел вплотную к кровати и легко тронул руку Августы. - Как ты? Как себя чувствуешь? Не притворяйся, знаю, что не спишь, - Крауч едва улыбнулся. Если кто тут и притворялся, то это был он. Притворялся, что все хорошо. Что перед ним все еще Августа, а не наполовину седая, резко состарившаяся дама, у которой неизвестно что с памятью и состоянием.

И которая явно не читала газет последние два месяца.

Отредактировано yellowmail (2021-12-26 23:39:41)

0

5

ГЛАВНЫЙ СВЕТСКИЙ СКАНДАЛ НАЧАЛА 1982-ГО


Nicolas Puсey& Barbara Abbot |  Николас Пьюси & Барбара Эббот
Прямо из аргентинского борделя в высший свет
https://i.imgur.com/HSXPnoZ.gif
он — чистокровен, старше 50 лет, глава департамента международного магического сотрудничества | Colin Firth
она — чистокровна, 35-40 лет, сотрудник МАКУСА | Jessica Biel


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Николас Пьюси руководит департаментом международного магического сотрудничества уже лет десять, так что мы не первый день знакомы. Я считаю, что для внешней политики он слишком мягок, он меня явно считает солдафоном. В целом, мы приходим к консенсусу, который еще не позволил окончательно потопить Британию. Да, после того, как я вступил на пост Министра Магии в декабре 1981-го, все думали, что Пьюси отправится на пенсию. Но нет, специалистов-международников, полиглотов с авторитетом в Совете Европы не так уж и много. Так что стул под Пьюси шатается, конечно, но держится он за него крепко. Тем и живем.

Счастливо женат на Патриции Гринграсс последние тридцать лет. В браке трое-четверо, сколько вас вообще там Пьюси?, детей. Собачий питомник, конюшня фестралов и даже один пегас. И ведь прекрасно же жили, пока не объявилась она.
___

Барбара Эббот уехала на стажировку в Америку сразу после школы, да так там и осталась. Родители пытались уговорить ее вернуться, но чопорность английского высшего света ее не прельщала. Хотелось свободы, развлечений, новых знаний и шика. Она устроилась на работу в местное Министерство, где не делала особых успехов, но жила весело и раздольно. В Англию практически не приезжала, отделываясь открытками по праздникам.

Приехала в августе 1981-го вместе с делегацией от Северной Америки, но личные дела вынудили ее остаться. Семья давно махнула на нее рукой - пусть уже делает, что хочет, но такого, нет, ТАКОГО от нее никто не ожидал.

___

Не буду вдаваться в детали, но Пьюси бросил жену, детей, собак и конюшню, переехал в отдельный домик и стал жить - на виду у всех, под прицелом камер репортеров светской хроники и к вящему неудовольствию приблизительно всего чистокровного сообщества с Барбарой Эббот... натурально как с женой. Немыслимый скандал, немыслимый. С февраля эффектную блондинку пытаются уличить в беременности, ищут у нее корни вейлы, пытаются выяснить, не опоили ли Пьюси амортенцией. Словом, разговоров о таком вопиющем нахальстве в свете много. Вероятно, говорить об адюльтере приятнее, чем о смертях и заключенных.

А, совсем забыл. Барбара Эббот - младшая сестра моей супруги. И мне ужасно не хочется, чтобы какая-либо грязь прицепилась к моей семье. Снова.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

В целом, я все написал в заявке. Мне очень нравится концепт, но поменять здесь можно приблизительно все. Мне кажется, из этой завязки можно развить любопытную сюжетку, я готов помогать. С вас - оживить персонажей.)

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

Лс и гостевая, потом разберемся.


Пример поста автора заявки

Вот уже неделю как Бартемиус Крауч-старший понимал колдомедиков. От них все ждали волшебной - в плохом смысле волшебной - пилюли, которая вылечит любые болезни мгновенно. С момента вступления в должность Министра Магии такой таблеткой стал сам Крауч. Вместо страны ему любезно передали корыто с дерьмом, из которого он должен был по щелчку пальцев соорудить бочонок хорошего ирландского эля. Ему заглядывали в рот, блаженно улыбались и всё ждали, что вот же, вот же совсем скоро придет решение. И заживем как прежде - все родные по домам и за семейными столами, дети в школе, на работе порядок и вялотекущие процессы, над которыми можно снисходительно смеяться за чашечкой пятичасового чая вместе с коллегами. А главная забота - выбрать новогодние подарки. Но.

Но.

Родные и друзья мертвы, пропали без вести, невменяемы или, что еще хуже, в тюрьме.
Министерство - взбудораженный курятник - никак не досчитается специалистов на весомых постах.
Хогвартс еще относительно безопасен, усилен отрядами ДОМП, так что большинство детей и забирать не стали.
Любые массовые скопления - опасность.
Близкие, друзья и родные - под ударом.
Власть - как Кронос, пожирающий своих детей, - агонизирует, теряя последних верующих.

Все так.

Бартемиус был ровно таким же гражданином своей страны, что и все прочие. И он бы с удовольствием посмотрел на то, как кто-нибудь другой постарается решить за него проблемы. Но никого не было ни за ним, ни рядом. Своих хотелось спрятать подальше. Чужих - не подпускать близко. А вообще очень хотелось отвлечься и свободно выдохнуть. Но на семейном рождественском ужине больше никогда не будет сына, а притихших Веронику и Оливию, добровольных узниц в собственном доме, Бартемиус мог только обнимать и уговаривать, что со временем станет все хорошо.

Его вот никто не уговаривал. Не гладил по лысой макушке, осторожно обходя шрамы, которыми был испещрен затылок, не обещал светлого будущего. Бартемиус криво улыбнулся своему отражению в начищенном пресс-папье на рабочем столе, затем погладил по бронзовой макушке  бюст Александра Македонского. Но быстро отдернул и провел крупной ладонью по совершенно сухим глазам, смахивая несуществующие слезы. Бюст ему подарил Арчибальд Лонгботтом, его кузен, когда Барт впервые занял руководящий пост. Так Македонский и кочевал с ним со стола на стол.

В канун Рождества Крауч был на могиле - страшно сказать - Лонгботтомов. Он все еще никак не мог привыкнуть к тому, что половины его семьи больше нет, что явился с пакетом сладостей. Их ему доставили по старой традиции - своему крестнику Фрэнку он покупал сладости каждый год, даже тогда, когда тот уже стал старшим аврором. Теперь сладостям никто не будет радоваться с таким совершенно щенячьим трепетом. Больше никто не придет на Рождество, никто не пришлет открытку на день рождения. Ни Арчибальд, ни Фрэнк, ни Алиса, ни Элджи, ни Энид.

Никто.

Августа тоже вряд ли. Два месяца она лежала в коме в Мунго в особо охраняемой палате, и над ней колдовали медики. Прогнозы были неутешительные, но ее сердце еще хотя бы билось. Редко, медленно и как будто с перебоями - иначе Бартемиус не мог объяснить особую озабоченность медиков - но билось. Он бывал у нее раз в неделю, говорил с ней. Пару раз был вместе с Вероникой, но та все больше плакала и гладила Августу по волосам.

Новость о том, что она очнулась, застала Крауча дома у камина с сигарой в зубах. Он оделся мгновенно и сразу же скрылся в пламени камина. Уходить, не прощаясь, он научился давно, и дома к этой его причуде привыкли. У кабинета ему в лицо привычно плеснули воды из «Гибели воров», дежурный аврор поздоровался и пропустил его в палату. Августа будто бы дремала, но если медики говорили, что ее сознание прояснилось, значит, так оно и было. Этим людям, терпящим регулярные проверки от особой охраны особого пациента, можно было премию только за терпение выписывать.

- Привет, - негромко поздоровался Крауч, повесив мантию на вешалку у входа. Ему казалось, что веки Августы подрагивали. Может, притворялась. Сколько лет он знал ее? Столько же сколько и Арчи. Всю свою жизнь. Бартемиус подошел вплотную к кровати и легко тронул руку Августы. - Как ты? Как себя чувствуешь? Не притворяйся, знаю, что не спишь, - Крауч едва улыбнулся. Если кто тут и притворялся, то это был он. Притворялся, что все хорошо. Что перед ним все еще Августа, а не наполовину седая, резко состарившаяся дама, у которой неизвестно что с памятью и состоянием.

И которая явно не читала газет последние два месяца.

Отредактировано yellowmail (2021-12-26 23:39:19)

0

6

АКАДЕМИЯ ИЩЕТ неГЕРОЯ


OWEN BARRET | ОУЭН БАРРЕТ
https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/85/8/113119.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/85/8/15770.gif
29 лет (род. 1953); торговец, адепт-вербовщик | Aneurin Barnard


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Он мечтал стать героем, о котором могли бы слагать легенды, разнося его имя по устам, но ничем, кроме слегка вьющейся темной шевелюры и твёрдой уверенности в своей правоте – не выделился. Оуэн был вынужден пойти по стопам отца и заняться семейным бизнесом, - ведением торговых дел «Тупика» - единственного городского паба. В обособленных поселениях, типа Академии, даже если более уважаемые маги говорят, что «все мы с вами, друзья, равны», о равноправии говорить не стоило. Во всяком случае уже после того, как подростки проходят обязательные курсы студенчества, по достижение восемнадцати лет «выходя» затем развалистым шагом в то, что зовут «взрослой жизнью», и оказываясь все под теми же слоями земли, в той же темноте, вдыхая все тот же извечно-затхлый запах городских катакомб, которые до конца жизни будут называться их «домом».

Оуэн хотел, - нет! - он мечтал сбежать из этой тюрьмы, стремящейся, как заверял Старик, «к великой цели». Магиученые в стенах Академии – почетная каста, но он то, Баррет, – всего лишь сын работяги, обслуживающий персонал, если хотите, и дальше Хранилища носа своего никогда не совал, - единожды, и то по учебе. Но тут ему улыбнулась удача, - Феликс Фелициса хлебнул, иначе не сказать! – в жизнь Оуэна, спустя год после окончания студенчества, каким-то немыслимым, загадочным чудом вторгся Кристофер Аркус. Архивариусу нужны были адепты-вербовщики, не боящиеся выбраться наружу, проваливаясь в бесконечную голубизну неба. И Баррет не раздумывая выскочил вперед, не желая выпускать из пальцев этот непостижимый шанс.

Его легенда была проста: выпускник Дурмстранга, вернувшийся в Англию чтобы найти тут свои английские корни в лице отцовского брата. По факту же он занимался осторожной вербовкой новых агентов, помогающих Академии в ее спасительной миссии, а также налаживал торговые связи с аптекарями и артефактологами. Древо его подноготной за десять полных лет глубоко проросло своими извилистыми корням в сказочно-лживую почву, зацепив с собой еще несколько значимых для Оуэна людей, с коими его свела жизнь на поверхности.

Главным правилом же всего еще существования были и оставались слова Аркуса: «Не вмешиваться», - ибо любой лишний шаг, касающийся магической истории и будущего отдельных его представителей, вносил незримые коррективы в судьбу Проекта, с деталями которого Оуэн был заведомо ознакомлен. С каждым месяцем врать становилось все сложнее и сложнее. А после скорбной ночи с 31 октября на 1 ноября все и вовсе пошло под откос...


♦ Темноволос, светлокож, жилист – как и все, кто имел честь родиться в стенах Академии.

♦ У Баррета неплохое, но и не самое хорошее чувство юмора, однако он научился пленять людей своей харизмой, изобретательностью и непоколебимой уверенностью в себе. Он ответствен во всем том, за что берется, и еще ни разу не бросал дело на половине пути, всегда доводя его до логического итога.

♦ Оуэн азартен – никогда не откажется от партии в карты, шашки или кости, но на поводу у азарта научен до крайности не идти, да и излишнее внимание к себе привлекать не следовало.

♦ Имел дружеские отношения с Лонгботтомами, не запланированные, но так уж вышло. Разбит оттого, что вмешиваться в ход их жизни было нельзя. Испытывает острое чувство вины перед погибшими Алисой, Фрэнком и выжившим малышом Невиллом.

Отредактировано yellowmail (2021-12-26 23:39:02)

0

7

ВЕДУЩЕГО СПЕЦИАЛИСТА ММ ПО МЕЖДУНАРОДНОМУ ЗАКОНОТВОРЧЕСТВУ


IVY GAMP  |  АЙВИ ГАМП
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/174434.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/703499.gif
чистокровная; 30 лет; Отдел международного магического законодательства | Betty Gilpin


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

В отличие от витающей в облаках фантазий сестры и витающего в облаках буквально брата Айви с самого детства имела реалистичный взгляд на мир. Если хочешь чего-то – пойди и возьми. Нечего ждать с моря погоды.
Ей всегда нравилось узнавать новое, но не чтобы складировать свои знания на запылившихся полках памяти, а делиться ими, удобно вставлять в беседу или давая совет, который обязательно приведёт к успешному результату.
Общительная от природы Айви ещё со времён учёбы в школе всегда окружала себя толпой друзей и поклонников, не обязательно в романтическом смысле. Она хороший друг. От неё не стоит ждать подвоха, она всегда поддержит, всегда поможет, и никогда не предаст, даже при виде значительной выгоды. Айви бескорыстна, но бескорыстность её двойственна: если что-то и делает для кого-то, то только безвозмездно, не требуя ничего взамен, но если она что-то сделала для вас, то знайте, теперь вы ее должник. Прямо о помощи не попросит, но заметит, если её не окажете.
Айви надёжна, исполнительна всегда следует правилам. Любит порядок. Спокойна, ответственна, всегда поступает, по совести, любое дело доводит до конца, не сдаётся и не бросает дел на полпути. 
В работе предпочла дипломатическое поприще, где необходимо много общаться с людьми и законотворческое, где ей доступно применить едва ли не главное своё жизненное стремление - наведение порядков. И то, что отец Айви работает в том же департаменте совсем не сыграло здесь роли.
Она умеет настроить всех вокруг на одну волну, организовать всех в единую рабочую единицу, вдохновить, сплотить команду и создать по-настоящему эффективный коллектив. Успешность обеспечена целеустремлённостью, решительностью и планомерностью Айви Гамп. Хотя иногда может показаться, что она действует слишком спонтанно и непредсказуемо. На самом деле это всего лишь признак высокой скорости мысли. Кроме того, волшебница не станет тратить свои силы на достижение чего-то призрачного, какой-то фантастической цели. Она всегда действует строго по плану, предварительно оценивая все последствия, выгоды.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

В отношениях с семьёй проявляет верность и преданность к родителям, покровительство – к младшим брату и сестре. В школе никому не позволяла задирать их, в министерстве – в её присутствии тут же смолкали нелепые разговоры о конторской мышке – Хизер, возомнившей себя аврором. Айви не производит впечатление вспыльчивого человека, всегда полна достоинства и дружелюбия, но что-то в ней подсказывает – она затолкнет обратно в глотку любые нелестные слова о ней самой или о ком-то из родных. Пока никто не отважился.

п.с. внешность желательно не менять

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

лс, гостевая.


Пример поста автора заявки вставляем сюда

Хизер не знает как легилименция ощущается другими людьми. Она испытывала это на себе во время стажировки в аврорате, но как-то не догадалась поговорить на эту тему с коллегами. Их задача была – защищаться при помощи окклюменции, городить стены, строить лабиринты и непроходимые тропы. Естественно, поначалу никто не справлялся и не мог дать наставнику отпор, всех в свои неласковые объятия заключало подавленное настроение. Все чувствовали себя поруганными, вскрытыми точно консервные банки, вывернутыми наизнанку. В такие моменты не до болтовни.
Эти уроки давались сложнее маскировки и слежки, отработки тактик и физической подготовки. Ментальная магия сама по себе невероятно сложна и не имея хотя бы капли таланта никакими усердными тренировками ей не научиться. Как не вырастить из самой плодородной земли дерево, если не посадить в него семя.
Но существовала и другая причина: учитель обещал не погружаться глубоко, не выискивать и не просматривать глубинные тайные воспоминания, только то, что на поверхности, его задача не узнать чьи-то секретики, а научить прятать важное под мусорным и наносным. Его обещание сродни фразе «не думай о розовом слоне».
Хизер прошла курс и сдала экзамен одной из первых. Не потому, что у неё особый талант или она усерднее других, она настолько заурядна, что у неё даже не было тех самых розовых слонов.
- Одни книги, мисс Гамп, одни лишь книги, - вздыхал наставник. Что неудивительно, Хизер большую часть жизни проводила за чтением. Им же занималась на стажировке, дожидаясь, когда коллеги разделаются с очередным экзаменом.
Слова наставника ментальной магии застряли в золотоволосой голове будущей героини, и память её сама собой сложилась в библиотеку. В узкие, освещённые слабым светом, проходы между стеллажами, винтовые лестницы и ряды книжных томов. Желающему отыскать там конкретное воспоминание остаётся только пожелать удачи.
Мистер Селвин в этом вопросе проявляет удивительную осведомлённость, осторожность, деликатность даже, прося Хизер показать необходимое. Не ломится напролом, рискуя повредить высокие колонны, удерживающие сводчатые потолки, - тонкую архитектуру её сознания – остовы высшей нервной деятельности.
В своей памяти Хизер и королева, и хозяйка, и домоправительница. Протянув метафизическому Торнтону руку, она ведёт его за собой коридорами памяти, одной ей ведомым маршрутом, чтобы в одном из закоулков остановится, вытащить тонкую книжицу в твёрдой обложке цвета крафт-бумаги, раскрыть её.
Страницы книги замелькали, словно подхваченные порывом ветра и остановились в конце апреля. Страница датированная двадцать первым числом превратилась в крохотное окно, но почти сразу оно расширилось и Хизер затянуло внутрь вместе с её гостем. Она ощущает под ногами твёрдую почву и очертания окружающего из размытого красочного водоворота делаются отчётливыми.
Штаб-квартира аврората, разделённая на перегородки, за одной из них – рабочий стол Хизер Гамп, за ним - она сама. Немного выцветшая версия настоящей. Она склонилась над папкой с необходимыми Селвину документами, читает, делает пометки и на её лице все чётче проступает выражение недоумения, смешанного с гневом. Очевидно же – дело против её однокурсника шито белыми нитками. Нитками размером с канаты на морских судах.
Настоящая Хизер тоже злится, заново переживая тот вечер, но быстро берет себя в руки и делает приглашающий жест Торнтону, дозволяя ему заглянуть за плечо своему воспоминанию и прочесть содержимое засекреченных страниц.
Это тянется, кажется, целую вечность, но во снах, местах и воспоминаниях время весьма относительно. В какой-то момент возле стола появляется выцветший Уильямсон, ставит на стол волшебницы чашку с кофе и, подмигнув, отправляется к своему месту. Обе Хизер провожают коллегу недоброжелательным недоверчивым взглядом. К кофе Гамп-воспоминание не притрагивается.
Когда Хизер из воспоминаний не торопясь прорабатывает все документы, запечатывает их заклинанием, ставит подпись и откладывает папку на край стола к другим оформленным делам тот же водоворот подхватывает волшебников и выбрасывает в просторный ресторанный зал. В выразительную тишину, подчёркнутую заоконной бурей.
Гамп несколько минут молча смотрит на Селвина.
- Вы так уверены, что я вас не сдам. Почему? – спрашивает она тихо, прежде чем приложиться к стакану с виски.

Отредактировано yellowmail (2022-04-26 01:12:47)

0

8

АКАДЕМИЯ ИЩЕТ АГЕНТА


HENRY COLBERT | ГЕНРИХ КОЛБЕРТ
https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/85/8/904052.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/3c/85/8/965312.png
~ 55-56 лет; владелец магического туристического агентства «Мировой глобус» ​| Thomas Sean Connery


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Генрих всегда и до сих пор всем говорит, что он – полукровка, но и сам не знает так ли это. О матери отец Генриха, - Николас Колберт, - никогда разговор не заводил – ну, была и была. Ушла, бросила ребёнка и мужа – туда ей и дорога. Тем более, что в условиях подозрительного затишья после Первой мировой магловской войны думать об этом всем было некогда.

Генри рос спокойным ребенком, во всем поддерживал и слушался отца, - человека твёрдого характером, немного жёсткого, но практичного. Наблюдал за тем, как развивается, а затем, временно, - чтобы после воспрять из пепла, - рушится основанный в 1876 году дедом по линии отца туристический бизнес.

Колберт заканчивает Хогвартс аккурат под конец Второй мировой войны, лишь краем уха зацепив новости о великой дуэли Дамблдора с Грин-де-вальдом. Хоронит отца, чрезмерно быстро угасшего от драконьей оспы, и обрушивает на свои плечи все тяготы загибающегося семейного предпринимательства. Вспоминая уроки Николаса, за десять неполных лет поднимает «Мировой глобус» с колен, возвращая ему былую популярность. Тогда же, - может случайно, а может и нет, - знакомится с Кристофером Аркусом. Встреча, перевернувшая взгляд Генри на всю его прошлую жизнь. С тех пор он – адепт Академии, оказывающий непомерную помощь в том деле, которое знает и ведет – транспортировке артефактов и людей в самые неприметные уголки планеты и обратно.

Во время Магической войны, вопреки совету Аркуса, но по просьбе бывшего школьного друга, примкнул к Ордену Феникса, работая, буквально, на два фронта. Вот только про второй – таинственный, стремящийся к идеальному миру и будущему, - никто не был осведомлен, кроме Кристофера и самого Колберта. 


♦ Был женат на чудесной француженке у которой на момент знакомства с Генрихом уже был ребенок от первого брака, однако общих детей с супругой нет – не срослось. Пасынка любит, как своего, позволяя юноше вливаться в семейный туристический бизнес. Супруга, однако, умерла в начале 70-х, во время выборочных нападений Вальпургиевых рыцарей на ни о чем не подозревающих магов. 

♦ Вопреки безобидному внешнего виду, отлично ознакомлен с боевой и защитной магией, - состоял в Хогвартсе в дуэльном клубе, отлично себя там показав. Однако, в открытых стычках с Рыцарями (в последствие Пожирателями) не участвовал, предпочитая довольствоваться решением задач в тылу.

♦ До сих пор поддерживает дружбу с Аркусом, с коим, - из-за знаний об Академии и ее мотивах, - связан Непреложным обетом. Помимо прочего - помогает Академии по мере возможности в тех вопросах, в которых способен помочь.

♦ Любит путешествовать по миру магловскими общественными путями – самолёты, поезда, пароходы. Более двадцати лет пытается продвинуть схожую тенденцию в магический туризм, однако до сих пор лидируют семейные метлы и порт-ключи.

0

9

КУЗЕН И НАСЛЕДНИК ФЛИНТОВ


HEDDWYN FLINT  |  ХЭДВИН ФЛИНТ
https://64.media.tumblr.com/65ab4062220ea5a2e5779f6b6b0a3470/tumblr_inline_oidiwwk7uB1rifr4k_500.gif https://64.media.tumblr.com/2301237f87ad56ca7c44be465d74feeb/tumblr_inline_oidix7bARc1rifr4k_500.gif
Чистокровный, 36, сотрудник заповедника Валлийских зелёных драконов | Max Irons


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Семейство Флинтов живет в Уэльсе во Флинтшире, округ со статусом графства, большую часть их владений покрывают национальные парки и так называемые «Области выдающейся природной красоты», так что магглов там обитает мало и вряд ли они могли вызвать сильную неприязнь или ненависть. Так что скорее всего в числе пожирателей смерти их не было. (но это на ваше усмотрение)
Зарабатывают за счет инвестиций, влкдывают средства в выгодные (или не очень) предприятия и получают с них дивиденды. Последний и лучший их ход – стать главным акционером компании по изготовлению скоростных мётел серии «Нимбус», созданной в 1967 году Девлином Уайтхорном.
Являются так же спонсорами драконьего заповедника Уэльса, который занимается в основном разведением и содержанием валлийских зеленых драконов.

Состав семьи:
Мистер Флинт – отец, имя, возраст на ваше усмотрение. Его сестра – Медея Флинт – Медея Бёрк в замужестве.
Миссис Флинт – имя, возраст, девичья фамилия на ваше усмотрение, наличие родственников так же.
Хэдвин Флинт – это вы.
Маркус Флинт – 8 лет, сын Хэдвина.
Анейрин Флинт – брат 31 год, баловень, ищет себе занятие и смысл жизни.
Кузены: Освальд Бёрк, Маркус Бёрк, Франсин Бёрк (Гринграсс), Изабелл Бёрк (Трэверс)

Хэдвин старший в семье, так что на него повесили все, что можно повесить в таких семьях. Обязанности в основном. Вести себя прилично, учиться хорошо, получить достойную работу, жениться на ком следует, обзавестись своим наследником.
Учился в Слизерине, играл в факультетсткой сборной по квиддичу, был старостой факультета и старостой школы, обзавелся друзьями, возможно врагами тоже. Получил блестящий аттестат и НЕ пошел в министерства магии.
Он чуть не семь лет набирался решимости, чтобы пойти против воли отца и заниматься тем, к чему лежит душа, а не тем, что выглядит прилично и безопасно.
С третьего курса Хэдвин открыл в себе интерес и способности к уходу за магическими существами и чем опаснее - тем интереснее. Особый интерес к драконам вызван тем, что поместье расположено рядом с заповедником, который спонсирует семья. Он любовался ими издалека во время прогулок и мечтал, что однажды сможет любоваться вблизи, помогать им и оберегать.
На работу приняли без проблем.
Родители долго протестовали, еще бы – наследник в постоянной опасности. Но Хэдвина не переубедить. Подозреваю, что жена Хэдвина тоже не в восторге, а может она наоборот одна из тех, кто понимает, и работает в том же заповеднике.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Изабелл довольно мелкая для вас, не знаю замечали ли вы её вообще в детстве. Но во взрослом возрасте она может оказаться очень полезной родственницей по части артефактов и вообще.
С Освальдом на короткой ноге.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

лс, гостевая.


Пример поста автора заявки

При матери Изабелл не осмелилась бы даже в шутку произнести предложение прогулять званый вечер у Селвинов, и вообще у кого бы то ни было. Нельзя чтобы о Бёрках подумали плохо. А с Освальдом проще. Проще чем с родителями, с Маркусом и особенно чем с Франсин. Несмотря на большую разницу в возрасте и интересах, у них было кое-что, что делало их отношения доверительными. Тайна. Грязный маленький секрет.
Относительно Освальда это, строго говоря, не секрет, его официально зарегистрировали в специальном отделе в министерстве магии, все чин чином, а Изабелл – нет, чтобы не портить девочке жизнь. Что лично она только приветствует, стесняясь своей непрошенной способности влиять на людей.
Селвин мерзкий, в глазах Изабелл его спасает только причастность к дому Слизерина, хотя умения общаться ему это не добавляет. По мнению Бёрк он ничем не выделяется из толпы студентов, чтобы так зазнаваться и смотреть на окружающих свысока. Родовит – да, учится хорошо – да, не урод – да, но почти каждый первый на факультете может похвастать теми же характеристиками. И вспыльчивость по пустякам не даёт девушке представить его героем хоть чьего-нибудь романа.
- А можно я чашку с чаем уроню на колени Торнтону? Он обязательно вырядится во что-нибудь этакое, а так я оставлю след в его душе, - хихикает Беллс, подходя ближе к брату и заключая его в объятия перед следующим перемещением. Рядом с Освальдом ей спокойнее, словно его аура невозмутимости и уверенности в себе распространяется и на неё. Выглядеть как Бёрк она уже умеет, но чувствовать себя как Бёрк ещё учится.
- Я отправлю сову, - берет на себя небольшую ответственность девушка, и пару минут общества птиц, а не жениха.
Второй переход, уже до ворот замка Изабелл переносит легче. Парная трансгрессия удовольствие ниже среднего, но тошноту, подкатившую к горлу следом за ощущением твёрдой земли под ногами, юная волшебница списывает на силуэт Селвина-младшего, дожидающегося гостей.
Она вздыхает и по совету брата цепляет на лицо улыбку. Не видя, впрочем, необходимости играть роль перед самим Торнтоном, он прекрасно знает как «рада» она летней новости. Примерно так же, как и он сам.
Рад он их приветствовать, как же.
Давно не виделись. – Думает про себя Изабелл, невольно вспоминая как пару дней назад они подчёркнуто не замечали друг друга в купе Хогвартс-экспресс, пока ехали домой на каникулы. Беллс заболталась с приятельницей на перроне и все места были уже заняты к тому времени, когда она опомнилась. Пришлось подсесть к Селвину и его мрачному рыжему однокурснику с орлиного факультета. Это была ооочень долгая и безмолвная поездка. Общительности в этом году из-за активации дара у девушки поубавилось, Торнтон, умеющий общаться только в снисходительном тоне, когда не психует, не лучший собеседник, а третий и вовсе, казалось, делает вид, что его нет. Так что Изабелл уткнулась в «Тысячи волшебных трав и грибов» и в надежду, что её очарование не выдаст фортеля в купе с двумя мальчишками.
Мисс Бёрк все с той же улыбкой многозначительно посмотрела на брата – мол, погляди, я же говорила он разрядится в пух и прах. Новенькая мантия Торнтона будто источала из себя запах денег и нарочитой роскоши.
- Извини за опоздание, - вместо приветствия говорит Беллс и даже не думает протягивать ему руку. Не будь рядом Освальда Торнтон наверняка отпустил бы комментарий по этому поводу, но присутствие взрослого волшебника – отличный сдерживающий фактор. – Я просто… не хотела приходить… не могла определиться с нарядом. Ответственный момент, сам понимаешь, нужно соответствовать поводу и не перещеголять тебя. Отличная мантия, кстати. – Усмехается Бёрк.
Для Изабелл, напротив, присутствие Освальда здорово развязывало руки. При Медее она не отважилась бы.

Отредактировано yellowmail (2022-04-26 01:15:29)

0

10

Hestia Jones | Гестия Джонс
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/5/253587.gif
Zooey Deschanel
полукровна; 25; аврор


ПОДРОБНОСТИ

У Гестии горячий нрав и обостренное чувство справедливости, в дни войны подпитываемое острым желанием сражаться с Тем, Кого-Нельзя-Называть и его сторонниками. Именно такие люди и составили костяк Ордена Феникса, и именно на таких мог положиться Альбус Дамблдор. Однако, за энергией и неутолимой страстью скрывалась совершенно иная реальность, в которой жизнь Джонс нельзя было даже отдаленно назвать сказкой. Она не знала отца, и, честно говоря, даже не была до конца уверена в том, точно ли она полукровка. Подобная неуверенность в собственном статусе при жизни в мире, где многие смотрят на чистоту крови, как на что-то чрезмерно значимое - выбивало у Гестии почву из-под ног, и боролась Джонс с этим только тем, что с фанатизмом преуспевала в учёбе, состояла в дуэльном клубе и играла в квиддиче. Именно это сделало Гестию той, кем она в итоге стала. Достижения, успехи и личные победы, которыми девушка так гордилась, закрыли от ненужных глаз ее хрупкую душу, а может быть - разбитое из-за неразделенной любви сердце. Что-то из прошлого вскрылось с неожиданной пропажей Фабиана Пруэтта весной 1981, что-то - с его возвращением… И иногда Гестии казалось, что лучше бы ей никогда не встречать этого рыжего.

Amelia Bones | Амелия Боунс
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/5/83051.gif
Rosamund Pike
на откуп игрока; 35-40; домп


ПОДРОБНОСТИ

Амелия - женщина со сказочным именем - никогда не была отважной, но она честная и старательная. Многие называли и до сих пор называют Боун выдающейся волшебницей, и это правда. Она огромный пласт сил и терпения вложила в то, кто она есть. Справедливость, неподкупность, желание добиться правды любой ценой и острый ум - восхищали в ней не только Альбуса Дамблдора, но и соратников по Ордену. Кто-то даже пророчил ей место главы Ордена, когда Дамблдор - сраженный смертью Лонгботтомов, Гарри Поттера и десятками невинных жизней - казалось, опустил руки. Но она отказалась. Амелия не любит стоять на месте, ей важно движение. Конец 1981 вносит в ее жизненные планы коррективы в лице нового Министра Магии. Она знает, чего ожидать от Бартемиуса, и точно уверена в том, что ее место где-то рядом. Для того, чтобы наблюдать и, в случае чего, не позволить системе сломать те жизни, которые своего наказании еще не заслужили. Боунс метит в кресло главы ДОМП и совершенно этого не скрывает, пользуясь заслуженным уважением коллег.

Dorcas Meadowes | Доркас Медоуз
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/5/571068.gif
Crystal Reed
на откуп игрока; 25-27; хит-визард


ПОДРОБНОСТИ

Необычайно сильная, хваткая и талантливая волшебница. О таких еще говорят, что у них внутри "стальной стержень". В открытом бою Медоуз могла бы сойти за двоих, тем более, что в защитной магии, как и в атакующей, она более чем хороша. В личной же жизни с таким вот настроем и жесткостью ей всегда приходилось нелегко, однако опустим. Для Медоуз всегда была важнее карьера, клетка любви и излишнего романтизма ее никогда не прельщала. Из ней энергия бьет ключом и глаза блестят лишь тогда, когда грань между жизнь и смертью истончается до толщины легкой дымки... Доркас редко изучает семейные древа, да и вообще никогда не любила читать книг - ей всегда было приятнее осваивать практический навык в ущерб теоретическому. Потому, быть может, шляпа когда-то без раздумий отправила ее в Гриффиндор. Однако, молодая женщина знает, что приходится МакКинонам довольно близкой родней. Знает и то, что в июле 1981 всех их убили Пожиратели смерти и единственные, с кем у нее теперь был хоть какой-то смысл считать себя семьей, это Марлин и Пенелопа - троюродные кузины по линии бабушки. Окончание же войны и падение Волдеморта для Доркас - время кропотливой работы. Ей некогда расслабляться. Мир до сих пор шумит, и не всегда этот шум сопровождается звоном бокалов. Ничто так просто не заканчиваться и не остывает, тем более разгоряченная великой идеей молодая и чистая кровь.

Kingsley Shacklebolt | Кингсли Шеклболт
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/5/107817.gif
Michael Ealy
чистокровный; 25-28; аврор


ПОДРОБНОСТИ

В магическом мире цвет кожи не столь притязательная вещь, в то время как чистота крови - показатель значимый, и с  ним у Шеклболта-младшего, чей род в 1930-е годы был включен в список "Священных 28", все в порядке. Однако, вопреки большинству общественных шаблонов, - многие из которых со скрипом рухнули в период войны - Кингсли сноровисто носит магловскую одежду, а успокоительный, совершенно не двусмысленный, тон его низкого, неторопливого голоса - без каких-либо трудность располагает к нему даже самого тяжелого собеседника. Конечно, у Кингсли есть амбиции, без них в магическом мире и в стенах Министерства магии в первую очередь - далеко не уйти. Но и свое собственное мнение у него тоже есть, и мнение это во многом противоречит террористической политике Волдеморта. Потому, быть может, Кингсли становится информатором Ордена. Потому в стенах Министерства и в грош не ставит тех, кого за стенами его - в штабе Ордена - называет друзьями. Шеклболт-младший - талантливый актер, бывший на хорошем счету у верхушки правления магической Британии, и он же - отличный, старательный аврор, не дающий ставить под сомнение ни единое из своих решений. Да, он молод, таких, как он, не сажают во главе стола, позволяя управлять департаментом и строить там свои порядки. Но Кингсли и не стремится, пока что он полезен там, где он есть. Он слушает, наблюдает, делает выводы. И, в какой-то момент, быть может, сменить мантию пешки на цилиндр ладьи.

Sturgis Podmore | Стерджис Подмор
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/5/666791.gif
Bradley James
на откуп игрока; 23-25; колдомедик


ПОДРОБНОСТИ

У Стерджиса квадратный подбородок и густая шапка соломенный волос. Он умеет широко и приятно улыбаться, но не слишком многословен. Подмор тот, кого называют "человеком действия". Однако, вопреки прогнозам преподавателей и ожиданию родителей, Стерджис выбирает профилем всей своей жизни колдомедицину. Ему импонирует идея "лечить, а не колечить". И никакого страха в том, чтобы вот так внезапно кинуться на помощь к пострадавшему человеку, даже если над головной его летят молнии заклинаний, Подмор не испытывает. Потому его завербовали в Орден - сопротивлению были нужны люди подобного склада ума, со схожими стремлениями и такими же "золотыми" и ловкими руками, как у него. Те, у кого на первом месте желание спасти, и лишь затем - всеми доступными путями приблизить победу. Нет, конечно, победа важна - война затянулась и к ноябрю 1981 все от нее уже порядком устали. Но трагедия осенней ночи потрясла мир с той же силой, что и восхитила, а жизнь все продолжается - идет своим чередом. И в стенах Святого Мунго никогда не бывает скучно.

Aberforth Dumbledore | Аберфорт Дамблдор
https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/5/312182.gif
Sam Elliott
полукровен; ~98; владелец "Кабаньей головы"


ПОДРОБНОСТИ

Аберфорд - второй ребенок в семье Дамблдоров. Не самый уникальный, не самый талантливый, не самый бесстрашный. Он - обычный. Но, без сомнения - Аб достаточно дерзкий, чтобы без стыда и смущения, в лицо, сказать старшему брату все то, что он о нем думает. Потому, что с Альбусом они разные, как огонь и вода, и ладить в полной мере у них не получилось даже в юности. Вспоминая о юности, хочется сказать, что в прошлом Аберфорда много такого, о чем бы ему хотелось забыть, вот только не выходит. Война же очертила жизнь Аба в титановую раму - он не мог молча сидеть и смотреть, но и быть "подпевалой" Альбуса не стремился. Он помогал в той мере, в которой мог и хотел, кровопролитных сражений избегая, оборудовав свой паб в Хогсмиде в перевалочный пункт для тех, кому нужна помощь. Одним из таких стал Ремус Люпин и Аберфорд принял его под свою крышу, дав работу. После трагической ноябрьской ночи 1981 года - Аберфорд все там же, в "Кабаньей голове", начищает до блеска кружки и чего-то снова ожидает. Иногда, заглядывая в зеркало, Аб ловит себя на мысли, что за неполную сотню лет он, к сожалению, изрядно постарел.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Я не говорю, что мой вид на персонажей идеально-верный, но искомый хэдканон отлично ложится на игровой мир и послевоенный сюжет в целом. Хотя все обсуждаемо - я всегда открыт для диалога)

Персонажи не идеальные - идеальных людей не бывает, все уникальны в той или иной степени - пусть я и не прописывал их недостатки и темные стороны, оставляя это на откуп заинтересованного игрока. И я даже, признаться, не буду настаивать на внешностях, ибо совершенно не умею их подбирать, вот правда  https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/41/965847.png

Все, что я хочу, если заявка вас, конечно, заинтересовала - это желание играть и развивать занятую вами роль. Прошу вдохнуть в наборы букв жизнь и позволить этой жизни стать частью послевоенного сюжета. 1982 не столь динамичен, как года до него, но свое очарование есть и в нем. Надо лишь захотеть это видеть. А я всеми силами постараюсь помочь)

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

лс, гостевая


Пример поста

В прекрасные времени они жили. В чудесные! Ведь, если подумать, любое время – восхитительно. И даже не смотря на то, что что-то грозное и опасное наступало на пятки, жить все равно было забавно: удивляться чем-то необычно-простому, знакомиться с новым, втекать в странные толпы малознакомых людей, проникаясь их стилем жизни и культурой... пить пиво в шумном маггловском пабе – наконец-то! – насквозь пронизанном атмосферой и запахом простаков, их стилем жизни и тем, что делает их существеннее и быт веселей.

В магических заведениях схожего рода, в общем-то, тоже было интересно. Но там все силуэты были на одно лицо – в однотипных мантиях, в допотопных шляпах из местного магазинчика, под потолком парили свечи, на закуску подавали свиные пяточки или уши, а самая дерзкая выпивка редко переступала черту старый-доброго огненного виски Огдена. У маглов же, как показывала практика, ассортимент был пошире, как в еде, так и в алкоголе. Касаемо одежды – от пестроты и разнообразия нарядов, причесок и головных уборов – буквально рябило в глазах. К слову, благодаря этой ряби, чувство надвигающейся опасности, - а именно группа бритых ребят в клетчатых рубашках, бросающих на Блэка с Поттером не самые дружелюбные взгляды, - затерялось где-то на дне бокалов с пивом. Сразу после опрокидных в горло стопкой чего-то крепкого. Вторых по счету.

- Завали, Сохатый, - буркнул Блэк, оскаливаясь в полуулыбке, но продолжая все так же с увлечением грызть куриное крылышко. Чья бы корова мычала, вот правда? Просто, в отличие от Поттера, Сириус не стремился к долгосрочным отношениям. Он о них вообще не думал, предпочитая наслаждаться тем, что имеет сейчас. Единовременно. Будущее виделось слишком туманным, а по окончании Хогвартса и вовсе – пугало своей открытостью, своими возможными перспективами и свободой. И вроде бы Блэк стремился к самостоятельности, стремился скорее повзрослеть и стать уже кем-то большим, чем просто безумным мальчишкой с символом льва на груди, но... но всегда и везде влезало это чертово «но», и вновь Бродяга замирал на половине шага, хмурясь и не зная куда дальше пойти. – Да сделаю, сделаю, - перспектива Азкабана не грела от слова «совсем». Хотя, вряд ли его посадят за такую халтуру. Скорее вызовут на слушание, касаемо нарушения правил и использования магловских технологий. И, прочитав нотацию, выпишут толстенький штраф. Благо с деньгами, благодаря доброму дядюшке Альфарду, у парня проблем не имелось. – Я с полетными чарами только на днях закончил, надо было протестировать. На следующей неделе поэкспериментирую с маскирующими. Может быть усилю их чем-нибудь, надо подумать... – отхлебнул немного пива, гася вкус курицы слегка горьковатым солодом. – Но сейчас думать об этом не готов.

А затем Джим вытащил откуда-то свое волшебное помолвочное колечко. И цель их нынешнего вечера стала очевидной. Лучший друг нервничает, точно девчонка-первокурсница, и Сириуса это веселил. Вертя и крутя шершавую коробочку в пальцах, Бродяга закусывает губу, улыбаясь во все зубы и легкая искорка грусти, - ну вот, окончательно развалилась четверка лучших друзей, повзрослели, - мелькает где-то в глубине серых глаза, тут же профессионально замаскированная смехом.

Звон стопок с магловским виски, коробочка с кольцом перебирается от Блэка к Джиму, и Сириус, не зная, что еще добавить, замирает в неловкой задумчивости, выуживая из кармана пачку сигарет, зажима одну зубами и щелкает крышкой зажигалки, намереваясь уже вот-вот закурить.

- Курить на улице, - вовремя сообщает бармен, выставляя перед юношами очередные пинты пива. – Но сначала оплатите счет.

- Без проблем, - пожимает плечами, выкладывая на барную стойку несколько купюр. – Этого хватит? Но мы еще вернемся, – подхватив кружку с пенным, обратился к Поттеру. – Пошли постоим, подышим? Покурим? Я Эванс ничего не скажу, обещаю. А то эта местная ядреная смесь неплоха дала мне в голову, ха!

Сириус смеётся и шутит, как и всегда. Он, сколько помнил, всю жизнь прятал грусть за улыбкой. Это спасало. И вроде бы понимал, что свадьба друга, - забавная ерунда. Но что-то ныло внутри, так настырно и дико... дым сигареты при вдохе прочистил и горло, и ум. Отхлебнул шумно пива, рукавом утирая губы. – Я не прочь побыть шафером. Могу даже, из соображений азарта, дать на денек мотоцикл – привяжу к трубе жестяные банки, будете звонко бренчать. Но галстук-бабочку я не одену, учти, я в них хуже клоуна!

Передав Поттеру раскуренную сигарету и привалившись спиной к перекладине крыльца, практически рядом с урной, засмотрелся на небо. На удивление, не заслышав шаги за спиной.

0

11

КУЗЕН И НЕ НАСЛЕДНИК ФЛИНТОВ


ANEIRIN FLINT  |  АНЕЙРИН ФЛИНТ 
https://i.pinimg.com/originals/a5/bd/68/a5bd68175ddc1f165ae2269e30b4addb.gif
чистокровный, 31 год, оборотень, безработный, изобретатель, в поисках себя | Ben Hardy


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Семейство Флинтов живет в Уэльсе во Флинтшире, округ со статусом графства, большую часть их владений покрывают национальные парки и так называемые «Области выдающейся природной красоты», так что магглов там обитает мало и вряд ли они могли вызвать сильную неприязнь или ненависть. Так что скорее всего в числе пожирателей смерти их не было. (но это на ваше усмотрение)
Зарабатывают за счет инвестиций, вкладывают средства в выгодные (или не очень) предприятия и получают с них дивиденды. Последний и лучший их ход – стать главным акционером компании по изготовлению скоростных мётел серии «Нимбус», созданной в 1967 году Девлином Уайтхорном.
Являются так же спонсорами драконьего заповедника Уэльса, который занимается в основном разведением и содержанием валлийских зеленых драконов.

Состав семьи:
Мистер Флинт – отец, имя, возраст на ваше усмотрение. Его сестра – Медея Флинт – Медея Бёрк в замужестве.
Миссис Флинт – имя, возраст, девичья фамилия на ваше усмотрение, наличие родственников так же.
Хэдвин Флинт – 36 лет, сотрудник драконьего заповедника Уэльса, наследник семьи. 
Маркус Флинт – 8 лет, племянник, сын Хэдвина.
Анейрин Флинт – это вы.
Кузены: Освальд Бёрк, Маркус Бёрк, Франсин Бёрк (Гринграсс), Изабелл Бёрк (Трэверс)

Анейрин в своей семье и своей жизни чувствует себя птицей в клетке. Он понимает, что надо соблюдать правила, чтобы не лишиться своих привилегий, но в душе он этакий бунтарь. Одевается вызывающе, носит волосы, которые не помешало бы отстричь по настоянию матери, может у него даже серьга в ухе в виде клыка. Он и человек такой: непоседливый, быстрый, долго на одном месте не сидит. За словом в карман не лезет, а в драку влезть - вообще без проблем.
Учился в Слизерине, играл в квиддич на позиции охотника. Аттестат получил приличный, за неимением лучшего слова. После школы получил год на путешествия и самоопределение. Отправился в Европу, где в очередной стычке в баре нарвался на оборотня. Что было дальше догадались?
Да, его отметелили как следует и покусали, так что в Уэльс вернулся не совсем тот Анейрин, который уехал.
Вроде бы и свой парень, побеседовать, пошутить, выпить может и вообще прекрасно провести время, но если его задеть – вспыхивает точно спичка.
Свои звериные порывы сдерживает с помощью аконитового зелья (которое специально для него каждый месяц готовит тетушка Медея, которая искусный зельевар) и некоторых артефактов, которые специально для него создала Изабелл – когда уже научилась это делать, то есть не очень давно.
Анейрин то изобретает ускорители для метел, то подаётся в артефактологи, то собирается пойти в профессиональный спорт, то занимается колдографией, то пишет статейки для небольших изданий под псевдонимом, то решает стать музыкантом, то потом на месяц выпадает из жизни.
Звериная натура не даёт ему усидеть на месте, вот его и кидает из стороны в сторону.
Его оборотничество держится в строгой тайне, ведь иначе его выпрут из общества.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Будем дружить! Учились в школе практически в одно время и играли в квиддичной команде. Уверена, когда Анейрин планировал заняться артефактами Беллс его настойчиво отговаривала, чтоб не взорвался случайно. Помогает с артефактами и хранит его тайну.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

лс, гостевая.


Пример поста автора заявки

Брови Изабелл в нескрываемом удивлении ползут вверх. Вот это да, только что заговорила о целителе, и он уже здесь. Точнее она. Повезло. Вот только Беллс в везение не верит и осторожно заглядывает за спину посетительнице, сквозь оконные переплёты в сизовато-синюю дымку Лютного переулка, ожидая увидеть там парочку подозрительных фигур.
Как показала практика – врагов у неё немало. Бёрковских, мужниных, и сама Беллс наверняка дорогу кому-то перешла тоже. С них станется подослать агрессивную безделушку, а следом «спасителя».
Трэверс опускает взгляд на безвольно повисшую руку, на багровые разводы на белой коже, на мелкие струйки и капли крови, стекавшие на пол с неподвижных пальцев, с кончиков аккуратных ногтей. Медленнее чем вначале, как будто кровь загустела и покидает сосуды неохотно. Но и переставать пока тоже не собирается.
- Вы работаете в Мунго? – Интересуется Изабелл, переводя взгляд на необычайно привлекательное лицо собеседницы. С таким нужно рекламировать расчудесные зелья, сохраняющие молодость кожи на долгие годы или модные новинки от мадам Малкин и других законодателей магической моды.
Ей делается неловко за свой вопрос. На лбу у Изабелл мысли не написаны, но волшебнице по ту сторону прилавка наверняка уже кто-то задавал подобный вопрос. Кто-нибудь из капризных пациентов, кому подавай воон того усатого целителя средних лет, он похож на человека, знающего толк в медицине, а не эту миловидную практикантку. Практикантка же, да?! Или вообще медсестра?!
Изабелл мысленно извиняется за свою предвзятость. По-другому на вещи начинаешь смотреть, когда собственная безопасность и здоровье стоят на кону. Но она не из этих капризных, все знающих лучше, пациентов. Она из тех, кто вообще ничего не смыслит в целительстве и травмах, если их нельзя залечить настойкой бадьяна. Да и выбор у неё не то, чтобы был.
Беллс заглядывает за плечо посетительницы ещё раз, отмечая появление мелких мушек перед глазами. Определенно это не пыль, Освальд и его сотрудники следят за чистотой в магазине не хуже, чем целители в операционной.
Бездумным жестом, для успокоения, проворачивает на пальце здоровой руки обручальное кольцо, не думал же Трэверс, что она не догадается какие именно чары в него встроены?
- Мне кажется последствия уже наступили, мисс… - Изабелл прислоняется боком к стойке, очень ей хочется присесть, или, ещё лучше, прилечь. – У меня звенит в голове, и я не чувствую пальцев. – Она приподнимает руку, точно затянутую в бордовую перчатку, показывая целительнице область действия. – Вы только не подумайте, на меня никто не нападал, и с острыми предметами я обычно нормально управляюсь, просто попался очень несговорчивый артефакт. – Она поводит плечами, представляя себе урон, если бы эта штука впилась ей в лицо, как и намеревалась изначально. Кожу, мышцы, сосуды и нервы можно вернуть в изначальное состояние при помощи целительских чар и зелий, а вот с глазами не все так просто. Иначе отчего так много волшебников, в том числе выдающихся, носят очки или используют волшебные артефакты вместо утерянных органов зрения?

Отредактировано yellowmail (2022-05-04 20:34:55)

0

12

Аферист


  Имя, чистота крови, возраст на ваш выбор


Саунд

На ловца и зверь бежит
https://i.imgur.com/NH5Y2Ga.gif

Adam Driver
Задумка в стиле «поймай меня, если сможешь» с романтическим уклоном.
Он - преступник, аферист и жулик, желательно не ПС, но если и ПС, то переживем. Этакий баловень судьбы, которому всё даётся с лёгкостью, а раз так, то зачем напрягаться и зарабатывать, когда можно просто украсть? Зачем учиться, если можно «напечатать диплом», а где диплом, там и банковский чек.
Хизер – аврор, которой в своё время прочили скучные экономические преступления в качестве потолка для карьеры. Вот неплохо бы эти дела разнообразить и повеселиться, погоняться за призраком и влюбиться там по ходу дела.

0

13

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ЧУЕТ, ОТКУДА ДУЕТ ВЕТЕР


Edward McDuff  |  Эдвард МакДафф
Обычным оружием убивают только однажды, а словом убивают снова и снова
- Терри Пратчетт "Правда"

https://i.imgur.com/pcflYAJ.gif
полукровный, 42-50, специалист по журналистским расследованиям в газете "Люмос" | John Simm


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

«В кого ты превратился Эдвард?»

Макдафф усмехается сквозь сигаретный дым, трёт заросший щетиной подбородок и путает кофейную чашку с пепельницей. Голос бывшей жены звучит в его голове, точно проделки совести, страдающей от бессонницы. Вопреки распространенному мнению совесть у него есть и очень даже зубастая, просто к ней прилагаются недурные мозги. И они подсказывают — бывают моменты, когда совести не помешает поводок и крепкий намордник.

— Точно не в то, на что ты рассчитывала, Клэр, когда бросила меня.

Она ведь думала, что это паранойя, бред уязвленного самолюбия, когда он утверждал, что Ноби Лича подставили, чтобы сместить с должности Министра Магии. Что если Эдвард не одумается, то угодит или в Азкабан, или в палату для  душевнобольных в Мунго. Она пророчила ему это с такой горячей запальчивостью, что он всерьез стал полагать, что именно на это она и рассчитывает.

Но Эдвард Макдафф, творец «величайшего чуда и величайшей катастрофы магического мира», бывший глава избирательного штаба первого маглорожденного Министра Магии Ноби Лича, не был сумасшедшим. Он тонко чуял, откуда дует ветер. Он мог распознать игру на фактах, поскольку сам ее придумал. Он точно знал, кому лучший его друг поперек горла, кого тошнит от тех слов, что Эдвард вкладывает в речи Лича. И он методично вычислил причастность их всех к заговору, созревшему и исполненному в стенах Министерства. Начиная с Абраксаса Малфоя.

Опасно иметь столь влиятельных врагов, когда влиятельные друзья намерено отворачиваются от тебя. Разгромные статьи Макдаффа по итогам его расследования так и не увидели свет. Тогда он зарылся ещё глубже в постыдные тайны, тщательно оберегаемые чистокровной аристократией, и написал целую книгу, зная, что ни одно издательство не согласится ее напечатать. Он издал ее сам, мизерным тиражом, почти полностью впоследствии изъятым и уничтоженным. Как и его прежняя жизнь.

Почти.

Эту книгу ещё можно отыскать среди тех, кто множил ее копии. Так одна из  них попала в руки главного цензора Спенсера-Муна — и ему Эдвард Макдафф обязан той жизнью, что ведёт теперь.

— Устойчивость всех процессов в магической Британии состоит в том, что она опирается на мощную корневую систему многовековой аристократии,— Спенс неторопливо помешивает чай в своей чашке. Эдвард душит в себе несогласие с его словами и продолжает слушать,— Свалить этот лес представляется задачей невыполнимой. Сжечь его значит пожертвовать очень многими жизнями тех, кто обитает в его тени. Однако нельзя расписываться в бессилии. Нужно выйти из тени. Нужно растить новый лес так, чтобы он был на виду, по возможности стараясь не допускать прежних ошибок. Или оставлять возможность другим указывать, где эти ошибки совершены, чтобы их исправить. Мы, разумеется, не можем в одиночку высадить этот лес. Но мы можем осветить место, откуда он начнется.

«В кого ты превратился, Эдвард?»

Макдафф держит в бумажнике колдографию из своей прошлой жизни. Жена и дети весело смеются и машут ему руками. Он — автор этого кадра. Пророческий снимок, на котором его нет. Дюжину лет нет рядом с детьми, с которыми Клэр запрещает ему видеться.

Он смотрит в ее смеющиеся глаза и отвечает на вопрос, который она не задавала:

В журналиста, Клэр, вот, в кого я превратился. В того, чья совесть спит, когда он проникает на «частную территорию», когда покупает информацию, когда хитростью и уловками добывает необходимые сведения. В актера, меняющего личины по необходимости. В ищейку, упорно идущую по следу. Совесть закрывает глаза на методы, но именно она указывает мне цель.

«Люмос» заменяет ему семью.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Про "Люмос"

Фактурный, побитый, но не сломленный жизнью Эд МакДафф, человек с необычайно проницательным умом и твёрдыми принципами, непременно должен найти своего игрока! Концепт обсуждаем, я всегда открыт предложениям и поправкам. От себя обещаю интерес к игре, нечастую, но стабильную отпись, помощь в генерации безумных идей, полное отсутствие придирок, претензий и какой бы то ни было ревности. У нас очень тёплая атмосфера, вы обязательно вольётесь.

Для вдохновения сеттингом "Люмоса" рекомендуется к прочтению: Терри Пратчетт - "Правда"; к просмотру - сериал "Большая игра" (State of Play), 2003 года. Если не читали и не видели - не страшно, если читали и/или видели - ну вы всё уже поняли)))

Вскорости (о, я надеюсь, что вскорости!) здесь появятся заявки на остальных членов команды "Люмоса", у меня уже вся компания живёт в голове. Если вам вдруг интересно попробовать какой-то иной образ в этом же сеттинге - милости просим в гостевую.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостевую, дам тележку).


Пример поста автора (МакДафф тут тоже есть!)

Зажигая на кончике палочки "люмос" в кромешной тьме, нельзя быть уверенным на сто процентов в том, что явит глазам свет, до чего дотянется, что сумеет выхватить из жадных зубов сумрака. В "Люмосе" привыкли готовиться ко всему и, надо заметить, всякого навидались. Но подобного случая припомнить не могли.
Ну, может быть, Спенс мог. На его лице не отразилось ни грамма удивления, впрочем, умеет ли мистер Спенсер-Мун, главный редактор "Люмоса", вообще удивляться, был для его редакции тот ещё вопросец, а они знали толк в вопросах.
Баллинджер, опоздавший на утреннюю летучку из-за того, что его шарф, по обыкновению преследуя его по улице, запутался в ветвях куста, и его пришлось выпутывать под хохот воробьёв, неслышно прошёл в кабинет и, оценив выражения лиц коллег, пристроился на жёсткий стул поближе к Летише. В её руке оставался листок, явно явившийся в это утро центром всеобщего внимания. На него никто не смотрел. Но все о нем думали.
- Ну что ж, - вздохнул Рей с видом святого великомученика, готового великомучиться на благо ближних, - Придётся вспоминать, чем отличается Шираз от Мерло...
- Не дури, Барти, - отмахнулся от него Макдафф, качая головой, - Селвин - не прекрасная дама, не обманывайся тонкой выделкой его шерстяных мантий. Он откусит тебе голову.
Рей ничем не выдал, что был задет, но оказался все-таки выдан - лёгким румянцем, подсветившим скулы. К прискорбию, среди присутствующих не было прекрасных дам, способных это оценить.
Селвин? - Баллинджер перевёл вопросительный взгляд на Летишу, и та протянула ему свой листок.
- Кто видел вблизи его мантии, - проворчал Рей, явно находящийся в поиске того, кому тоже следовало зардеться, не оставив его в одиночестве, - Нотт? Вы родственники вроде?
Баллинджер поморщился, поднимая глаза от листка, увлекательно повествующего о том, что мистер Торнтон Теодор Селвин изъявил желание дать интервью газете "Люмос".
Джастин никак не прокомментировал "Нотта", оставив Барти право немного повредничать с утра.
- Кристал? - честно говоря, в это утро Джастин не находил в себе устремлений поближе рассмотреть мантию Селвина.
Хотя думал об этом прежде и не единожды. И даже беседовал с ним на свадьбе его сестры, так что имел честь оценить мастерство ведения беседы, которое тот демонстрировал всем желающим.
- Ни за что, - отозвалась Кристал сухо, - Я уже говорила с этим парнем, когда случился тот алкогольный скандал c участием стирателей памяти, помните? Он шовинист, каких поискать. Мне он не скажет ничего.
- Что ж, - прозвучал наконец голос Спенсера, который все это время внимательно наблюдал за подчинёнными, - Я думаю, что мы пришли к очевидному выводу.
Джастин поймал взгляд главреда и серьёзно кивнул, поднимаясь со стула. Летиша сделала ему знак, что готова пересказать ту часть летучки, что он пропустил. Люмосовцы расходились по местам.
- Загляни ко мне после обеда, Баллинджер, - Макдафф, выходя, тронул Джастина за рукав, - Расскажу, что удалось нарыть на Селвина.
- Не жалей его, Джастин, - тихо, как будто между прочим заметил Спенсер-Мун, не поднимая глаз, когда Баллинджер последним покидал его кабинет, - Правда это хирург, которому часто приходится работать без обезболивания.


Старинный дом в Челси, зачарованный маглоотталкивающими чарами, явил себя Баллинджеру как будто нехотя, с аристократичной ленцой проявляя стройные вытянутые линии. Квартира Селвина ютилась под самой крышей. Почтовый ящик с её номером пустовал - Джастин, конечно же, не преминул туда заглянуть, - но был зачарован и вполне мог содержать скрытую корреспонденцию. Снимать чары Джастин не рискнул, не стремясь портить атмосферу беседы заранее - он и так прикидывал свои шансы на искренность Селвина в пропорции один к двадцати, несмотря на то, что тот сам предложил взять у него интервью. В самом деле, в случаях, когда Селвин говорить вообще не хотел, шансы снижались до одного к паре сотен.
Чисто выметенная лестница с коваными перилами вела в паучью обитель властителя алкогольного рынка, круто разворачиваясь совсем крошечными площадками в концах пролётов. Джастин, поднимаясь, с любопытством разглядывал двери, таблички на которых в большинстве случаев хранили девственную гладкость полированной меди.
О, - заявил Селвин, смерив Баллинджера взглядом.
В своё "о" он сумел вложить продолжительную речь о современной магической моде и элементарных правилах хорошего тона, обязывающих уважающего себя репортёра наносить визиты исключительно в визитках, не забывая выгладить сорочку, и непременно использовать серебряную булавку для галстука.
Джастин забыл, есть ли у него галстук вообще - возможно, был утерян в суматохе очередного скоропостижного переезда, - но Селвин мог бы помнить, что когда-то галстук был. На свадьбу своего старого и не очень доброго дядюшки Джастиниус, помнится, явился при галстуке, и на нём даже красовалась булавка. Там он её, впрочем, и потерял.
Сам Торнтон, разумеется, выглядел безукоризненно, в соответствии с ситуацией, временем суток, погодой и социальным статусом. Тем, которым располагал до своего путешествия в Азкабан, конечно.
Квартира несколько нивелировала общий уровень зубысводящего аристократизма - она куда больше напоминала жилища, в которых обретался обычно сам Джастин, чем особняк его отца - и отца Селвина. Тесное, сумрачное помещение, минимум мебели, потёртые обои, старый паркет. Торнтон явно не жил здесь - даже кровати в единственной комнате гость не увидел, впрочем, в кровать можно было трансфигурировать тот же шкаф.
Джастин вежливо улыбнулся Селвину, рассудив безмолвно, что господину бывшему руководителю подразделения регулирования алкогольного рынка, легилименту, шантажисту и вымогателю и - не доказано! - по совместительству также пожирателю смерти будет приятно расположиться на пару ступенек выше, нежели посетивший его репортёр. Хоть происхождения они оказались равного, Баллинджер не прочь побыть здесь человеком в мятой рубашке с шерстью низла(возможно) на пиджаке.
Всё равно вопросы здесь задавать будет именно он.
Поблагодарив хозяина за оказанную ему лично и "Люмосу" в частности честь, Джастин устроился в одном из кресел, приготовил блокнот и коротко, решительно выдохнул, поднимая глаза на своего визави.
Он полагал, что знает, для чего Селвину понадобилось это интервью, хоть не понимал до конца, по какой причине легилимент остановился именно на "Люмосе", тогда как мог бы избрать любое издание, в том числе вольготно расположиться в вотчине мистера Нотта, чью тень за спинкой своего кресла Джастин ощущал в это мгновение так отчётливо.
- Итак, мистер Селвин, поскольку вы сами были инициатором сегодняшней беседы, я считаю необходимым предоставить вам вступительное слово, которое непременно будет донесено до наших читателей. Вы долгое время отказывали в интервью, в том числе и нашему изданию. Раз вы сменили свою позицию, стало быть, теперь вам точно есть, что сказать?

0

14

САМАЯ ОБАЯТЕЛЬНАЯ УЛЫБКА ЖУРНАЛИСТСКОГО ПОДПОЛЬЯ


Bartholomew Ray  |  Бартоломью Рей
— Ты уверен, что все это правда?
— Я уверен, что все это журналистика.

- Терри Пратчетт "Правда"

https://i.imgur.com/RSgMWR8.gif
маглорождённый, 24-32, корреспондент в газете "Люмос" | James McAvoy смена внешности


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Семью Рэй не сбросишь со счетов, хотя порой очень хочется. Она незримо стоит у руля всего сущего, деликатно держит ладонь на плече даже больших политиков, вынужденных помнить, какой вес или невесомость могут придать их словам и какой образ нарисовать для обывателей. Нет, семья Рэй не криминальные авторитеты, видите, они не приставляют к затылку жертвы пистолет c взведённым курком. Всего лишь кладут ладонь на плечо с ощущением бульдожьей хватки и ласково напоминают о тв-рейтингах. О популярности, которую так легко получить и потерять. Всего лишь пара распоряжений сверху, господин сенатор. Всего лишь маленький ролик в прайм-тайм.

Тем более досадно, что в волшебном мире никто знать о них не знает. У волшебников есть "Пророк" и колдорадио, но нет ни одного телевизора! Какое возмутительное  варварство.

Барту досадно, когда в ответ на его представление собеседники крутят аристократическими носами:

- Рэй? Никогда о таких не слышал. Ты что, из этих?

Носы хочется поправить, но Бартоломью прекрасно держит себя в руках. Вместо кулаков он использует змеиный яд - его источают слова, произнесенные с самой радушной и обаятельной из его улыбок. Эта игра будет вечной, касается ли она волшебников или маглов. Сын крупнейшего тв-магната Британии, по стечению обстоятельств оказавшийся волшебником, тоже, представьте себе, прекрасно знает ее правила. Более того - ещё и побеждает. Его научили побеждать.

Бартоломью пускает в ход свое обаяние, прекрасные манеры и семейную хватку. Он быстро соображает, что в этом "другом" мире к чему. Магия для него не сказка, ставшая реальностью, а классный рабочий инструмент, один в ряду многих. Он приглядывается, принюхивается к новому окружению, пробует на зуб, на прогиб и на возможности. Не пасует перед сильными мира сего - потому что там, в другом мире, он из тех же сильных, по праву рождения.

И его мало волнует, что кто-то не хочет с этим считаться. Более того, это Барта забавляет. И вызывает желание сделать так, чтобы считаться все же пришлось. Сквозь скрежет стиснутых челюстей.

Потому он не возвращается после школы в магловский мир: тому достаточно всех остальных Рэев, тогда как волшебному их, по скромному мнению Бартоломью, критически не хватает. Потому сперва колдорадио, потом редакции газет помельче, потом и работа внештатным журналистом "Пророка". Чтобы убедиться: правила игры неизменны, какого бы мира они ни касались. А значит нет ничего невозможного. Семья Рэй не сразу стала теми, кто придерживает вожжи, управляющие магловской Британией, так что почему бы Барту тоже не начать "с нуля".

"Люмос" - прекрасная отправная точка, - думается Бартоломью. Да, несколько скандально и опасно чертовски, зато на самом острие. Зато с газетой хотят говорить те, кто не доверяет "Пророку". Барт полностью поддерживает это стремление, когда берет интервью у очередного волшебника, пожелавшего озвучить правду, какой бы неприглядной она ни была. Конечно, все правительственные издания - продажные и работают по указке сверху, вы совершенно правы, госпожа, - Рэя любят женщины всех возрастов, чем он не гнушается пользоваться, исключительно в интересах дела, - Но мы в "Люмосе" всегда позволим вам сказать все, что вы считаете нужным. Вы будете услышаны. Вас хотят слышать. Я хочу вас слышать.

Смотрите, я совершенно обезоруживающе с вами честен. Вы можете вверить мне свою правду. Не сомневайтесь.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Про "Люмос"

Доска про "Люмос" на Pinterest

Концепт Барти кажется мне вкусным и обладающим отличным потенциалом для развития, построения связей и всяческих ролевых ништяков. Но всё обсуждаемо! Готов обговорить с вами любые поправки и найти компромисс. От себя обещаю интерес к игре, нечастую, но стабильную отпись, помощь в генерации безумных идей, полное отсутствие придирок, претензий и какой бы то ни было ревности. Приходите, играйте, творите. Форум весёлый, дружный, с прекрасной атмосферой.

Для вдохновения сеттингом "Люмоса" рекомендуется к прочтению: Терри Пратчетт - "Правда"; к просмотру - сериал "Большая игра" (State of Play), 2003 года. Если не читали и не видели - не страшно, если читали и/или видели - ну вы всё уже поняли)))

Вскорости (о, я надеюсь, что вскорости!) здесь появятся заявки на остальных членов команды "Люмоса", у меня уже вся компания живёт в голове. Если вам вдруг интересно попробовать какой-то иной образ в этом же сеттинге - милости просим в гостевую.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостевую, дам тележку).


Пример поста автора (здесь есть Барти!)

Зажигая на кончике палочки "люмос" в кромешной тьме, нельзя быть уверенным на сто процентов в том, что явит глазам свет, до чего дотянется, что сумеет выхватить из жадных зубов сумрака. В "Люмосе" привыкли готовиться ко всему и, надо заметить, всякого навидались. Но подобного случая припомнить не могли.
Ну, может быть, Спенс мог. На его лице не отразилось ни грамма удивления, впрочем, умеет ли мистер Спенсер-Мун, главный редактор "Люмоса", вообще удивляться, был для его редакции тот ещё вопросец, а они знали толк в вопросах.
Баллинджер, опоздавший на утреннюю летучку из-за того, что его шарф, по обыкновению преследуя его по улице, запутался в ветвях куста, и его пришлось выпутывать под хохот воробьёв, неслышно прошёл в кабинет и, оценив выражения лиц коллег, пристроился на жёсткий стул поближе к Летише. В её руке оставался листок, явно явившийся в это утро центром всеобщего внимания. На него никто не смотрел. Но все о нем думали.
- Ну что ж, - вздохнул Рей с видом святого великомученика, готового великомучиться на благо ближних, - Придётся вспоминать, чем отличается Шираз от Мерло...
- Не дури, Барти, - отмахнулся от него Макдафф, качая головой, - Селвин - не прекрасная дама, не обманывайся тонкой выделкой его шерстяных мантий. Он откусит тебе голову.
Рей ничем не выдал, что был задет, но оказался все-таки выдан - лёгким румянцем, подсветившим скулы. К прискорбию, среди присутствующих не было прекрасных дам, способных это оценить.
Селвин? - Баллинджер перевёл вопросительный взгляд на Летишу, и та протянула ему свой листок.
- Кто видел вблизи его мантии, - проворчал Рей, явно находящийся в поиске того, кому тоже следовало зардеться, не оставив его в одиночестве, - Нотт? Вы родственники вроде?
Баллинджер поморщился, поднимая глаза от листка, увлекательно повествующего о том, что мистер Торнтон Теодор Селвин изъявил желание дать интервью газете "Люмос".
Джастин никак не прокомментировал "Нотта", оставив Барти право немного повредничать с утра.
- Кристал? - честно говоря, в это утро Джастин не находил в себе устремлений поближе рассмотреть мантию Селвина.
Хотя думал об этом прежде и не единожды. И даже беседовал с ним на свадьбе его сестры, так что имел честь оценить мастерство ведения беседы, которое тот демонстрировал всем желающим.
- Ни за что, - отозвалась Кристал сухо, - Я уже говорила с этим парнем, когда случился тот алкогольный скандал c участием стирателей памяти, помните? Он шовинист, каких поискать. Мне он не скажет ничего.
- Что ж, - прозвучал наконец голос Спенсера, который все это время внимательно наблюдал за подчинёнными, - Я думаю, что мы пришли к очевидному выводу.
Джастин поймал взгляд главреда и серьёзно кивнул, поднимаясь со стула. Летиша сделала ему знак, что готова пересказать ту часть летучки, что он пропустил. Люмосовцы расходились по местам.
- Загляни ко мне после обеда, Баллинджер, - Макдафф, выходя, тронул Джастина за рукав, - Расскажу, что удалось нарыть на Селвина.
- Не жалей его, Джастин, - тихо, как будто между прочим заметил Спенсер-Мун, не поднимая глаз, когда Баллинджер последним покидал его кабинет, - Правда это хирург, которому часто приходится работать без обезболивания.


Старинный дом в Челси, зачарованный маглоотталкивающими чарами, явил себя Баллинджеру как будто нехотя, с аристократичной ленцой проявляя стройные вытянутые линии. Квартира Селвина ютилась под самой крышей. Почтовый ящик с её номером пустовал - Джастин, конечно же, не преминул туда заглянуть, - но был зачарован и вполне мог содержать скрытую корреспонденцию. Снимать чары Джастин не рискнул, не стремясь портить атмосферу беседы заранее - он и так прикидывал свои шансы на искренность Селвина в пропорции один к двадцати, несмотря на то, что тот сам предложил взять у него интервью. В самом деле, в случаях, когда Селвин говорить вообще не хотел, шансы снижались до одного к паре сотен.
Чисто выметенная лестница с коваными перилами вела в паучью обитель властителя алкогольного рынка, круто разворачиваясь совсем крошечными площадками в концах пролётов. Джастин, поднимаясь, с любопытством разглядывал двери, таблички на которых в большинстве случаев хранили девственную гладкость полированной меди.
О, - заявил Селвин, смерив Баллинджера взглядом.
В своё "о" он сумел вложить продолжительную речь о современной магической моде и элементарных правилах хорошего тона, обязывающих уважающего себя репортёра наносить визиты исключительно в визитках, не забывая выгладить сорочку, и непременно использовать серебряную булавку для галстука.
Джастин забыл, есть ли у него галстук вообще - возможно, был утерян в суматохе очередного скоропостижного переезда, - но Селвин мог бы помнить, что когда-то галстук был. На свадьбу своего старого и не очень доброго дядюшки Джастиниус, помнится, явился при галстуке, и на нём даже красовалась булавка. Там он её, впрочем, и потерял.
Сам Торнтон, разумеется, выглядел безукоризненно, в соответствии с ситуацией, временем суток, погодой и социальным статусом. Тем, которым располагал до своего путешествия в Азкабан, конечно.
Квартира несколько нивелировала общий уровень зубысводящего аристократизма - она куда больше напоминала жилища, в которых обретался обычно сам Джастин, чем особняк его отца - и отца Селвина. Тесное, сумрачное помещение, минимум мебели, потёртые обои, старый паркет. Торнтон явно не жил здесь - даже кровати в единственной комнате гость не увидел, впрочем, в кровать можно было трансфигурировать тот же шкаф.
Джастин вежливо улыбнулся Селвину, рассудив безмолвно, что господину бывшему руководителю подразделения регулирования алкогольного рынка, легилименту, шантажисту и вымогателю и - не доказано! - по совместительству также пожирателю смерти будет приятно расположиться на пару ступенек выше, нежели посетивший его репортёр. Хоть происхождения они оказались равного, Баллинджер не прочь побыть здесь человеком в мятой рубашке с шерстью низла(возможно) на пиджаке.
Всё равно вопросы здесь задавать будет именно он.
Поблагодарив хозяина за оказанную ему лично и "Люмосу" в частности честь, Джастин устроился в одном из кресел, приготовил блокнот и коротко, решительно выдохнул, поднимая глаза на своего визави.
Он полагал, что знает, для чего Селвину понадобилось это интервью, хоть не понимал до конца, по какой причине легилимент остановился именно на "Люмосе", тогда как мог бы избрать любое издание, в том числе вольготно расположиться в вотчине мистера Нотта, чью тень за спинкой своего кресла Джастин ощущал в это мгновение так отчётливо.
- Итак, мистер Селвин, поскольку вы сами были инициатором сегодняшней беседы, я считаю необходимым предоставить вам вступительное слово, которое непременно будет донесено до наших читателей. Вы долгое время отказывали в интервью, в том числе и нашему изданию. Раз вы сменили свою позицию, стало быть, теперь вам точно есть, что сказать?

Отредактировано yellowmail (2023-07-13 13:00:48)

0

15

ЖДУ ХОРОШЕГО ПАРНЯ


Cameron MacFusty  |  Камерон МакФасти
Говорят, что в каждом законченном цинике живет несостоявшийся романтик.
https://i.pinimg.com/originals/67/29/0c/67290c21a0134f30eeb608d4cb6de576.gif
чистокровный, 36 лет, драконолог в фамильном заповеднике |sam heughan


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Мы познакомились с тобой в Хогвартс-Экспресс в наш первый день. Ты, я и мой большой чемодан со сломанной застежкой. В общем, было бы романтично, не будь на по одиннадцать лет. Еще и Шляпа, стерва старая, развела нас по факультетам, сочтя меня умной, а тебя... ну ты сам знаешь, кем. Правда, нашей дружбе это не особо помешало, мне было с тобой легче, чем с девчонками, да вообще с тобой всегда было легко и просто. Ты ловил мою руку в попытке затеять драку с заносчивыми мальчишками, ты помогал мне там, где у меня были сложности. В дуэльном клубе я была твоей мотивацией стать лучше, чтобы меня переплюнуть, но наши соревнования никогда не переходили в нечто ужасное и неправильное. Ты показал мне драконов, не раз приглашая на Гебриды, и мы оба знали, что наша дружба не закончится даже тогда, когда закончится школа.
[indent]Наверное, я думала, что тебя быстро женят, но именно я сообщила первой, что выхожу замуж и попросила меня поддержать, быть моей подружкой невесты, моим посаженным отцом. Гиббон тебе не нравился, но я не обращала внимания на это, и неожиданно для меня, ты фактически отстранился от всего происходящего. Почему? Не расскажешь даже годы спустя? Или, может, выпьем бутылку огневиски на двоих и ты мне все-таки объяснишь?
[indent]Ты уезжал из Британии, спасал драконов, привозил их в заповедник, обзаводился новыми знакомыми. Я писала письма. Не поверишь, Кэм, ты единственный, кому я писала письма, я ненавижу их писать, но тебе писала. Постепенно мы восстановили эти отношения, твоих подружек я знала поименно, и меня они почти не бесили.
[indent]Именно я завербовала тебя в Орден. Хотя фу, какое слово - завербовала. Я тебе предложила стать частью чего-то большего. А ты согласился, как-то быстро и легко, словно тебе не хватало остроты в своей жизни. Поразительно, драконологу не хватало остроты. Теперь мы были на одной стороне, ты решил, что обязан обо мне заботиться, хотя я этого не просила. Мы нашли повод для ссоры из-за Гиббона - снова, но когда погибли мои родители, ты был рядом, за что огромное тебе спасибо. Ты не даешь мне совершить ошибку, которая может стать фатальной. А еще ты назначил себя тем, кто отберет у меня палочку, когда я доберусь до убийц моих родителей и младшего брата.
[indent]Не уверена, что у тебя получится, но посмотрим.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Странная такая дружба от которой бывают дети, но на самом деле это не про нас с элементами броманса. На самом деле МакФасти единственный нормальный мужчина в жизни Амелии, чьи отношения вообще не очень-то разборчивые. Камерон не считает, что Амелия не умеет любить, но знает, что она видит мир в ином свете, и ей нужна помощь связи с социумом, ну вот такая она. В меню у нас флеши, орденские приключения, странное настоящее, спасение драконов, а еще бонусом приложится история с одним любопытным драконьим артефактом и его владелицей. Вам понравится.
[indent]Внешность хотелось бы эту, очень хочется больше рыжих и таких красивых.
[indent]А еще есть заявка на сестру.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

начнем с гостевой, а там в тг


Пример поста

В последние дни что-то странное происходило, будто память решетом становилась. Амелия приходила домой, падала спать, поутру не помнила ничего толком, но вдумываться в это она не хотела. Какие-то детали ускользали плавно, постепенно, мягко лавируя между осколками более серьезных воспоминаний. В голове звоном проходило предупреждение об опасности, но чем дальше, тем реже на него Боунс внимания обращала, будто не что-то серьезное. Ну мало ли, сил было не много, времени еще меньше, от рабочей загруженности можно было собственное имя забыть. От внерабочей — имя брата.
Амелия трет висок. Чай стынет настолько, что лимон вянет в напитке. Боунс вздыхает, с некоторым удивлением смотрит на строчки на пергаменте. И в упор не может вспомнить, чтобы писала их, как и не может вспомнить, что к этому привело. Раздраженно стучит ногтями по столешнице, оглядывая беспорядок на столе. Все как обычно, и ничего нового, кроме записки, ну да ладно. Наверное, пора что-то пить от памяти. Молодая еще, конечно, для этого, мать будет искренне возмущена нездоровыми нитями настроений. Но в целом и это можно перетерпеть.
— Боунс, ты долго будешь смотреть в пустоту?
Писгуд склоняет голову к плечу, рассматривая Амелию. Амелия пальцами пробегает по недавно обрезанным до каре волосам, задумчиво изучает лица своей группы. Точно. Им нужно разобраться с текущими делами, им нужно спланировать следственные мероприятия, а в голове какая-то совсем уж неприличная пустота.
— Значит так...
Взгляды в сторону Амелии беспокойные, беспокойнее остальных взгляд Эммилин. Боунс не привыкла неловкость ощущать, но сейчас ручку в руках вертится, на месте не стоит, нужно записать план действий, нужно разобраться с делами.
— Сэвидж, давай ты проверишь хозяина той лавки в Лютном, контрабанда явно через него пошла, но он отмалчивается. Попробуй схитрить, ну или не знаю, империо запрещаю применять... что?
Несколько пар глаз в немом удивлении впиваются в Боунс. Это что, реакция на шутку? Амелия славилась неподкупностью и умением следовать всем догмам закона, четко выполняя установленные правила, чтобы дела были проведены с точностью, без изъянов и возможности обойти конечное решение.
— Мадам старший аврор, я, конечно, все понимаю, и характер у меня дерьмовый, и сложности я тебе доставляю, но я еще вчера выполнил это твое распоряжение, и протокол в деле, ты его даже читала. Не помнишь, что ли?
Перо в пальцах Амелии замирает. Как и она сама. Ведьма сглатывает. Это уже нехорошо. Она не помнит ничего подобного, ни то, что отдавала уже это распоряжение, ни факт его выполнения Сэвиджем, и уже напрашивается новый вопрос: что еще Амелия успела забыть? Она трет висок. Последнее, что ей нужно, лишиться своего статуса железной ведьмы без слабостей, но, похоже, реноме начинает трещать по швам. Штопать дырки Амелия никогда не умела, из-за чего отчаянно сокрушалась ее мать.
— Ладно, — Амелия поднимается из-за стола, — все знают, кто что должен делать, дерзайте.
Она выходит из кабинета в коридор, делает несколько шагов, присаживается в полутемную нишу, в которой не сразу рассмотришь сидящего. И запускает пальцы в волосы. Взгляд скользит по полу, изучая его причудливые узоры и модные туфли, прикупленные вчера на распродаже со скидкой в пятьдесят процентов не потому, что денег нет, а потому, что скидка это всегда выгодно. Но с головой уже, похоже, беда. Совсем беда. Вот только как найти время на лечение, когда его катастрофически нет. Туфли и те куплены по пути от Министерства до дома, и через пару дней они займут место на полке, уступив ножки Амелии объятиям старых стоптанных тапок, в которых удобно бегать за преступниками.
Только какой в этом толк, если она скоро не вспомнит ни одного заклинания?
Пока помнит. Амелия в голове прокручивает одно за другим отработанные годам заклинания, ладно, нормально, помнит — уже хорошо. Может, и правда таблеточки, зелья, и все будет хорошо? Ну забыла, ну с кем не бывает?

0

16

БЛИЗНЕЦЫ КРОСС


Jane Cross  |  Джейн Кросс
So you can throw me to the wolves
Tomorrow I will come back
Leader of the whole pack
Beat me black and blue
Every wound will shape me
Every scar will build my throne
https://i.imgur.com/QLf1Yb8.gif https://i.imgur.com/lTenJxk.gif
полукровна, 27, частный детектив |Krysten Ritter


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Ты цинична, груба, и прямолинейна. В добро не веришь, во зло - тоже. Магический мир разочаровал тебя, как и все человечество.

Ты родилась в доме, где совершенно всем на всех было наплевать. Одна из старших из десяти братьев и сестер, из которых еще не ясно кто был родным а кто двоюродным, ты скорее выживала, чем жила. Ор, драки, бедность, стыд. Изо дня в день, изо дня в день. Кому некогда, кому нет дела — какая разница, "взрослые" никогда ничего не решают, и поэтому ты всегда решала все для себя, с самого детства. И никто не был тебе указом — потому что у тебя никогда не было выбора.

Твоя мама - сквиб, твой отец - маггл в долгах по уши потому что он и правда считает, что однажды выиграет в лотерею или его лошадь придет первой к финишу. Единственным утешением был брат, с которым вы делили все, начиная от утробы и заканчивая ответственностью за младших братьев и сестер, за которыми кому-то надо было следить.

Ты умела воровать еду, начистить лицо парням из соседского двора, и списать экзамены в школе, в которую тебе некогда было ходить. Да и учебники, в общем-то, не на что покупать. Ты не хотела бы всего этого уметь, но едва ли у тебя когда-то был выбор. Это мир, в котором ты оказалась. Это карты, которые выпали на руки. И ты их взяла и начала с их помощью выживать так, как умела.

С тех пор, как тебе пришло в Хогвартс, стало полегче хотя бы во время обучения, пускай шлейф из всех родственников и из бедности до сих пор шел за тобой по пятам изгибающимися тенями. Но ты была сильнее этого всего. Девочка, которую не впечатлить жестокостью, и от которой не получить тяжких вздохов впечатлительной натуры. Прямолинейна как стрела — мало следит за собственным языком а иногда и кулаками, если так будет нужно.

Ты вступила в дуэльный клуб и вскоре стала его победителем. Ты стала охотником команды по квиддичу и забила рекордное количество голов. Пускай ты может и не любила копаться в книгах в поисках ответов на вопросы, но сила, меткость, и таланты к боевой магии не давали промаха. Все ответы на свои вопросы ты могла из кого угодно выбить.

В школе ты была чуть менее цинична. Почему? Потому что ты все еще верила, что все может быть иначе. Что ты и правда сможешь изменить не только финансовую ситуацию своей семьи, но и даже уголовную ситуацию всего мира. После выпуска из Хогвартса ты вступила в ряды хит-визардов, и работала в них несколько лет, пока магический мир не выплюнул тебя как старую жвачку.

Произошел несчастный случай. Во время операции по поимке преступника, он бежал и взял в заложники несколько магглов. Ты приняла на себя риск, ты ринулась в бой, ты задержала преступника, и, в общем-то, сделала все правильно. Вот только правильное твое решение закончилось случайной смертью двух магглов.

Так бывает, это случается, это часть работы. И в то же время командир той операции кинул тебя под поезд, сбросив ответсвенность за его собственные ошибки тоже, и умыл руки, пока ты погрязла в пучинах разборок и бюрократии Визенгамота. А под конец тебя уволили. Не просто уволили, из тебя сделали пример. За все те годы, что ты им отдала, и за прекрасную службу, ты получила официальное заявление и пинок под зад.

С того момента ты быстро поняла, что аврорат со всем своим министерством может идти на хуй, и в своей жизни разбираться ты будешь сама. Что же, у тебя в качестве частного сыщика получается отлично.


James Cross  |  Джеймс Кросс
My dreams are not unlike yours
They long for the safety
And break like a glass chandelier
But there's laughter and oh there is love
Just past the edge of our fears
And there's chaos when push comes to shove
But it's music to my ears
https://i.imgur.com/TnXP6if.gif https://i.imgur.com/dn8xG20.gif
полукровен, 27, аферист-контрабандист (твоими словами, "предпрениматель") |Robert Sheehan


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Свой первый кошелек ты смог успешно своровать в шесть лет. До этого тебе достаточно часто прилетало от внимательных людей, но ты быстро лечил свои синяки да ссадины и отправлялся дальше тренировать свои несравненные навыки. Твоя мама — сквиб, твой отец — маггл в долгах по уши потому что он и правда считает, что однажды выиграет в лотерею или его лошадь придет первой к финишу. Для своих братьев и сестер ты становился отцом, но ответственности в тебе в связи с этим не прибавлялось, даже когда количество детей перевалило за десяток а ты был уже весьма себе взрослым человеком. Ты "воспитывал" их брать своими руками все, что им нужно, и не просить ни прощения, ни разрешения. Обидели — дай сдачи. Только и всего. Благо, что рядом с тобой всегда была сестра-близнец, которая если что могла дать сдачи еще больнее, чем ты.

Хогвартс тебя мало привлекал. Стоило тебе только пережить первое восхищение собственной мягкой кроватью и кучей бесплатной еды, что появлялась перед носом, ты быстро начал скучать в этом месте и чувствовать себя загнанным в угол зверем. Ты не знал что такое правила и уроки, ты не умел быть таким правильным школьничком, которого пытались сделать из тебя учителя. Ты не учился, не писал эссе. Но зато достаточно быстро научился зарабатывать галлеоны на продаже каких-то невиданных смесей, которые якобы должны были помогать с экзаменами. Ты списывал во время экзаменов совершенно виртуозно, а позднее продавал свои планы списывания другим. И главное ведь не пойман — не вор. А часть оставшихся денег даже иногда отдавал младшим братьям и сестрам. Ты может и подлец, но у тебя есть сердце.

Просидев не одну сотню отработок и наказаний, на старших курсах ты был выгнан из школы и твоя палочка была переломана пополам. Громкое и совершенно неприятное дело, и ты не то чтобы сильно волновался по этому поводу, пускай репутации твоих родственников это совсем не помогло. В тот же день ты, благодаря своим уже наработанным преступным связям уже раздобыл себе новую палочку и навсегда покинул Хогвартс не оборачиваясь назад.

Сейчас ты знаешь уголовный мир вдоль и поперек. И пускай рыбешка ты совсем небольшая, но ты плаваешь средь акул быстрее, чем они успевают даже замечать. И, кажется, что происходящее в этом мире ты знаешь все — и достать ты тоже можешь что угодно, стоит только попросить. Создавать галлеоны из ничего это твой главный талант, и ты им можешь по праву гордиться.

Ты хороший человек, всегда им оставался, несмотря на свое прошлое. Украсть у воров - дело практически даже благородное. Когда законом была запрещена газета "Люмос", ты вызвался помогать ее распространять практически добровольно, а на самом деле только с легкой помощью Цереры. И именно твоими руками оппоиционные новости облегают весь остров.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Мы познакомились в 1974 году, когда Церера и Харон потеряли своих родителей и временно переехали жить к вам как к дальним родственникам. Родства у нас седьмая вода на киселе, и в то же время на какое-то время мы стали одной семьей, хоть и сомнительной. С Джейн и Джеймсом у Цереры сложились отличные отношения, и потому они остались на связи все это время, и наверняка связутся еще несколько раз.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

начнем через гостевую, потом можем обсудить!


Пример поста

Первая мысль, что пришла Церере в голову, это что она впервые в жизни, чуточку, на какое-то мгновение начала понимать своего брата. Нет, не его безумные мысли о чистоте крови и попытке выкарабкаться в какое-то там высокое положение (где? зачем? куда?), но о том мире, в котором они сейчас находились. Церера вдохнула в себя свежий вечерний воздух, надеясь на то, что корсет это единственное, что сейчас сдавливает ее внутренние органы. Оказалось, что дело не в душноте помещения.

Что-то давило на душу, что-то совершенно иное. Корсеты никогда ее раньше не сдавливали, туфли не жали, и шпильки никогда не вкалывались в скальп. Красота, грация, и разговоры о погоде давались ей так же естественно, как деревьям выращивание листьев или птицам пение. Она была идеальна, она была правильна. Она была рождена в общество, в котором ей было суждено быть и она все и всегда делала правильно. Так почему же так тошно на душе? Почему сейчас, находясь на прекрасном приеме и восихитетельном ужине, она чувствовала себя так, будто она находится где-то не там, где должна быть?

Услышав за собой дверь открывающейся двери, Церера выпрямилась (не то чтобы она могла или собиралась в какой-то момент согнуться), изменила свое лицо на вежливо-приветливое, и развернулась в сторону посетителя, ожидая увидеть перед собой либо свою мать, либо... нет, на самом деле, кроме Седны она никого не ожидала. И потому когда перед ее лицом оказалась фигура Джастина, она на мгновение замерла, словно бы на маггловской колдографии.

Она понятия не имела, как именно ответить на его вопрос. Честно? Честно ей хотелось сказать, что весь этот мир казался свитером, вывернутым наизнанку. Вроде бы таким же, как раньше, но на самом деле совершенно иным. Уродливым, странным, неузнаваемым.

Смерть отца разнесла на куски и ее жизнь, и ее семью, и в принципе понимание мира. И Церера, пускай прошло больше года, до сих пор не понимала, как именно ее мать вернулась из Азкабана и решила, что все может встать на свои места. Нет заклинания репаро, что может изменить то, что произошло. Нет такой магии, что могла и правда вернуть все на свои места так, будто Церера никогда не была бедной, никогда не была вмиг осиротевшей, никогда не была в полном одиночестве и не увидела мир с той, с другой стороны.

Седна тоже, казалось бы, упала настолько глубоко, что не должна была подняться. И все же, Седна поднялась. А что Церера? Церера, вероятно, так не могла, не умела.

Ее поместье, ее комната, все эти званые вечера, они были точно такими же, какими были и раньше. Но сейчас, в отличе от пары лет назад, они больше не казались такими же сверкающими и наполняющие душу теплом. Свитер, вывернутые наизнанку, заставлял ее кожу чесаться. И она не могла это больше терпеть.

— Я... — Церера не запиналась. Никогда. И, тем не менее, сейчас она не знала, что ей ответить на такой простой вопрос. Слова сложились в голове сами собой «спасибо за внимание, мистер Нотт, мне захотелось посмотреть на закат. Ах, как же он прекрасен, не правда ли?» Так было нужно, так было правильно. И, тем не менее, Джастину не хотелось врать. Звать его «мистер Нотт» тоже не хотелось.

Она помнила его со школы. Умного мальчика, что писал газету. Внимательного мальчика, который обсуждал ее строки и просил писать больше. Понимающего мальчика, когда Церере пришлось сказать, что она больше не будет писать в его газету. Потому что это было не аристократично, конечно же. Джастин был умен, он был смел, он был внимателен. Он был добр к ней когда ее семья разлетелась на куски и оставался добр после того, как все вернулось на круги своя. Иначе бы она не написала статью ему в газету. А затем еще одну.

Под псевдонимом, конечно же. Аж под двумя псевдонимами. И у Цереры не было никакой причины полагать, что после стольких лет он сможет узнать ее руку. Что после стольких лет он даже мог предположить, что вышколенная, идеальная, спокойная, и такая аристократичная Церера Блишвик могла собственной же рукой написать нечто настолько... революционное.

У нее не было причин прятаться. Их никто не слышит. И в то же время Церера не была готова на искренность. Не в отсутствие псевдонима, право.

— Я давно не видела тебя, Джастиниус, — она не станет говорить ему, что ей трудно дышать. Не станет говорить ему, что ее мир казался каким-то чужим. Не станет говорить ему, что она знает и тайком порой даже читает эту его газету «Люмос». Не станет говорить ничего, потому что леди не показывают слабости. Потому что леди улыбаются. И потому что тогда, когда Церера не понимала, что ей делать, она привыкла поступать единственным способом — упрямо делать вид, что ничего не происходит. — Все отлично, правда. Банкет невероятный, семья Яксли очень постаралась. — Не всем дан талант врать настолько открыто. — Как ты?

Это должен был быть обычный вежливый разговор ни о чем.
Но Церера совершила ошибку. Потому что Церера недооценила проницательность Джастиниуса Нотта. Или вернее нет, Джастина Беллинджера

0

17

КОЛЛЕГ, ПОДЧИНЕННЫХ, ДРУЗЕЙ


Duncan Savage & Arnold Peasegood  |  Дункан Сэвидж & Арнольд Писгуд
— Часы посещений. Всем надеть праздничные смирительные рубашки.
https://i.imgur.com/dyzL435.gif https://i.imgur.com/O08UCuY.gif
hb & pb, 34 & 33-35, авроры |richard madden & kit harington


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

СЭВИДЖ
Мы с тобой знакомы с пеленок - наши отцы работали в одном отделе в ММ, семьи устраивали совместные пикники, учитывая, что жили рядом. Боунсы и Сэвиджи, Сэвиджи и Боунсы. Был бы ты постарше, и моя мама мечтала бы нас поженить. А, может, она и мечтала, кто знает. Но для тебя я была слишком резкой, слишком шаловливой, и после пары прилетов за то, что ты не делал, ты предпочел прятаться с книгой за спиной моего старшего брата Эдгара. Вашей дружбе не мешали ни четыре года разницы, ни я. Ваша дружба пережила школу, а разрушилась где-то по пути к будущему. Ты ведь собирался, как и Эдгар, стать хит-визардом, ворча, что в Аврорате тебе нет места, пока там есть такие чокнутые как я. И никто не понял, почему придя в один прекрасный день на службу, я увидела тебя в числе стажеров. Но вот оно - ты пришел именно в Аврорат, а с Эдгаром почему-то общался только по необходимости. Вы не поделили девушку? Книжку? Нимб ангелочка? Дракл вас знает. Я была уверена, что ты бросишь стажировку через три месяца, но нет. Через полгода ты тоже остался, и прошел все три года стажировки, после чего был зачислен в ту же рабочую группу, что и я.
Твое место в группе обозначилось быстро: парень с книжками, ты отвечал за сбор и хранение улик, за отведенную роль судмедэксперта на выезде. По крайней мере, все пробы, все образцы собирал именно ты, как и владел большим количеством информации, что в моей голове, например, могла и не поместиться. Неожиданно оказалось, что с твоим молчанием очень комфортно, что ты всегда знаешь, когда притащить мне чай, и что ты хороший напарник, способный прикрыть тылы. Все еще не знаю, что тебе сделал Эдгар, но он дурак, раз променял вашу дружбу.
Война была долгой и тяжелой, но в конце концов, и она закончилась. Ты легче всех воспринял перемены к лучшему, даже сквозь потери, которые мы понесли по пути. Когда ты узнал о моем повышении, то притащил мне торт, который мы с тобой вдвоем и слопали, а после ты узнал, что с моим повышением ты получишь свое - ты получишь мою группу, изрядно потрепанную событиями. Через пару дней на наши головы свалится новая проблема в лице обвинений одного из членов нашей группы в убийстве. У тебя оголяются тылы, и не с проблем бы начинать новый виток жизни, но реальность беспощадна и непоколебима. Так что, Сэвидж, бери себя в руки и становись холодным рассудком и разумом этой группы. Кто-то же должен.

ПИСГУД
Слизеринский парень верхом на метле и с упрямство, достойным барана. Вообще непонятно, как ты оказался на змеином факультете, возможно, благодаря врожденным амбициям. Вопреки всем пророчествам ты не стал ловцом, а предпочел податься в Министерство Магии. Тебя приняли в Департамент происшествий и катастроф, через пару лет внезапно приписали обливиатором к аврорской группе, в которой работала и я. Счастья тебе это не добавило, бегать и подчищать за аврорами из ошибки, ты постоянно собачился то со мной, то с Сэвиджем, но в конечном счете в одном расследовании ты вдруг почувствовал вкус к службе. И понял, что можно ведь не только обливейтами бросаться по требованию. Расследование - это интересно, это огонь в крови и масса приключений, всегда опасных и не всегда со счастливым концом. Дальше последовала процедура перевода в аврорат, прохождение квалификационных экзаменов. Тебе пришлось приложить много усилий, чтобы нагнать нас с Сэвиджем, но до сих пор ты все еще не знаешь законы настолько, чтобы сразу сказать, что можно, чего нельзя, не знаешь инструкции настолько, чтобы не ошибиться.
Ты пережил двух руководителей своей группы, вторым из которых была я. Поначалу нам с тобой было сложно, подчиняться женщине - увольте, но мы быстро установили, кто из нас альфа-самец, так как в группе женщин нет, есть только авроры. И больше проблем не возникало. Наверное, ты лелеял надежду, что займешь мой место, когда я уйду на повышение, вот только вышло все совсем не так. Хотя не я должна была назначать нового руководителя группы, но я воспользовалась своим положением, рекомендовав на эту должность Сэвиджа. И сказала тебе об этом прямо, когда ты возмутился несправедливостью, считая, что больше подходишь. А через два дня грянул гром, члена группы обвинили в убийстве, и теперь у Сэвиджа проблем больше нужного, а ты где-то с боку. Может, тебе повезло, Арни? Иначе на его месте мог быть ты, лишенный сна и в оккупации головной боли.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Итак, в Аврорат разыскиваются два старательных парня, которые создадут проблемы друг другу и мне, но при этом будут примером, как надо работать. Как хотите, так и соединяйте эти два момента.
На самом деле это всего лишь костяк, все детали личной жизни, характера, успехов и неудач, все на вас. Незыблемы имена и отношения внутри группы. При Боунс все было мирно и красиво с периодическими подрывами эмоционального характера, после Боунс - на ваше усмотрение. Смирился ли Писгуд с тем, что его кинули с должностью, хотя ему никто ничего не обещал, получится ли у Сэвиджа при сложных обстоятельствах сохранить группу в адеквате, не передерутся ли парни и так далее. Помимо парней в группу так же входят О'Брайен, на него заявка будет чуть позже, и Эммилин Вэнс, она пришла в нашу группу последней по личному желанию Боунс, так что тут возможно как ревность, так и попытки в слабую дедовщину. И именно Вэнс стала тем самым аврором, которого обвиняют в убийстве.
Короткая хронологическая справка:
в 76 году группа переходит под руководство Боунс, в декабре 81 года Амелия получает повышение до замглавы ДОМП, начинаются подвижки с повышением Сэвиджа, и через пару дней после этого Вэнс арестовывают за убийство Эвана Розье.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостевую, дальше спишемся!


Пример поста

Это странное чувство собственной поломки, которая починке подлежит, но кто знает как. Амелия все время чувствует себя в полете, но болтаться в небе без возможности приземлиться — сомнительное удовольствие. Ей ведь, вопреки многим мнениями, в войну хорошо: работы много, времени нет, и не приходится думать о том, сколько упреков ей выдают наперед собственные родители и пустая квартира, в которой опять что-то сломалось в отоплении. Амелия еще три года назад решительно перебралась из Косого переулка, в котором ощущала себя слишком уныло в шумном потоке чужой радости и общительности. Впрочем, и это все обманчиво, о чем приходится думать, осматривая наутро разбитые витрины и ловя отчетливый запах чужой смерти.
Она слышит шаги среди шороха пролетающих записок-самолетиков и ворчания старого домовика, который шкребет треклятой шваброй, которую хочется отобрать и сломать. Чтоб не действовал на нервы. Поднимает глаза — Эммилин стоит перед ней с чашкой в руках, и аромат чая приятно щекочет нос, внося свое успокоительное действие расшатанным нервным клеткам. Амелия руки протягивает, принимая чай, делает глоток. Голос Эммилин вещает обычные вещи, от которых должно стать спокойно, рутина всегда путь к спокойствию, но проблема одна — Боунс не понимает, о чем вообще идет речь.
— Спасибо, — благодарит за чай.
Не смотря на то, что Боунс славится цельнометаллическим упрямством, помноженным на занудство в определенных вещах, через синяки и неудачи она пришла к пониманию, что группа — основа результата. А когда поняла, начала работать в этом направлении. И вот оно — совершенно разные по характерам и навыкам авроры, объединённые одним стремлением, спорящие, упрямые, несдержанные, но умеющие быть единым организмом, в котором все так слаженно, что раз за разом завершенные дела уходят в Визенгамот для последней точки.
И Вэнс. Нет, никаких в ней сомнений, но все то время, что Эммилин входит в ее группу, Боунс присматривается к ней, подбираясь к самой сути. Амелия никогда не стеснялась хотеть конкретных людей в свою группу. Сэвиджа потащила с собой, когда получила должность старшего аврора, Писгуда вообще переманила еще тогда, когда он выбирал между Авроратом и хит-визардами, О'Брайен ей вообще в наследство достался. Вэнс Амелия хотела. Вот как увидела, как девочка работает, так захотела переманить ее к себе. Что там, как там, взаимоуважение, поддержка коллег, аврорская солидарность, нет, ей была нужна Эммилин и она упрямо точила и точила водой камень, добиваясь своего.
Свое получила.
И не жалела.
— Прости, что там о сестричке Бэрри? Все из головы вылетело, так много информации, что, порой, путаюсь.
Попытка обмана, не только Эммилин, но и самой себя. Амелия Боунс не путается в информации, сколько бы ее ни было. Знает все дела побуквенно, всех подозреваемых едва ли не с полным досье, в ее голове помещается все — и ничего сейчас. Сколько Амелия ни пытается, она не может вспомнить, кто такая Бэрри, как она ускользает из ловушек Эммилин, и как вообще выглядит. Дракл. Она украдкой снова трет висок, понимая, что сейчас все развалится, все прикрытие превратится в прах, и с этим нужно что-то делать. Помощь Амелия просить не любила, да и не умела толком, она надеется, что может быть получится как-то добраться до света в конце туннеля, по пути не сломав ничего, и собственную карьеру в том числе.
Страх все-таки прорывается звенящим колокольчиком:
— Я не помню. Ничего не помню из твоего расследования.
Что там, она уже не может вспомнить, с чего началось утро, куда положила ключи от квартиры и почему надела новые туфли. Странно, что помнит из покупку, но спроси ее, в каком магазине — не скажет, внутренний взор ничего не рисует, и в солнечном сплетении все льдом покрывается, ухает пустой желудок и становится очень-очень страшно. Есть ли такая болезнь, при которой память сжирается так мгновенно? Какие-то паразиты?

0

18

ЖДУ КРИМИНАЛЬНУЮ СЕМЬЮ


Carlo Augusto Cavalcanti |  Карло Август Кавальканти
https://i.imgur.com/QsrqRWU.gif
чистокровный, 59 лет, дон семьи, артефактолог|Johnny Depp


ПОДРОБНОСТИ

Карло Август Кавальканти (родился в 1923) — наследник своей семьи, почтенной, достаточно древней и именитой, известной своими зельеварами, сильными волшебниками, людьми с часто редкими или доведёнными до предела возможного способностями. Говаривают до сих пор, что среди Кавальканти веке в 15 были некроманты. Были действительно Карло знает об этом прекрасно из семейных книг да родового древа, в котором указаны разные детали, о которых посторонним лучше не знать. У семьи всегда был достаток, всегда им сопутствовала удача, они были баловнями судьбы, собирая богатый урожай способностей как магических, так и умственных. Слухи сообщают ещё больше: о тёмных магах, которых боялись, о связях с «отравителями» Медичи и многое-многое. Но что имел наследник такой истории по факту? Ничего. Карло ждал лишь разорённый дом, в котором от былого величия осталась лишь мебель да убранство. Былых денег у семьи уже не было, отец средний волшебник с средним же достатком и не понятно даже, то ли его так обучали ужасно, то ли он тот самый «урод» в семье. Но Карло, выросший на историях о своих же предках, понять семейного упадка не мог, а потому старался как мог, делал всё, лишь бы не быть похожим на бесхарактерного, слабого отца, позволившего их семье скатиться в такую пропасть. Он упорно занимался, думал без конца о том, как сделать себе имя, как вернуть имя семьи. Среди них были сильнейшие, а сейчас?
А сейчас он начинает практически с нуля, норовом и умом забирая управление семьёй из рук отца, открывает сначала лавку, затем расширяет её до магазина, а затем и сети магазинов в разных странах, создаёт артефакты повседневного пользования, понемногу начинает зарабатывать, находит сам достойную партию. Сицилия и Италия места сугубо семейственных, это возможность, это статус, это связи. И любовь, чего уж греха таить, но приходит она далеко не сразу и не легко, но в выборе спутницы жизни он уверен. И уже в двадцать пять обзаводится наследником, которого воспитает в лучших традициях их семьи. Военные годы пришлись на последние годы его учёбы и из них он вынес многое, а в последствии ещё и заработал. Мир был полностью разрушен для всех, а на этом можно было поживиться: мелкая контрабанда, опасные артефакты, в создании которых он поднаторел, покровительство другим, менее защищённым, поиск полезных знакомств и связей. И в короткие сроки он поднялся буквально с самых низов до того, что он имеет сейчас: деньги, влияние, сила, семья. И пускай его и его людей зовут мафией сколько угодно. Они Семья, им знакома Омерта, но когда речь идёт о репутации, о кровных родственниках, о союзниках и друзьях, которые долгими годами доказали свою преданность, разве это будет играть роль?

Marcella Maria Cavalcanti |  Марселла Мария Кавальканти
https://i.imgur.com/U2XDuzj.gif
чистокровная, 54 года, донна семьи, возможно есть свой небольшой бизнес |Rachel Weisz


ПОДРОБНОСТИ

Марселла Мария Кавальканти (в девичестве Буджардини 1928 года рождения) — урождённая чистокровная неаполитанка, выросшая в богатстве и уважении. Её отец, занимавший пост в правительстве, мог обеспечить и дочь и жену всем, что бы они ни попросили. И Марселла росла той, кому доступно всё, той, что получает желаемое любым возможным способом, а если ей этого не дают, то берёт сама. Ей нравилось положение её семьи, ей нравилось управлять и не сказать, что она, учащаяся у своего отца, была в этом плоха. Она с детства научилась быть выше «недостойных», но мило и скромно улыбаться при необходимости, быть хитрой и обходительной, но опасно-острой при желании. И в отличие от своей матери, прекрасной светской сеньоры, но никакущего лидера, Марселла готова была управлять даже собственным мужем, лишь бы всё было так, как хочет она. Волшебница не капризна, не истерична, но обладает высочайшими требованиями комфорта. И уже в свои двадцать лет она думала о том, что найдёт какого-нибудь мужа-политика, из которого будет верёвки вить, может «бизнесмена» из числа первых, но жизнь свела её с начинающим Карло, который цеплялся за былую славу рода. Это смешило рассудительно-холодную девушку, но она лишь улыбалась и кивала. У него был потенциал и под её лёгкой рукой Кавальканти точно добьётся всего и даже большего. Марселла вынашивала этот план несколько месяцев, общаясь с ним по переписке, вежливо флиртуя, тонко намекая.
И она не знает, понимал ли он, но когда она взяла его фамилию, когда она переступила порог чужого дома, всё изменилось. Буквально. Нет, у неё по прежнему было всё, что нужно конкретно ей для комфорта, но управлять мужем не вышло. Впервые в жизни она потерпела крах полнейший. Карло оказался ловчее её и справился со своим родом сам, сделал её своей Донной, хозяйкой, главой семьи, второй после него казалось бы. Но это было не то, чего ждала женщина. Она-то думала, что у неё в руках будут все карты, а ей достались лишь огрызки, как она думала. А тайны, неполноту информации она любила ещё меньше, чем своего мужа как оказалось. Была ли любовь? Возможно, но не сразу для обоих и не так уж долго для неё.
Их общий сын стал для неё какой-никакой отдушиной, возможностью воспитать верного лично ей мальчишку, который будет рассказывать ей всё сам, но нет. Он упорно слушал отца и ни в какую не думал менять ориентиры. Дочь уж должна быть более покладистой, да? Нет. Ни разу. Норовом в своего упрямого, целеустремлённого, железобетонного отца... она бесила. Она не желала понимать того, что внушала ей Марселла. Важнее её, матери, и жизни самой девушки нет ничего, но та упиралась в отцовские догматы. Катарина знала больше, знала лучше. И даже страх и насилие не помогали вразумить нахалку. Ничто не помогало.

Gianluca Pietro Cavalcanti |  Джанлука Пьетро Кавальканти
https://i.imgur.com/UOh6hoX.gif
чистокровный, 34 года, капо семьи, владелец кофейни «Giorno de Luna» |Matthew Daddario


ПОДРОБНОСТИ

Джанлука Пьетро Кавальканти (родился в 1948) — старший ребёнок в семье Кавальканти, наследник и опора отца. У Карло может быть сколько угодно капо, консильери, людей, думающих, что их место за ними навечно, но никого ближе и посвящённей в тайны Семьи, чем его сын, не будет никогда. Именно Джан знает всё о делах семьи от и до, именно его отец с детства натаскивал по законам, экономике, магии, готовил из него достойного сына достойного отца, что не поступит как его дед, безжалостно просрав весь потенциал семьи и спустив созданное огромным трудом наследие.
Понимал ли это маленький Джанлука? Хотел ли он всех этих уроков и правил? Нет, он и не думал о наследии семьи, о роде, об обязанностях, будучи ребёнком, желающим просто игр и веселья. Не сказать, что у него не было друзей, времени на игры, но хотелось больше. И он долго не понимал, почему отец так трясёт его со всем этим, делает из него губку, впитывающую любую полезную информацию. Понял, когда стукнуло пятнадцать, когда уже была маленькая сестрёнка, когда отец рассказал о том, чем была известна их семья, чем занимается он сам. Без прикрас, без замалчивания. Некромантия? Было дело. Зельевары? Полно. Кажется, даже метаморф водился колене эдак в десятом, а то и дальше. «Хочешь, чтоб тебя помнили, сын? Тогда стань тем, кого можно запомнить, кого достойно было бы помнить». И Джан пытался, поняв, почему отец так держится за своё дело, за свою «мафию». Чтоб сохранить род и память о нём, чтоб защитить семью, чтоб обеспечить им возможность жить. Хотел ли Джан становиться во главе всего этого? Он не думал, что да. Он хотел бы простой семьи, детей может, бытового счастья, строящегося из мелочей. Встанет ли он на место отца, если и когда придёт его время? Без всяких сомнений.
И уже Катарина, смотрящая на него, с уверенностью кивает, зная, что он справится. Ну или поубивает всех нахрен, водится за ним такой грешок. При всей выдержке и рассудительности, Джан далеко не всегда и не так хорошо контролирует свой гнев. Но для этого у него есть сестра, которая и остановит и скалкой отхреначит сама так, что мать родную не вспомнишь. Поначалу, подрастающая Кати думала о том, что брату будет сложно с его, казалось бы, благородством и желанием спокойной жизни, но он вливается в отцовское дело так легко и естественно, что сомнений в породе не остаётся. Да и с отцом у них одно общее заметно сразу — веет от них и силой, и властью, и умом. Смотришь и чувствуешь, что перед тобой порода. И пока остальные видят примерного, послушного сына, гордость для родителей и пример для всех, недотягивающих до идеала, Джан холодно ухмыляется, отдавая приказ на устранение. Выпускает звериный гнев, щурится, заставляя других в страхе глаза отводить и трепетно молчать, иначе тут нельзя: жёсткую иерархию здесь уважают, а за малейшее нарушение дисциплины могут и штрафное заклятие отправить. И шепотки гулом в полупустом зале стоят: сын своего отца, кремень, сталь, которую не погнуть. Их лидер уже. Со своим кодексом, выпестованным отцом, своими принципами, бесконечной верностью своим людям. Лидер, которому верили и за которым готовы были рвануть хоть в Преисподнюю. И пускай их там ждёт Дантев Люцифер.

Michele Bugiardini |  Микеле Буджардини
https://i.imgur.com/lnv4TwM.gif
чистокровный, 43 года, политик |Al Pacino


ПОДРОБНОСТИ

Микеле Буджардини (родился в 1939) – младший сын в семье видного политика Неаполя казался на фоне яркой и властной старшей сестры серым, пресным, ужасным наследником отца. Отец-то всегда был на сотню шагов впереди, всегда умел получить выгоду и добиться желаемого поста, особенно с покровительством мафии. В конце концов в политике положение высокое с чистыми руками не занять – всё пишется кровью конкурентов. И Микеле всегда казался слишком мягким, выросшим в хороших условиях, не знающим жестокости жизни, хотя и похожим нравом на отца. Он окружающим казался более уступчивым, а значит слабым.
Катарина за не таким уж дальним родственником наблюдала со стороны – он никогда в Кавальканти родню не видел, разорвав все связи с сестрой после её помолвки. И верно, Марселла и сама не горела желанием общаться с братом, которым, как думала, сможет легко управлять всегда. Подарки ежегодные с припиской «Buona Natale» и не более. Марселла думала, что терпеливый, мягкий и покладистый брат побежит за любым её словом, стоит лишь в глазах блеснуть слезам, ведь она член семьи, единственная и несомненно любимая старшая сестра, которая, пусть и нехотя, но всегда была рядом и поддерживала. Фальшиво, неискренне, безразлично, но поддерживала. Семья же.
Холодный, рассудительный и самое главное жёсткий нрав Микеле проявился тогда, когда он окончил Шармбатон и посвятил себя политике. Он во всём поддерживал отца, стал ему союзником и преемником, с такой же лёгкостью влился в дела «тёмные», будто это частью его жизни было всегда. Он оказался не по зубам всем тем, кто звал его слабаком и мальчишкой с золотой ложкой в заднице. Руки по локоть в кровь окунуть он не боялся, но словом мог сделать ещё больше, чем оружием. И слишком быстро стал зваться достойнейшим сыном своего отца, его продолжением, его наследием, слишком быстро заработал уважение и почёт.
Никто не понимал, разумеется, откуда такая жёсткость в едва ли не пацифисте Микеле, который на капризы старшей сестры смотрел, глаза закатывая. Никто и не понимал, когда яркая Марселла оказалась не настолько волевой и сильной, как её брат, когда о нём говорить начали гораздо больше, нежели о теперь уже сеньоре Кавальканти. А Буджардини и объясняться не спешил никогда и ни с кем, лишь отшучиваясь и отмахиваясь от неудобных вопросов.
И разумеется Марселла не упустила этого, когда у неё не осталось ниточек влияния на собственную семью. Ведь нет ничего превыше крови, да? И она пошла к Микеле со своей историей, просьбой спасти её от деспотичных родственников. Ну а кто Микеле, чтоб отказать? Тем более иметь под пятой столь сильную Семью выгодно. Семья ведь превыше всего.

ИЗ ИСТОРИИ РОДА

Если верить семейной легенде, род Кавальканти происходит от древнего некроманта. Он был уважаем в первых веках этой эры, он и его пугающие исследования долго отзывались шепотками на улицах, среди прочих волшебников, на семью Виталиса косо смотрели все, а те не менее одарённые волшебники, дети своих родителей (супруга некроманта приходилась превосходным зельеваром древних времён), продолжали дело своего отца. Каждый из его потомков обладал не дюжей силой и овладевал не меньшими знаниями. Люди говорят, что у каждого из четверых детей Виталиса был свой особый дар: один из сыновей читал чужие мысли по глазам, другой над мёртвыми ворожил, подобно отцу, а дочери-прелестницы, будто вейлы притягательны были, старшая обличье по воле мысли меняла, а младшая от смерти верным словом уберечь могла. И пока вчерашняя провинция Рима день ото дня сюзерена меняла, каждый из них своей семьёй обзавёлся и род продолжил.

И на протяжении веков они передавали знания, накопленные десятилетиями жизни, устанавливали связи с другими семьями разрозненной Италии, что дробилась non maghi на мелкие владения, выходцы с зернового придатка государства, они пользовались уважением у других, а их силы и знания пугали прочих магов. Ныне зовущиеся Средними Веками и Возрождением времена казались расцветом рода, когда их услуги, товары и способности пользовались огромным интересом. А они сами роднились с владетелями Флоренции родом Медичи, чья немагическая ветвь угасла в восемнадцатом веке, а волшебники и потомственные зельевары по сей день хранят славу о себе как о великих отравителях. И Кавальканти бы тоже множить и хранить свою славу, свои многочисленные таланты. Жаль лишь что-то пошло не так. Положение в Италии не менялось существенно долгие столетия, оставляя страну разбитой ненароком тарелкой, но отношения в магическом мире менялись едва ли не каждый день. И сияние звёзд над родом Кавальканти начало постепенно затухать.

На дворе вторая половина восемнадцатого века, а в роду практически не осталось действительно уникальных волшебников, старшие члены семьи негодуют, смотря на бунтующих детей, что отказываются передавать «зверские» практики наследникам, вдохновляются магловскими идеями гуманизма и уходят от жёстких рамок рода, в которых некромантия была нормальной, а предсказание кому-то смерти не шептали напугано, боясь расправы. Они смотрели на внуков и молились мирозданию, магии, Мерлину и даже магловскому Богу, чтоб хоть достоинство крови не запятнали эти вольнодумцы. Кто-то ещё помнил о закрытых в родовом домусе фолиантах, что хранили в себе всё накопленное поколениями волшебников, но уже к первой половине двадцатого века от этих скудных остатков были лишь легенды и сказки, в которые с трудом верили, смотря на действующего главу рода, в котором из «волевых черт, холодного взгляда и цепкой хватки» разве что лицо было.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Эта семья самая настоящая катастрофа, скрытая за прекрасной внешней картинкой. И если жёсткое воспитание отца дети понять могут и особых обид у них как у наследников отца нет, то безразличие и холодность матери Джан воспринимает с трудом, особенно на фоне всегда весёлой и тёплой сестры, умеющей и к отцу ключик найти и к брату, а Катарина последствия физ.насилия скрывает старательно от всех. Она на постоянном контроле со всеми, чтоб не узнали и не сломали. И всё вот это стекольно-сложно-семейное безумно хотелось бы отыграть. Тем более, что кроме личных отношений их связывает и Семья.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

лс, гостевая, тг - @MichelleBernard


Пример поста

Ты уверена, что стоит идти одной, — Абель останавливает её, надавливая ладонью на грудь.
Катарина удерживает себя от закатывания глаз усилием воли, сжимает её ладонь в своей, легко отводя руку наёмницы в сторону. Эти вопросы не были чем-то необычным для них, иногда Кавальканти готова была звать Абель «мамочкой», а в половине случаев сама более походила на наседку, оговариваясь исключительно ценностью кадров. Так было проще, легче жить и не думать о лишних привязанностях, которые могут потянуть на дно в любой момент камнем, к коему привязаны ноги. Семья превыше всего, честь превыше всего. Да. Только говорить об этом направо и налево — практически самоубийство, причём медленное и мучительное с уклоном в мазохизм.
Да, — жёстко отрезает волшебница. — Мне нужно лишь передать информацию о месте. Всё.
Послали бы кого помельче, ты нам живой нужна, — Деби головой кивает в сторону, мол людей мало что ли?
Это крупная сделка, решили, что должен идти кто-то из капо, — Кавальканти отпускает всё же её руку, убедившись, что Абель не повторит попытку остановить её. — В крайнем случае я свяжусь с тобой, — Катарина тряхнула рукой, на которой звякнул браслет, связанный с таким же на руке наёмницы. Итог ужасной до смешного истории, после которой у обеих нервной системы раздражаться хоть чему-то, кажется, не осталось совершенно.
Стоило ли говорить, что Белладонна лгала? Стоило ли говорить, что Абель это прекрасно знала? Знала и молчала, ведь отговорить собственного лидера, когда та всё для себя решила, практически невозможно. И опасно для остатков нервной системы и без того готовой использовать нецензурную брань вместо любых слов и махать ручкой на прощание.
Катарина тем временем берёт со стола колдографию мужчины, которую получила заранее и уже изучила вдоль и поперёк, запоминая не самое примечательное лицо. Наиболее подходящий вариант для подобных встреч, главное, чтоб никто не вмешался. Кавальканти уж слишком хорошо знает, как могут подставить другие Семьи и какую награду могут предложить за сдачу хоть кого-то из членов Семьи. В конце концов хватает законников, что хотят очистить мир от «гнили». «Посмотрели б хоть в зеркало для начала» — всегда думает волшебница перед подобными встречами, припрятав в ридикюле кинжал с парочкой действенных ядов, так, на всякий случай. Она всматривается, вглядывается в последний раз в  простенькую колдографию и сжигает кусок бумаги. Пламя в уголке фото вспыхивает на несколько секунд и тухнет, лизнув едва пальцы, отблесками поиграв в коньячных глазах.
Знаешь, можно будет после этого дельца смотаться куда, — Катарина солнечно улыбается, подходя к зеркалу в полный рост. Чуть подбородок приподнимает, голову поворачивает в одну сторону, в другую, оценивает. — Пляж, море и блаженный отдых, — она оглядывается на Абель с лукаво-хитрым блеском в глазах, точно у ребёнка, задумавшего очередную шалость.
Угу, толпы туристов, среди которых могут быть подосланные ублюдки, громкие дети и ворчащая Донна в придачу, — услужливо напоминает наёмница, коротко кивнув. Кавальканти морщит нос обиженно, передразнивая Деби. Но с тяжёлым вздохом соглашается. Нужно найти тихий, уединённый закуток, где их даже дражайшая матушка не достанет. И желательно как можно быстрее, постоянные попытки вернуть контроль со стороны Донны доводят до трясучки, и девушка буквально кожей чувствует подступающий нервный срыв, холодком проходящийся по спине. И он появится ой как не вовремя как, впрочем, и всегда.
Белладонна спешно возвращается к зеркалу взглядом, собирает волосы в высокий хвост, затягивая его потуже. И наблюдает как постепенно под беззвучное заклинание меняются черты её лица. На самом деле не кардинально: форма лица, носа и губ, разрез глаз едва и их оттенок становится больше зелёно-карим, чем коньячным, но всего этого вполне достаточно, чтоб её не узнал никто. Нужна лишь концентрация для поддержания чар и никаких сомнительных фляг с оборотным и ненужных побочных эффектов и артефактов, которые можно заметить и сорвать.
Она накидывает утеплённое пальто, всё же февраль в Париже месяц непредсказуемый из её воспоминаний об учебных годах, приглаживает ворот и достаёт старенький, времён учёбы же портключ, с помощью которого она летом «сбегала» в Париж к однокурсницам от «убийственной домашней скуки», иными словами от матушки подальше, когда даже за учебниками и тренировками от неё было не скрыться. Тогда они целыми стуками бродили по улочкам города, местные рассказывали различные истории о городе и жителях, показывали занятные места и заведения, о которых никто другой не знает. А сейчас Катарина вспоминает с колкой усмешкой историю о том, как младшекурсники пытались купить алкоголь в «одном из старейших заведений Парижа», а их турнули ко всем чертям. Она качает головой, толкая несильно входную дверь, тут же оглядывая непринуждённо зал, будто ищет местечко получше. Замечает нужную фигуру через пару мгновений и неторопливо подходит к стойке.
Виски, пожалуйста, — она на французский переходит инстинктивно, чуть улыбаясь подошедшему бармену. На неё смотрят с несколько большей теплотой, чем на прочих захожих случайных туристов, можно даже сказать одобрительно, а она мысленно лишь глаза закатывает, пытаясь не хохотнуть тому, как на самом деле серьёзно люди относятся к отграничению «свой-чужой». Хотя, стоит признать, Катарина сама когда-то провела жёсткую черту, отделив одно от другого. Правда в итоге получила фактическое недоверие к очень многим вещам и задатки паранойи, но с другой стороны этим же во многом обезопасила себя. Увы, криминальный мир, а тем более магический не добрая сказка о простых выборах и решениях.
Bonjour, — она спокойно улыбается мужчине, будто старому знакомому, окидывая при этом его внимательно-цепким взглядом. — Странно, должно быть, сидеть битых сколько-то там часов в баре, будучи при этом истинным трезвенником, — она легко переходит на английский, кинув смешливо-понимающий взгляд сначала на стакан, а затем и на бутылку. Делает глоток из своего стакана и устраивается на стуле удобно настолько, насколько вообще это возможно.

0

19

ГЛАВУ АВРОРАТА


Rufus Scrimgeour  |  Руфус Скримджер
Порой достаточно обратить взор на невозможное, чтобы обнаружить правду.
https://64.media.tumblr.com/03d378950aff0efe6e7e9f127cdcea42/46ed42164af2bb31-b7/s500x750/ab6cbc7c50a1fb96a9ccfa7363abcae99d62eaea.gif
чистокровный, 42-45, глава Аврората |Toby Stephens


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Оглядываясь назад, Руфус точно знает, почему именно он в конце 81 года стал главой Аврората. Впрочем, он знал, что так будет, весь последний год, когда его предшественник собирался на пенсию. Очень многих держала на своих должностях война, а стоило ей закончиться, отзвенеть последними приговорам Пожирателям, как в ДОМП начались перемены. Странные, непривычные, но ожидаемые.
[indent]Война была частью жизни последние лет десять, венчая привычный образ. Нет, обычных преступлений не стало меньше, вот жестокости в них стало больше. Человеку, которому нет дела ни до своего статуса крови, ни до чужого, было не понять тех, кто вышел на тропу войну в попытке доказать свое право на то, чтобы мир строился вокруг них. Руфус же точно знал, какую позицию в этой войне должно занимать Министерство магии, и какое счастье, что по большей степени она совпадала с его собственной.
[indent]Он всегда хорошо знал Устав и протоколы действий. Чего требовал и от желторотиков, которые только вступали в эту рабочую и опасную жизнь. Уверенный, честный - человек-загадка для большинства: все, что было в его жизни вне стен Аврората, скрывалось очень тщательно от всех, кто не входил в узкий круг его друзей. За улыбкой Руфуса трудно было что-то угадать, не зная смысл этой улыбкой, и для большинства коллег он так и остался таинственным старшим коллегой, но уж точно никто не сомневается, что повышение Скримджер заслужил, и что Аврорат только выиграет при таком начальстве.
[indent]Для Амелии Руфус тоже был определенной загадкой. Но в начале 81 года, Руфус получил в расследование дело гибели ее семьи - убили родителей и младшего брата. Долгий разговор ранним утром в Аврорате закончился своеобразной договоренностью, Амелия тогда впервые поняла, что все-таки не один Орден борется с Пожирателями, как и Министерство достойно шанса на лучшее, не прогнило оно до конца. Через девять месяцев они со Скримджером уже поминали Лонгботтомов, одновременно отмечая окончание войны. Как, порой, странно бывает: люди могут работать годами бок о бок, но узнать друг друга ближе только тогда, когда происходит что-то, как правило, грустное.
[indent]Это как раз такой случай.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Первые полгода 82 выдались нелегкими, хотя о чем вообще речь в этом мире? Одним из первых приказов Руфуса на новой должности стал арест Эммелин Вэнс за убийство Эвана Розье. Странно звучит? Оно не только странно звучит, оно вообще все очень странно. Когда показалось, что сюрпризов не будет, в середине июня был разрушен Азкабан, в результате чего сбежали некоторые заключенные, среди них очень опасные. В общем, это только начало, а дальше будет веселее.
[indent]Что касается отношений, то в конце года между Руфусом и Амелией завязалось нечто похожее на дружбу, но тут подкатили повышения, перемена мест слагаемых в уравнении, рабочие вопросы, и так далее. Думаю, что их ждет интересное развитие, но настаивать я точно буду на сохранении дружбы и шуток от Амелии из разряда: "у меня есть низзл и я планирую навести порядок в Британии из кресла министра магии". Но в частном порядке мы можем обсудить еще варианты.
[indent]Ну и главное: у нас замечательные игроки, как в Аврорате, так и вне его, у нас прекрасный глава ДОМП, в общем, я уверена, вам скучно не будет, ни со мной, ни с остальными нашими котиками.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]Разрушение Азкабана и Мунго были отвратительным подарком; одно за другим ложится неприятностями, вынуждающими нервно дергаться, проседая от усталости. Те, кого они так старательно садили за решетку на корм дементорам, оказались на свободе, сводя всю войну к нулю. Оставалось надеяться, что они берега растеряли, не найдут пути обратно, но куда там - одно за другим накатывается, вынуждая нервничать до дрожи в пальцах.
[indent]Домой Боунс добирается поздно, аппарирует на задний дворик между малинником и неухоженным цветником. Амелии все некогда навести хоть какой-то порядок, чтобы не запутаться, не убиться, юбку не гробить. Мамин мирок все тленом отдает, по большому счету выкорчевать все, дать новый шанс на жизнь этому месту. Но некогда, все время некогда, и если маменька с облака смотрит, она, наверное, искренне зла.
[indent]- Мелли!
[indent]Голос миссис Сэвидж звучит как гром среди ясного неба, Амелия даже голову поднимает, но там ни одной тучки. Она чуть прикрывает глаза, натягивает улыбку на лицо:
[indent]- Да, миссис Сэвидж.
[indent]Добропорядочное соседское отношение, еще и дети в школе вместе учились; после смерти родителей Амелии миссис Сэвидж решительно взяла женщину под опеку, ну и что, что еще четыре года, и Боунс сорок лет стукнет. Может быть, она надеялась, что Дункан решит жениться на Амелии, но у этой надежды не было ни единого шанса ко исполнению.
[indent]Миссис Сэвидж с тарелкой в руках, обтянутой фольгой - еда. Амелия такая худенькая, что жердь, и все переживать за себя заставляет, что ни говори, а бывает. Но между слов на светлой кухне с разноцветными салфетками и ажурными занавесочками звучит и то, что может дать пищу для размышления:
[indent]- А у Алисы есть родственники? Слухи ходят...
[indent]Слухи - дело беспокойное, особенно сейчас, особенно после побега заключенных из Азкабана, мнящих маленького мальчика виновным в смерти их дражайшего идеолога. Амелия все еще улыбается, отмахивается: да нет, все глупость, а нервные окончания натянуты до предела, и шла бы уже миссис Сэвидж прочь. Но любезность - лучшее качество, которому Амелию мама научила, и она думает о том, что ссориться с мамой своего друга, такое себе дело. И пирог в ревенем вкусный, и радости от общения масса, но очень хочется в душ и спать, и миссис Сэвидж это понимает, правда, все еще сыплет фразочками смешными, звонкими, ласковыми.
[indent]Когда миссис Сэвидж уходит, Амелия тоже дома не остается. Где искать этого странного "родственника" Алисы, неизвестного природе и следствию? Будь Боунс на месте этого товарища, возможно, акзабанского сидельца, она бы установила слежку за домом, и гостиница недалеко. Маленькая, аккуратная, всякое видавшая за пять десятков лет, что за забором живой изгороди прячется. Семейное дело, звенящее ароматами пирогов и вкусного кофе, Амелия бы в такой гостинице провела пару дней без головной боли, но у нее и дом для этого есть.
[indent]Приветливая девушка на маленьком ресепшене верит в сказочные байки из разряда "ну очень надо". Да и Амелию она много раз видела, в свое время даже с Невиллом. Да, племянник, да, живет сейчас с бабушкой, вот, говорят, что его дядя по линии матери объявился. Заселенцев новых не так уж много, Кесвик хоть и туристический город, но на окраине селиться дело странное. Амелия улыбается все еще, когда идет к номеру: дверь зеленая, с цифрой четыре на нем, а окнами этот номер выходит на дом Боунс на другой стороне улицы.
[indent]Интересно, конечно. Зачем такие тщательные предосторожности?
[indent]По хорошему следовало бы сообщить в Аврорат, Руфусу или Теду или Сэвиджу. Наверное, Сэвиджу было бы лучше всего, взял бы группу, отвели бы глаза магглам иииии... но на это все уйдет время, а, как водится, у таких людей, которые идут мстить невесть за что, обычно чуйка очень хорошая. Настолько хорошая, что через час его тут может не быть. Вот и идет Амелия в одиночку, беспокойная, но уверенная - ее навыки боевой магии могут защитить лучшим образом, в этом сомнений нет.
[indent]Она стучит жестом, которым выдает аврора. Слышит шорох за дверью, решается подать голос:
[indent]- Добрый день. Это Амелия Боунс, я невестка Алисы Лонгботтом.
[indent]Ну же, давай, либо туда, либо сюда. И попробуем решить вопрос.

0

20

If I ruled the world, every day would be the first day of spring... ©


ТОЛЬКО В МАРТЕ
упрощенный шаблон анкет
для всех женских персонажей

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/402170.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/202306.gif

0

21

ГЛАВУ ДЕПАРТАМЕНТА МАГИЧЕСКИХ ПРОИСШЕСТВИЙ И КАТАСТРОФ и моего хитрожопного начальника


Cornelius Oswald Fudge  |  Корнелиус Освальд Фадж
"Вы ослеплены любовью к своему посту, Корнелиус! Вы придаёте — и всегда придавали — слишком большое значение так называемой чистоте крови! Вы не понимаете, что важно не то, кем ты родился, а то, каким ты стал!"

https://i.imgur.com/OlMbVrv.gif

https://i.imgur.com/NazQYSV.gif

hb, 40-45, глава ДМПиК | Eric Bana


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Придумайте пять черт характера, которые вас больше всего на свете бесят в людях. Придумали?
Вот всё это о Корнелиусе.
О его детстве и юности практически ничего неизвестно: в Хогвартсе учился весьма средне, однако, получил в итоге достаточно хорошие оценки, чтобы поступить на работу в Министерство магии. Начиная свою карьеру с мелкого чиновника, он изначально грезил постом самого министра магии, и это, естественным образом, отразилось на всей его жизненной позиции. Карьерист, коих надо поискать, не позволял себе ни одной ошибки, был строг с подчиненными, никогда не спорил с вышестоящим начальством, инициативы, если та была рискованной, не проявлял. Нужно ли говорить, что такое поведение довольно скоро привело его на пост заместителя главы департамента, а после его пропажи — на пост главы. Таким назначением были многие недовольны, полагаю, что Генриетта была бы в первых рядах, если бы не была в это время на больничном. Но самому Корнелиусу было плевать на общественное мнение — эгоизм, тщеславие, честолюбие его верные спутники вместо правой и левой руки.
Всё это безобразие умело маскируется обходительностью, наносной доброжелательностью и неплохим чувством юмора.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

С Генриеттой вас будет связывать крепкая обоюдная неприязнь, которую сама Генри будет маскировать безразличием и субординацией, а Корнелиус же маскировать ничего не будет: он искренее полагает, что женщинам в министерстве не место, а Генри годится разве что только кофе подносить. То, что Одли из почтенной семьи, слегка смягчает его пренебрежительное отношение, однако, я полагаю, то, что она красива, умна и к ней очень многие относятся замечательно, действует на Фаджа как красная тряпка на быка. Я бы предпочла, чтобы Фадж не знал, что Генриетта эмпат и окклюмент, но это обсуждаемо.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая.


Пример поста

Генриетта внимательно следила за ходом пресс-конференции. На подобных мероприятиях она была впервые, поэтому первое время её скованность была скорее похожа на испуг загнанной в ловушку лани: такие же большие карие глаза метались по залу от одного журналиста к другому. Но в отличие от бедного животного, которому не на кого было надеяться, у Генриетты был Уильям, и его степенный голос, разрезающий суматошное настроение как сливовый пирог, каждый раз приводил её в себя.
Когда до планируемого антракта по ощущениям Генри оставалось совсем немного, она поддела пальцем свой блокнот, подтянула его к себе и открыла. Нежно-лиловая обложка, обтянутая невероятной красоты диковинной кожей, белоснежные страницы с позолоченным краем и на корешке инициалы H.M.A - всё это был подарок Амелии, врученный Генриетте на годовщину работы в Департаменте. Помимо его элегантной красоты в нём был один важный секрет: этот блокнот со скрупулёзностью верного помощника записывал все значимые мысли своего хозяина, без единого физического воздействия, без пера и чернил. Он хранил эти записи ровно до тех пор, пока они были важны и нужны, а затем бесследно их стирал, поэтому в нём никогда не заканчивались страницы. Такой подарок для секретаря - настоящая находка, но пользовалась Генри им не часто: однажды перевернув пару страниц после совещания, девушка обнаружила там то появляющееся, то исчезающее, то написанное полностью, то только по паре букв имя собственного начальника. С глухим хлопком это дьявольское изобретение отправилось в дальний ящик. По крайней мере до тех самых пор, пока её мысли смогут обходить эту щекотливую тему стороной и сосредотачиваться на действительно нужных вещах.
Теперь же на его гладких страницах были записаны примерные вопросы из зала, касающиеся напрямую её родного Департамента, ответы мистера Нотта, комментарии куратора и собственные заметки - всё это для того, чтобы потом отследить правильность напечатанной информации, адекватность приведенных цифр и статистики. Ведь нет ничего хуже журналиста в своём желании вырваться с громким заголовком на первую полосу.
Внезапно уже привычный шум зала наполнился новым шорохом. Генриетта подняла глаза от блокнота и из-за яркого света софитов не сразу разглядела ворвавшегося в зал человека. Судя по его ожесточенному настрою и последующих после его появления нервных шептании вокруг, за пределами пресс-центра случилось что-то плохое. Едва мелькнула на странице блокнота запись "20-05, случилось что-то.." и Генриетта вздрогнула как от сильного удара. "20-05, случилось что-то.. Уильям? Уильям?! Уиль... "
Время замедлилось. Девушка ощутила, как что-то схватило её за горло, не давая нормально вдохнуть и выдохнуть. Тело напряглось, блокнот выпал из её рук под стол и там захлопнулся - никто, кроме хозяина не способен его открыть. Генриетта повернулась к Уильяму и едва удержалась от того, чтобы не схватить его за руку. Подобное с ней случалось редко, если не сказать, что никогда: с тех пор как они обменялись осколками души, Генриетта не чувствовала состояние Уильяма так чётко, как сейчас, а это означало, что случилось что-то из ряда вон. Уильям держался наплаву, сохраняя непроницательное выражение лица и совсем не смотря на своего секретаря, а Генри хотелось схватиться за голову от боли и переживаний. Ей было абсолютно плевать на то, что происходило за этими стенами, в зале, да и вообще в мире: её внимание была приковано к мистеру Нотту.
Наконец, объявили вынужденный перерыв. Генриетта, умудряясь скрывать свою катастрофическую обеспокоенность, кинула беглый взгляд по залу. Вероятно, нужен был врач, но не здесь - нельзя было позволить хоть кому-то увидеть, что с мистером Ноттом что-то не так, это бы породило уродливые слухи и нелепые домыслы, коих и так в желтой прессе хватало. Она выслушала Уильяма с каменным лицом, внутренне сотрясаясь от страха за него. Что-то было не так - это точно.
-Хорошо, мистер Нотт, я оповещу его, - ответила она ему, наблюдая, как маленькая капелька пота скользит от его виска к шее.
Генриетта хватилась своего блокнота и был вынуждена вернуться в зал. Там, всё еще сидя за столом, миссис Джордан буквально фонтанировала паникой и теребила пустой стакан. Увидев Генриетту, она подскочила к ней, выпустив стакан и разбив его, и схватила за запястье. Генри слегка заметно дернулась, но всё же остановилась.
- Что там случилось? -  голос миссис Джордан надрезал сфокусированное на Уильяме внимание, ужасно мешал сосредоточиться на важных задачах этой минуты, поэтому Генриетта молча улыбнулась женщина и попыталась обойти её, попутно изымая свою руку из её пальцев. Попытка не удалась.
- Всё хорошо, миссис Джордан, успокойтесь. Успокойтесь, - хоть мисс Одли и не обладала даром внушения, она постаралась вложить в последнюю фразу максимум оставшегося в ней самой благоразумия. Паника - последнее дело в таких обстоятельствах.
Блокнот нашелся под столом - Генри поддела его краем туфельки, подняла и раскрыла на первой попавшейся странице.
- Миссис, - позвал её кто-то со спины. Генриетта от раздражения дернула плечом.
- Мисс Одли, - буквально на автомате поправила она, не отрывая взгляда от вырванного листа. На нём аккуратным, но чуть неровным почерком выводилось её письмо:
"Уважаемый мистер Крайтон! Мистер Нотт прибудет к Вам скоро. Просьба Вас дождаться его и оказать ему помощь.
Генриетта Мирджам Одли, секретарь главы ДМПиК"

Последней появилась её собственная подпись.
- Мисс Одли! - опять тот же самый голос. Генри быстро подняла взгляд на потревожившего её человека и опустила было глаза обратно, к письму, которое предстояло запечатать заклинанием, но что-то в его руках заставило вернуться. Мужчина, наконец дождавшийся её внимания, переступил с ноги на ногу.
-Мисс Одли, кажется, Вы сопровождали мистера Нотта? Он обронил...
Генриетта не знала этого мужчину, могла бы послать его ко всем дракклам в этих обстоятельствах и была бы абсолютно права, если бы не одно но: она знала, что именно держал в руках этот парень и кому именно это принадлежало. Нервно сминая уголок письма, Генри никак не могла решить, что делать. С одной стороны, ей нужно было срочно отправить письмо, с другой - попытаться догнать Уильяма, если он еще не трансгрессировал.
- Держите, - Генриетта рывком вручила консьержу письмо. Она была уверена в своём запирающем заклинании, поэтому за конфиденциальность волноваться не было смысла. - Найдите министерскую, не почтовую!, сову и отправьте адресату. Срочно! А это, - она раскрыла сумочку под его рукой с амулетом. - Кидайте сюда, пока не натворили дел.
Блондинка видела, как мутнел взгляд несчастного и как ему становилось дурно, и примерно понимала, что с ним происходит и по чьей вине. Она дождалась, пока амулет не упадет на дно её чёрной миниатюрной сумочки, затем подхватила под локоть консьержа и усадила на стул, на котором только что сидела сама.
- Отдохните минуты три, тошнота скоро пройдёт, - торопливо шепнула она ему и кинулась к выходу.
Улица встретила её октябрьским холодом - пальто она забыла внутри - и нескончаемым гомоном. Митингующие были в ударе в этот вечер, авроров заметно прибавилось, везде сверкали вспышки сигнальных огоньков и фотокамер. Девушка металась взглядом по толпе, пытаясь и надеясь вычленить из неё одну единственную фигуры. Вдруг знакомый силуэт качнулся где-то вдалеке и скрылся за поворотом.
-Мистер Нотт! - что есть сил крикнула Генри, но это было бессмысленно в таком шуме, поэтому она побежала. Едва не упав на последнем порожке, Генриетта ворвалась в толпу - другого пути тут не было - и начала проталкиваться. Её пинали, где-то толкалась она сама, то локтями, то заклинаниями. Трансгрессировать здесь было опрометчиво, поэтому приходилось отнюдь не женским проворством преодолевать расстояние до Уильяма.

0

22

Жду самую любимую, нежную девочку с личным демоном


Solveig Gerda Scarrs  |  Сольвейг Герда Скаррс
And then he'd say, it's alright, I got home late last night
but   I'm a   s u p e r g i r l    and supergirls    j u s t    f l y.

https://i.imgur.com/0gDTPot.gif https://i.imgur.com/L0niWsg.gif
полукровка, 25 лет (1957 г.р.), род деятельности на ваше усмотрение | alycia debnam carey / любая на ваш выбор подходящая под персонажа


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

этот день для меня как агония
и тоска по тебе не сравнится даже с тобой.
я вырву все что написано
и лето станет теплой южной зимой.
кто они
когда мир бесится?
кто они – наши дети?
кого им держать за колено?
возвращайся скорее домой
у каждого свои демоны
возвращайся скорее домой
и укрой себя мной
чтобы сердце запело.

Сола - мой луч света в темном царстве. Маленькая, хрупкая, нежная - до невозможности любимая. Кладет голову на колени, смотрит так, что сердце замирает, и только единицы знают, что творится у нее внутри, сколько демонов хранит, и как борется с ними.
Ей не повезло с семьей, но Маркус надеется, что ей повезло с братьями. Отец - пьяница и тиран, мать - не знала вовсе. Маркус заменил ей обоих. Баюкал, кормил, любил, пытался дать ей то, чего от рождения была лишена. Росла и видела только нищету и грязь, радовалась наспех сколоченной игрушке из пустых бутылок и каких-то деревяшек, радовалась, когда Маркус рисовал ей на старых газетах и помятых листах пергамента. Несмотря ни на что не утратила веру в сказку. По крайней мере он хотел так думать.
С раннего возраста замечал, как иногда замыкается - смотрит в пустоту, шепчет что-то тонкими губами, как сжимается в комочек и заходится плачем. Слышит что-то, только ей известное, видит что-то - только ей открывающееся. Долго гадал, что это, пока однажды в ней не проявилась Герда. Кажется, что и черты лица изменились - стали более жесткие, острые, исчезла вся мягкость во взгляде. Сольвейг больше не существовало. Герда громко и вызывающе смеется, бьет словами и кулаками - не важно кого и как, бросается так, что норовит выцарапать глаза и разодрать все лицо как дикое животное. Маленькое дикое животное. Биполярному расстройству не важно - волшебник ты или маггл, оно калечит и истязает изнутри.
После каждого приступа Маркус и Игнар залечивали раны - большинство их шрамов - от нее. За каждый их шрам, придя в себя, она изводила себя. Он мог только догадываться, что творилось в ее душе от осознания, что она приносит боль своим единственным близким.
Приступы стали частыми в их доме, и даже когда Сола поступила в Хогвартс, Маркус часто ее навещал и все пытался найти лекарство. Зелья были, но у каждого был кратковременный эффект - организм вырабатывал привычку и все повторялось заново. На ее шестом курсе случилось то, что рано или поздно должно было произойти - Герда едва не убила однокурсника - разбитое стекло режет по шее лучше всякого ножа.
Маркус прибыл в школу сразу после письма. Он до сих пор помнит больничное крыло, свернувшуюся калачиком Солу на кровати, и громкие, завывающие рыдания - тогда же она и зарекается влюбляться и любить - подпустив к себе человека обрекает его на опасность.
- Забери меня, забери, - просит так, что кровь в жилах стынет. От ее голоса, от ее вида все сжимается внутри него. Но он не заберет, решив что в Хогвартсе ей будет лучше, а на следующий день ее найдут с перерезанными запястьями в женском туалете. Если бы Маркус встретил боггарта, тот бы обязательно принял облик окровавленной, мертвой Солы. Тогда же, кто-то из профессоров Хогвартса сварит новое зелье, оно поможет убрать приступы. Этого зелья хватит на долгие годы.
1982 ой год. Она сидит в баре принадлежащего Маркусу, пьет бокал за бокалов огневиски, и смотрит так, что Маркус понимает - Герда вновь вернулась.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Сола - запутавшийся, испуганный ребенок. Всегда будет для него ребенком, не иначе. Она сама не понимает, что творится в ее голове и никому, кроме брата не рассказывает о том, что несмотря на лечебное зелье - постоянно слышит в голове свое второе Я. Дикое, необузданное и жестокое. Борется с ней каждую минуту своей жизни. И зелье помогало сдерживать до недавнего времени, сейчас ей все сложнее и сложнее контролировать ее.
Я не прописываю ее личную жизнь, и ее работу - она может быть колдомедиком, журналистом, может помогать брату с баром и тату-салоном, может работать где-то в антикварной лавке помогая ему сбавлять краденое. Вариантов много, полет фантазии не ограничен. Единственное что хочу - чтобы их связь друг с другом была неразрывна. Он первый - к кому она обратится за помощью, она та - к кому он полетит по первому же зову.

Прикрепляю семейное древо:
мать - Ольга Скаррс (в дев. Сигерд). Умерла в возрасте 35ти лет (15 мая 1960-го). Чистокровная волшебница.
отец - Ульфхам Скаррс, 1920-го года рождения. Чистокровный волшебник.
сестра - Сольвейг Скаррс, 25 лет (1957 г.р), чистокровна.
брат - Ингар Скаррс, 28 лет (1954 г.р), чистокровен.
Маркус Скаррс - 34 года (1947 г.р.)

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая, а там договоримся


Пример поста

Я играл с океаном, а прежде играл с огнем, мои женщины были отчаянны и умны.
Я смотрел им в глаза, и в каждой искал ее, а когда уставал, возвращался домой с войны.
Я растил сыновей, я рассказывал им о ней, сыновья улыбались доверчиво и светло. «Ты узнаешь ее, - они говорили мне. - У нее на запястье будет одно крыло».
Я прошел через штиль, прошел через чертов шторм, верно в каждом порту ждала бы меня жена, но я шел умирать, не ведая сам, за что – и остался жив, когда позвала она.
В этой женщине мир, которому равных нет, вопреки всему, что я сотворил из слов.
«Ты узнаешь ее, - они говорили мне. - У нее на запястье будет одно крыло».

Я не знал ни одной, что умела бы так молчать, появляться на горизонте, идти ко дну. Словно сам Господь положил ее как печать на сердце моем.

В его самую глубину.

Амикус вопреки устоявшейся привычке не ушел в свой кабинет, а остался сидеть за столиком у стены - скрытом большой деревянной балкой, о которую неоднократно разбивали чью-то голову, бутылки или посуду (по стечению обстоятельств, головы здесь бились куда чаще, чем стекло). Перед ним лежало несколько пергаментов - где-то перед глазами плясали цифры, где-то чьим-то корявым почерком выводились закорючки шифрованного языка, где-то даже был какой-то детский рисунок (так всегда любила развлекаться Алекто). И во все это он честно пытался вникнуть второй час, только мысли уходили куда-то в сторону, не давая ему сосредоточиться за работой.
Он находил какое-то извращенное удовольствие просто наблюдая за нею со стороны - как ловко Эвер управляется с посудой, как скользит по залу словно ничего не весит, как улыбается гостям и порой ему казалось, что видит свечение вокруг нее, видит исходящее от нее тепло в таком количестве, в котором никогда не видел, и это завораживало больше самого необычного волшебства.

Когда она пришла сюда - Амикус считал дни, когда же это хрупкое создание уйдет восвояси не выдержав колорита здешнего места и его обитателей - людьми этот сброд тяжело было назвать, и к этому сброду Кэрроу относил также себя.
- Генрих, повтори, - чуть хрипло - уже несколько дней безбожно болит горло сжимая гортань тисками, мужчина заходится в громком кашле, а после делает глоток обжигающего виски, - хозяин, вам бы к целителю, - гоблин как всегда мудр и прозорлив настолько, что подмечает очевидное, Он опускается на стул рядом с волшебником, не стесняясь наливая себе бокал хозяйского виски, - ребятки Сивого что-то совсем расхулиганились, боюсь как бы до дурного не дошло, - гоблин выпивает и громко крякает, тут же занюхивая своим огромным носом просаленный рукав некогда белой рубашки - а сейчас практически желтой, насквозь пропахшей алкогольными парами и дешевыми сигаретами посетителей, - может пора нанять вышибалу? Негоже вам, хозяин, постоянно выкидывать этот сброд, - второй полный стакан в руках гоблина, пока Кэрроу не смотрит - он также сидит, откинувшись на стуле, голова его чуть наклонена набок, а сам мужчина неотрывно следит за Фарлоу, убирающей стулья. Тут же над ухом раздается очередной кряк и гоблин со стуком ставит бокал на стол, - ну может быть вы уже скажете ей о своих чувствах? - этот тихий, и достаточно невинный вопрос заставил волшебника перевести взгляд на друга. Генрих работал здесь с самого основания бара, и был достаточно неплохим собеседником - Амикус уже давно смирился, что гоблин часто опустошает бар, смирился с его запоями и пьяными выходками, но никак не желал мириться с тем, что этот старик смеет лезть к нему в душу, это пространство Кэрроу оберегал крайне щепетильно, - дорогой мой друг, - его голос тих и спокоен, - все выжратое тобой виски я учту в счет твоей зарплаты, и займись наконец-то работой, иначе я вышвырну тебя отсюда быстрее, чем ты успеешь допить этот третий бокал, - гоблин лишь фыркнул, Амикус порывался уволить его с первого дня и до сих пор не осуществил свои угрозы, прощая ему многие ошибки, и Генрих совершенно не обидевшись, громко покряхтывая вернулся вернулся за барную стойку, куда также подошел Амикус, отдавая бумаги старику.

Эвер оказывается рядом, настолько близко, что он чувствует легкий аромат ее духов, настолько приятный, что ноздри мужчины раздуваются в желании втянуть как можно больше этого запаха в себя, порой, когда Эвер была на выходном, ему казалось, что он скучает по этому запаху, чистому, легкому... — С вашего позволения, мистер Кэрроу, - она перевешивается через барную стойку, вскользь задевая его рукой. Аккуратная ладонь с тонким запястьем. «Ты узнаешь ее, - они говорили мне. - У нее на запястье будет одно крыло». Он уловил тонкую паутинку вен, которые напоминали крыло, и Кэрроу никогда не думал, что обладает такой удивительной тактильной памятью - даже спустя несколько минут он чувствовал тепло прикосновения.
- Сколько вы будете медлить? Эта девушка осветит вашу жизнь, - пьяный бармен проводит Эвер взглядом, а Амикус грустно усмехается вертя в руках пустой бокал, - она не для меня, Генрих. ...Она не для меня, - ставит точку и вместе с ней бокал, он не хотел продолжать эту тему, он не хотел видеть жалость в глазах старого друга, все это было нестерпимо для Амикуса Кэрроу, который раз и навсегда решил, что не нуждается в жалости, любви и Эвер Фарлоу. - Я пошел, не забудь отправить документы, - волшебник отстраняется от стойки и идет в подсобку, где пылились пара принесённых гоблином книг.

Амикус Кэрроу не положительный герой, точнее он совершенно не герой. Он был насквозь пропитан цинизмом, жестокостью и черствостью. Он мог избивать, убивать и унижать - его этому учили с самого детства, он вырос в этом, все это было частью него и Амикус совершенно не хотел это менять, так было легче выжить в этом спятившем мире.
— Надеюсь, ты будешь кричать, потому что я люблю все эти игры в жертву. - грубый мужской голос и сдавленный девичий крик заставили мужчину остановиться у прикрытой двери, он особо не медлил - даже не думая расчехлять волшебную палочку, мужчина резко оказался в кладовке, видя перед собой ублюдка Сивого и прижатую им Эвер, ее глаза будут после сниться в кошмарах - страх, отчаяние, отвращение, что в голове что-то щелкает и наружу вырывается чудовище, за которое Темный Лорд наградил его меткой.
- Ну что же ты, приятель, кто так делает, - его поведение обманчиво спокойно, оборотень совершенно не правильно толкует его слова и довольно ухмыляется резко задирая юбку Эвер и начиная перебирать волосатыми руками на девичьем теле. - Я тоже люблю эти игры, давай поиграем вместе, начинай кричать, - голос похож на рык, а оборотень откинут к стене - его нос сломан и хлыщет кровь, но это Кэрроу не останавливает - он бьет иступляюще, бьет так, что на собственных ладонях костяшки стираются и проблескивает кость - ему плевать на боль, он хочет уничтожить того, кто посмел прикоснуться к ней. На стенах и полу кровь, белая рубашка Амикуса и жилетка пропитываются кровью избитого оборотня, который сейчас уже лежит на полу и лишь хрипит, - ну как приятель, поиграл? - сумасшедшая улыбка играет на губах, он приподнимает оборотня за волосы всматриваясь в помутневшие от боли глаза, - хочешь еще? - улыбка сходит, губы плотно сжаты и он с силой припечатывает его голову о каменный пол, зажмуривается, чувствуя на лице горячие брызги чужой крови. Оборотень затих, и Кэрроу наконец-то выпрямляется, - видимо он наигрался, - пальцами стирает с щеки, губ, подбородка - кровь, невольно размазывая ее еще больше, и сейчас поднимает глаза на девушку, тут же задумываясь о том, каким чудовищем предстал сейчас перед ней, но это была его суть и он никуда от нее не денется, и если сейчас Эвер вылетит из этой подсобки и больше никогда сюда не вернется, или же побежит в Аврорат - он поймет и не станет чинить препятствий. - Ты в порядке? Он не успел...? - Замолкает, только сейчас приходит боль, и не заметил как оборотень обороняясь рассек ему висок и разбил губу, мужчина чуть морщится, остановившись рядом с девушкой, смотря на нее сверху вниз и борясь с желанием притянуть ее к себе, дать понять, что он рядом и с ним не нужно ничего и никого бояться. Глупый... глупый Кэрроу.

0

23

Spring was about change, and so were we. ©


ТОЛЬКО В АПРЕЛЕ
упрощенный шаблон анкет
для всех мужских персонажей

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/359838.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/915888.gif

0

24

ЛЮБИМОГО МУЖА


Lucius Malfoy  |  Люциус Малфой
The rumors you’ve heard are true. But you have no proof.
https://i.imgur.com/x8suurD.gif https://i.imgur.com/lpN67gW.gif
чистокровный, 28, коллекционер темномагических артефактов*** | Cody Fern


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Иногда я думаю, что едва ли знаю тебя. Ты умеешь удивлять, Люциус, даже несмотря на то, что мы вместе почти десять лет.
Мы были знакомы, пожалуй, ещё до Хогвартса, как дети одного круга, как и со многими из наших однокурсников и школьных друзей, встречались на тех мероприятиях, куда брали нас родители, общались в Хогвартсе, в клубе профессора Слагхорна, куда были приглашены мы оба. В нашем обществе любовь была скорее следствием долгих отношений, совместной жизни, но не причина их, не основа семьи и вообще считалась необязательным "элементом". Бывало, правда, что любовь и долг совпадают, но такие случаи редки. (У нас так тоже может быть, если захочешь.)
Ты умеешь очаровывать. В тебе есть нечто притягательное, магнетическое, особенно когда на твоих губах появляется лёгкая улыбка, сродни усмешке, когда загораются, вспыхивают глаза. Мне нравится играть, наматывая на палец, твоими светлыми локонами, что отливают золотом при свете солнца. Но полюбила я тебя не за это (ибо красота слишком ненадёжная основа).

Ты всегда держал слово. Если ты что-то говорил, все знали, что так и будет сделано. Твои слова не расходились с делом. И это вызвало уважение у меня, когда ещё я не так хорошо тебя знала. Ты учтив и вежлив со всеми, галантен с дамами, но за этой обаятельной маской скрываются свои демоны. Ты, как и я, знаешь, что важно не быть, а казаться. Это негласный закон среди таких, как мы. Не имеет значения, о чём мы думаем - главное, как мы это показываем. Нас так воспитали.
Несмотря на это, ты по-своему честен. Эмоции, когда они проявляются у тебя, пусть и случайно, неподдельные. Но тебе никогда не составляло труда справляться с ними, ведь мужчины в роду Малфоев рождались со склонностью к ментальной магии, окклюменции. И ты также хорошо ей владеешь. Может быть, поэтому так особенно важны для нас обоих те случаи, когда можно не притворяться друг перед другом, отпустить себя - потому что мы с тобой знаем тайны друг друга, знаем всё то, что тщательно скрывается от других. Ведь если я не могу доверять тебе, а ты - мне, то кому тогда можно?

Ты знаешь, что можешь положиться на меня,  что я поддержу тебя, что бы ни случилось, и всегда буду на твоей стороне. И если однажды интересы моей родной семьи разойдутся с твоими, я выберу тебя. И выбрала, когда пришло время: моя сестра была схвачена и отправлена в Азкабан, но я ничем не могла помочь ей. Я думала о тебе. И если на тебе и есть вина перед законом, то на мне не меньше. Да, рассказала я тебе не сразу, но если бы я сказала, ты бы мог запретить. А я (ты же помнишь, что я - Блэк?) не послушала бы тебя и всё равно поступила б по-своему. Прости, Люциус, но иначе... я не могла.
В первый год нашего брака произошло несчастье: я потеряла ребенка. В это время именно ты помог мне вновь ожить, за что я благодарна тебе. Мы сблизились в этот период ещё сильнее, я искренне привязалась к тебе. Эта рана зажила не сразу, но теперь, глядя на нашего маленького сына, я думаю о том случае как о неудавшейся попытке. И я счастлива, когда беру на руки малыша Драко, который, научившись ходить и бегать, доставляет немало хлопот. Он похож на тебя, за что я люблю его ещё больше. Ради только лишь вас двоих я готова на всё - в самом прямом смысле этого слова.

"Я люблю тебя" не просто слова. Они значат, что один человек хочет сделать другого счастливым. Что один стал для другого солнцем, сердцем - жизнью. Что один готов жертвовать для другого тем, что важно для него самого. Иногда - собой. Чаще же всего такого не требуется, хотя жертвовать гордостью, уступая во имя мира, своими интересами, прощать, принимать таким, какой есть, очень не просто. Я поняла, что люблю, когда оказалась на грани потери. Что любила я тебя всегда. Только не знала, что так называется.
В школе у меня был друг, но шансов у него, скажем правду, было мало. Привыкнув видеть в нём друга, я не замечала, что он чувствует ко мне. А ты, возможно, к нему ревновал - ведь мы нередко проводили время вместе. Впрочем, всё это закончилось давно, до нашей свадьбы. И я уверена, что всё сделала правильно. Та история осталась в прошлом. Которое, может быть, ещё напомнит о себе... Но верь мне: ты был и останешься единственным мужчиной, которому я когда-либо принадлежала.

Если меня спросят, почему или за что я люблю тебя, у меня вряд ли получится ответить. Я знаю, что тебе несвойственна жалость, что ты бываешь очень жесток и холоден. И, хотя мы нечасто говорили об этом, знаю, чего требует от тебя служба Тёмному Лорду: я тоже вместе с тобой присутствовала на тех собраниях Пожирателей Смерти, что проходили в мэноре. Ты совсем не похож на образ прекрасного принца из сказок, но я тебя таким никогда и не видела. Эти принцы... слишком однотипны и скучны. Ты сложный, противоречивый, разный: ты можешь хладнокровно произнести страшное тёмное заклинание, и ни один мускул на твоём лице не дрогнет. Но ты также - заботливый отец. Глухой к чужим мольбам, ты чуток и внимателен к близким тебе людям, к тем, кто для тебя важен. Ты наблюдателен, привык подмечать мельчайшие детали, ибо они подчас много рассказывают о человеке, гораздо больше, чем слова. Которые вовсе не главное средство общения между нами. Иногда один взгляд, один осторожный жест заменяют тысячу слов. И за столько лет брака мы научились понимать друг друга, не говоря ни слова.

А знаешь ли ты, чего я боюсь сильнее всего? Твоего равнодушия. Если вдруг случится мне однажды увидеть его в твоих глазах, это убьёт меня. Если у тебя появится другая женщина (а я, даже не зная наверняка, почувствую это, замечу перемену в тебе), я убью её. Потом тебя - потому что вынесу всё, кроме измены, и не смогу тебе её простить. А затем себя - потому что за твою смерть должна расплатиться, и виновный в ней должен быть наказан равносильно вине. Я люблю тебя не потому, что ты превосходишь других мужчин, но потому, что ты... Это ты.
***
Здесь, на самом деле, очень много вариантов их отношений. Мне кажется, они могли подружиться в школе, а их семьи, заметив это, увидели хороший знак и решили заключить союз. Причём договориться об этом могли достаточно рано, а заключить помолвку тогда, когда они станут подходящего возраста. Что, в принципе, довольно типичный случай для английской аристократии, пусть даже и волшебной, они ведь консерваторы.

Отрывок из анкеты (можно прочитать полностью с аккаунта Читателя)

Люциуса Малфоя, старосту факультета, она, конечно же, хорошо знала. У девушки не вызвала удивления новость о грядущей помолвке: Малфои чистокровны, богаты, влиятельны, занимают высокое положение. Нарцисса всегда знала, в чём заключается её долг: выйти замуж во имя укрепления союза между семьями, подарить мужу наследника, быть ему верной женой, надёжной опорой. Чувства здесь были лишними. Уважение, забота, преданность - вот что требовалось, о любви же не было ни слова. И в этом смысле она могла стать идеальной парой ему.
Люциус чем-то напоминал девушке Сигнуса: тоже хладнокровный и властный. Иногда ей казалось, что отцу эмоции вовсе чужды. Порой нечто похожее замечала она и в Люциусе, но на этом сходство с отцом заканчивалось. Она часто уступала, стремясь избежать споров и ссор, что не было просто, но могла и настоять на своём, если нужно, если знала, что права. Ведь именно этого от неё и ждали: быть покладистой, мягкой, терпеливой, весёлой, не показывать огорчения, раздражения, поддерживать и быть "тихим островом" среди бушующих волн. Но порой гордый нрав Блэков проявлял себя, и тогда, не желая мириться с чем-то, она упрямилась, настаивала, просила, используя те женские чары, что действуют даже лучше магии, ибо магию может выявить специальное заклинание, а их обнаружить сложнее, только если знать наверняка.
***
«Он мёртв, Нарцисса. Мы проиграли…»
«Главное, что жив ты, Люциус…» – слёзы текли по лицу, но она не обращала на них внимания. Вернулся. Жив. Никогда таким не видела его: таким бледным, уставшим, измученным. Никогда ещё так не боялась его вновь не увидеть. Его потерять. Может быть, в этот момент женщина впервые осознала, что по-настоящему любит. Несмотря ни на что и вопреки всему. Никогда ещё он не был ей так дорог, как в тот момент, когда она обняла его, пряча слёзы.

«Мне Драко сказал, что ты вернёшься». Смеётся, задыхаясь от слёз. От радости: небо услышало её просьбу.
Она могла бы сказать, что в тот день заново полюбила. Хорошо его зная, вот таким, каким он был, она бы вновь выбрала его. Вновь ответила бы «да».

Вы видите, что здесь большей частью об отношениях Люциуса и Нарциссы, отчасти - кое-что об его характере (то, что мне бы очень хотелось в нём видеть). Его биография, род деятельности, отношение к Нарциссе - на ваше усмотрение. Да, она любит Люциуса, и это уже крепкое, осознанное чувство, не детская влюблённость, но хотите, давайте добавим драмы и устроим ей безответную любовь к супругу, я не против хд А можно сделать и так, что они станут одним из тех редких случаев, когда долг совпадает с любовью...
***Люциус ранее не работал (по крайней мере, официально) нигде, Абраксас был главой одного из отделов ММ. Выбрать род деятельности можете любой, но придётся это как-то учитывать, потому что много других персонажей тоже об этом знает)
Коллекция тёмных артефактов, насколько помню, была в каноне: Драко говорил, что хранится она под гостиной, а ещё Люциус кое-какие артефакты продал Борджину, когда проводились обыски в связи с побегом Сириуса Блэка.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

У меня нет требований к постам, количеству символов - так как я полагаю, что писать надо так, как пишется, как подходит это тебе и персонажу)) Я могу быть спидпостером, могу писать раз в неделю - тут ещё иногда зависит от реала. И если что-то случается в реале и вы не можете писать, то спокойно подожду вас, главное, не пропадайте без предупреждения)
Вообще главное, наверное, чтобы вы любили этого персонажа, хотел играть и развивать его. Хотелось бы написать их историю - с начала и до... это уже, впрочем, как получится, конечной точки тут нет) Я люблю драму, да и персонажи к ней располагают, не видятся они мне такими, которых бы устроил "простой хэппи-энд". На самом деле, здесь всё обсуждаемо: они могли влюбиться друг в дружку в Хогвартсе, и тогда брак по расчету стал ещё и браком по любви. Или, может быть, была безответная любовь, или даже любовный треугольник (или вообще любая фигура хд). Есть только два момента, которые уже упоминались и поэтому неизменны: дата брака - лето 1973, практически сразу по окончании школы Нарциссой, - и потеря ребёнка в первый год брака.
Внешность сменить можно, но хотелось бы сначала как-то обсудить это. У предыдущего игрока был Джейми Кэмпбелл Бауэр, выбор необычный, возможно, для Люциуса, но очень персонажу подходивший)
В общем-то, думаю, нам будет несложно найти компромисс, если это потребуется, я сама по себе очень склонна к нему. Просто приходите) Я очень жду вас)))

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая, лс (меня проще застать на форуме, чем в тг)


Пример поста

Нарцисса позволяет лёгкую улыбку в ответ на слова собеседницы. Слухи чрезвычайно интересны, о да, но доверять им - опасно. В умелых руках они превращаются в смертельное оружие, способное уничтожить любого лучше заклятий. Слухи - как лернейская гидра: пресечь невозможно, голову отрубишь - на её месте две вырастут. А фантазия людей безгранична. Потому Нарцисса предпочитала обо всём составлять собственное мнение. По крайней мере, о вещах важных, имевших значение. На иные же и время тратить не стоило.
Миссис Малфой согласно кивает на слова о писателях и поэтах, эти имена хорошо ей знакомы, как и многие другие. Литературу разных стран читала она, а тех, с кем рядом живёшь, тем более знать надо. Бонна читала вслух певучие, музыкальные стихи Италии, и строки Петрарки впечатывались в память. Они лились дивной мелодией, лаская слух, перенося в то время, когда были написаны, и закрывая глаза, маленькая Блэк мечтала.
Вот ещё опасные люди - писатели и поэты. Их оружие - не волшебство, не посох и не волшебная палочка, не какой-то артефакт. Их оружие - особая магия, заключённая в слове, что ложится на бумагу, выведенное острым пером. И могут они возбуждать души людей, усмирять восстания или наоборот, воодушевлять на сражение одной лишь силой вдохновенного слова. И в мире магии, где слова в буквальном смысле обладают властью созидать и разрушать, где ошибка в произнесённом слове может привести к порой непоправимым последствиям, придавалось всегда большое значение речи, словам, обещаниям, клятвам, обетам. Не потому ли так тщательно следовало их подбирать, так внимательно следить за ними, ибо и проклятие случайное, данное в пылу гнева, сбыться могло, если от сердца шло, если искренним было желание. Не зря Непростительные заклятия самые страшные.
- Теперь уже мне сложно не согласиться с вами, синьора, - Нарцисса отмечает про себя приятную улыбку девушки, манеры, достойные молодой леди, лёгкость и естественность общения, несколько отличающую иностранную гостью - девушка так и искрится, так и смеётся, глядя вокруг обжигающе-темными глазами. - Искусство привлекает нас своим содержанием, и порой сам поиск ответа сам по себе вызывает интерес. Я совершенно согласна с вами и скажу, не отрицая несомненной важности конечной цели, что иногда не столь важен сам результат, сколь процесс его достижения.

К ним подплыл поднос с напитками - домовика, его несшего, заметно и не было. Она взяла один бокал с вином, другой протянув гостье - как если бы хозяйкой в мэноре была, с истинно английской гостеприимностью. В зале царила атмосфера веселья сдержанного, отдававшего чопорностью кое-где, но тем не менее, чувствовалось уже дыхание приближающегося Рождества.
- За Италию и Англию, - предложила Нарцисса, - и знакомство с вами, синьора Кавальканти, - мягко улыбнулась молодая женщина, поднося бокал к губам. Да, неизвестность всегда заманчива, но также и осторожность соблюдать стоит. Первое впечатление обманчивым бывает: и у прекраснейших роз шипы да колючки есть. Итальянка загадкой была, но, пожалуй, из разряда тех, которые не хочется разгадывать до конца. Две девушки были как медлительное анданте и стремительное аллегро - две противоположности, блондинка и брюнетка, но в то же время и сходство было между ними немалым, именно оно позволило встретиться здесь сегодня, свело друг с дружкой среди всего множества собравшихся гостей.
- Не кажется ли вам, что тайны и искусство объединились в создании артефактов? Не тех простых, которые многим доступны, но поистине уникальных и редких, со своей историей и особенностями? Ведь они, можно сказать, воплощение, можно сказать, живой магии в неком предмете.

В Малфой-мэноре коллекция артефактов была обширна, и Нарцисса знала, о чём говорила: она изучала множество книг, связанных с ними и с древней магией, что всегда её интересовало, ибо и родовая магия основана была на ритуалах и заклятиях старинных. Когда же что-то является ещё и семейным делом, то и вовсе невозможно не знать о нём. Она опасалась артефактов и непредсказуемости последствий обращения с ними и часто волновалась, когда супруг отправлялся за ними, и в такие моменты готова была все их ненавидеть за этот риск.
- Мой супруг коллекционирует артефакты, можно сказать, это семейное дело, начатое одним из его предков. - И после краткой паузы спросила как бы к слову: - А что насчёт вашей семьи, синьора? - Каков род занятий её семьи? Нарцисса сделала мысленную пометку - узнать больше о роде Кавальканти. Она отлично знала чистокровные семьи Магической Британии, не только "Священных 28", генеалогию которых когда-то учила чуть не наизусть, однако не все иностранные фамилии были так же хорошо известны. Для неё беседы подобные с танцами схожи были, где партнёры роли знают и фигуры, но лишь этого мало: от умения чувствовать и угадывать другого человека зависит красота танца и удовольствие, от него полученное. Но собеседница намёки легко улавливает, сама в том же духе отвечает, и разговор удовольствие доставляет. Пожалуй, она не ошибётся, если скажет, что у них есть все шансы подружиться. Насколько то возможно в их среде, ибо близких друзей у Нарциссы было не так чтобы много.

0

25

В ПОИСКАХ СВОЕЙ ВОСХИТИТЕЛЬНОЙ БЫВШЕЙ


Девочка Война (возможно совмещение с орденским каноном)
"Я разучилась плакать. Я стала злобной. Я курю матросский табак, адское зелье..."
https://i.pinimg.com/originals/3c/46/15/3c4615d8dbdf32678811411290b99b8c.gif
ок. 30 лет, любого резус-фактора, хитвизард или аврор | Melanie Laurent (менябельно)


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

В 72ом для охраны порядка власти нагнали хитвизардов в Мунго. Она была среди них. Она терпеть не могла больницы и не переносила больничных запахов. Они возвращали ее в какой-то личный филиал ада, который она упрямо старалась оставить позади. Но юная воительница сжимала кулаки и прилежно выполняла свою работу.
Она потеряла на этой войне кого-то очень близкого (или потеряла всех). Еще до нашего с ней знакомства. Колючая, резкая, гипертрофированно независимая девица. Дикая и несчастная. В той, какой-то совсем иной, прошлой жизни она встретилась ему разбитой девчонкой в свежих подпалинах. Гордая и бескомпромиссная, она хорохорилась и делала вид, что ей нипочем все горести мира. А Гиппократ с энтузиазмом юного натуралиста приручал ее, словно дикого зверька.

- Девочка Война… - произносит он, растягивая, и оба они отчетливо слышат в этом не сорвавшееся с его губ «Моя…».
Молодому целителю то и дело представлялся шанс латать ее новые раны, полученные в боях. Он словно фокусник, достает уже отточенным жестом из кармана белоснежный платок, над которым она всякий раз иронизирует, и привычно протягивает его ей, немногословно кивая на новый порез.

Прямолинейная, упрямая, жесткая. Словно ершистый подросток, ежедневно она доказывала всем, что сильная и независимая. Внешность хрупкой блондинки удивительным образом сочеталась в ней с несгибаемой волей и с не женскими скептицизмом и саркастичностью. Ее когда-то научили самодостаточности и не следовать слепо за толпой, только вот не избавиться теперь ей от мысли, что вокруг нее сплошь одни идиоты. Но при всей своей браваде вечного бойца, плюющего на правила и мораль, она справедлива и не способна на подлость. А еще она устала разбивать собой стены и жить на износ.
Она давно привыкла прятать свои чувства и бояться привязанностей. И угораздило ее столкнуться судьбами именно с этим типом, у которого все запредельно и нараспашку. Они встретились в самое неудачное, и одновременно в самое подходящее время. Едва ли кто-то из них рассчитывал тогда на долгий и продолжительный роман. Разбитые на части, выжженные. Глубоко внутри их обоих в тот момент разбирало от злости от того, что все вокруг живут как прежде, пока они оба стояли в золе на руинах своих прежних жизней. Но он снова и снова заговаривал с ней в Мунго, игнорируя все тонкие намеки и предельно откровенные пожелания, куда ему стоит пойти.

- Ты всегда такой..?
- Неотразимый?!
В тот вечер она, наконец, позволила пригласить ее куда-нибудь выпить. 
- Ты можешь хоть минуту не сыпать идиотскими комплиментами и шуточками, и не быть так старательно вот этой всеми любимой здесь "душкой"?!
- Нет. - просто отвечает он, - Потому что, если я перестану быть с людьми милым, с большой вероятностью, я начну их убивать.
- Не приемлешь полумеры?!
- Хочешь поучить меня жизни?! - огрызается он, - Или продолжим морально разлагаться и соревноваться в саморазрушении?
- ...
- Это просто. У тебя отлично выходит! Это жить как ни в чем не бывало, когда внутри все выжжено дотла, требует моральных усилий. А упиваться жалостью к себе не трудно. Но повсюду эти несносные добрые самаритяне, готовые утешить и подставить плечо. Миру и окружающим не нужна твоя грустненькая мордашка, ты нужна им счастливой, иначе ты портишь им их картинку.
- Знаешь, таким ты мне, определенно, больше нравишься.
- Мертвецки пьяным?
- Злым...Настоящим.

В ту пору Сметвик и сам переживал не лучшие свои времена. Но зеленоглазой ведьме внезапно удалось усмирить этот дух хаоса, склонный к саморазрушению. А он спасал ее. Как умел.
Они стали жить вместе, хотя оба большую часть своих жизней проводили на работе. Но иногда он умудрялся даже что-то готовить на ее крошечной кухне.
Девушка, которую ему впервые за долгое время не нужно было бесконечно оберегать и носиться с ней, как с хрупкой чашкой из японского фарфора. Удивительная и непостижимая. Сама Война в армейских ботинках. Он в совершенстве научился развязывать и снимать их, не тревожа ее сон, всякий раз, когда обнаруживал ее уснувшую, свернувшуюся клубком на кровати прямо в верхней одежде.
Ему нравилось заботиться о ней, но его Воительница всегда была сильной и гордой. Она сняла свою броню перед ним полностью лишь однажды. Спустя какое-то время после смерти ее близкого друга. Он буквально вынудил ее позволить себе быть слабой хоть раз в этой чертовой жизни. Он спорил с ней, пока железная ее сдержанность не обратилась в крик, а крик не сорвался в рыдания. Она рычала ему в грудь невнятные проклятья, сотрясаясь всем телом и вцепившись в его рубашку с такой силой, словно ей одной она могла воскресить свою очередную потерю.

А временами они менялись ролями. И тогда это Его нужно было собирать из осколков и Его возвращать к жизни. И хрупкое (только на вид) создание становилось последним его оплотом покоя. Последним его и единственным Домом и тихой гаванью. Холодной морской водой, что смывает кровь с обожженных рук и затягивает старые раны. И Ее невесомые прикосновения прогоняли кошмары за пару мгновений до мучительного пробуждения. Хотя на самом деле, они оба спасали друг друга тогда, будучи, пожалуй, во всей Британии едва ли не единственными, кто сгодился бы на эту роль друг для дружки.
И ссорились они едва ли не больше времени, чем проводили в мире. И недоговаривали друг дружке больше, чем успевали поведать. Но того самого заветного Настоящего, с которым все вокруг так носятся, в них все равно было больше, чем в любой самой идиллической, сахарной парочке.

На ее коленях огромная миска с каким-то настоем, в котором она держит правую руку по локоть. Предплечье щедро испещрено глубокими порезами. Он молча проходит в комнату и небрежно избавляется от пиджака. Закатывает рукава и опускается перед ней на колени. Несмотря на ее протесты, он забирает у нее миску и отставляет ее подальше. С покалеченной руки падают капли настоя каких-то магических травок, смешанного с ее кровью, и распускаются на его белой рубашке грязно розовыми цветами.
- Не хочу, чтобы ты видел меня такой. – невесело усмехается она.
- Я и раньше знал, что из девушек при ранениях льется не розовая вода.
Она пытается шутить, но Сметвик злится и плохо это скрывает. Когда следующие несколько фраз опять заведут их в спор, он на мгновенье сожмет ее раненное запястье через повязку.

Девочка Война…На ее теле были целые карты былых сражений. И бесстрашная его амазонка большую часть времени, как бы не хорохорилась, была комком нервов. Всегда собранная, готовая к бою…
Гиппокарт всегда был несколько хаотичным, но духом созидания. Рожденным оберегать, исцелять и спасать. Она же скорее была природной стихией, близко знакомой с разрушениями. Ему хотелось встряхнуть эту несносную воительницу и показать ей другой мир. Где нет нужды грызть стены и разбиваться каждый раз на осколки.
Он и самому себе не смог бы ответить на вопрос, что он нашел в ней. Кроме бойкого нрава, острого ума и некоторых талантов, куда не ткни, в остальных вопросах она была едва ли не противоположностью его привычного типажа. И хотя он с лету смог бы перечислить не меньше дюжины ее самых выдающихся достоинств, он не смог бы назвать и одной, самой примитивной, причины, почему не готов был с ней расстаться так же легко, как со всеми предыдущими своими влюбленностями. И почему именно Ее он не был готов отпустить. Ни в одной системе координат эти двое не должны были встретиться. Стоит ли говорить о шансах на хоть какие-то крохи взаимных симпатий?!
Он был убежденный пацифист и порой они спорили до хрипоты об этой чертовой войне и методах ее ведения. Позже все больше ругались.
С тех пор, как они начали встречаться, его все больше пугало, с каким запалом она бросалась в любое пекло. Вскоре он был готов бросить все. Взвалить ее на плечо и утащить подальше от Лондона и от войны, пусть даже против ее воли.

- Давай уедем?! – сказал он однажды ночью ее макушке. В темноте на него заблестели два зеленых глаза. – Насовсем. Я покажу тебе мою Ирландию. Впрочем, черт с ней, куда захочешь! Лишь бы подальше.
Он уже не смотрел ей в глаза, а она продолжала молчать. Ее тонкая рука легла ему на грудь словно в преддверье долгих объяснений ее отказа. Он недовольно выдохнул под ее прикосновением, и одеревенел, словно из него выпустили что-то живое, что теплилось какой-то и без того вялой надеждой.
- Все еще веришь, что сможешь сожрать всех своих врагов? – зло спросил он, обращаясь куда-то в потолок.

И он не смог больше ждать, когда она, наконец, навоюется.
Сметвик отчаянно, как умел, любил жизнь. Разбитную, прекрасную и грязную, в любых ее проявлениях. Его любовь в это время жила войной. Не из агрессивного нрава и даже не из высоких убеждений. В какой-то момент эта война просто захватила ее, словно разгоряченного в пылу увлекательной игры ребенка. Личная трагедия выжгла что-то невыносимо важное. И Девочка Война самоотверженно бросалась на все новые препоны. В ее груди стучал пепел ее предков. Стучал и настойчиво звал куда-то совсем не туда.

Война, признающая свою слабость, даже матерясь перед этим, как сапожник на протяжении целой минуты, – явление куда более редкое, чем что-либо еще в магическом сообществе. Свернувшаяся клубком в его объятьях, непривычно крошечная и (не может быть!) уставшая от этой бесконечной войны. Он целует ее в макушку и печально усмехается, сознавая, какие редкие мгновения ему достаются сейчас от этой девчонки.

Она курит невыносимо крепкие и пьет из горла что-то, в чем растворяются монеты. Юная его амазонка всегда предпочитала игристым и прочим «девчоночьим» напиткам крепкий алкоголь, будь то огневиски или дешевый маггловский портвейн. И они никогда не использовали стаканы. Было что-то интимное и очень атмосферное в том, чтобы передавать друг другу бутылку и пить из горла.
В его сознании она так навсегда и осталась девчонкой-хитвизардом в форменной мантии. Острой на язык, порывистой, сложной...задумчивой и немногословной, мудрой, рано повзрослевшей и смешливой авантюристкой в то же время. Гордой и независимой, что просыпалась от кошмаров и неловко позволяла ему сгребать себя в объятья, в которых еще долго не могла уснуть. Ее образ собирался в его голове из каких-то пустяков и мелких деталей. Из разметавшихся по подушкам волос, острых ключиц, линии скул и шрамов от темных заклятий на белоснежной коже. Из ее поцелуев и прикосновений, из привычки закусывать костяшки пальцев и из какой-то уникальной, неподвластной старой школе и здравому смыслу, ее грации.

Его карманная воительница ничего не весит. Он несет ее на руках, и ее голова безмятежно покоится на его груди так, что он может чувствовать тепло ее дыхания. И быть может, действительно стоило сосредоточиться на нем, но он исхитряется нести ее так, чтобы зажимать рану, и чувствует лишь то, как ее горячая кровь собирается в его ладони, отчего в голову лезут безумные, глупые мысли. О Девочке Войне с вечно ледяными руками, которой нужны эти раны с горячей соленой кровью в них, чтобы чувствовать себя живой.
Быть может, будь все иначе, однажды он нес бы ее на руках по другой лестнице и совсем в ином качестве. Нарядную в честь их свадьбы. На второй этаж какого-то совсем другого, их общего дома, где не было бы места крови и едкому запаху гари. Пока же остается шутить, что он знаком с ее богатым внутренним миром больше, чем хотел бы.

Они расстались лет восемь назад, но попытались остаться друзьями. Все закончилась однажды без какой-то особой на то причины. И они разбежались по обоюдному согласию, так далеко друг от друга, как только смогли. Но очень ненадолго.
Она все так же ненавидит больницы, и по-свойски вламывается вместо Мунго к нему домой в любое время дня и ночи за первой медицинской помощью, или просто, когда становится совсем погано, поговорить.
И всякий раз они играют одну и ту же пьесу. Он, залечивая ее новые раны, в шутку обещает Не приставать и Не терять рассудок от вида ее ключиц. Она каждый раз нехотя расстается с каждой деталью гардероба, что мешает ему оказывать ей помощь. Всем видом демонстрируя ему, что это нежеланное одолжение, которое он столь бесцеремонно выторговал у нее в обмен на все эти «Мерлин, я уже видел гораздо больше!» Просто строптивая дева в логове Чудовища. Очаровательно!

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Этот чертов мир сдался. Этой ночью он перестал существовать. Где-то за этими стенами сейчас догорают руины Лондона и Рима. Мировые столицы и чудеса света обратились в прах. Последние крохи жизни на планете сосредоточены в этой комнате. За дверным косяком вместо кухни плещется бескрайний космос. Вкус пепла привычен настолько, что эти двое умеют им дышать. Через боль. Подниматься, собирая в кучу переломанные кости и швырять себя о новые камни. Стены, мостовые, скалы...В кровь, на мелкие осколки. Это трудно объяснить кому-то еще. Невозможно. Последняя на этой планете ночь играет по своим правилам. Здесь прикосновения когда-то самого дорогого человека оставляют ожоги хуже раскаленного железа.

Они неплохо изучили друг друга. Быть может, даже слишком хорошо. Потому что теперь видят друг друга насквозь. Что у них там сейчас - черт ногу сломит, но что-то точно достойное двух людей, склонных к саморазрушению и неразумным поступкам. Придумаем вместе! Хоть «друзей с привилегиями» можем устроить, если будет настрой)

Я не знаю, что именно удалось мне донести всем этим текстом, но даже если вы в нем увидели что-то совсем иное и свое, это тоже огонь!)
Если сухо и по фактам: В 1972м Мунго стали охранять хитвизарды, и тогда же зародились эти отношения и продлились предположительно 2-3 года. В жизни Сметвика это вообще единственный столь продолжительный его роман. Была мысль довести его едва ли не до помолвки)
Воительница – леди боевая и прекрасная. Ее при желании можно совместить с кем-то из орденских девушек вроде Доркас или Гестии (они там где-то даже по какой-то акции шли).
Ее история, происхождение и все остальное, включая внешность, полностью на ваше усмотрение. Только не Роза Тайлер, умоляю!
Кого она потеряла: родителей, брата или любимого, тоже решать вам. Это не то чтобы критичный момент, но мне она виделась именно немного поломанной этой войной. Гиппократ на момент их знакомства тоже пребывает в полнейшем раздрае. И мне коварненько захотелось свести двух этих колючих и поломанных созданий вместе во имя чего-то прекрасного)

И считали ворон, и сжигали мосты, и плевали в колодцы,
Потому что мы были - бедовые юные боги.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

Заглядывайте в гостевую, Прекрасная! А там, если понадобится, куда-нибудь переместимся)


Пример поста будет за другого парня

как если бы гроза могла поцеловать.
ты моря под дождем раскрытая тетрадь,
а я курю и глаз не отвожу с причала.
казалось, больше мир меня не удивит.
у демонов моих ошеломленный вид.

Он понимает все без слов. Слышит уже в том, как вопрос остался без прямого ответа. Видит во взгляде. И его секундное изумление умещается в паре едва различимых движений. В том, как взлетают вверх брови, в повороте головы, в том, как не срываются с уже открытых губ новые слова. Он ляпнул это просто так. Уверенный, что Гестия Джонс никогда и никому не даст себя в обиду, и оттого, вероятно, желавший пристыдить ее чужой болью. И менее всего уместная сейчас, слабая усмешка срывается на выдохе. И Лестрендж чувствует, как его привычно затопляет злость. На типа, которому он уже пообещал в своей голове изощренное возмездие, и на саму Джонс, что допустила такое. И где-то, совсем едва различимым фоном на самого себя. За то, что позволил обстоятельствам сложиться так, и, вероятно, столь иронично, даже мог стать причиной таких метаморфоз, приключившихся с Воительницей. И воспламенившееся его нутро мигом выдает самое худшее, что можно было бы произнести сейчас вслух. Самое формально уместно, но то, что Джонс, вероятнее всего, приведет в ярость. И он отлично это знает. Обругай ее за бесхребетность, да хоть примени заклятье – то, что нужно! Джонс живет на подобной энергии. И потому он приберегает свою злость до лучших времен и совсем для другого человека. И отлично понимая, что он говорит и кому, плохо пряча эти крохи ехидства, он одними губами произносит едва различимое, но очень искреннее и полное его почти_раскаяния:
- Мне так жаль…

Когда-то очень давно, в какой-то другой своей прошлой жизни, Лестрендж был красив и отлично это знал. Он был обаятелен, остроумен и невыносимо самоуверен. Слыл несерьезным, но кто не простит милый грех юному и неглупому джентльмену, да еще столь галантному и велеречивому. Его нахальство и гасконские повадки сходили ему с рук. Юный Рабастан был неотразим в своих небрежных жестах, в своей природной и непринужденной грации. В том как легко ему все удавалось. Прекрасное, долговязое изваяние с тонкими, острыми и правильными чертами. Аристократ и революционер, полный духа противоречия. Он одинаково естественно смотрелся в высокосветских салонах и низкопробных кабаках. «Мнит себя Тулуз-Лотреком» - иронизировал Рудольфус на этот счет. Хотя скандал Лестрендж младший мог с легкостью учинить и там, и там. Он любил шокировать, злить, привлекать внимание. И едва ли не главным талантом его была способность заставлять людей прощать ему все эти его выходки. Возможно, виной тому было его диковатое обаяние и врожденная притягательность. Он легко завоевывал расположение женщин. Мужчины же с ним либо соперничали, либо, много реже, добивались его дружбы. Люди для него всегда были предметом развлечения. Прекрасные леди, достойные и нескучные враги, его крошечная армия прирученных мальчишек, за которых одни звали его Ловцом юных душ, а Рудольфус прозвал Крысоловом.
Он всегда чего-то желал. Лестрендж был коллекционером. Он коллекционировал людей и впечатления. Чувства, что ему удавалось вызывать, становились его собственностью. Их гнев принадлежал ему. Их изумление – становилось его энергией. Все равно что дух, который постоянно требует новых подношений. Хитрый, разбитной и преисполненный чувства собственной неотразимости. И роковой этот божок был большей частью его личности. Сильнее любых юношеских сомнений и переживаний, которые обычно преследуют неокрепшие организмы в том нежном возрасте. Лестрендж не сомневался. Он шагал в любой омут, убежденный, что его обаяние в нужное время околдует и старушку Судьбу, и саму Смерть, если потребуется.
И это не было пустой бравадой. Он просто предпочел однажды в это верить, получив за этот выбор бесценный дар. Все сбывалось. Он был неуязвим. Так долго…

- Почему танго? – Джонс честно пытается не хихикать, но количество выпитого ими в этот вечер вина не помогает ни ей в этом благородном порыве, ни ее учителю.
- Хочешь скакать в контрдансе? …В танго нельзя ошибиться. Если что-то не выходит, делаешь вид, что так и хотел, и танцуешь дальше. Отличная житейская философия, если угодно. Делай то, что тебе нравится и не жалей об ошибках.
И он никогда не сожалел. В его жизни и впредь не найдется места раскаяниям старого палача. Но он всегда жил в том бешеном темпе, чтобы не оглядываться и не думать. Пока жизнь однажды не остановилась против его воли.
- Рабастан! – юный Крауч скулит в соседнем кресле, но Лестрендж не отвечает. Среди собравшихся он выглядит беззаботнее всех.
- Что будет, то будет, Приятель…Лишь бы нос не зачесался, - бросает он невозмутимо. Руки их надежно пристегнуты к подлокотникам. Он даже знает, что эта дурная, глупая шутка могла понравиться сейчас Рудольфусу, что сидит по другую руку от него. Не потому что это очень тонко и остроумно. А потому что это часть такого дивного фарса! Но он слышит лишь как Крауч в соседнем кресле начинает плакать.   
Все это никогда не было притворством. Не было ширмой. Лестрендж с беззаботностью мальчишки верил в свою неуязвимость перед роком. Но выдумав когда-то на пару с Элоиз их Игры в богов, и скармливая в них очередную жертву неведомому коварному божеству, все же представлял на задворках сознания, как тем самым подкупает его. Продлевает срок отведенной ему благосклонности. И вот, лишь единожды замешкав перед таким привычным выбором, он нарушил одно из неписанных правил.
Или все дело все это время было в тебе, Джонс?! Ты всегда видела меня иным. Настоящим? Злым, как ты однажды призналась. Таким я тебе достался в те времена. И уж точно по совсем необъяснимым причинам именно таким всегда нравился тебе больше.
Так разве что-то значат тогда выбранные стороны, Джонс?! Разве при таком раскладе такое пошлое «Мы» не важнее всего этого? Не выше?! Сможем ли мы однажды стать если не вновь любовниками, то вновь равными, Джонс? Я бы, наверное, хотел этого…

В его голове все еще роятся невысказанные фразы, но какая-то часть его больше не желает вести этот разговор. Тем более, говорить о хитросделанном хитвизарде. Но… «Он просто позволил мне забрать тебя!» – произносит снова Лестрендж в собственной голове таким тоном, словно это все объясняет и полностью исчерпывает вину бывшего супруга Джонс. Предположим, он поднатужился, сложил дважды два и сообразил, кто я. Он достаточно просвещен. Но будь это любой другой мой «коллега», он приложил бы чуть больше усилий? Или мне в самое ближайшее время довелось бы взглянуть, как теперь пытают тебя? - произнеси он это вслух, и это «Теперь» стало бы таким неуместным. Он понял бы это сразу, как только вопрос сорвался бы с губ. Так о каком равенстве может идти речь..?! До конца своих дней избегать при встрече острых углов?! Компромисс не предусмотрен.
- У вас есть какое-то странное клише о семьях вроде нас. – сказал он ей однажды, - Где человек человеку волк. Холодные, фригидные матери, деспотичные отцы, подневольные браки. Сплошная Диккенсиада. Ты будешь удивлена, но мы заботимся друг о друге. И переживаем за тех, кто нам дорог. Каждый как умеет…

- Иди ты к черту, Пижон! Где-то тебя ждет толпа девиц, которые тают от таких жестов, а я тебе не дама в беде! Я могу за себя постоять. И сама могу со всем справиться.
- Я знаю. – просто отвечает он.
- …
- То, что ты Можешь, не означает, что ты Должна со всем справляться сама, Джонс. Считай меня старомодным. Но всем нужен кто-то, кто…будет на их стороне.

Ты для меня не принадлежность
Я для тебя тоска и нежность
Дай мне обнять тебя заснеженную
Дай бог понять, кто мы такие

Однажды я внезапно осознал, что в моей жизни на этом самом знаменитом фронте никогда не было ничего настоящего. Кого-то, кто хотя бы гипотетически мог бы быть со мной, не имея причин и обстоятельств, мешающих этому.
Совсем мальчишкой я был влюблен в Андромеду и всегда знал, что останусь для нее другом и братом. Также как Элоиз осталась бы для меня в этой странной роли заклятой подруги с привилегиями. И я любил Эллинор, отлично понимая, что ее демоны никогда не покинут ее, и напротив, однажды заберут ее у меня. Даже мое непродолжительное увлечение перед самой нашей с тобой встречей было заведомо обречено. Задолго до того, как были объявлены победители в том пари.
И я любил Тебя, Джонс. Зная лучше, чем когда-либо прежде, что все временно. Что все рухнет. И будут пострадавшие. Потому что в мире нет подходящего компромисса для того, что я сделал.
Завтра не существует – всегда всех уверял я. Только сейчас. Carpe diem! Я всегда выдумывал самые сложные комбинации, будучи заранее уверен в собственной победе. Но то, что не задумывалось Мною как еще один спектакль – все равно всегда им являлось. Кто-то куда более искусный и могущественный дергал за ниточки и сочинял либретто. Мне оставалось лишь подыгрывать ему и успевать получать удовольствие от происходящего.

Я никогда не видел себя в роли благообразного семьянина. Не представлял даже в роли безобразного семьянина. И никогда я не загадывал для себя целую жизнь с одной единственной женщиной, но порой, казалось, мог ее представить. Я знал, что моя Андромеда никогда не сможет увидеть во мне кого-то, кроме лучшего друга. Но мог себе представить в ту пору наш брак. Несовершенный и формальный, но не хуже многих других. Я мог представить нашу жизнь. Я мог представить жизнь даже с Элоиз. Бесконечную, безумную карусель, порочную и разбитную. Нам не наскучила бы эта дивная игра. Ставки выше, всех в огонь. Мы уничтожили бы друг друга однажды, мирно или нет. И вновь я знал, что сражаться каждое мгновение и соперничать – утомительно и жалко. Но я смог бы так жить. Быть может, приручая понемногу это жестокое божество и одамашнивая.
Эллинор была ребенком. Еще одним омутом, в который я бросился из собственного безрассудства. С ней я впервые не ожидал ничего. Я не загадывал вперед, уповая на случай и провидение. Я не ждал, что все кончится хорошо, старался вовсе не думать. Элинор была тем самым случаем, когда исход был известен и предрешен еще до того, как я задумал эту авантюру. Эстер же и вовсе не должна была попасть в этот список. Еще одно жестокое пари на радость моему черноволосому, злому божеству. Но одичавший и разбитый, я потерял контроль. Едва ли мы с миссис Монтгомери могли составить счастье друг для дружки, но обошелся я с ней, пожалуй, хуже всех.
Но с Тобой было сложнее всего. Во всех отношениях. На холодный рассудок Тебя в этой роли можно было бы представить самой последней. С Андромедой или Элоиз, как бы не были они не похожи, мы были сделаны из одного теста. С первой мы были бы добрыми союзниками, со второй – непримиримыми соперниками до конца своих дней. Элли и Эстер были теми, кого я оберегал бы и защищал (Самого сейчас воротит!). Стал бы той самой каменной стеной из унылых клише. Я стал бы более земным и спокойным. И возможно взвыл бы от тоски однажды, да повторил бы подвиг Синей Бороды. Но мне досталась Гестия Джонс. Сама Война в женском обличие. Если не горит ярким пламенем, то тлеет от своих горестей, и не знаешь, что хуже. Ершистая и совсем непокладистая воительница. Было что-то столь ироничное в нашем дуэте. Но безусловно прекрасное. И я (так жалко и бездарно) тоскую по Нам, Джонс!
Пальцы резким движением стягивают бинт на ее талии в почти издевательский маленький бантик. И Лестрендж чему-то усмехается.

ты молодой циклон, я опытный солдат.
вон там, с набитым ртом, за нами ходит ад,
циничен и учтив, как свадебный фотограф.
но разве для тебя запреты и края.
и если вдруг любовь, то вся она твоя,
немедленно, без слёз, сомнений и итогов -
поэтому бери, тут на десятерых.

Опустив шутки про то, что «теперь он вынужден просить ее руки», Лестрендж, все также молча, предлагает ей свою левую ладонь. Даром, что на его запястье красуются такие же ожоги. И когда Джонс все же подает ему свою руку, капкан его пальцев некрепко смыкается на запястье девушки. Теперь он может «подслушать» ее пульс. И тут же провоцирует его, из какого-то неуместного порыва былого самоуверенного парнишки. Подается вперед и прежде, чем нанести остатки мази, слабо дует на ее ладонь, туда, где Джонс (виртуозно умеючи) успела учинить новые повреждения.
Разбитым калейдоскопом сменяются сумбурные витражи в памяти. Сумрак ее спальни и чертовы доки, осколки ее смеха и прикосновений, запах горячей кожи и печеных каштанов. Горящие зеленые глаза и вздорный завиток у основания черепа, что пахнет тем самым Единственным домом. И вдребезги тарелки, и цепкие пальцы сминают материю рубашки на груди. Девочка, что состоит из огня и молний, и дух холодного, штормового моря в костюме-тройке. И то, как однажды он вновь окликнет ее в старых доках этим своим тихим «Привет, Ведьмочка!», забытым и навсегда въевшимся в кожу одновременно. И то, как когда-то еще, в другой, новой жизни, он будет петь по вечерам старую французскую колыбельную маленькой зеленоглазой девчонке дивной красоты.

Улыбнитесь мне вслед ледяными глазами,
Утопите печаль в терпком черном вине;
Я всегда буду рад снова встретиться с вами,
Даже если опять на войне!

0

26

НЕЖНО ЛЮБИМАЯ ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА


Miriam Strout  |  Мириам Страут
"Я буду молиться за тебя, милая, Ты будешь думать, что просто везет."
https://img.wattpad.com/45bf022a4d7ae385c31703ed1da511150eae6a8f/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f61622d4a42714c6b50444b6564673d3d2d3435373236373637392e313464643863616133333336353831383539303636383339323030382e676966  https://64.media.tumblr.com/2e310842402e72b5ded060d5067d27df/tumblr_inline_p7nbzbtDYJ1qlt39u_540.gif
магглорожденная, ок. 29 лет, целительница | Jenna Coleman или Keira Knightley


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Она умела его смешить. Среди сотен других ее достоинств и особенностей. Милых и забавных, и тех, от которых порой он в шутку выл и бился лбом об стол...Она умела его смешить. Как бы не было у него погано на душе. И это станет едва ли не единственным, что сможет он выдавить из себя, чтобы объяснить кому-то...Потому что остальное все уж точно не для них.

Мириам Страут. Его ангел, посланный с небес на эту землю, чтобы не дать ему зачахнуть от тоски и уныния в этой обители недугов и склянок с зельями. Удивительная эта девчонка появилась в госпитале в начале семидесятых. Юная ведьмочка тогда только решила стать целительницей. Сметвик же уже окончил стажировку. Был юн, нахален, самонадеян и неотразим в своем мальчишеском бунтарстве.
Они почти сразу поладили. Не поладить с Мириам совершенно невозможно. И пусть со Сметвиком они, казалось бы, сошлись на почве схожести темпераментов, но с тем же успехом Страут покоряла и самых непробиваемых больничных персонажей, что царапали носами потолки коридоров старого госпиталя. Это был необъяснимый феномен. Эффект Мириам Страут.
Таких людей, как Мириам, мало. А может и вовсе, больше нет. Таких искренних, настоящих и очень родных, словно ты знаешь их целую вечность. Рядом с ними всегда тепло и тебе невольно кажется, что у таких людей всегда все будет хорошо. Иначе просто и быть не может. И когда это оказывается не так, ты готов свернуть горы, чтобы все исправить. Даже если это невозможно. Всем твоим самым разумным доводам суждено осыпаться пылью, когда эти глаза наполняются слезами. Сегодня и всегда отныне.

Она не была похожа на тех девушек, которые обычно ему нравились. Он все больше волочился за длинноногими, волоокими медсестрами, что кокетливо хлопали длинными ресницами. Он красиво ухаживал за ними, включая на полную все свое обаяние, и рассыпался в комплиментах. С ней же он был мил и приветлив, как с какой-нибудь младшей кузиной, но это все было не то.
В ней не было той взрослой, женской грации, она скорее подкупала каким-то своим, еще подростковым очарованием. Но и в них, тех чьи волосы строго зафиксированными идеальными волнами струились по плечам, не было того, что было у Мириам. Что-то в ней восхищало его куда больше, нежели их умудренная жизнью стать и ленивая красота. Тогда он еще не был в нее влюблен. Не был даже очарован, как обычно бывал. Но она становилась ему все более интересной.
Он любил наблюдать за ней. В ее возрасте быть бы ей легкомысленной и влюбленной в эту чертову жизнь без памяти. Но она была личностью куда сложнее.
При всей своей разговорчивости, она надежно хранила свои тайны. Трогательное и добрейшее создание, она была одинока, но в этом одиночестве научилась жить. Научилась ни на кого не полагаться. И дала себе обещание никогда не оглядываться назад. Столь загадочные, прекрасные создания не вырастают из доморощенных принцесс. Не из тех, что произрастают в тепличных условиях под неусыпной опекой родителей. Нет, такие как Мириам вырастают Вопреки. Вопреки чужим планам и любым проискам. Немного обрастают попутно шипами, но стоят тысячи миловидных и постановочно трогательных в своей вымуштрованной застенчивости цветочков, которых обучили складываться в книксен и опускать глазки в нужный момент. Такие как Мириам великолепны в своей решительности и броне. И оттого, когда, сбросив шипы и открывая душу, будь это всего лишь трепом во время ночного дежурства, они протягивают тебе себя на открытой ладони, это стоит всего, что с тобой когда-либо приключалось...

Они со Сметвиком были одинаково неуклюжи в своих попытках быть независимыми от своего прошлого и друг друга.
Он восхищался ей. Остроумной, обаятельной, мудрой и какой-то по-особому доброй. Без этой плещущей через край любви к любому ближнему, случайно оказавшемуся на расстоянии метра. Потрясающей собеседницей и к тому времени уже своей близкой подругой. Чудесной молодой женщиной, наконец.
Он любил наблюдать за ней, смешить ее и сподвигать на глупости, которые, стоит отдать ей должное, она с небольшой порцией формальных возмущений, всегда мгновенно поддерживала. Он любил ее смех и привычку в лицах передразнивать тех, о ком она бралась что-то рассказывать, когда он хохотал до слез. Любил линию ее плеч, горячие руки и ямочки на щеках. И приходил в совершенно детский восторг, когда она делала какие-то милые глупости, которые не принято делать в обществе и не боялась косых взглядов.
Они никогда не ссорились. Только ругались. Почти в шутку. Больше спорили и препирались из-за какой-нибудь ерунды. Или чего-то куда более весомого, что они нарочно превращали в ерунду. Это была часть какой-то исключительно Их игры. Он мог в конце рабочего дня отыскав ее в одной из палат, болтающую с пациентами, бесцеремонно прервать ее беседу. Он ставил ей диагноз: "Острая форма трудоголизма", и несмотря на все протесты, взваливал ее на плечо захватом пожарника, чтобы опустить лишь на лестнице, где она обрушивалась на него колючими своими кулачками и тирадой о том, как это было невежливо. Она любила передразнивать его и греть ледяные свои после улицы руки, запуская их под его джемпер, пока он с литературной руганью извивался в наивной попытке спастись от обжигающих холодом прикосновений.

Гиппократ никогда не был застенчивым. Он скорее был слишком незастенчивым. И дело тут было вовсе не в нерешительности. В своей затянувшейся беспечной юности он не к добру овладел в совершенстве мастерством отпускать близких ему людей. Отпускать быстро привыкаешь. Особенно тех, за кого следовало бы хвататься изо всех сил.
И он снова и снова отпускал Мириам. Так и не решаясь вступить в эту реку во второй раз. Он был убежден, Мириам нужен какой-то хороший и славный парень. И сам же заочно отчаянно его возненавидел задолго до того, как таковой появился на горизонте.
Он упрямился и протестовал всем своим существом, не один месяц ловко уворачиваясь от всех разговоров доброжелателей. И видел ее лицо вместо черно-белых строчек своих книг. С ней сравнивал каждую ведьму, встретившуюся ему случайно, и все они ей уступали. Высокие, статные, те, что заставляют мужчин терять остатки разума, бледнели и сливались с серым этим городом.
Очень долго, уже разбитый однажды, он боялся даже себе признаться в собственной влюбленности в Мириам. Но от одной мысли о ней всякий раз расплывался в теплой улыбке. И тогда она призналась первой.

«И ещё вам пора в третий раз в дурдом, если вы ещё не заметили, что я люблю вас..» ©
Гиппократ давно избегал серьезных отношений. Только если в юности это было похоже на какой-нибудь спешный вальс, еще не лишенный грации. Теперь же Сметвик больше походил на боксера, который уворачивается от ударов, словно одно даже легкое прикосновение может стоить ему жизни. Всякий раз, когда его романы грозили перерасти во что-то серьезное, у него обострялись клаустрофобия и кессонная болезнь разом. Он шутил про «тяжелейшую аллергию на матримониальные отношения». Заверял, что твердо намерен никогда не жениться, а купленное однажды кольцо давным-давно сдал в ломбард, вместе с совестью, трезвостью и остатками здравого смысла.

- Сама эта система оценки людей по универсальным шаблонам их пригодности в быту унизительна! Жена-кухарка, жена-друг, мама, выгодное приобретение...Ровно то же и с мужчинами! Один умеет приколотить полочку в ванной, другой банкир, а у третьего зеленые глаза, которые подходят к новым туфелькам. Я упраздняю эту систему и, вообще, брак! - в запале своей несерьезной бравады он увлекается и повышает голос.
- Твои глаза, кстати, недурственно сочетаются с моими туфельками! – улыбается Страут.
- Я завещаю тебе их после того, как умру в гордом одиночестве. К старости я стану совсем несносен. Пока мои сверстники будут кормить в парке уток в прудах, я буду сидеть на другой скамейке и задирать молодым девчонкам юбки сквозняками из моей волшебной палочки.
Он салютует ей бокалом и хоть прикладываясь к вину заставляет себя замолчать. Словесное недержание его этой ночью приобретает какие-то совсем неприличные масштабы. И завтра, вероятно, осознав все на трезвую голову, он будет с этой же головы рвать волосы. Но он растаял в ее компании и стек в собственный бокал.
Они «отмечали» расставание Мириам с последним ее увлечением. Рыжеволосым аврором, косой сажени в плечах, добродушным и восторженным, словно щенок золотистого ретривера. В мимолетные их встречи, когда Сметвику доводилось перекинуться с ним парой фраз, Гиппократ со своим джентльменским набором из сарказма и черного юморка всякий раз ощущал себя рядом с этой англеоподобной сущностью хтонической тварью из преисподней с чешуйчатыми крыльями.

Целители не терпят слова "врач". Для них это синоним безумца с ножом, не способного исцелять и от беспомощности своей принимающегося резать людей, подобно средневековым врачевателям, увлекавшимся кровопусканиями. Ты часто называешь себя врачом. Но ты, Страут, Целительница куда больше, чем все мы. И не потому, что так написано в твоей трудовой. Пиши администрация госпиталя в этих бумажках правду, добрую половину документов не стоило бы детям показывать. Пока мы латаем раны и недуги, ты не забываешь побеспокоиться еще и о том, кто остается за чертой видимых повреждений. Временами я сам такой же, и сейчас мне кажется, я научился этому у тебя.
И ты спасла Меня. Знаешь, за всей этой бравадой: флиртом с сестрами, бесконечными непродолжительными романами и всеми безумными моими авантюрами, прячется самый обыкновенный трус. Он не так много раз по-настоящему влюблялся. Но всякий раз все это заканчивалось грандиозным его поражением. И этого оказалось достаточно для того, чтобы он совсем стал избегать этой затеи.
Тебя полюбит другой. Тебя нельзя не полюбить. Твой смех, твои глаза. Ты одна в целом свете умеешь Так улыбаться одними глазами. Я первым запру в одной из дальних палат для душевнобольных того, кого не покорит Мириам Страут. Удивительная и непостижимая. Одна на весь этот наш мирок. И совершенно безумна, если при всем этом тебе понадобился я.
Я не верю в то, что для каждого на этой планете есть только одна половинка, но уверен, что существует какая-то статистика, подтверждающая мои мысли. Согласно этой теории, у каждого мужчины есть женщина, лучше которой ему не найти. Им не обязательно быть вместе для этого. Не факт, что он ее достоин, а возможно, он вовсе не смог ее добиться, но у каждого есть та, с которой он сравнивает остальных и которую не в силах забыть. У каждого должна быть своя Мириам Страут.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

"А ты возьми его под крыло, Птица. Не то считай пропал твой рыцарь."
Все что известно о Мириам канону: в 90-х она занималась "долгосрочными" тяжелыми пациентами, с небывалым терпением и трогательной заботой, находя подход к каждому.
Еще была странная история с дьявольскими силками в горшочке, но с ней мы будем разбираться позже)

Мириам и Гиппократ - та самая парочка лучших друзей, о взаимной влюбленности которых очень давно понимают все вокруг, кроме них самих. Вернее, они были такой парочкой лет пять-семь назад. С тех пор, полагаю, успели в полной мере все осознать, еще больше преисполниться светлым и прекрасным чувством…и, не сговариваясь, твердо решили, что должны быть исключительно друзьями.
Эта история длится очень давно, и мне представлялось, что они успели побывать в самых разных состояниях. Долго отрицали свои чувства, боялись разрушить дружбу, пускались в отношения с другими людьми…возможно, пытались встречаться. Отталкивали друг друга и снова притягивались. Ревновали, злились, но всякий раз в самые трудные времена шли неизменно друг к другу за утешением.

У этой истории открытый финал. Я не знаю, нужен ли им хеппиенд, или некой продолжительности роман и болезненное расставание рано или поздно. Или может быть, третье лицо, с которым Мириам найдет свое истинное счастье, а я получу ценный жизненный урок. Я бы предложил, чтобы, пройдя весь этот путь, герои сами приняли какое-то решение. Давайте придумывать и писать это вместе!
Я лично вас готов хоть со свадьбы вашей выкрасть в последний момент, вовремя осознав, каким был идиотом и какую девушку чуть не потерял! Была бы на то ваша готовность подобное играть)
Так или иначе, Гиппократ давно безнадежно влюбился и пропал. Но запросто мог рассудить, что он не особо хорош для серьезных и долгих отношений. Он в последние годы утвердился в мысли, что кроме целительства, в целом уже давно мало для чего в этой жизни пригоден, и словно АнтиМидас, только портит все к чему прикасается. А Мириам нужен какой-то хороший и славный парень. Он пожелал ей его и сам же заочно отчаянно его возненавидел.
Готов быть тайным обожателем, верным вашим рыцарем, лучшим другом, преисполненным житейской мудрости старшим коллегой с нужной долей бытового медицинского цинизма, жилеткой и всем, кем еще только пожелаете. Готов быть бит вашими ухажерами за то, что такого засранца любит такая женщина, а я не ценю. На все готов, только приходите!)

На самом деле, на вас уже есть одна заявка от Андромеды (на нее в свое время приманился я), но на правах влюбленного я решил представить еще и свой взгляд)
В процессе написания я немного разошелся с мисс Тонкс в показаниях, но я, признаться, в этом не вижу большой проблемы. Я убежден, что заявки нужны, чтобы вдохновлять идеями, а не диктовать условия. Поэтому если эта история вам откликается, вы можете сделать Мириам своей. Наделить ее любыми качествами, которые сочтете уместными, написать ей любую другую историю. Происхождение мне так же совершенно не критично.
Внешности также две, потому что ее образ в моем сознании варьируется в диапазоне от очаровательной, гиперактивной и этакой неунывающей «Лу Кларк» - Джены Колман в этом случае (Клара, моя Клара!) до тонкой, чувственной и едва уловимо печальной Киры Найтли (вроде Сесилии из «Искупления»). И, конечно, вы можете предложить кого-то своего. Пусть Мириам станет полностью Вашей)

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

Я аки Истина всегда где-то рядом) Проявляйтесь в гостевой и придумаем, как еще списаться, если будет нужно)


Пример поста одного влюбленного оборотня

И улыбка горло дерет и хочется завыть.
Ты ведь знала все наперед. Мне стало можно пить.
Хочешь быть красивой сейчас. И осенью в очках.
Это капли в крышку стучат...Придется жить, а как?
И дальше будут строить, видишь, план...
И город будет совсем сад. И как часы идут мои дела.
Стрелками назад.

Люди вешают друг на друга ярлыки и сами увешаны ими так, что уже ничего не видят. Однажды я сорвал их с себя. Все те, что навешали на меня за долгие семнадцать лет. Разом. С кожей. Но я лишь освободил место для новых.
Я убедился в том, что свобода – миф. Сказочка для восторженных максималистов. Одновременно их Божество и демон-искуситель, подстрекающий бросаться в авантюры и саму преисподнюю. Свободы не существует. Покуда ты живешь среди других людей, будь добр, вести себя так, как того от тебя ждут. Пусть в ничтожных мелочах, но никто не свободен.

Он отступает на пару шагов, убедившись, что она пришла в себя, чтобы попытаться повторить ее подвиг. Его душит больничный, едкий дух, которого здесь уже нет. Но он есть в его голове. Забирается под кожу, пропитывает ненавистным запахом одежду. И следующие секунд десять Кэттермоул больше напоминает восставшего из могилы мертвеца, нежели благородного спасителя юных впечатлительных особ.
- Это не розы, это…неважно – глухо пытается поддержать он беседу и умудряется даже выдать кривенькую улыбку, чтобы придать беспечности своему тону.
Хорош рыцарь! Едва начал оказывать первую помощь и сам готов рухнуть без чувств. Он встречается с ней взглядом и забывает о душной палате, серовато-белом потолке и натужных улыбках, которые, словно розгами, рассекали кожу, оставляя новые раны. Ты бы знала, что сказать, верно?! Ты всегда знала…
Он разглядывает ее, позабыв все приличия. Впервые за вечер, не короткими брошенными «случайно» взглядами, а пристально. Жадно вглядываясь в каждую мелочь, отчаянно запоминая каждый изгиб. Он взял бы свои слова про красные волосы, «которые нравились ему больше» назад. Она прекрасна.
Из груди его невольно вырывается смех, когда она поминает издевательства над котом. Короткий, но почти восторженный смешок. После которого он совершенно неведомым чудом умудряется произнести про себя, а не вслух: Люблю тебя..!
Он не скрывает своего восторженного взора. И это провал, Декстер Кэттермоул! Поражение на всех фронтах. Ты проиграл самому себе, парень. Выстроил за девять лет высоченную стену и теперь, присыпанный ее пылью, стоишь среди ее обломков. Глупо же, вероятно, ты выглядишь… Но глупее будет твое выражение лица, когда закончится этот вечер. Вспомни! Не то, как счастлив был рядом с девочкой в армейских ботинках. Вспомни, как пробовал на вкус стены вашего подвала. Как пытался прогрызть себе ход. Сожрать родной, отчий дом вместе со всеми его обитателями. Вспомни и беги в лес, Чудовище, покуда не опали все лепестки.
- Обращайся, - улыбается он. И восторженный взор его заметно меркнет. От упоминание колдомедицины его и вовсе передергивает, но он усмехается почти естественно и искренне: - Мне никогда не шли их аляповатые халаты.
- Ну хорошо, - вздыхает Хейли. – Вечер начался не лучшим образом, поэтому давай так – ничего раньше не было.
Не лучшим образом, разумеется! – усмехается он. И тут же его усмешка нелепо каменеет.
А Чего Ты Ждал..?
- Как пожелаешь. – внезапно легко соглашается он, сбрасывая нахлынувшее минутой ранее наваждение. И улыбка становится шире. В иступленной, притворной жизнерадостности, в бутафорском веселье. Он почти верит в них сам. И улыбается словно умалишенный, когда в грудной клетке разрывается что-то с оглушающим взрывом. Разлетается сотнями осколков, вонзающихся во все, до чего только могут достать.   
Все, как и было задумано! Верно, Умник?! Все, как ты хотел! - почти вопит кто-то в его голове.
Он слабо усмехается и оглядывается. Он стоит в самом центре слабо высвеченного островка веранды, словно на сцене. Впору раскланяться под громом оваций! Не переставая усмехаться своим мыслям, он отходит еще дальше. Вновь запрыгивает на перила, точно напротив Хейли и вновь устремляет на нее свой взгляд. 
<...>
Чтобы перестать на нее таращится хоть на мгновение, он принимается изучать цветы за своей спиной, обернувшись через плечо. Те самые не_розы, которые кто-то там холит.
- А кто говорил, что они приняли это спокойно?! – улыбается он, не поворачиваясь, словно озорной мальчишка, который гордится удачной своей шалостью. В то время, как все, наконец, повзрослели, умницу и отличник Декстер Кэттермоул обратился во вздорного, непокорного отпрыска. Запоздало и несвоевременно. Но дышится легче. И он смеется.
- Серьезно! Я скучал по вот этому «Декстера в Министры!»…Вкратце: Они это пережили.
По-разному. Она душила меня в своих "утешающих" объятьях первые недели две. Неуклюже гладила по голове, жалея "ее несчастного мальчика", роняя мне на макушку скупые слезинки.
Он же носил невидимый траур по парню с его фотографий, выставленных для публичной гордости. Не заговаривал со мной и не мог заставить себя подать мне руки. Мои родители всегда лучше других умели помогать своим детям почувствовать себя еще большим ничтожеством, чем они себя таковыми считали самостоятельно.
Самое же смешное, я внезапно понял, что стал бы прокаженным при еще десятке раскладов. Если бы не окончил школу на Превосходно, не выбрал бы работу, которой от меня ожидали. Стоило мне нарушить их план, и мой отец справлял бы по мне тот же траур. Возможно, чуть более гневно. Ликантропия была унизительным недугом, но благородной причиной, снимавшей с меня ответственность. И он захлебывался своей беспомощностью. Будь я легкомысленным идиотом, спустившим свои "таланты" в унитаз, он мог бы обрушиться на меня своим праведным гневом, но я был "несчастным мальчиком". За моей спиной была заламывающая руки мать, утирающая горькие слезы, и еще двое его детей, которые в этот ужасный в его жизни период, приняли не его сторону. Я же, оценив все, превратился в ехидного поганца, который лишь провоцировал его. За ужином и за воскресным обедом. Я обжился в его кабинете, каждый вечер с нескрываемым удовольствием уступая ему место в Его кресле, в которое, пересилив себя, он опускался после меня. И в его стиснутых зубах и гробовом молчании за столом было больше правды, чем во всем елее, которым он лакировал меня чертову тучу лет до того.
Я много узнал тогда. О себе и о своей семье. О моих друзьях. Я узнал, Волчонок, что меня тошнит от людской жалости пожалуй еще больше, чем от запаха лекарств. Я внезапно осознал, что не было никогда того Декстера, которого в шутку пророчили в новые Министры. Не существовало отличника и старосты, иначе он не канул бы в небытие под весом обстоятельств. Но здесь и сейчас, даже когда "ничего раньше не было", -
усмехается он и вновь встречается с ней взглядом, - я чувствую, что жив. И рад осознать, что я существовал на этом свете с Тобой.

- А ты кажется,  счастлив, что все с родителями так обошлось…  Девчонка с красными волосами оценила бы весь комизм…
- Комизм - соглашается он с налетом философских раздумий в голосе, - Какое удачное слово.
Я бы поднял за него бокал, но мои руки пусты. Руки, голова, тело. Сколько мы здесь, минут двадцать?! Стоит записать в какой-нибудь смехотворный дневник наблюдений, что двадцать минут напускной беззаботности выпотрошили из меня последнее вервольфово нутро. Набейте соломой и сделайте чучело, я когда-то должен был стать важной шишкой, возможно за меня удастся выручить чуточку больше, чем обычно.
Он повторил бы нестройным эхом, с той же бутафорской уверенностью в голосе и второе слово, что относилось к нему. Только вот не произносил его, кажется, никогда. И словно, впервые услышанное, чужеродное, оно не прозвучит правильно. Он непременно произнесет его с каким-нибудь неведомым и ужасным акцентом, перепутает буквы, ударения и потеряет последние крохи выдуманной честности. А вот она, напротив, так бесхитростно права, что где-то невообразимо глубоко это даже внезапно задевает его.
Он заслужил. Всей хлесткой правды, ироничных ноток в ее голосе, вызова в ее горящих глазах. Заработал самым честным образом ее холодности. Самой сомнительной и жуткой своей награды.
И в какой-то такой беспомощной и детской своей обиде они вновь обращаются в тех, прошлых себя. Мифических, юных созданий, вероятнее всего и не существовавших вовсе. Не обраставших никогда грубой, уродливой чешуей новых, «взрослых» неудач и открытий. Сохранивших где-то под бледной кожей на саднящем срезе шестнадцать самых удачных своих годовых колец.

Из них двоих Хейли всегда была лучше. Дексу для того, чтобы поступить правильно требовался ряд рассуждений, и чаще всего они происходили гораздо позже, когда уже был совершен неверный выбор. Она же просто знала, как правильно. Будучи добрее и мудрее, чем десять таких «умников», как он. Но решение в тот последний раз принимал Декстер. Единственно верное решение. Потому что, если однажды он усомнится в этом, все было зря. Потому что очевидно напрасно он уверен в безгрешности своего Волка. Волк внутри него убивал. Всего двоих и горстку чаяний одного волшебного семейства, горели бы последние синим пламенем. Двоих, вот кто был важнее всего. Двое юных влюбленных, и лишь этому нет прощения.
Эта ситуация еще кажется тебе комичной? Когда-нибудь, впав в маразм и старческую сентиментальность, я сделаю ее еще лучше, сознавшись тебе неподалеку от смертного одра во всей этой истории для очистки собственной совести. Вот уж когда мы посмеемся над ней, как никогда прежде!
Они молчат слишком долго. Чем не удачный момент, чтобы вежливо распрощаться и покинуть этот безумный вечер, спасаясь постыдным бегством. Чувство стыда не способно убить, он проверял. Но, кажется, сил на прощания, путанные извинения и уход тоже не осталось. В нем не осталось ничего. На сегодня, на ближайшую неделю и следующие полгода. Он повторил бы сейчас ее шутку с перилами и розарием, но предпочел бы там перезимовать до лучших времен, если таковые существуют в природе.
За все эти годы он стал превосходным лжецом, но рядом с Ней от напускной этой истерики, скомканной наспех из спокойствия и невозмутимого благодушия, ему тошно еще больше, чем от духа врачебных заклятий.
- Это безумие, - признается он тихо, глядя ей в глаза, спасая чахлые остатки правды. И не в силах больше жонглировать козырями из рукавов под бойкий цирковой аккомпанемент, становится в миг будничным и невзрачным. Тенью даже не успешного владельца книжной лавки, а малолетнего Декстера Кэттермоула, которому кроме значка старосты на груди, отличных оценок и хорошо подвешенного языка нечего предъявить миру, чтобы доказать свою уникальность. Мир не особо заинтересован в таких, как он. Им нечего предложить миру, кроме нарядной бутафории. За нею же чаще всего нет ничего стоящего. Уж точно ничего, что стоило бы любить. Спросить бы у Хейли когда-нибудь, что рассмотрела в том павлине она.
- …Довольно. – приободряется он, - В завершение этого восхитительного вечера я отчаянно желаю напиться и решительно отправляюсь грабить местные погреба.
Он спрыгивает с перил и становится меньше, нежели был прежде, чем туда забирался. Красноречие, кажется, однажды сдохнет последним в его потрепанном организме.
- Буду рад предложить Биографу добавить еще пару занимательных пунктов в ее резюме. Ограбим нашего щедрого работодателя!
Его предложение стоило бы сопроводить, хоть сколько-нибудь в этой ситуации эффектным, приглашающим жестом и предложением руки леди, но он почти уверен, что прикосновения Хейли Финч оставят ожоги, словно проклятое серебро в полнолуние. Если не обратят его в камень. Даже не в гранитное изваяние, а в смешного размера, щербатый кусок гравия. Кто знает, быть может, камень из него вышел бы лучше, чем человек?!
Он пройдет мимо нее, избегая ее взгляда. Откроет для нее дверь, не дожидаясь согласия или протестов, и останется там ждать ее решения, изучая не то собственные ботинки, не то медную ручку в собственных бледных пальцах.

0

27

Супругу, мать чудесной крошки, нелюбимую невестку, но очаровательную целительницу


Gloria Bones (nee Perks)  |  Глория Боунс (дев Перкс)
Stop! I will not take this life
War or kill to survive
Give me some love and life

https://i.ibb.co/fQWpVrf/2.jpg https://i.ibb.co/0qS7pC2/3.jpg https://i.ibb.co/mDBm4Gh/1.jpg

hb, 32, колдомедик в декрете | Kate Hudson


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Глория Перкс, мы познакомились с тобой в начале 1979 года. Я был твоим пациентом. А ты очаровала меня своей улыбкой, заботами и обалденной фигуркой. А какие у тебя ножки! Ласковая, улыбчивая, блондинка - ты была в моём вкусе и я был приветлив с тобой. И даже более.  Я не искал отношений, мы просто хорошо проводили время. Я так думал. И когда из-за службы времени на встречи стало не хватать, забыл о тебе так же быстро, как  высыхает роса по утру в летний день. Пока однажды не вернулся домой и не нашёл тебя заплаканную в родительской гостиной. Моя мать тебя утешала. А на меня набросилась как разъярённая фурия, словно я человека убил или как минимум семью предал. В жизни не было стыдно, как в тот день. Мне даже позволили узнать за что. Ты - беременна. Я - предполагаемый папаша. Признаться, я был в этом совсем не уверен.  У такой хорошенькой целительницы должно было быть немало поклонников, даже из нашего брата - хит-визарда. В личном разговоре с отцом я получил отповедь и по этому поводу. Каких я только слов не наслушался. Вывод был один - либо я беру на себя ответственность, либо забываю из какой я семьи.  Ты - милая, хорошенькая. Я - не влюблённый. Я ничего не терял от этого союза. Свободу?! Да, ради Бога! Много свободы в том, чтобы батрачить на службе, а после искать себе развлечений, самому себе гладить и штопать мантии и одному засыпать. В 20 это весело. А когда тебе за 30 - увольте. Так думал я, когда мы поженились. И угадал. Ты очаровала моих друзей, мама души в тебе не чаяла, отец считал, что я делаю всё правильно, создав семью, даже Эдриан не скрывал того, что мне завидовал, хотя и считал, что из него выйдет закоренелый холостяк. Только Мел тебя не любила. Но это за компанию со мной.

Ты родила мне дочь. И я впервые за долгое время полюбил. Сначала её. А потом и тебя.  Материнство тебя украсило. Я тянулся домой, к Сью, нашей дочурке, к тебе. Не смотря на сложности первого года малышки, это был самый тёплый период между нами. Но я всё больше пропадал в Министерстве и на местах, а ты всё больше чувствовала себя одинокой, запертой в бесконечном дне сурка, с тревогами о дочери, своём теле, обо мне, когда я приходил домой за полночь. Ты привыкла к суете Мунго, и однообразие семейной жизни давило на тебя. А я не понимал чего тебе не хватает. Мы стали ссориться. Мы поссорились и в тот день, когда не стало моих родителей и брата. Первое время я смотреть на тебя не мог. Мне казалось, что это твоя вина, что меня не было с ними. Головой понимал, что это не так, но мне было больно и все кругом были виноваты  - и ты, и Мел.
Ты тоже тяжело переносила это время. Ещё и потому что тоже потеряла семью, почти всех, кто всегда был на твоей стороне и одиночество твоё стало почти осязаемым. Мы всё больше ссорились. Я  отдалялся. Ты находила новые претензии. Справедливые, но что с того, если наша семейная жизнь стала похожей на погоду в тропиках - то солнце и тепло, то ливни и ветра, сносящие всё. Впрочем, со стороны мы выглядели вполне довольными. Люди - слепы и видят то, что хотят.

А ты?
Чего хочешь ты?

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Эдгар не любил Глорию, когда женился на ней. Не любит он её и сейчас. Дело в том, что в 17 он был влюблён в подругу сестры, а она будучи эмпатом, намудрила чего-то в его чувствах, чтобы он её "разлюбил", и после этого, он так никогда не испытал истинной привязанности ни к одной женщине и относился к своим отношениям как к чему-то обыденному, что-то вроде завтрака. Людям же надо завтракать. Но он об этом не задумывался, просто жил свою жизнь, до тех пор пока Глория от него не забеременела и ему не пришлось на ней жениться. Совместная жизнь и рождение дочери, что-то в нём поменяли. Он привязался  к Лори, дорожит ею и уважает. Он благодарен ей за дочь и за то, как он чувствует себя рядом с ней, и ради счастья этой малышки готов на многое, даже снисходительно относиться к раздражительности и обвинениям жены. У них даже могло бы что-то наладиться, если бы в жизни Эдгара спустя много лет снова не появилась подруга Мел - Генриетта Одли. Забытые чувства вернулись. Да так, что он почти забыл о долге перед семьёй. Они с Генри стали любовниками. Но расставаться с женой Эд не спешил. Ломать - не строить. И то, что Глория не оставит ему дочь - да он и не справится без неё,  - было очевидно. А Глория всегда мечтавшая о большой семье, хотела ещё детей, в то время, как муж от неё всё больше отдалялся. Глория красива и обаятельна, но скорее всего периодами страдает от низкой самооценки, вызванной холодностью самого близкого человека - мужа.   

Злодей в этой истории - Эд. Почти все претензии Глории всегда по делу, просто она очень эмоциональна и говорит о чувствах, а Эд вырос с сильной сестрёнкой и требовательной матерью, которые всегда справлялись сами и то, что Эд даёт кратно больше чем, например, его же отец в семье, считает своим достижением, и когда его за это бранят, а не благодарят, он не понимает, что от него собственно требуется. Сколько вешать в граммах?!
Неожиданная неверность Эдгара, тоже не делает ему похвалы. На самом деле, Глории не повезло с мужем, просто когда-то он очаровал её своей раскованностью, спокойствием, видной внешностью и перспективами. К тому же она помнила его со школы. Она была на втором курсе, когда однокурсник обидел её и забросил сумку на статую горгульи. Выпускник Эд, которому этот мальчишка бросился под ноги, оценив ситуацию, поймал паршивца и, выворачивая ему ухо, заставил извиниться и потом ещё и взбираться за сумкой. Отлеветировать её не удалось, ведь бабка Глории предусмотрительно зачаровала вещь на прочность и невосприимчивость к некоторым заклинаниям. Влюбиться в старшекурсника не такая уж редкость, особенно в такого, каким был в школе Эдгар Боунс, вот Лори и не избежала этой участи. Хотя и не вспомнила бы, если бы он точно так же нахально не улыбался, когда она колдовала над его ранами.
Мел Глорию по-прежнему не любит и подложит им с Эдом  нехилую такую свинью под Рождество.

Я не знаю, чем закончится всё между ними. И закончится ли. У них дочь, которая будет учиться с Невиллом, с избранным. Глория любит дочь, но моментами думает, если бы не она, всё было бы проще. Любит ли она Эдгара? Расскажи об этом сама.
 
По поводу  истории согласен на любые адекватные правки и изменения. В конце концов, это будет твой персонаж. Прошлое по большей части на твой откуп, я его почти не затронул. О будущем договоримся.

Я, наверное, многое упустил, что простительно в половине четвертого утра. Но зато я к твоим услугам, отвечу на вопросы, всё обсуждаемо.   

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая, лс.


Пример поста

Эдгар стоял на склоне горы Латригг и глядел на город горящий огнями в её низине, на тёмные в вечернем свете воды Деруэнт-Уотер, такие знакомые и близкие сердцу. Как часто подростком он сбегал сюда, улучив минуту, пока ему не поручили приглядеть за Амелией или того хуже за Эдрианом и как часто его наказывали за эту шалость. Это того стоило. Вот и сейчас, словно сбежавший из дома, от жены и дочери, он стоял здесь наедине с собой. В январской темноте опускающейся на Кесвик, он не может разглядеть родительский дом. Почему-то очень важно разглядеть и найти его, в раскинувшихся внизу огоньках. В груди заворочалось беспокойство, причины которого Эдгар не может вспомнить, хотя знает, что это что-то важное. Внезапно раздаётся грохот, такой будто у него прямо над головой прогремел гром. Следом ещё один. И ещё. Потом земля под его ногами начинает двигаться. Он пытается устоять, когда замечает, как на горизонте, где раскинулась горная гряда, расстилается тёмное, почти чёрное, громадное облако. Мир ещё гремит и сотрясается, когда это облако, словно обернувшись громадным шаром с водой, который только что проткнули обрушивается в озеро. Звуки вдруг исчезают и Эдгар, сам онемевший видит, как оно, словно океан в бурю, выходит из берегов и мрачной силой обрушивается на город. На отчий дом. Эдгар кричит. Но беззвучно. Страх сжимает все внутренности - там мама, там Эдриан, отец. Там Мел. И сердце его падает. Нееет!

- Неет, -  глухо выдыхает Эд, согнувшись в кресле и не сразу понимает где он. Что-то стучит где-то далеко сзади, словно хлопает о стену открытая дверь. Кругом всё так же темно, только слева, отвоевав немного света, дрожит огонёк, а рядом с ним  стоит детская кроватка. 
Это был сон. Эдгар вспомнил где он - в своём доме, в комнате Сью, у неё был жар. Глория дала ей зелье и он присматривал за дочерью, пока температура не упала. Присматривал и уснул в кресле рядом. Поднялся, чувствуя как озноб пробегает по спине, подошёл к кроватке. Сью сладко спала на животе. Пряди тонких волос спутались у самого лица. Эд убирает их со лба и наружной стороной пальцев  проверяет горит ли она ещё. Влажная, прохладная - жар спал. Кажется, что беспокойство поселившееся в груди, должно отступить, но оно сильнее сжимает его сердце. Последние нити сна его  отпускают, но не смятение. Сью морщится во сне, и выглядит так забавно, что губы Эда трогает улыбка. Он укрывает дочь одеялом и идёт  в спальню. Рубашка на нём сырая. Ему бы переодеться, принять душ. Точнее, в обратном порядке. Глядишь, там и мысли станут на место. С его работой кошмары были не редкостью, но он всё никак не мог к ним привыкнуть. Да и можно ли к этому привыкнуть!?

Глория спала, или делала вид, что спала, завернувшись в одеяло. Всё ещё обижалась на него. В такие моменты ей становились неприятны все его прикосновения и она отгораживалась от него и нарочито это  показывала. Эдгар и сам понимал, что сегодняшнюю ночь проведёт в гостиной, но ему нужна была одежда. Судорожный вздох, как после долгих слёз. Эд замер. Он не мог выносить слёз жены.

- Лори, - тихо позвал он. Она не ответила, только сильнее завернулась. Эдгар выдохнул и вытянув из шкафа первую попавшуюся футболку вышел из комнаты. Что за ребячество!  У него был тяжёлый день. И планы на вечер сорвались - они так и не выбрались к родителям. И Сью приболела. А Глория вела себя так, будто это она малышка. И этот дурацкий сон, вытянувший из Эда последние силы. Нет, на выяснение отношений у него их не осталось. Ничего, полежит на диване, не развалится. Внизу что-то опять громыхнуло. Он быстро спустился по лестнице в гостиную. Всё-таки окно. Глория оставила его открытым. В дни ссор она почему-то переставала относиться к его вредной привычке лояльно и всем своим видом показывала отвращение, хотя дома Эд и не курил. Но ей, видите ли, пахло. Он закрыл окно. В стекле, отразился его уставший взгляд, голубые глаза вспыхнули как огоньки и  стали увеличиваться, когда Эд разглядел, что это вовсе не глаза. Вернее, не только глаза. Мерцая голубым светом, сквозь стекло в гостиную махнул огромный пятнистый кот. Патронус сестры. Сердце забилось быстрее. Беспокойство поселившееся в нём стало больше, словно вещая  - а вот и я, ха-ха, а вот и я!
Ирбис заговорил голосом Амелии и мир Эдгара дрогнул совсем как во сне. Только ему было не проснуться.

Эда тошнит, когда он с хлопком  появляется у родительского дома. Так много людей в этом тихом месте. Одного взгляда на дом достаточно, чтобы всё понять, но Эд делает, один шаг, второй, третий, а потом бежит. Ступени крыльца проскальзывают, выбитая дверь ему не мешает и он сворачивает вправо, столовую, когда кто-то хватает его за плечо. Он слышит как знакомый голос говорит "не надо, кэп", но совсем не слушает, вырывается, ударив невпопад, чтобы выпустил. "Пусть идёт" - звучит глухо тот же голос. Кому он говорит - какая разница. Ноги несут Эда по знакомому коридору. В разворочённой столовой пусто.

- Где? - Эдгар не узнаёт свой голос. Такого голоса не бывает у человека. У раненного зверя, да, не у человека. В дверях появляется Тонкс  с покрасневшей скулой и кивает в сторону гостиной и лестницы. Боунс выходит, ступая по осколкам. Те хрустят под ногами и у него ощущение, что это в нём самом что-то бесконечно разбивается. Он подходит к гостиной и только тут замечает её. Она стоит прислонившись к стене, словно не в силах от неё оторваться. Они встречаются взглядами. Мел. Жива. Облегчение приносит с собой надежду. А вдруг...
И Эдгар идёт дальше. Его колотит внутренняя дрожь, но он должен.

Первым видит брата. Рядом мать. В стороне отец. Мир качнулся, завертелся и бросил навстречу Эдгару пол. Он не помнил, как оказался рядом с матерью, сжимая в своих её окровавленные руки и убирая с лица слипшиеся волосы. Как просил брата посвистеть, чтобы мама снова принялась его отчитывать, как обещал отцу, что закопает в саду его почётные грамоты, если он сейчас же не очнётся.

Сам же он очнулся уже сидящим на ступенях крыльца, мокрый с головы до ног.

- Кто это сделал, Мел? Что произошло?

Тонкс начал было рассказывать, но Боунс его прервал.

- Не ты. Она, - он показал пальцем на сестру - растрёпанную, разбитую, но живую.

0

28

МУЖ, С КОТОРЫМ ВСЕ СЛОЖНО


François Delacour  |  Франсуа Делакур
Знаешь, я не могу вспомнить последний раз, когда мы целовались... Потому что ты никогда не думаешь, что последний раз это последний раз... Ты думаешь, что будут еще. Ты думаешь, у тебя есть вечность, но это не так.
https://thumbs.gfycat.com/AdolescentHauntingArkshell-size_restricted.gif
чистокровный/полукровный, 33 года, владелец винного дела |François Arnaud


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Франсуа мечтал. Много мечтал. И уж точно не планировал становиться заменой своего отца. Он много знал о виноделии с самого детства, но в Шармбатоне планировал совсем другое: путешествовать, исследовать, служить в Аврорате, научиться играть на гитаре, поцеловать русалку. И так можно перечислять бесконечно - в его списке дел было все, что угодно, кроме того, кем пришлось стать.
[indent]Когда Шармбатон закончился, должна была начаться взрослая жизнь. Отец обещал лишить Франсуа финансового обеспечения, но ничуть не испугал сына этим. Чмокнув мать на прощание, младший Делакур сбежал исследовать мир, пробегав по нему около двух лет, перебиваясь заработками от возможности к возможности. А когда вернулся во Францию, не спешил здороваться с родителями, сняв квартиру с друзьями в магическом квартале, снова зарабатывая чем придется - да-да, натурщиком Франсуа тоже поработал. В тот период судьба, не то издеваясь, не то решив, что это лучшая ее идея, свела его с Аполлин Леруа. Он был очарован, хотя Аполлин честно предупредила, что она наполовину вейла, ее дар таит опасность, искажающую чувства. Но Франсуа был уверен, что это любовь, самая настоящая. Так и потянулось время встреч, ночей, шуток, отговорок - Франсуа звал Аполлин замуж, Аполлин говорила, что сведет его с ума, он не верил, и снова разговоры повторялись.
[indent]А потом заболел отец. И тогда все изменилось. Делакур вернулся к родителям, у постели отца дал обещание заняться винным делом, которое передавать было больше некому. Франсуа ненавидел самого себя за то, что предает свои мечты, чувствовал, как в душе что-то рвется, когда он состригает длину волос, надевает деловой костюм, принимает дела, перестает отвечать на письма друзей, не появляется в любимом баре. Он отказался от всего, что было у него в той жизни, чтобы не огорчать отца. Вычеркнул он в тот момент из связей и Аполлин, позволив матери подбирать среди знакомых для себя невесту. Но когда умер отец, Аполлин пришла на похороны. И там, у фамильного склепа, среди мраморных ангелов, Франсуа сделал последнюю попытку удержать фею в своей жизни и получил согласие.
[indent]Поначалу все выглядело прекрасно. Но постепенно Франсуа начинал ловить себя на неоправданной злости и сжигающей все вокруг ревности, замечая, как Аполлин посмотрела на другого мужчину, как коснулась его, как улыбнулась. Она прощала ему все ссоры, словно понимая, что Франсуа живет совсем не ту жизнь, какую хочет. Жизнь становилась то лучше, то хуже, Делакур оказался весьма хватким бизнесменом, достигая успехов в деле, но это все было лишь мимолетной радостью. Не стало лучше даже тогда, когда родилась Флер, теперь к ревности по отношению к другим мужчинам прибавилась ревность к собственной дочери.
[indent]Франсуа понимал, что это ненормально. Понимала это и Аполлин. Но когда она заикалась о том, что им следует побыть вдали друг от друга, Франсуа злился еще больше. Почему его любовь превращается в яд рядом с любимой женщиной? В том, что он искренне ее любит, сомневаться не хотелось.
[indent]Апогей был достигнут, Аполлин решительно собралась в командировку в Лондон, Франсуа зло заявил, что она может вернуться туда, где ее не будут ждать, лишившись и мужа, и дочери. Она плакала, горько, но тогда он не мог и не хотел смягчать свои слова - когда же спустя несколько недель после душевной боли пришло странное успокоение, Франсуа с тоской признал, что Аполлин опасна для него, в этом она всегда была права.
[indent]Жизнь покатилась по накатанной. Мать Франсуа решила, что сыну и внучке нужна жена и мать почти сразу же после отъезда Аполлин, но Делакур привык игнорировать подобные разговоры. Он не читал статьи жены, не спрашивал у тестя новостей об Аполлин, не вскрывал письма, которые та писала Флер, передавая их няне для чтения вслух. Но когда партнер предложил открыть представительство фирмы в Британии, Франсуа, не раздумывая, вызвался разведать обстановку на Туманном Альбионе.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Эта история не имеет предрешенного конца. Встреча в Британии, к которой Франсуа может уже даже знать о том, что у его жены был короткий любовный роман с британцем, явно не будет полна радости. Но как все обернется можем определить только мы. Что наиграем - все наше. Может, Франсуа научится контролировать свои чувства, может, найдем иной способ, а может и нет. Все в наших руках.
[indent]Аполлин нпс-персонаж, но это никак не сказывается на моей игре, так что не стесняйтесь, приходите, забирайте, делайте так же неписем, в общем, как удобно.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

Начнем с гостевой.


Пример поста

[indent]После истории с единорогами прошло больше месяца, вообще-то даже полтора месяца, а Аполлин все еще добивалась понимания, почему глава департамента магических происшествий и катастроф отсутствовал на месте. Женское упрямство полно чудес, журналистское - еще больше. Аполлин с достойным похвалы терпением отказалась на время от подкопа под Каркарова, решив копать под британское Министерство. Конечно, это не очень разумным выглядело, ведь ее могли в случае громкой удачи попросить покинуть Лондон, что ж, раз так, значит, вернется домой к дочери. А пока у нее было время и были возможности напечатать обличающую мистера Нотта статью в непрофессионализме. На кой дракл это было надо Делакур, она сказать не могла. Наверное, болевшее сердце требовало отвлечений, роман с красивым англичанином закончился быстро, влюбиться белокурая дева успела, но прекрасно понимала, что это может ни к чему не вести. И с легкостью, присущей ей, сокрыла все чувства внутри, продолжая блистать и улыбаться, доказывая обманное мнение, что вейлы, даже половинчатые, как красивые бабочки - порхают, а глубоких чувств не испытывают.
[indent]На пути к нужной информации все это время стояла хрупкая фигура секретаря департамента, не дававшая доступа к телу мистера Нотта, да и к самой себе тоже. Отшивала только так, чем начинала сердить француженка. Аполлин до оскорбления и раздражения не опускалась, но в какой-то момент решила, что пора поговорить с мадемуазель Одли вне стен Министерства, возможно, там она будет сговорчивой. Мало ли, стены кабинета могли делать из незнакомой по сути женщину того еще сухаря.
[indent]Благо, чистокровные семьи, особенно состоятельные, были наперечет, и установить адрес обитания Генриетты Одли не составило труда для Аполлин. Августовский день пах преддверием осени, солнце было уже неярким, а небо голубело над самой головой, пространное чувство свободы и смерти странным образом сплетается в желудке. Аполлин подставляет лицо этому дню, нащупывает в кармане своего плаща артефакт одноразового действия - вырубит все защитные заклинания ровно на две минуты, чтобы толкнуть дверь и войти в дом. Но сначала она, конечно, постучит, в надежде, что Генриетта Одли не будет прятаться от нее. Впрочем, надежда была слабой, новорожденной и в чем-то даже бесполезной, а вторгаться в чужие жизни с истинным шармом Аполлин умела, как никто другой.
[indent]Очарование английских пригородов и деревень поразительно, хотя на деле мало чем они отличались от французских. Но лавандовые поля Прованса ничем не напоминали отозревшие свое фруктовые сады и бесконечность хвойных ароматов, которых тут хватает. Делакур, не знавшая, куда аппарировать, не имевшая при себе порт-ключа или приглашения, воспользовалась Ночным рыцарем, поездка была быстрой и полной впечатлений, без которых можно было бы обойтись. И теперь шествует по узким улочкам туда, где проживает Генриетта Одли - путь к ней пересекают мальчишки с мячом, доигрывающие последние дни каникулы, превращая их в праздник накануне начала учебного года. Аполлин со смехом чуть подскакивает и останавливает выставленной ногой мяч, не давая ему укатится в сторону речушки; размахивается и легко бьет по нему, отправляя обратно к мальчишкам. Из соседней пекарни аромат свежей выпечки так и манит задержаться, но у француженки нет фунтов, только галлеоны, и хотя есть способы не остаться без десерта, женщина откладывает это на потом - после разговора с мисс Одли.
[indent]Предсказуемо, ей не открывают, словно не слышат. Может и так, старый дверной молоток изжил себя, но маги так консервативны, от этого не избавиться. Аполлин так и не убедила Франсуа в необходимости поддаться прогрессу, и только когда маленькая Флер простудилась, как и любой ребенок склонный к этому в малом возрасте, муж пошел навстречу, поддавшись некоторым ухищрениям.
[indent]Артефакт срабатывает легким прикосновением руки. Аполлин медлит, опасаясь отдачи, ведь он мог оказаться бракованным, как и все, купленное в самых неподходящих местах. Но ей везет сегодня, журналистка беспрепятственно переступает порог чужого дома, осматривается, выжидая появления хоть кого-то. Домовик не обманывает надежд. Аполлин напрягается, опасаясь того, что слуга во имя хозяина пойдет на принудительное изгнание непрошенной гостьи, но тот лишь кивает, приглашая следовать за собой.
[indent]Как интересно.
[indent]Такого Делакур уж точно не ждала.
[indent]Домовик ведет ее не в гостиную, а в сад, где в окружении идеальной работы садовника восседает сама мисс Одли. Выглядит она правда достаточно грустно, кажется, сменила цвет волос, запавшие глаза и чувство полной тоски, исходящие от женщины, пока вызывают лишь озадаченность.
[indent]- Мисс Одли, я Аполлин Делакур, вы меня должны помнить, - несмотря на наглость, француженка не садится без приглашения. Но не удерживается от прямолинейного вопроса: - У вас кто-то умер?

0

29

ЛЮБИМЫЙ МУЖЧИНА


  Dietmar Baughman |  Дитмар Боугман
"Двое неидеальных встретили друг друга… Полюбили… И стали идеальными друг для друга…" В. Гиберт
https://i.imgur.com/94Wicmlm.png https://i.imgur.com/j2L9guim.jpg
полукровен, 47, сотрудник немецкого Министерства Магии | Mads Mikkelsen


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

- Рожден в семье чиновников и госслужащих, преданных своему делу и государству. Выбора, кем ещё быть, кроме как служить своей отчизне, не было. Да и особого желания заниматься чем-то ещё тоже.
- Встретились пять лет назад, во время одной из командировок Миллисент в Германию. Эта была одна из последних миссий, в которых участвовала Бэгнольд как дипломат, прежде чем перейти работать в другой отдел. Она увенчалась успехом и встречей с мужчиной, которого женщина полюбила, и который полюбил её.
- Отношения развивались довольно стремительно: несколько совместных прогулок по улицам вечернего Берлина - и выходные в Мюнхене, под зарево красивого заката. Нет, это не было безумием чувств, помешательством разума, просто так бывает: когда встречаешь человека, и душой тянешься к его душе.
- С Дитмаром было, о чём поговорить, и приятно молчать. Две недели в работе пролетели бессовестно быстро: потому что кто-то как будто на крыльях всё время парил. Мужчина вызвал у Миллисент улыбку, сам того не подозревая, дарил чувство уюта и дома, которого так и не дал её предыдущий брак. Уезжая, она оставляла ему частицу своего сердца, и забирала огромный букет полевых цветов.
- На этом всё, слава волшебникам, не закончилось. Вернувшись в Британию, Миллисент получала букеты роз, и книги в подарок. И письма, конечно же, эти весточки любви. Но это были не просто сладкие слова о взаимных чувствах, нет. Дитмар всегда знал, что писать, интересовался, как прошёл день, предлагал, советовал, помогал. Он был возлюбленным, но и другом. Миллисент очень ценила это со своей стороны.
- Её отпуск тем летом, в середине сентября, они провели вдвоём, уехав в Париж. Гуляли по улочкам французской столицы, пили кофе и вино, держались за руки, болтали о том, о сём. Дитмар однажды сказал в сердцах: "Что ты сделала со мной? Я не могу наговориться с тобой, не могу заставить себя перестать держать тебя в своих руках". Проведя ладонью по его колючей щеке, Миллисент негромко сказала: "Не заставляй".
- В последние выходные перед окончанием отпуска, Бэгнольд решила познакомить Боугмана с сыном. Деметрий пришёл в восторг от этой встречи, и долго рассказывал ей, а также дедушке и бабушке, что друг мамы ему рассказал о викингах, и теперь он хочет викингом стать. Дитмар тоже был рад этой встрече: его дети давно выросли, и вот он снова держит маленького ребёнка за руку. В тот момент он чувствовал себя молодым.
- Самый страшный враг возлюбленных - разлука. Всякий раз встречи Боугмана и Бэгнольд заканчиваются одним: они отправляются дальше выполнять свой долг, служить своей стране. Нежные встречи, добрые утра, прекрасные дни и тёплые вечера, проведённые вместе, великолепны, но хочется перестать выкраивать друг на друга время, всякий раз воровать друг друга у судьбы.
- В итоге, Дитмар перевёлся со службы в британское Министерство. Сделал он это, конечно, чтобы быть с любимой женщиной открыто, не крадя её, словно вор. Миллисент об этом не знает, так что, её ожидает большой сюрприз.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Это - не история пылающих зноем страстей. И Дитмар, и Миллисент, по природе своей, - очень спокойные люди. Так что, это любовь, в которой двоим одиночкам вместе просто уютно и тепло. Возможно, не сказаны слова любви, но ведь обо всём порой красноречиво говорят прикосновения, глаза. Пусть эта история будет о тепле и чувстве дома, что обретается рядом с другим человеком, о том, как тянутся друг к другу сердца, которые долго молчали. Они оба построют новую жизнь: Дитмар - в прямом смысле, переехав жить в другую страну, Миллисент - научившись принимать мужчину в своей жизни, верить, что он станет её поддержкой и опорой.
Вид деятельности - на усмотрение игрока, который возьмёт роль, но я не хотела бы аврора, честно говоря. Персонаж не должен разделять идеи Пожирателей Смерти, поддерживать их деятельность, поскольку тогда в паре возникнет экзистенциальный конфликт, который мне бы не хотелось играть. Статус: либо разведён, либо вдовец. Дети и подробности о них - на усмотрение игрока. Предполагается, что взрослые дети у персонажа есть
Внешность очень желательна, но ваши варианты я готова рассмотреть.
Использование птицы-тройки в постах желательно, сама использую её. Пожалуйста, выделяйте абзацы, отделяйте их друг от друга, не используйте лапслок.
Было бы хорошо, если вы сможете отдавать мне не менее двух постов в месяц. Я - человек понимающий, но, пожалуйста, не пропадайте без предупреждения.
Приходите играть, очень вас жду!

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостинную, дальше - решим


Пример поста

Миллисент была не из тех людей, которых очень легко впечатлить чем-либо. Не потому, что была разбалована, вовсе нет. Просто семья, к которой она принадлежала, могла себе позволить ездить заграницу, и часто проводила таким образом досуг. Они с братом рано побывали в Европе, в конце концов, они принадлежали к нескольким культурам сразу — французские, немецкие и польские корни предков позволяли навещать страны, с которым семью что-то, да роднило. Всюду была своя красота, в каждой стране, в каждом месте Миллисент находила свою прелесть, любовалась и радовалась красотами. Пытливый ум насыщался в любом путешествии или поездке. Позже, занимаясь политикой, она тоже бывала за границей. Так что, когда Арасто подсказал ей, где бы Айдану хотелось побывать больше всего, Миллисент знала, что это будет красивое место, определённо знала. Вот только... она и представить не могла, что найдёт здесь, в этих пещерах, самое настоящее волшебство, сотворённое не магом с помощью волшебной палочки и заклинаний, а самой природой.

Требуется время, чтобы выдохнуть. Снова вдохнуть. Набраться сил, которые, кажется, просто покинули её, охваченную восторгом. Каждая клеточка внутри билась буквально под сердцем, пока она, ни на миг не отводя взгляда, смотрела на эти миллионы светлячков, сидящих на крутых стенах. Это было место контрастов. Тёмная красота пещер освещалась ярким мерцанием крохотных комариков, что работали, как фонари. Простор и свобода этого места брала душу в плен.

Миллисент на какой-то краткий миг даже потеряла дар речи, и способность слышать притупилась. Она жадно вслушивалась в магию природы, которая вся сосредоточилась здесь, в этих пещерах, в этом месте. А ведь он говорил о том, как влюбился в неё. С первого взгляда, а до этого — как и она — любил созданный в письмах образ. Вдохновение.

— Ты меня обнял в одну из первых встреч, — спокойно говорит она, не торопясь развязывать ему глаза, - и я, сама не ожидая, потянулась к тебе. Это было ещё дружеское объятье, но с тех пор я всё время тянулась к тебе. Чувствовала себя дома, когда находилась в твоих руках.

Она улыбнулась. А Айдан нетерпелив. Торопит её, чтобы дала ему возможность рассмотреть место, где они очутились. Миллисент улыбается. Аккуратно отнимает ладони, которые сменили плен шарфа. Удивительно, но она буквально разрывается между желанием посмотреть, как же он отреагирует на её маленький подарок, и продолжать наслаждаться невероятной красотой этого места. Но в итоге она выбирает его, и осторожно наблюдает, что же будет дальше.

— Я спросила у Арасто, — ответила она с улыбкой, — точнее, мы разговаривали, и я поделилась, что хотела бы сделать тебе какой-то особенный сюрприз. И он сказал, что это место тебе понравится.

Понравится — не то слово. Он потерял дар речи. Миллисент даже не уверена, что он понимает, что у него сейчас буквально открыт рот.

— Как приятно видеть восторг в твоих глазах, — счастливо отзывается она, — здесь так невероятно красиво...

Последнюю фразу Миллисент выдыхает. Надо бы решить, что делать дальше. Время экскурсий для магглов прошло, они здесь одни, их ждёт лодка, а в её мантии спрятана бутылка шампанского. Что теперь?

Но нет. Пока Миллисент слишком поражена красотой открывшегося перед ней чуда. Она ничего не говорит, только продолжает оглядываться по сторонам. И аккуратно переплетает свои пальцы с его, давая им обоим разделить потрясающую красоту этого момента.

0

30

ГЛАВУ АВРОРАТА


Gawain Robards  |  Гавейн Робардс
https://64.media.tumblr.com/63b5cd74ff3e2b64d6b69e8523f046b4/tumblr_mw5wae6Tyx1qgrjvxo8_250.gif https://64.media.tumblr.com/1df6f95508e55e18e044b7ebef212136/tumblr_mw5wae6Tyx1qgrjvxo4_250.gif
чистокровный/полукровка, 45-46 лет, глава Аврората |Richard Armitage


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Романтика легенд не обходит Гавейна стороной с рождения. Спасибо маменьке, что назвала не Мерлином и не Ланселотом. Быть тезкой великого волшебника не пожелаешь и врагу, а сродниться с самым несчастным влюбленным истории мало хотелось.
[indent]Своего тезку Гавейн ценил от всей души, перенимая его любовь к прекрасному полу, что выручало его сначала в школе подспорьем при списывания домашнего задания, затем в Аврорате, когда пришла пора допрашивать прекрасных дам. Если в деле фигурирует женщина, отдайте ее на допрос к Гавейну, тот справится со всеми слезами, платочками, разберет в наборе слов нужное, добьется искренности. Какими методами, никто никогда не спрашивал, результат - главное.
[indent]Еще в школе Робардс свел дружбу с чистокровным слизеринцем (имя на выбор), с которым пересекались на факультативах. Их объединяло многое в интересах, что отличия не замечались, и никто не представлял, что дружбу удастся вынести из стен Хогвартса во взрослую жизнь. Друг не особо одобрял решение Робардса идти в Аврорат, но в целом это не помешало им даже тогда, когда наступили беспокойные времена войны. По всем параметрам чистокровный слизеринец мог быть среди Пожирателей Смерти (и был), и Гавейн ненавидел самого себя из-за необходимости подозревать того, кому всегда доверял. Но Мерлин миловал, и до конца войны Робардс дошел, не посадив его в тюрьму, ведь остались те, чью вину не докажешь.
[indent]Война закончилась так же внезапно, как и началась. Просто в один момент не стало Того-кого-нельзя-называть. Отгремели последние аресты, отзвучали последние приговоры. Пошли повышения: Крауч стал Министром, Урхарт - главой ДОМП, Амелия - его замом, Руфус - главой Аврората. Робардс, лишенный амбиций, был удивлен тому, что ему дали должность заместителя Скримджера. О чем пожалел, когда начались проблемы: сначала арест Вэнс, затем суд, летом разрушили Азкабан и проблемы росли и ширились. В тот момент, когда Гавейн попытался выдохнуть, снова пошло шатание по карьерной лестнице - осенью неожиданно пришлось стать и.о. главы Аврората. И как долго это продлится, сказать никто не мог, но как шутила Амелия, есть шанс лишиться приставки и.о. и так никогда и не жениться, учитывая, что повышения редко совместимы с семейной жизнью.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]В этой заявке абсолютно все меняемо, кроме возраста и карьерного роста на момент осени 1982 году. В конце октября, который еще не наступил, но мы сообщаем на перспективу, пойдут подвижки в должностях, в результате чего Гавейн получит ту должность, о которой не мечтал даже.
[indent]Можно не учитывать ничего из выше озвученного, придумать свою историю. Можете использовать предложенную. Жениться в восемнадцать и быть многодетным отцом-вдовцом-бабником, вдыхайте жизнь в Гавейна и просто приходите, чтобы остаться с нами. Аврорат полон авроров, с которыми я сама не справляюсь!

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]Какой-то странный звук заставляет посмотреть пристально на Долиша? Недоволен? Или показалось? Амелия не привыкла к тому, что кто-то может быть недоволен разговором с ней, если это, конечно, не допрос. Все, кто не подозреваемые, должны принимать соответствующим образом слова мисс Боунс, а если вам не нравится, то говорите напрямую, а не фыркайте под нос. Что именно могло не понравиться Джону, оставалось гадать, но это было как-то не по статусу Амелии, и она мысленно отмахнулась. Хочет себе надумывать, да ради Мерлина, Амелии же хотелось побыстрее закончить инспекцию и убраться из тюрьмы. Она в самом деле производила гнетущее впечатление, достойное дементоров, кроме них тут никому жить не понравится.
[indent]Амелия внимательно слушает Джона, кивает, будто бы своим мыслям, но на деле ловит каждое слово, оценивая его умение составить логическую цепочку. Тему разговора подхватил, молодец, все по полочкам разложил, вывел к финальному аккорду свои умозаключения. Задачка на логику была дана незаметно, так же незаметно был получен ответ, Амелия едва позволяет себе улыбку. Настроение все еще такое же мерзкое, как и это место. И сыро, и тоскливо, и даже приходится глубже закутаться в мантию.
[indent]- А значит, кто-то дискредитирован из тех, кто знает о распределении комнат сего прекрасного трактира, или я не прав? Но не факт, что этот или эти некто могут сейчас о чём-то поведать. Уверен, они так или иначе погребены под этими стенами.
[indent]- Вы правы, Долиш. Вернее, мыслите в правильную сторону. Может, в самом деле кто-то из тех, кто погиб, снабжал напавших информацией. Но тут же есть один момент, достойный внимания: идиоты не продают информацию, чтобы сдохнуть под обвалившимися стенами Азкабана. Так что искали и среди тех, кто в тот день не работал. И нашелся один человек, который не вышел в тот день на дежурство, попросив его подменить, а сейчас исчез. Ну, вернее, исчез он почти сразу же. Забавно.
[indent]Снять его, что ли, с этого утлого места и поставить на расследование? Аврорат к злости Боунс, раздражению Крауча и зловредности массы министерских противников действующего министра никак не мог продвинуться хоть на сколько-то в поисках концов. Все понимали, что копать нужно под тех, кого в свое время записывали в Пожирателей и родственников сидельцев, но никак не удавалось вцепиться в глотку. Репутация Сигнуса Блэка была безупречна, его особняк не хранил тайн относительно Беллатрисы, в доме Лестрейнджей тоже, вроде как, хозяйничал один лишь старший сын. И так можно было перечислять всех, кто аккуратно сейчас проживал день за днем, храня свою репутацию в такой кристальной чистоте, что в пору самой грязь на них разбрызгивать.
[indent]Скоро Аврорат нарекут бесполезным ведомством, а дальше бюджет придется сжимать, и...
[indent]Так о чем она начинала размышлять? Не приписать ли Долиша к группе тех, кто будет расследовать столь дерзкое нападение, точно.
[indent]– Такой информации у меня нет.
[indent]- Тогда придется найти того, кто расскажет о них.
[indent]О как. Не все, значит, Долиш знает. Это почти радость, а то так начнешь чувствовать себя неосведомленной, а это раздражает, иногда даже до зубовного скрежета.
[indent]Они снова выбираются на свежий воздух. Кажется, пока отсутствовали, туман стал гуще, уже облизывая местами стены Азкабана, от чего море терялось в их просветах, лишь напоминая о себе плеском. Мокрые камни тускло блестят в безсолнечном воздухе, заманивая к ним прикоснуться, а то и оскользнуться - неверный шаг и нырнешь в холодные объятия море. Для человека, родившегося и выросшего в курортном городке у моря, Амелия плохо ладила с таким романтическим героем женских фантазий, как водная стихия. Чем дальше, тем лучше - тонуть никому не нравится, аврору не требовалось еще уметь плавать. Ну хотя бы морось прекратилась, но все равно чувство, что это не август, а какой-нибудь ноябрь, проходить не хочет, цепляясь за сознание и вымораживая душу. Можно было бы, наверное, на все плюнуть, но снующие туда-сюда по стене люди - как она их пропустила-то? - вынуждают все-таки направиться к ним. Амелия присматривается, из-за ветра слезятся глаза, и ей приходится прищуриться, чтобы рассмотреть, как при помощи волшебной палочки, заклинания и такой-то матери поднимают огромный каменный блок. Дыхание перехватывает, кажется, вот-вот сейчас все оборвется, глыба рухнет, и хорошо, если в воду, не утянув за собой никого. Амелия смахивает упавшие на глаза пряди волос, но продолжить созерцание не выходит, под ногам пол начинает дрожать, все здание дрожит: женщина быстро оглядывается на Долиша, оказавшегося чуть в стороне:
[indent]- Что это?
[indent]Дрожь мелкой рябью передается от здания телу, о чем-то кричат рабочие, но Амелия не может понять, что за странность. Такое ощущение, что Азкабан стоит на спине кита, и теперь этот кит начинает движение. Но этого быть не может.

0


Вы здесь » yellowcross » HAPPY TREE FRIENDS | партнерство » MARAUDERS: AFTERSHOCKS