March 7Мы ожидаем прибавления! It's a girl! Розовые шары и громоздкие подарки, огромный вкусный торт с вишневой начинкой и бесконечные поздравления от родных и близких. Однако не всë так безупречно и пополнение семьи ещё одним малышом встречается не только повышением ответственности родителей в двойном размере, но и головной болью определенного характера. Пусть на сей раз, они не обременены задачей обустроить дом для появления крошечного исследователя, ведь ему вполне сносно подойдут вещи, оставшиеся от старшего и до сих пор хранящиеся в грузовом отсеке "на всякий случай". читать далее
best episode
Sanji & Zoro
Up
Down

yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » HAPPY TREE FRIENDS | партнерство » MARAUDERS: AFTERSHOCKS


MARAUDERS: AFTERSHOCKS

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

https://i.imgur.com/45ugdXY.png

0

2

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ЧУЕТ, ОТКУДА ДУЕТ ВЕТЕР


Edward McDuff  |  Эдвард МакДафф
Обычным оружием убивают только однажды, а словом убивают снова и снова
- Терри Пратчетт "Правда"

https://i.imgur.com/pcflYAJ.gif
полукровный, 42-50, специалист по журналистским расследованиям в газете "Люмос" | John Simm


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

«В кого ты превратился Эдвард?»

Макдафф усмехается сквозь сигаретный дым, трёт заросший щетиной подбородок и путает кофейную чашку с пепельницей. Голос бывшей жены звучит в его голове, точно проделки совести, страдающей от бессонницы. Вопреки распространенному мнению совесть у него есть и очень даже зубастая, просто к ней прилагаются недурные мозги. И они подсказывают — бывают моменты, когда совести не помешает поводок и крепкий намордник.

— Точно не в то, на что ты рассчитывала, Клэр, когда бросила меня.

Она ведь думала, что это паранойя, бред уязвленного самолюбия, когда он утверждал, что Ноби Лича подставили, чтобы сместить с должности Министра Магии. Что если Эдвард не одумается, то угодит или в Азкабан, или в палату для  душевнобольных в Мунго. Она пророчила ему это с такой горячей запальчивостью, что он всерьез стал полагать, что именно на это она и рассчитывает.

Но Эдвард Макдафф, творец «величайшего чуда и величайшей катастрофы магического мира», бывший глава избирательного штаба первого маглорожденного Министра Магии Ноби Лича, не был сумасшедшим. Он тонко чуял, откуда дует ветер. Он мог распознать игру на фактах, поскольку сам ее придумал. Он точно знал, кому лучший его друг поперек горла, кого тошнит от тех слов, что Эдвард вкладывает в речи Лича. И он методично вычислил причастность их всех к заговору, созревшему и исполненному в стенах Министерства. Начиная с Абраксаса Малфоя.

Опасно иметь столь влиятельных врагов, когда влиятельные друзья намерено отворачиваются от тебя. Разгромные статьи Макдаффа по итогам его расследования так и не увидели свет. Тогда он зарылся ещё глубже в постыдные тайны, тщательно оберегаемые чистокровной аристократией, и написал целую книгу, зная, что ни одно издательство не согласится ее напечатать. Он издал ее сам, мизерным тиражом, почти полностью впоследствии изъятым и уничтоженным. Как и его прежняя жизнь.

Почти.

Эту книгу ещё можно отыскать среди тех, кто множил ее копии. Так одна из  них попала в руки главного цензора Спенсера-Муна — и ему Эдвард Макдафф обязан той жизнью, что ведёт теперь.

— Устойчивость всех процессов в магической Британии состоит в том, что она опирается на мощную корневую систему многовековой аристократии,— Спенс неторопливо помешивает чай в своей чашке. Эдвард душит в себе несогласие с его словами и продолжает слушать,— Свалить этот лес представляется задачей невыполнимой. Сжечь его значит пожертвовать очень многими жизнями тех, кто обитает в его тени. Однако нельзя расписываться в бессилии. Нужно выйти из тени. Нужно растить новый лес так, чтобы он был на виду, по возможности стараясь не допускать прежних ошибок. Или оставлять возможность другим указывать, где эти ошибки совершены, чтобы их исправить. Мы, разумеется, не можем в одиночку высадить этот лес. Но мы можем осветить место, откуда он начнется.

«В кого ты превратился, Эдвард?»

Макдафф держит в бумажнике колдографию из своей прошлой жизни. Жена и дети весело смеются и машут ему руками. Он — автор этого кадра. Пророческий снимок, на котором его нет. Дюжину лет нет рядом с детьми, с которыми Клэр запрещает ему видеться.

Он смотрит в ее смеющиеся глаза и отвечает на вопрос, который она не задавала:

В журналиста, Клэр, вот, в кого я превратился. В того, чья совесть спит, когда он проникает на «частную территорию», когда покупает информацию, когда хитростью и уловками добывает необходимые сведения. В актера, меняющего личины по необходимости. В ищейку, упорно идущую по следу. Совесть закрывает глаза на методы, но именно она указывает мне цель.

«Люмос» заменяет ему семью.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Про "Люмос"

Фактурный, побитый, но не сломленный жизнью Эд МакДафф, человек с необычайно проницательным умом и твёрдыми принципами, непременно должен найти своего игрока! Концепт обсуждаем, я всегда открыт предложениям и поправкам. От себя обещаю интерес к игре, нечастую, но стабильную отпись, помощь в генерации безумных идей, полное отсутствие придирок, претензий и какой бы то ни было ревности. У нас очень тёплая атмосфера, вы обязательно вольётесь.

Для вдохновения сеттингом "Люмоса" рекомендуется к прочтению: Терри Пратчетт - "Правда"; к просмотру - сериал "Большая игра" (State of Play), 2003 года. Если не читали и не видели - не страшно, если читали и/или видели - ну вы всё уже поняли)))

Вскорости (о, я надеюсь, что вскорости!) здесь появятся заявки на остальных членов команды "Люмоса", у меня уже вся компания живёт в голове. Если вам вдруг интересно попробовать какой-то иной образ в этом же сеттинге - милости просим в гостевую.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостевую, дам тележку).


Пример поста автора (МакДафф тут тоже есть!)

Зажигая на кончике палочки "люмос" в кромешной тьме, нельзя быть уверенным на сто процентов в том, что явит глазам свет, до чего дотянется, что сумеет выхватить из жадных зубов сумрака. В "Люмосе" привыкли готовиться ко всему и, надо заметить, всякого навидались. Но подобного случая припомнить не могли.
Ну, может быть, Спенс мог. На его лице не отразилось ни грамма удивления, впрочем, умеет ли мистер Спенсер-Мун, главный редактор "Люмоса", вообще удивляться, был для его редакции тот ещё вопросец, а они знали толк в вопросах.
Баллинджер, опоздавший на утреннюю летучку из-за того, что его шарф, по обыкновению преследуя его по улице, запутался в ветвях куста, и его пришлось выпутывать под хохот воробьёв, неслышно прошёл в кабинет и, оценив выражения лиц коллег, пристроился на жёсткий стул поближе к Летише. В её руке оставался листок, явно явившийся в это утро центром всеобщего внимания. На него никто не смотрел. Но все о нем думали.
- Ну что ж, - вздохнул Рей с видом святого великомученика, готового великомучиться на благо ближних, - Придётся вспоминать, чем отличается Шираз от Мерло...
- Не дури, Барти, - отмахнулся от него Макдафф, качая головой, - Селвин - не прекрасная дама, не обманывайся тонкой выделкой его шерстяных мантий. Он откусит тебе голову.
Рей ничем не выдал, что был задет, но оказался все-таки выдан - лёгким румянцем, подсветившим скулы. К прискорбию, среди присутствующих не было прекрасных дам, способных это оценить.
Селвин? - Баллинджер перевёл вопросительный взгляд на Летишу, и та протянула ему свой листок.
- Кто видел вблизи его мантии, - проворчал Рей, явно находящийся в поиске того, кому тоже следовало зардеться, не оставив его в одиночестве, - Нотт? Вы родственники вроде?
Баллинджер поморщился, поднимая глаза от листка, увлекательно повествующего о том, что мистер Торнтон Теодор Селвин изъявил желание дать интервью газете "Люмос".
Джастин никак не прокомментировал "Нотта", оставив Барти право немного повредничать с утра.
- Кристал? - честно говоря, в это утро Джастин не находил в себе устремлений поближе рассмотреть мантию Селвина.
Хотя думал об этом прежде и не единожды. И даже беседовал с ним на свадьбе его сестры, так что имел честь оценить мастерство ведения беседы, которое тот демонстрировал всем желающим.
- Ни за что, - отозвалась Кристал сухо, - Я уже говорила с этим парнем, когда случился тот алкогольный скандал c участием стирателей памяти, помните? Он шовинист, каких поискать. Мне он не скажет ничего.
- Что ж, - прозвучал наконец голос Спенсера, который все это время внимательно наблюдал за подчинёнными, - Я думаю, что мы пришли к очевидному выводу.
Джастин поймал взгляд главреда и серьёзно кивнул, поднимаясь со стула. Летиша сделала ему знак, что готова пересказать ту часть летучки, что он пропустил. Люмосовцы расходились по местам.
- Загляни ко мне после обеда, Баллинджер, - Макдафф, выходя, тронул Джастина за рукав, - Расскажу, что удалось нарыть на Селвина.
- Не жалей его, Джастин, - тихо, как будто между прочим заметил Спенсер-Мун, не поднимая глаз, когда Баллинджер последним покидал его кабинет, - Правда это хирург, которому часто приходится работать без обезболивания.


Старинный дом в Челси, зачарованный маглоотталкивающими чарами, явил себя Баллинджеру как будто нехотя, с аристократичной ленцой проявляя стройные вытянутые линии. Квартира Селвина ютилась под самой крышей. Почтовый ящик с её номером пустовал - Джастин, конечно же, не преминул туда заглянуть, - но был зачарован и вполне мог содержать скрытую корреспонденцию. Снимать чары Джастин не рискнул, не стремясь портить атмосферу беседы заранее - он и так прикидывал свои шансы на искренность Селвина в пропорции один к двадцати, несмотря на то, что тот сам предложил взять у него интервью. В самом деле, в случаях, когда Селвин говорить вообще не хотел, шансы снижались до одного к паре сотен.
Чисто выметенная лестница с коваными перилами вела в паучью обитель властителя алкогольного рынка, круто разворачиваясь совсем крошечными площадками в концах пролётов. Джастин, поднимаясь, с любопытством разглядывал двери, таблички на которых в большинстве случаев хранили девственную гладкость полированной меди.
О, - заявил Селвин, смерив Баллинджера взглядом.
В своё "о" он сумел вложить продолжительную речь о современной магической моде и элементарных правилах хорошего тона, обязывающих уважающего себя репортёра наносить визиты исключительно в визитках, не забывая выгладить сорочку, и непременно использовать серебряную булавку для галстука.
Джастин забыл, есть ли у него галстук вообще - возможно, был утерян в суматохе очередного скоропостижного переезда, - но Селвин мог бы помнить, что когда-то галстук был. На свадьбу своего старого и не очень доброго дядюшки Джастиниус, помнится, явился при галстуке, и на нём даже красовалась булавка. Там он её, впрочем, и потерял.
Сам Торнтон, разумеется, выглядел безукоризненно, в соответствии с ситуацией, временем суток, погодой и социальным статусом. Тем, которым располагал до своего путешествия в Азкабан, конечно.
Квартира несколько нивелировала общий уровень зубысводящего аристократизма - она куда больше напоминала жилища, в которых обретался обычно сам Джастин, чем особняк его отца - и отца Селвина. Тесное, сумрачное помещение, минимум мебели, потёртые обои, старый паркет. Торнтон явно не жил здесь - даже кровати в единственной комнате гость не увидел, впрочем, в кровать можно было трансфигурировать тот же шкаф.
Джастин вежливо улыбнулся Селвину, рассудив безмолвно, что господину бывшему руководителю подразделения регулирования алкогольного рынка, легилименту, шантажисту и вымогателю и - не доказано! - по совместительству также пожирателю смерти будет приятно расположиться на пару ступенек выше, нежели посетивший его репортёр. Хоть происхождения они оказались равного, Баллинджер не прочь побыть здесь человеком в мятой рубашке с шерстью низла(возможно) на пиджаке.
Всё равно вопросы здесь задавать будет именно он.
Поблагодарив хозяина за оказанную ему лично и "Люмосу" в частности честь, Джастин устроился в одном из кресел, приготовил блокнот и коротко, решительно выдохнул, поднимая глаза на своего визави.
Он полагал, что знает, для чего Селвину понадобилось это интервью, хоть не понимал до конца, по какой причине легилимент остановился именно на "Люмосе", тогда как мог бы избрать любое издание, в том числе вольготно расположиться в вотчине мистера Нотта, чью тень за спинкой своего кресла Джастин ощущал в это мгновение так отчётливо.
- Итак, мистер Селвин, поскольку вы сами были инициатором сегодняшней беседы, я считаю необходимым предоставить вам вступительное слово, которое непременно будет донесено до наших читателей. Вы долгое время отказывали в интервью, в том числе и нашему изданию. Раз вы сменили свою позицию, стало быть, теперь вам точно есть, что сказать?

0

3

САМАЯ ОБАЯТЕЛЬНАЯ УЛЫБКА ЖУРНАЛИСТСКОГО ПОДПОЛЬЯ


Bartholomew Ray  |  Бартоломью Рей
— Ты уверен, что все это правда?
— Я уверен, что все это журналистика.

- Терри Пратчетт "Правда"

https://i.imgur.com/RSgMWR8.gif
маглорождённый, 24-32, корреспондент в газете "Люмос" | James McAvoy смена внешности


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Семью Рэй не сбросишь со счетов, хотя порой очень хочется. Она незримо стоит у руля всего сущего, деликатно держит ладонь на плече даже больших политиков, вынужденных помнить, какой вес или невесомость могут придать их словам и какой образ нарисовать для обывателей. Нет, семья Рэй не криминальные авторитеты, видите, они не приставляют к затылку жертвы пистолет c взведённым курком. Всего лишь кладут ладонь на плечо с ощущением бульдожьей хватки и ласково напоминают о тв-рейтингах. О популярности, которую так легко получить и потерять. Всего лишь пара распоряжений сверху, господин сенатор. Всего лишь маленький ролик в прайм-тайм.

Тем более досадно, что в волшебном мире никто знать о них не знает. У волшебников есть "Пророк" и колдорадио, но нет ни одного телевизора! Какое возмутительное  варварство.

Барту досадно, когда в ответ на его представление собеседники крутят аристократическими носами:

- Рэй? Никогда о таких не слышал. Ты что, из этих?

Носы хочется поправить, но Бартоломью прекрасно держит себя в руках. Вместо кулаков он использует змеиный яд - его источают слова, произнесенные с самой радушной и обаятельной из его улыбок. Эта игра будет вечной, касается ли она волшебников или маглов. Сын крупнейшего тв-магната Британии, по стечению обстоятельств оказавшийся волшебником, тоже, представьте себе, прекрасно знает ее правила. Более того - ещё и побеждает. Его научили побеждать.

Бартоломью пускает в ход свое обаяние, прекрасные манеры и семейную хватку. Он быстро соображает, что в этом "другом" мире к чему. Магия для него не сказка, ставшая реальностью, а классный рабочий инструмент, один в ряду многих. Он приглядывается, принюхивается к новому окружению, пробует на зуб, на прогиб и на возможности. Не пасует перед сильными мира сего - потому что там, в другом мире, он из тех же сильных, по праву рождения.

И его мало волнует, что кто-то не хочет с этим считаться. Более того, это Барта забавляет. И вызывает желание сделать так, чтобы считаться все же пришлось. Сквозь скрежет стиснутых челюстей.

Потому он не возвращается после школы в магловский мир: тому достаточно всех остальных Рэев, тогда как волшебному их, по скромному мнению Бартоломью, критически не хватает. Потому сперва колдорадио, потом редакции газет помельче, потом и работа внештатным журналистом "Пророка". Чтобы убедиться: правила игры неизменны, какого бы мира они ни касались. А значит нет ничего невозможного. Семья Рэй не сразу стала теми, кто придерживает вожжи, управляющие магловской Британией, так что почему бы Барту тоже не начать "с нуля".

"Люмос" - прекрасная отправная точка, - думается Бартоломью. Да, несколько скандально и опасно чертовски, зато на самом острие. Зато с газетой хотят говорить те, кто не доверяет "Пророку". Барт полностью поддерживает это стремление, когда берет интервью у очередного волшебника, пожелавшего озвучить правду, какой бы неприглядной она ни была. Конечно, все правительственные издания - продажные и работают по указке сверху, вы совершенно правы, госпожа, - Рэя любят женщины всех возрастов, чем он не гнушается пользоваться, исключительно в интересах дела, - Но мы в "Люмосе" всегда позволим вам сказать все, что вы считаете нужным. Вы будете услышаны. Вас хотят слышать. Я хочу вас слышать.

Смотрите, я совершенно обезоруживающе с вами честен. Вы можете вверить мне свою правду. Не сомневайтесь.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Про "Люмос"

Доска про "Люмос" на Pinterest

Концепт Барти кажется мне вкусным и обладающим отличным потенциалом для развития, построения связей и всяческих ролевых ништяков. Но всё обсуждаемо! Готов обговорить с вами любые поправки и найти компромисс. От себя обещаю интерес к игре, нечастую, но стабильную отпись, помощь в генерации безумных идей, полное отсутствие придирок, претензий и какой бы то ни было ревности. Приходите, играйте, творите. Форум весёлый, дружный, с прекрасной атмосферой.

Для вдохновения сеттингом "Люмоса" рекомендуется к прочтению: Терри Пратчетт - "Правда"; к просмотру - сериал "Большая игра" (State of Play), 2003 года. Если не читали и не видели - не страшно, если читали и/или видели - ну вы всё уже поняли)))

Вскорости (о, я надеюсь, что вскорости!) здесь появятся заявки на остальных членов команды "Люмоса", у меня уже вся компания живёт в голове. Если вам вдруг интересно попробовать какой-то иной образ в этом же сеттинге - милости просим в гостевую.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостевую, дам тележку).


Пример поста автора (здесь есть Барти!)

Зажигая на кончике палочки "люмос" в кромешной тьме, нельзя быть уверенным на сто процентов в том, что явит глазам свет, до чего дотянется, что сумеет выхватить из жадных зубов сумрака. В "Люмосе" привыкли готовиться ко всему и, надо заметить, всякого навидались. Но подобного случая припомнить не могли.
Ну, может быть, Спенс мог. На его лице не отразилось ни грамма удивления, впрочем, умеет ли мистер Спенсер-Мун, главный редактор "Люмоса", вообще удивляться, был для его редакции тот ещё вопросец, а они знали толк в вопросах.
Баллинджер, опоздавший на утреннюю летучку из-за того, что его шарф, по обыкновению преследуя его по улице, запутался в ветвях куста, и его пришлось выпутывать под хохот воробьёв, неслышно прошёл в кабинет и, оценив выражения лиц коллег, пристроился на жёсткий стул поближе к Летише. В её руке оставался листок, явно явившийся в это утро центром всеобщего внимания. На него никто не смотрел. Но все о нем думали.
- Ну что ж, - вздохнул Рей с видом святого великомученика, готового великомучиться на благо ближних, - Придётся вспоминать, чем отличается Шираз от Мерло...
- Не дури, Барти, - отмахнулся от него Макдафф, качая головой, - Селвин - не прекрасная дама, не обманывайся тонкой выделкой его шерстяных мантий. Он откусит тебе голову.
Рей ничем не выдал, что был задет, но оказался все-таки выдан - лёгким румянцем, подсветившим скулы. К прискорбию, среди присутствующих не было прекрасных дам, способных это оценить.
Селвин? - Баллинджер перевёл вопросительный взгляд на Летишу, и та протянула ему свой листок.
- Кто видел вблизи его мантии, - проворчал Рей, явно находящийся в поиске того, кому тоже следовало зардеться, не оставив его в одиночестве, - Нотт? Вы родственники вроде?
Баллинджер поморщился, поднимая глаза от листка, увлекательно повествующего о том, что мистер Торнтон Теодор Селвин изъявил желание дать интервью газете "Люмос".
Джастин никак не прокомментировал "Нотта", оставив Барти право немного повредничать с утра.
- Кристал? - честно говоря, в это утро Джастин не находил в себе устремлений поближе рассмотреть мантию Селвина.
Хотя думал об этом прежде и не единожды. И даже беседовал с ним на свадьбе его сестры, так что имел честь оценить мастерство ведения беседы, которое тот демонстрировал всем желающим.
- Ни за что, - отозвалась Кристал сухо, - Я уже говорила с этим парнем, когда случился тот алкогольный скандал c участием стирателей памяти, помните? Он шовинист, каких поискать. Мне он не скажет ничего.
- Что ж, - прозвучал наконец голос Спенсера, который все это время внимательно наблюдал за подчинёнными, - Я думаю, что мы пришли к очевидному выводу.
Джастин поймал взгляд главреда и серьёзно кивнул, поднимаясь со стула. Летиша сделала ему знак, что готова пересказать ту часть летучки, что он пропустил. Люмосовцы расходились по местам.
- Загляни ко мне после обеда, Баллинджер, - Макдафф, выходя, тронул Джастина за рукав, - Расскажу, что удалось нарыть на Селвина.
- Не жалей его, Джастин, - тихо, как будто между прочим заметил Спенсер-Мун, не поднимая глаз, когда Баллинджер последним покидал его кабинет, - Правда это хирург, которому часто приходится работать без обезболивания.


Старинный дом в Челси, зачарованный маглоотталкивающими чарами, явил себя Баллинджеру как будто нехотя, с аристократичной ленцой проявляя стройные вытянутые линии. Квартира Селвина ютилась под самой крышей. Почтовый ящик с её номером пустовал - Джастин, конечно же, не преминул туда заглянуть, - но был зачарован и вполне мог содержать скрытую корреспонденцию. Снимать чары Джастин не рискнул, не стремясь портить атмосферу беседы заранее - он и так прикидывал свои шансы на искренность Селвина в пропорции один к двадцати, несмотря на то, что тот сам предложил взять у него интервью. В самом деле, в случаях, когда Селвин говорить вообще не хотел, шансы снижались до одного к паре сотен.
Чисто выметенная лестница с коваными перилами вела в паучью обитель властителя алкогольного рынка, круто разворачиваясь совсем крошечными площадками в концах пролётов. Джастин, поднимаясь, с любопытством разглядывал двери, таблички на которых в большинстве случаев хранили девственную гладкость полированной меди.
О, - заявил Селвин, смерив Баллинджера взглядом.
В своё "о" он сумел вложить продолжительную речь о современной магической моде и элементарных правилах хорошего тона, обязывающих уважающего себя репортёра наносить визиты исключительно в визитках, не забывая выгладить сорочку, и непременно использовать серебряную булавку для галстука.
Джастин забыл, есть ли у него галстук вообще - возможно, был утерян в суматохе очередного скоропостижного переезда, - но Селвин мог бы помнить, что когда-то галстук был. На свадьбу своего старого и не очень доброго дядюшки Джастиниус, помнится, явился при галстуке, и на нём даже красовалась булавка. Там он её, впрочем, и потерял.
Сам Торнтон, разумеется, выглядел безукоризненно, в соответствии с ситуацией, временем суток, погодой и социальным статусом. Тем, которым располагал до своего путешествия в Азкабан, конечно.
Квартира несколько нивелировала общий уровень зубысводящего аристократизма - она куда больше напоминала жилища, в которых обретался обычно сам Джастин, чем особняк его отца - и отца Селвина. Тесное, сумрачное помещение, минимум мебели, потёртые обои, старый паркет. Торнтон явно не жил здесь - даже кровати в единственной комнате гость не увидел, впрочем, в кровать можно было трансфигурировать тот же шкаф.
Джастин вежливо улыбнулся Селвину, рассудив безмолвно, что господину бывшему руководителю подразделения регулирования алкогольного рынка, легилименту, шантажисту и вымогателю и - не доказано! - по совместительству также пожирателю смерти будет приятно расположиться на пару ступенек выше, нежели посетивший его репортёр. Хоть происхождения они оказались равного, Баллинджер не прочь побыть здесь человеком в мятой рубашке с шерстью низла(возможно) на пиджаке.
Всё равно вопросы здесь задавать будет именно он.
Поблагодарив хозяина за оказанную ему лично и "Люмосу" в частности честь, Джастин устроился в одном из кресел, приготовил блокнот и коротко, решительно выдохнул, поднимая глаза на своего визави.
Он полагал, что знает, для чего Селвину понадобилось это интервью, хоть не понимал до конца, по какой причине легилимент остановился именно на "Люмосе", тогда как мог бы избрать любое издание, в том числе вольготно расположиться в вотчине мистера Нотта, чью тень за спинкой своего кресла Джастин ощущал в это мгновение так отчётливо.
- Итак, мистер Селвин, поскольку вы сами были инициатором сегодняшней беседы, я считаю необходимым предоставить вам вступительное слово, которое непременно будет донесено до наших читателей. Вы долгое время отказывали в интервью, в том числе и нашему изданию. Раз вы сменили свою позицию, стало быть, теперь вам точно есть, что сказать?

Отредактировано yellowmail (2023-07-13 13:00:48)

0

4

ЖДУ ХОРОШЕГО ПАРНЯ


Cameron MacFusty  |  Камерон МакФасти
Говорят, что в каждом законченном цинике живет несостоявшийся романтик.
https://i.pinimg.com/originals/67/29/0c/67290c21a0134f30eeb608d4cb6de576.gif
чистокровный, 36 лет, драконолог в фамильном заповеднике |sam heughan


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Мы познакомились с тобой в Хогвартс-Экспресс в наш первый день. Ты, я и мой большой чемодан со сломанной застежкой. В общем, было бы романтично, не будь на по одиннадцать лет. Еще и Шляпа, стерва старая, развела нас по факультетам, сочтя меня умной, а тебя... ну ты сам знаешь, кем. Правда, нашей дружбе это не особо помешало, мне было с тобой легче, чем с девчонками, да вообще с тобой всегда было легко и просто. Ты ловил мою руку в попытке затеять драку с заносчивыми мальчишками, ты помогал мне там, где у меня были сложности. В дуэльном клубе я была твоей мотивацией стать лучше, чтобы меня переплюнуть, но наши соревнования никогда не переходили в нечто ужасное и неправильное. Ты показал мне драконов, не раз приглашая на Гебриды, и мы оба знали, что наша дружба не закончится даже тогда, когда закончится школа.
[indent]Наверное, я думала, что тебя быстро женят, но именно я сообщила первой, что выхожу замуж и попросила меня поддержать, быть моей подружкой невесты, моим посаженным отцом. Гиббон тебе не нравился, но я не обращала внимания на это, и неожиданно для меня, ты фактически отстранился от всего происходящего. Почему? Не расскажешь даже годы спустя? Или, может, выпьем бутылку огневиски на двоих и ты мне все-таки объяснишь?
[indent]Ты уезжал из Британии, спасал драконов, привозил их в заповедник, обзаводился новыми знакомыми. Я писала письма. Не поверишь, Кэм, ты единственный, кому я писала письма, я ненавижу их писать, но тебе писала. Постепенно мы восстановили эти отношения, твоих подружек я знала поименно, и меня они почти не бесили.
[indent]Именно я завербовала тебя в Орден. Хотя фу, какое слово - завербовала. Я тебе предложила стать частью чего-то большего. А ты согласился, как-то быстро и легко, словно тебе не хватало остроты в своей жизни. Поразительно, драконологу не хватало остроты. Теперь мы были на одной стороне, ты решил, что обязан обо мне заботиться, хотя я этого не просила. Мы нашли повод для ссоры из-за Гиббона - снова, но когда погибли мои родители, ты был рядом, за что огромное тебе спасибо. Ты не даешь мне совершить ошибку, которая может стать фатальной. А еще ты назначил себя тем, кто отберет у меня палочку, когда я доберусь до убийц моих родителей и младшего брата.
[indent]Не уверена, что у тебя получится, но посмотрим.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Странная такая дружба от которой бывают дети, но на самом деле это не про нас с элементами броманса. На самом деле МакФасти единственный нормальный мужчина в жизни Амелии, чьи отношения вообще не очень-то разборчивые. Камерон не считает, что Амелия не умеет любить, но знает, что она видит мир в ином свете, и ей нужна помощь связи с социумом, ну вот такая она. В меню у нас флеши, орденские приключения, странное настоящее, спасение драконов, а еще бонусом приложится история с одним любопытным драконьим артефактом и его владелицей. Вам понравится.
[indent]Внешность хотелось бы эту, очень хочется больше рыжих и таких красивых.
[indent]А еще есть заявка на сестру.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

начнем с гостевой, а там в тг


Пример поста

В последние дни что-то странное происходило, будто память решетом становилась. Амелия приходила домой, падала спать, поутру не помнила ничего толком, но вдумываться в это она не хотела. Какие-то детали ускользали плавно, постепенно, мягко лавируя между осколками более серьезных воспоминаний. В голове звоном проходило предупреждение об опасности, но чем дальше, тем реже на него Боунс внимания обращала, будто не что-то серьезное. Ну мало ли, сил было не много, времени еще меньше, от рабочей загруженности можно было собственное имя забыть. От внерабочей — имя брата.
Амелия трет висок. Чай стынет настолько, что лимон вянет в напитке. Боунс вздыхает, с некоторым удивлением смотрит на строчки на пергаменте. И в упор не может вспомнить, чтобы писала их, как и не может вспомнить, что к этому привело. Раздраженно стучит ногтями по столешнице, оглядывая беспорядок на столе. Все как обычно, и ничего нового, кроме записки, ну да ладно. Наверное, пора что-то пить от памяти. Молодая еще, конечно, для этого, мать будет искренне возмущена нездоровыми нитями настроений. Но в целом и это можно перетерпеть.
— Боунс, ты долго будешь смотреть в пустоту?
Писгуд склоняет голову к плечу, рассматривая Амелию. Амелия пальцами пробегает по недавно обрезанным до каре волосам, задумчиво изучает лица своей группы. Точно. Им нужно разобраться с текущими делами, им нужно спланировать следственные мероприятия, а в голове какая-то совсем уж неприличная пустота.
— Значит так...
Взгляды в сторону Амелии беспокойные, беспокойнее остальных взгляд Эммилин. Боунс не привыкла неловкость ощущать, но сейчас ручку в руках вертится, на месте не стоит, нужно записать план действий, нужно разобраться с делами.
— Сэвидж, давай ты проверишь хозяина той лавки в Лютном, контрабанда явно через него пошла, но он отмалчивается. Попробуй схитрить, ну или не знаю, империо запрещаю применять... что?
Несколько пар глаз в немом удивлении впиваются в Боунс. Это что, реакция на шутку? Амелия славилась неподкупностью и умением следовать всем догмам закона, четко выполняя установленные правила, чтобы дела были проведены с точностью, без изъянов и возможности обойти конечное решение.
— Мадам старший аврор, я, конечно, все понимаю, и характер у меня дерьмовый, и сложности я тебе доставляю, но я еще вчера выполнил это твое распоряжение, и протокол в деле, ты его даже читала. Не помнишь, что ли?
Перо в пальцах Амелии замирает. Как и она сама. Ведьма сглатывает. Это уже нехорошо. Она не помнит ничего подобного, ни то, что отдавала уже это распоряжение, ни факт его выполнения Сэвиджем, и уже напрашивается новый вопрос: что еще Амелия успела забыть? Она трет висок. Последнее, что ей нужно, лишиться своего статуса железной ведьмы без слабостей, но, похоже, реноме начинает трещать по швам. Штопать дырки Амелия никогда не умела, из-за чего отчаянно сокрушалась ее мать.
— Ладно, — Амелия поднимается из-за стола, — все знают, кто что должен делать, дерзайте.
Она выходит из кабинета в коридор, делает несколько шагов, присаживается в полутемную нишу, в которой не сразу рассмотришь сидящего. И запускает пальцы в волосы. Взгляд скользит по полу, изучая его причудливые узоры и модные туфли, прикупленные вчера на распродаже со скидкой в пятьдесят процентов не потому, что денег нет, а потому, что скидка это всегда выгодно. Но с головой уже, похоже, беда. Совсем беда. Вот только как найти время на лечение, когда его катастрофически нет. Туфли и те куплены по пути от Министерства до дома, и через пару дней они займут место на полке, уступив ножки Амелии объятиям старых стоптанных тапок, в которых удобно бегать за преступниками.
Только какой в этом толк, если она скоро не вспомнит ни одного заклинания?
Пока помнит. Амелия в голове прокручивает одно за другим отработанные годам заклинания, ладно, нормально, помнит — уже хорошо. Может, и правда таблеточки, зелья, и все будет хорошо? Ну забыла, ну с кем не бывает?

0

5

БЛИЗНЕЦЫ КРОСС


Jane Cross  |  Джейн Кросс
So you can throw me to the wolves
Tomorrow I will come back
Leader of the whole pack
Beat me black and blue
Every wound will shape me
Every scar will build my throne
https://i.imgur.com/QLf1Yb8.gif https://i.imgur.com/lTenJxk.gif
полукровна, 27, частный детектив |Krysten Ritter


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Ты цинична, груба, и прямолинейна. В добро не веришь, во зло - тоже. Магический мир разочаровал тебя, как и все человечество.

Ты родилась в доме, где совершенно всем на всех было наплевать. Одна из старших из десяти братьев и сестер, из которых еще не ясно кто был родным а кто двоюродным, ты скорее выживала, чем жила. Ор, драки, бедность, стыд. Изо дня в день, изо дня в день. Кому некогда, кому нет дела — какая разница, "взрослые" никогда ничего не решают, и поэтому ты всегда решала все для себя, с самого детства. И никто не был тебе указом — потому что у тебя никогда не было выбора.

Твоя мама - сквиб, твой отец - маггл в долгах по уши потому что он и правда считает, что однажды выиграет в лотерею или его лошадь придет первой к финишу. Единственным утешением был брат, с которым вы делили все, начиная от утробы и заканчивая ответственностью за младших братьев и сестер, за которыми кому-то надо было следить.

Ты умела воровать еду, начистить лицо парням из соседского двора, и списать экзамены в школе, в которую тебе некогда было ходить. Да и учебники, в общем-то, не на что покупать. Ты не хотела бы всего этого уметь, но едва ли у тебя когда-то был выбор. Это мир, в котором ты оказалась. Это карты, которые выпали на руки. И ты их взяла и начала с их помощью выживать так, как умела.

С тех пор, как тебе пришло в Хогвартс, стало полегче хотя бы во время обучения, пускай шлейф из всех родственников и из бедности до сих пор шел за тобой по пятам изгибающимися тенями. Но ты была сильнее этого всего. Девочка, которую не впечатлить жестокостью, и от которой не получить тяжких вздохов впечатлительной натуры. Прямолинейна как стрела — мало следит за собственным языком а иногда и кулаками, если так будет нужно.

Ты вступила в дуэльный клуб и вскоре стала его победителем. Ты стала охотником команды по квиддичу и забила рекордное количество голов. Пускай ты может и не любила копаться в книгах в поисках ответов на вопросы, но сила, меткость, и таланты к боевой магии не давали промаха. Все ответы на свои вопросы ты могла из кого угодно выбить.

В школе ты была чуть менее цинична. Почему? Потому что ты все еще верила, что все может быть иначе. Что ты и правда сможешь изменить не только финансовую ситуацию своей семьи, но и даже уголовную ситуацию всего мира. После выпуска из Хогвартса ты вступила в ряды хит-визардов, и работала в них несколько лет, пока магический мир не выплюнул тебя как старую жвачку.

Произошел несчастный случай. Во время операции по поимке преступника, он бежал и взял в заложники несколько магглов. Ты приняла на себя риск, ты ринулась в бой, ты задержала преступника, и, в общем-то, сделала все правильно. Вот только правильное твое решение закончилось случайной смертью двух магглов.

Так бывает, это случается, это часть работы. И в то же время командир той операции кинул тебя под поезд, сбросив ответсвенность за его собственные ошибки тоже, и умыл руки, пока ты погрязла в пучинах разборок и бюрократии Визенгамота. А под конец тебя уволили. Не просто уволили, из тебя сделали пример. За все те годы, что ты им отдала, и за прекрасную службу, ты получила официальное заявление и пинок под зад.

С того момента ты быстро поняла, что аврорат со всем своим министерством может идти на хуй, и в своей жизни разбираться ты будешь сама. Что же, у тебя в качестве частного сыщика получается отлично.


James Cross  |  Джеймс Кросс
My dreams are not unlike yours
They long for the safety
And break like a glass chandelier
But there's laughter and oh there is love
Just past the edge of our fears
And there's chaos when push comes to shove
But it's music to my ears
https://i.imgur.com/TnXP6if.gif https://i.imgur.com/dn8xG20.gif
полукровен, 27, аферист-контрабандист (твоими словами, "предпрениматель") |Robert Sheehan


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Свой первый кошелек ты смог успешно своровать в шесть лет. До этого тебе достаточно часто прилетало от внимательных людей, но ты быстро лечил свои синяки да ссадины и отправлялся дальше тренировать свои несравненные навыки. Твоя мама — сквиб, твой отец — маггл в долгах по уши потому что он и правда считает, что однажды выиграет в лотерею или его лошадь придет первой к финишу. Для своих братьев и сестер ты становился отцом, но ответственности в тебе в связи с этим не прибавлялось, даже когда количество детей перевалило за десяток а ты был уже весьма себе взрослым человеком. Ты "воспитывал" их брать своими руками все, что им нужно, и не просить ни прощения, ни разрешения. Обидели — дай сдачи. Только и всего. Благо, что рядом с тобой всегда была сестра-близнец, которая если что могла дать сдачи еще больнее, чем ты.

Хогвартс тебя мало привлекал. Стоило тебе только пережить первое восхищение собственной мягкой кроватью и кучей бесплатной еды, что появлялась перед носом, ты быстро начал скучать в этом месте и чувствовать себя загнанным в угол зверем. Ты не знал что такое правила и уроки, ты не умел быть таким правильным школьничком, которого пытались сделать из тебя учителя. Ты не учился, не писал эссе. Но зато достаточно быстро научился зарабатывать галлеоны на продаже каких-то невиданных смесей, которые якобы должны были помогать с экзаменами. Ты списывал во время экзаменов совершенно виртуозно, а позднее продавал свои планы списывания другим. И главное ведь не пойман — не вор. А часть оставшихся денег даже иногда отдавал младшим братьям и сестрам. Ты может и подлец, но у тебя есть сердце.

Просидев не одну сотню отработок и наказаний, на старших курсах ты был выгнан из школы и твоя палочка была переломана пополам. Громкое и совершенно неприятное дело, и ты не то чтобы сильно волновался по этому поводу, пускай репутации твоих родственников это совсем не помогло. В тот же день ты, благодаря своим уже наработанным преступным связям уже раздобыл себе новую палочку и навсегда покинул Хогвартс не оборачиваясь назад.

Сейчас ты знаешь уголовный мир вдоль и поперек. И пускай рыбешка ты совсем небольшая, но ты плаваешь средь акул быстрее, чем они успевают даже замечать. И, кажется, что происходящее в этом мире ты знаешь все — и достать ты тоже можешь что угодно, стоит только попросить. Создавать галлеоны из ничего это твой главный талант, и ты им можешь по праву гордиться.

Ты хороший человек, всегда им оставался, несмотря на свое прошлое. Украсть у воров - дело практически даже благородное. Когда законом была запрещена газета "Люмос", ты вызвался помогать ее распространять практически добровольно, а на самом деле только с легкой помощью Цереры. И именно твоими руками оппоиционные новости облегают весь остров.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Мы познакомились в 1974 году, когда Церера и Харон потеряли своих родителей и временно переехали жить к вам как к дальним родственникам. Родства у нас седьмая вода на киселе, и в то же время на какое-то время мы стали одной семьей, хоть и сомнительной. С Джейн и Джеймсом у Цереры сложились отличные отношения, и потому они остались на связи все это время, и наверняка связутся еще несколько раз.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

начнем через гостевую, потом можем обсудить!


Пример поста

Первая мысль, что пришла Церере в голову, это что она впервые в жизни, чуточку, на какое-то мгновение начала понимать своего брата. Нет, не его безумные мысли о чистоте крови и попытке выкарабкаться в какое-то там высокое положение (где? зачем? куда?), но о том мире, в котором они сейчас находились. Церера вдохнула в себя свежий вечерний воздух, надеясь на то, что корсет это единственное, что сейчас сдавливает ее внутренние органы. Оказалось, что дело не в душноте помещения.

Что-то давило на душу, что-то совершенно иное. Корсеты никогда ее раньше не сдавливали, туфли не жали, и шпильки никогда не вкалывались в скальп. Красота, грация, и разговоры о погоде давались ей так же естественно, как деревьям выращивание листьев или птицам пение. Она была идеальна, она была правильна. Она была рождена в общество, в котором ей было суждено быть и она все и всегда делала правильно. Так почему же так тошно на душе? Почему сейчас, находясь на прекрасном приеме и восихитетельном ужине, она чувствовала себя так, будто она находится где-то не там, где должна быть?

Услышав за собой дверь открывающейся двери, Церера выпрямилась (не то чтобы она могла или собиралась в какой-то момент согнуться), изменила свое лицо на вежливо-приветливое, и развернулась в сторону посетителя, ожидая увидеть перед собой либо свою мать, либо... нет, на самом деле, кроме Седны она никого не ожидала. И потому когда перед ее лицом оказалась фигура Джастина, она на мгновение замерла, словно бы на маггловской колдографии.

Она понятия не имела, как именно ответить на его вопрос. Честно? Честно ей хотелось сказать, что весь этот мир казался свитером, вывернутым наизнанку. Вроде бы таким же, как раньше, но на самом деле совершенно иным. Уродливым, странным, неузнаваемым.

Смерть отца разнесла на куски и ее жизнь, и ее семью, и в принципе понимание мира. И Церера, пускай прошло больше года, до сих пор не понимала, как именно ее мать вернулась из Азкабана и решила, что все может встать на свои места. Нет заклинания репаро, что может изменить то, что произошло. Нет такой магии, что могла и правда вернуть все на свои места так, будто Церера никогда не была бедной, никогда не была вмиг осиротевшей, никогда не была в полном одиночестве и не увидела мир с той, с другой стороны.

Седна тоже, казалось бы, упала настолько глубоко, что не должна была подняться. И все же, Седна поднялась. А что Церера? Церера, вероятно, так не могла, не умела.

Ее поместье, ее комната, все эти званые вечера, они были точно такими же, какими были и раньше. Но сейчас, в отличе от пары лет назад, они больше не казались такими же сверкающими и наполняющие душу теплом. Свитер, вывернутые наизнанку, заставлял ее кожу чесаться. И она не могла это больше терпеть.

— Я... — Церера не запиналась. Никогда. И, тем не менее, сейчас она не знала, что ей ответить на такой простой вопрос. Слова сложились в голове сами собой «спасибо за внимание, мистер Нотт, мне захотелось посмотреть на закат. Ах, как же он прекрасен, не правда ли?» Так было нужно, так было правильно. И, тем не менее, Джастину не хотелось врать. Звать его «мистер Нотт» тоже не хотелось.

Она помнила его со школы. Умного мальчика, что писал газету. Внимательного мальчика, который обсуждал ее строки и просил писать больше. Понимающего мальчика, когда Церере пришлось сказать, что она больше не будет писать в его газету. Потому что это было не аристократично, конечно же. Джастин был умен, он был смел, он был внимателен. Он был добр к ней когда ее семья разлетелась на куски и оставался добр после того, как все вернулось на круги своя. Иначе бы она не написала статью ему в газету. А затем еще одну.

Под псевдонимом, конечно же. Аж под двумя псевдонимами. И у Цереры не было никакой причины полагать, что после стольких лет он сможет узнать ее руку. Что после стольких лет он даже мог предположить, что вышколенная, идеальная, спокойная, и такая аристократичная Церера Блишвик могла собственной же рукой написать нечто настолько... революционное.

У нее не было причин прятаться. Их никто не слышит. И в то же время Церера не была готова на искренность. Не в отсутствие псевдонима, право.

— Я давно не видела тебя, Джастиниус, — она не станет говорить ему, что ей трудно дышать. Не станет говорить ему, что ее мир казался каким-то чужим. Не станет говорить ему, что она знает и тайком порой даже читает эту его газету «Люмос». Не станет говорить ничего, потому что леди не показывают слабости. Потому что леди улыбаются. И потому что тогда, когда Церера не понимала, что ей делать, она привыкла поступать единственным способом — упрямо делать вид, что ничего не происходит. — Все отлично, правда. Банкет невероятный, семья Яксли очень постаралась. — Не всем дан талант врать настолько открыто. — Как ты?

Это должен был быть обычный вежливый разговор ни о чем.
Но Церера совершила ошибку. Потому что Церера недооценила проницательность Джастиниуса Нотта. Или вернее нет, Джастина Беллинджера

0

6

КОЛЛЕГ, ПОДЧИНЕННЫХ, ДРУЗЕЙ


Duncan Savage & Arnold Peasegood  |  Дункан Сэвидж & Арнольд Писгуд
— Часы посещений. Всем надеть праздничные смирительные рубашки.
https://i.imgur.com/dyzL435.gif https://i.imgur.com/O08UCuY.gif
hb & pb, 34 & 33-35, авроры |richard madden & kit harington


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

СЭВИДЖ
Мы с тобой знакомы с пеленок - наши отцы работали в одном отделе в ММ, семьи устраивали совместные пикники, учитывая, что жили рядом. Боунсы и Сэвиджи, Сэвиджи и Боунсы. Был бы ты постарше, и моя мама мечтала бы нас поженить. А, может, она и мечтала, кто знает. Но для тебя я была слишком резкой, слишком шаловливой, и после пары прилетов за то, что ты не делал, ты предпочел прятаться с книгой за спиной моего старшего брата Эдгара. Вашей дружбе не мешали ни четыре года разницы, ни я. Ваша дружба пережила школу, а разрушилась где-то по пути к будущему. Ты ведь собирался, как и Эдгар, стать хит-визардом, ворча, что в Аврорате тебе нет места, пока там есть такие чокнутые как я. И никто не понял, почему придя в один прекрасный день на службу, я увидела тебя в числе стажеров. Но вот оно - ты пришел именно в Аврорат, а с Эдгаром почему-то общался только по необходимости. Вы не поделили девушку? Книжку? Нимб ангелочка? Дракл вас знает. Я была уверена, что ты бросишь стажировку через три месяца, но нет. Через полгода ты тоже остался, и прошел все три года стажировки, после чего был зачислен в ту же рабочую группу, что и я.
Твое место в группе обозначилось быстро: парень с книжками, ты отвечал за сбор и хранение улик, за отведенную роль судмедэксперта на выезде. По крайней мере, все пробы, все образцы собирал именно ты, как и владел большим количеством информации, что в моей голове, например, могла и не поместиться. Неожиданно оказалось, что с твоим молчанием очень комфортно, что ты всегда знаешь, когда притащить мне чай, и что ты хороший напарник, способный прикрыть тылы. Все еще не знаю, что тебе сделал Эдгар, но он дурак, раз променял вашу дружбу.
Война была долгой и тяжелой, но в конце концов, и она закончилась. Ты легче всех воспринял перемены к лучшему, даже сквозь потери, которые мы понесли по пути. Когда ты узнал о моем повышении, то притащил мне торт, который мы с тобой вдвоем и слопали, а после ты узнал, что с моим повышением ты получишь свое - ты получишь мою группу, изрядно потрепанную событиями. Через пару дней на наши головы свалится новая проблема в лице обвинений одного из членов нашей группы в убийстве. У тебя оголяются тылы, и не с проблем бы начинать новый виток жизни, но реальность беспощадна и непоколебима. Так что, Сэвидж, бери себя в руки и становись холодным рассудком и разумом этой группы. Кто-то же должен.

ПИСГУД
Слизеринский парень верхом на метле и с упрямство, достойным барана. Вообще непонятно, как ты оказался на змеином факультете, возможно, благодаря врожденным амбициям. Вопреки всем пророчествам ты не стал ловцом, а предпочел податься в Министерство Магии. Тебя приняли в Департамент происшествий и катастроф, через пару лет внезапно приписали обливиатором к аврорской группе, в которой работала и я. Счастья тебе это не добавило, бегать и подчищать за аврорами из ошибки, ты постоянно собачился то со мной, то с Сэвиджем, но в конечном счете в одном расследовании ты вдруг почувствовал вкус к службе. И понял, что можно ведь не только обливейтами бросаться по требованию. Расследование - это интересно, это огонь в крови и масса приключений, всегда опасных и не всегда со счастливым концом. Дальше последовала процедура перевода в аврорат, прохождение квалификационных экзаменов. Тебе пришлось приложить много усилий, чтобы нагнать нас с Сэвиджем, но до сих пор ты все еще не знаешь законы настолько, чтобы сразу сказать, что можно, чего нельзя, не знаешь инструкции настолько, чтобы не ошибиться.
Ты пережил двух руководителей своей группы, вторым из которых была я. Поначалу нам с тобой было сложно, подчиняться женщине - увольте, но мы быстро установили, кто из нас альфа-самец, так как в группе женщин нет, есть только авроры. И больше проблем не возникало. Наверное, ты лелеял надежду, что займешь мой место, когда я уйду на повышение, вот только вышло все совсем не так. Хотя не я должна была назначать нового руководителя группы, но я воспользовалась своим положением, рекомендовав на эту должность Сэвиджа. И сказала тебе об этом прямо, когда ты возмутился несправедливостью, считая, что больше подходишь. А через два дня грянул гром, члена группы обвинили в убийстве, и теперь у Сэвиджа проблем больше нужного, а ты где-то с боку. Может, тебе повезло, Арни? Иначе на его месте мог быть ты, лишенный сна и в оккупации головной боли.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Итак, в Аврорат разыскиваются два старательных парня, которые создадут проблемы друг другу и мне, но при этом будут примером, как надо работать. Как хотите, так и соединяйте эти два момента.
На самом деле это всего лишь костяк, все детали личной жизни, характера, успехов и неудач, все на вас. Незыблемы имена и отношения внутри группы. При Боунс все было мирно и красиво с периодическими подрывами эмоционального характера, после Боунс - на ваше усмотрение. Смирился ли Писгуд с тем, что его кинули с должностью, хотя ему никто ничего не обещал, получится ли у Сэвиджа при сложных обстоятельствах сохранить группу в адеквате, не передерутся ли парни и так далее. Помимо парней в группу так же входят О'Брайен, на него заявка будет чуть позже, и Эммилин Вэнс, она пришла в нашу группу последней по личному желанию Боунс, так что тут возможно как ревность, так и попытки в слабую дедовщину. И именно Вэнс стала тем самым аврором, которого обвиняют в убийстве.
Короткая хронологическая справка:
в 76 году группа переходит под руководство Боунс, в декабре 81 года Амелия получает повышение до замглавы ДОМП, начинаются подвижки с повышением Сэвиджа, и через пару дней после этого Вэнс арестовывают за убийство Эвана Розье.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостевую, дальше спишемся!


Пример поста

Это странное чувство собственной поломки, которая починке подлежит, но кто знает как. Амелия все время чувствует себя в полете, но болтаться в небе без возможности приземлиться — сомнительное удовольствие. Ей ведь, вопреки многим мнениями, в войну хорошо: работы много, времени нет, и не приходится думать о том, сколько упреков ей выдают наперед собственные родители и пустая квартира, в которой опять что-то сломалось в отоплении. Амелия еще три года назад решительно перебралась из Косого переулка, в котором ощущала себя слишком уныло в шумном потоке чужой радости и общительности. Впрочем, и это все обманчиво, о чем приходится думать, осматривая наутро разбитые витрины и ловя отчетливый запах чужой смерти.
Она слышит шаги среди шороха пролетающих записок-самолетиков и ворчания старого домовика, который шкребет треклятой шваброй, которую хочется отобрать и сломать. Чтоб не действовал на нервы. Поднимает глаза — Эммилин стоит перед ней с чашкой в руках, и аромат чая приятно щекочет нос, внося свое успокоительное действие расшатанным нервным клеткам. Амелия руки протягивает, принимая чай, делает глоток. Голос Эммилин вещает обычные вещи, от которых должно стать спокойно, рутина всегда путь к спокойствию, но проблема одна — Боунс не понимает, о чем вообще идет речь.
— Спасибо, — благодарит за чай.
Не смотря на то, что Боунс славится цельнометаллическим упрямством, помноженным на занудство в определенных вещах, через синяки и неудачи она пришла к пониманию, что группа — основа результата. А когда поняла, начала работать в этом направлении. И вот оно — совершенно разные по характерам и навыкам авроры, объединённые одним стремлением, спорящие, упрямые, несдержанные, но умеющие быть единым организмом, в котором все так слаженно, что раз за разом завершенные дела уходят в Визенгамот для последней точки.
И Вэнс. Нет, никаких в ней сомнений, но все то время, что Эммилин входит в ее группу, Боунс присматривается к ней, подбираясь к самой сути. Амелия никогда не стеснялась хотеть конкретных людей в свою группу. Сэвиджа потащила с собой, когда получила должность старшего аврора, Писгуда вообще переманила еще тогда, когда он выбирал между Авроратом и хит-визардами, О'Брайен ей вообще в наследство достался. Вэнс Амелия хотела. Вот как увидела, как девочка работает, так захотела переманить ее к себе. Что там, как там, взаимоуважение, поддержка коллег, аврорская солидарность, нет, ей была нужна Эммилин и она упрямо точила и точила водой камень, добиваясь своего.
Свое получила.
И не жалела.
— Прости, что там о сестричке Бэрри? Все из головы вылетело, так много информации, что, порой, путаюсь.
Попытка обмана, не только Эммилин, но и самой себя. Амелия Боунс не путается в информации, сколько бы ее ни было. Знает все дела побуквенно, всех подозреваемых едва ли не с полным досье, в ее голове помещается все — и ничего сейчас. Сколько Амелия ни пытается, она не может вспомнить, кто такая Бэрри, как она ускользает из ловушек Эммилин, и как вообще выглядит. Дракл. Она украдкой снова трет висок, понимая, что сейчас все развалится, все прикрытие превратится в прах, и с этим нужно что-то делать. Помощь Амелия просить не любила, да и не умела толком, она надеется, что может быть получится как-то добраться до света в конце туннеля, по пути не сломав ничего, и собственную карьеру в том числе.
Страх все-таки прорывается звенящим колокольчиком:
— Я не помню. Ничего не помню из твоего расследования.
Что там, она уже не может вспомнить, с чего началось утро, куда положила ключи от квартиры и почему надела новые туфли. Странно, что помнит из покупку, но спроси ее, в каком магазине — не скажет, внутренний взор ничего не рисует, и в солнечном сплетении все льдом покрывается, ухает пустой желудок и становится очень-очень страшно. Есть ли такая болезнь, при которой память сжирается так мгновенно? Какие-то паразиты?

0

7

ЖДУ КРИМИНАЛЬНУЮ СЕМЬЮ


Carlo Augusto Cavalcanti |  Карло Август Кавальканти
https://i.imgur.com/QsrqRWU.gif
чистокровный, 59 лет, дон семьи, артефактолог|Johnny Depp


ПОДРОБНОСТИ

Карло Август Кавальканти (родился в 1923) — наследник своей семьи, почтенной, достаточно древней и именитой, известной своими зельеварами, сильными волшебниками, людьми с часто редкими или доведёнными до предела возможного способностями. Говаривают до сих пор, что среди Кавальканти веке в 15 были некроманты. Были действительно Карло знает об этом прекрасно из семейных книг да родового древа, в котором указаны разные детали, о которых посторонним лучше не знать. У семьи всегда был достаток, всегда им сопутствовала удача, они были баловнями судьбы, собирая богатый урожай способностей как магических, так и умственных. Слухи сообщают ещё больше: о тёмных магах, которых боялись, о связях с «отравителями» Медичи и многое-многое. Но что имел наследник такой истории по факту? Ничего. Карло ждал лишь разорённый дом, в котором от былого величия осталась лишь мебель да убранство. Былых денег у семьи уже не было, отец средний волшебник с средним же достатком и не понятно даже, то ли его так обучали ужасно, то ли он тот самый «урод» в семье. Но Карло, выросший на историях о своих же предках, понять семейного упадка не мог, а потому старался как мог, делал всё, лишь бы не быть похожим на бесхарактерного, слабого отца, позволившего их семье скатиться в такую пропасть. Он упорно занимался, думал без конца о том, как сделать себе имя, как вернуть имя семьи. Среди них были сильнейшие, а сейчас?
А сейчас он начинает практически с нуля, норовом и умом забирая управление семьёй из рук отца, открывает сначала лавку, затем расширяет её до магазина, а затем и сети магазинов в разных странах, создаёт артефакты повседневного пользования, понемногу начинает зарабатывать, находит сам достойную партию. Сицилия и Италия места сугубо семейственных, это возможность, это статус, это связи. И любовь, чего уж греха таить, но приходит она далеко не сразу и не легко, но в выборе спутницы жизни он уверен. И уже в двадцать пять обзаводится наследником, которого воспитает в лучших традициях их семьи. Военные годы пришлись на последние годы его учёбы и из них он вынес многое, а в последствии ещё и заработал. Мир был полностью разрушен для всех, а на этом можно было поживиться: мелкая контрабанда, опасные артефакты, в создании которых он поднаторел, покровительство другим, менее защищённым, поиск полезных знакомств и связей. И в короткие сроки он поднялся буквально с самых низов до того, что он имеет сейчас: деньги, влияние, сила, семья. И пускай его и его людей зовут мафией сколько угодно. Они Семья, им знакома Омерта, но когда речь идёт о репутации, о кровных родственниках, о союзниках и друзьях, которые долгими годами доказали свою преданность, разве это будет играть роль?

Marcella Maria Cavalcanti |  Марселла Мария Кавальканти
https://i.imgur.com/U2XDuzj.gif
чистокровная, 54 года, донна семьи, возможно есть свой небольшой бизнес |Rachel Weisz


ПОДРОБНОСТИ

Марселла Мария Кавальканти (в девичестве Буджардини 1928 года рождения) — урождённая чистокровная неаполитанка, выросшая в богатстве и уважении. Её отец, занимавший пост в правительстве, мог обеспечить и дочь и жену всем, что бы они ни попросили. И Марселла росла той, кому доступно всё, той, что получает желаемое любым возможным способом, а если ей этого не дают, то берёт сама. Ей нравилось положение её семьи, ей нравилось управлять и не сказать, что она, учащаяся у своего отца, была в этом плоха. Она с детства научилась быть выше «недостойных», но мило и скромно улыбаться при необходимости, быть хитрой и обходительной, но опасно-острой при желании. И в отличие от своей матери, прекрасной светской сеньоры, но никакущего лидера, Марселла готова была управлять даже собственным мужем, лишь бы всё было так, как хочет она. Волшебница не капризна, не истерична, но обладает высочайшими требованиями комфорта. И уже в свои двадцать лет она думала о том, что найдёт какого-нибудь мужа-политика, из которого будет верёвки вить, может «бизнесмена» из числа первых, но жизнь свела её с начинающим Карло, который цеплялся за былую славу рода. Это смешило рассудительно-холодную девушку, но она лишь улыбалась и кивала. У него был потенциал и под её лёгкой рукой Кавальканти точно добьётся всего и даже большего. Марселла вынашивала этот план несколько месяцев, общаясь с ним по переписке, вежливо флиртуя, тонко намекая.
И она не знает, понимал ли он, но когда она взяла его фамилию, когда она переступила порог чужого дома, всё изменилось. Буквально. Нет, у неё по прежнему было всё, что нужно конкретно ей для комфорта, но управлять мужем не вышло. Впервые в жизни она потерпела крах полнейший. Карло оказался ловчее её и справился со своим родом сам, сделал её своей Донной, хозяйкой, главой семьи, второй после него казалось бы. Но это было не то, чего ждала женщина. Она-то думала, что у неё в руках будут все карты, а ей достались лишь огрызки, как она думала. А тайны, неполноту информации она любила ещё меньше, чем своего мужа как оказалось. Была ли любовь? Возможно, но не сразу для обоих и не так уж долго для неё.
Их общий сын стал для неё какой-никакой отдушиной, возможностью воспитать верного лично ей мальчишку, который будет рассказывать ей всё сам, но нет. Он упорно слушал отца и ни в какую не думал менять ориентиры. Дочь уж должна быть более покладистой, да? Нет. Ни разу. Норовом в своего упрямого, целеустремлённого, железобетонного отца... она бесила. Она не желала понимать того, что внушала ей Марселла. Важнее её, матери, и жизни самой девушки нет ничего, но та упиралась в отцовские догматы. Катарина знала больше, знала лучше. И даже страх и насилие не помогали вразумить нахалку. Ничто не помогало.

Gianluca Pietro Cavalcanti |  Джанлука Пьетро Кавальканти
https://i.imgur.com/UOh6hoX.gif
чистокровный, 34 года, капо семьи, владелец кофейни «Giorno de Luna» |Matthew Daddario


ПОДРОБНОСТИ

Джанлука Пьетро Кавальканти (родился в 1948) — старший ребёнок в семье Кавальканти, наследник и опора отца. У Карло может быть сколько угодно капо, консильери, людей, думающих, что их место за ними навечно, но никого ближе и посвящённей в тайны Семьи, чем его сын, не будет никогда. Именно Джан знает всё о делах семьи от и до, именно его отец с детства натаскивал по законам, экономике, магии, готовил из него достойного сына достойного отца, что не поступит как его дед, безжалостно просрав весь потенциал семьи и спустив созданное огромным трудом наследие.
Понимал ли это маленький Джанлука? Хотел ли он всех этих уроков и правил? Нет, он и не думал о наследии семьи, о роде, об обязанностях, будучи ребёнком, желающим просто игр и веселья. Не сказать, что у него не было друзей, времени на игры, но хотелось больше. И он долго не понимал, почему отец так трясёт его со всем этим, делает из него губку, впитывающую любую полезную информацию. Понял, когда стукнуло пятнадцать, когда уже была маленькая сестрёнка, когда отец рассказал о том, чем была известна их семья, чем занимается он сам. Без прикрас, без замалчивания. Некромантия? Было дело. Зельевары? Полно. Кажется, даже метаморф водился колене эдак в десятом, а то и дальше. «Хочешь, чтоб тебя помнили, сын? Тогда стань тем, кого можно запомнить, кого достойно было бы помнить». И Джан пытался, поняв, почему отец так держится за своё дело, за свою «мафию». Чтоб сохранить род и память о нём, чтоб защитить семью, чтоб обеспечить им возможность жить. Хотел ли Джан становиться во главе всего этого? Он не думал, что да. Он хотел бы простой семьи, детей может, бытового счастья, строящегося из мелочей. Встанет ли он на место отца, если и когда придёт его время? Без всяких сомнений.
И уже Катарина, смотрящая на него, с уверенностью кивает, зная, что он справится. Ну или поубивает всех нахрен, водится за ним такой грешок. При всей выдержке и рассудительности, Джан далеко не всегда и не так хорошо контролирует свой гнев. Но для этого у него есть сестра, которая и остановит и скалкой отхреначит сама так, что мать родную не вспомнишь. Поначалу, подрастающая Кати думала о том, что брату будет сложно с его, казалось бы, благородством и желанием спокойной жизни, но он вливается в отцовское дело так легко и естественно, что сомнений в породе не остаётся. Да и с отцом у них одно общее заметно сразу — веет от них и силой, и властью, и умом. Смотришь и чувствуешь, что перед тобой порода. И пока остальные видят примерного, послушного сына, гордость для родителей и пример для всех, недотягивающих до идеала, Джан холодно ухмыляется, отдавая приказ на устранение. Выпускает звериный гнев, щурится, заставляя других в страхе глаза отводить и трепетно молчать, иначе тут нельзя: жёсткую иерархию здесь уважают, а за малейшее нарушение дисциплины могут и штрафное заклятие отправить. И шепотки гулом в полупустом зале стоят: сын своего отца, кремень, сталь, которую не погнуть. Их лидер уже. Со своим кодексом, выпестованным отцом, своими принципами, бесконечной верностью своим людям. Лидер, которому верили и за которым готовы были рвануть хоть в Преисподнюю. И пускай их там ждёт Дантев Люцифер.

Michele Bugiardini |  Микеле Буджардини
https://i.imgur.com/lnv4TwM.gif
чистокровный, 43 года, политик |Al Pacino


ПОДРОБНОСТИ

Микеле Буджардини (родился в 1939) – младший сын в семье видного политика Неаполя казался на фоне яркой и властной старшей сестры серым, пресным, ужасным наследником отца. Отец-то всегда был на сотню шагов впереди, всегда умел получить выгоду и добиться желаемого поста, особенно с покровительством мафии. В конце концов в политике положение высокое с чистыми руками не занять – всё пишется кровью конкурентов. И Микеле всегда казался слишком мягким, выросшим в хороших условиях, не знающим жестокости жизни, хотя и похожим нравом на отца. Он окружающим казался более уступчивым, а значит слабым.
Катарина за не таким уж дальним родственником наблюдала со стороны – он никогда в Кавальканти родню не видел, разорвав все связи с сестрой после её помолвки. И верно, Марселла и сама не горела желанием общаться с братом, которым, как думала, сможет легко управлять всегда. Подарки ежегодные с припиской «Buona Natale» и не более. Марселла думала, что терпеливый, мягкий и покладистый брат побежит за любым её словом, стоит лишь в глазах блеснуть слезам, ведь она член семьи, единственная и несомненно любимая старшая сестра, которая, пусть и нехотя, но всегда была рядом и поддерживала. Фальшиво, неискренне, безразлично, но поддерживала. Семья же.
Холодный, рассудительный и самое главное жёсткий нрав Микеле проявился тогда, когда он окончил Шармбатон и посвятил себя политике. Он во всём поддерживал отца, стал ему союзником и преемником, с такой же лёгкостью влился в дела «тёмные», будто это частью его жизни было всегда. Он оказался не по зубам всем тем, кто звал его слабаком и мальчишкой с золотой ложкой в заднице. Руки по локоть в кровь окунуть он не боялся, но словом мог сделать ещё больше, чем оружием. И слишком быстро стал зваться достойнейшим сыном своего отца, его продолжением, его наследием, слишком быстро заработал уважение и почёт.
Никто не понимал, разумеется, откуда такая жёсткость в едва ли не пацифисте Микеле, который на капризы старшей сестры смотрел, глаза закатывая. Никто и не понимал, когда яркая Марселла оказалась не настолько волевой и сильной, как её брат, когда о нём говорить начали гораздо больше, нежели о теперь уже сеньоре Кавальканти. А Буджардини и объясняться не спешил никогда и ни с кем, лишь отшучиваясь и отмахиваясь от неудобных вопросов.
И разумеется Марселла не упустила этого, когда у неё не осталось ниточек влияния на собственную семью. Ведь нет ничего превыше крови, да? И она пошла к Микеле со своей историей, просьбой спасти её от деспотичных родственников. Ну а кто Микеле, чтоб отказать? Тем более иметь под пятой столь сильную Семью выгодно. Семья ведь превыше всего.

ИЗ ИСТОРИИ РОДА

Если верить семейной легенде, род Кавальканти происходит от древнего некроманта. Он был уважаем в первых веках этой эры, он и его пугающие исследования долго отзывались шепотками на улицах, среди прочих волшебников, на семью Виталиса косо смотрели все, а те не менее одарённые волшебники, дети своих родителей (супруга некроманта приходилась превосходным зельеваром древних времён), продолжали дело своего отца. Каждый из его потомков обладал не дюжей силой и овладевал не меньшими знаниями. Люди говорят, что у каждого из четверых детей Виталиса был свой особый дар: один из сыновей читал чужие мысли по глазам, другой над мёртвыми ворожил, подобно отцу, а дочери-прелестницы, будто вейлы притягательны были, старшая обличье по воле мысли меняла, а младшая от смерти верным словом уберечь могла. И пока вчерашняя провинция Рима день ото дня сюзерена меняла, каждый из них своей семьёй обзавёлся и род продолжил.

И на протяжении веков они передавали знания, накопленные десятилетиями жизни, устанавливали связи с другими семьями разрозненной Италии, что дробилась non maghi на мелкие владения, выходцы с зернового придатка государства, они пользовались уважением у других, а их силы и знания пугали прочих магов. Ныне зовущиеся Средними Веками и Возрождением времена казались расцветом рода, когда их услуги, товары и способности пользовались огромным интересом. А они сами роднились с владетелями Флоренции родом Медичи, чья немагическая ветвь угасла в восемнадцатом веке, а волшебники и потомственные зельевары по сей день хранят славу о себе как о великих отравителях. И Кавальканти бы тоже множить и хранить свою славу, свои многочисленные таланты. Жаль лишь что-то пошло не так. Положение в Италии не менялось существенно долгие столетия, оставляя страну разбитой ненароком тарелкой, но отношения в магическом мире менялись едва ли не каждый день. И сияние звёзд над родом Кавальканти начало постепенно затухать.

На дворе вторая половина восемнадцатого века, а в роду практически не осталось действительно уникальных волшебников, старшие члены семьи негодуют, смотря на бунтующих детей, что отказываются передавать «зверские» практики наследникам, вдохновляются магловскими идеями гуманизма и уходят от жёстких рамок рода, в которых некромантия была нормальной, а предсказание кому-то смерти не шептали напугано, боясь расправы. Они смотрели на внуков и молились мирозданию, магии, Мерлину и даже магловскому Богу, чтоб хоть достоинство крови не запятнали эти вольнодумцы. Кто-то ещё помнил о закрытых в родовом домусе фолиантах, что хранили в себе всё накопленное поколениями волшебников, но уже к первой половине двадцатого века от этих скудных остатков были лишь легенды и сказки, в которые с трудом верили, смотря на действующего главу рода, в котором из «волевых черт, холодного взгляда и цепкой хватки» разве что лицо было.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Эта семья самая настоящая катастрофа, скрытая за прекрасной внешней картинкой. И если жёсткое воспитание отца дети понять могут и особых обид у них как у наследников отца нет, то безразличие и холодность матери Джан воспринимает с трудом, особенно на фоне всегда весёлой и тёплой сестры, умеющей и к отцу ключик найти и к брату, а Катарина последствия физ.насилия скрывает старательно от всех. Она на постоянном контроле со всеми, чтоб не узнали и не сломали. И всё вот это стекольно-сложно-семейное безумно хотелось бы отыграть. Тем более, что кроме личных отношений их связывает и Семья.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

лс, гостевая, тг - @MichelleBernard


Пример поста

Ты уверена, что стоит идти одной, — Абель останавливает её, надавливая ладонью на грудь.
Катарина удерживает себя от закатывания глаз усилием воли, сжимает её ладонь в своей, легко отводя руку наёмницы в сторону. Эти вопросы не были чем-то необычным для них, иногда Кавальканти готова была звать Абель «мамочкой», а в половине случаев сама более походила на наседку, оговариваясь исключительно ценностью кадров. Так было проще, легче жить и не думать о лишних привязанностях, которые могут потянуть на дно в любой момент камнем, к коему привязаны ноги. Семья превыше всего, честь превыше всего. Да. Только говорить об этом направо и налево — практически самоубийство, причём медленное и мучительное с уклоном в мазохизм.
Да, — жёстко отрезает волшебница. — Мне нужно лишь передать информацию о месте. Всё.
Послали бы кого помельче, ты нам живой нужна, — Деби головой кивает в сторону, мол людей мало что ли?
Это крупная сделка, решили, что должен идти кто-то из капо, — Кавальканти отпускает всё же её руку, убедившись, что Абель не повторит попытку остановить её. — В крайнем случае я свяжусь с тобой, — Катарина тряхнула рукой, на которой звякнул браслет, связанный с таким же на руке наёмницы. Итог ужасной до смешного истории, после которой у обеих нервной системы раздражаться хоть чему-то, кажется, не осталось совершенно.
Стоило ли говорить, что Белладонна лгала? Стоило ли говорить, что Абель это прекрасно знала? Знала и молчала, ведь отговорить собственного лидера, когда та всё для себя решила, практически невозможно. И опасно для остатков нервной системы и без того готовой использовать нецензурную брань вместо любых слов и махать ручкой на прощание.
Катарина тем временем берёт со стола колдографию мужчины, которую получила заранее и уже изучила вдоль и поперёк, запоминая не самое примечательное лицо. Наиболее подходящий вариант для подобных встреч, главное, чтоб никто не вмешался. Кавальканти уж слишком хорошо знает, как могут подставить другие Семьи и какую награду могут предложить за сдачу хоть кого-то из членов Семьи. В конце концов хватает законников, что хотят очистить мир от «гнили». «Посмотрели б хоть в зеркало для начала» — всегда думает волшебница перед подобными встречами, припрятав в ридикюле кинжал с парочкой действенных ядов, так, на всякий случай. Она всматривается, вглядывается в последний раз в  простенькую колдографию и сжигает кусок бумаги. Пламя в уголке фото вспыхивает на несколько секунд и тухнет, лизнув едва пальцы, отблесками поиграв в коньячных глазах.
Знаешь, можно будет после этого дельца смотаться куда, — Катарина солнечно улыбается, подходя к зеркалу в полный рост. Чуть подбородок приподнимает, голову поворачивает в одну сторону, в другую, оценивает. — Пляж, море и блаженный отдых, — она оглядывается на Абель с лукаво-хитрым блеском в глазах, точно у ребёнка, задумавшего очередную шалость.
Угу, толпы туристов, среди которых могут быть подосланные ублюдки, громкие дети и ворчащая Донна в придачу, — услужливо напоминает наёмница, коротко кивнув. Кавальканти морщит нос обиженно, передразнивая Деби. Но с тяжёлым вздохом соглашается. Нужно найти тихий, уединённый закуток, где их даже дражайшая матушка не достанет. И желательно как можно быстрее, постоянные попытки вернуть контроль со стороны Донны доводят до трясучки, и девушка буквально кожей чувствует подступающий нервный срыв, холодком проходящийся по спине. И он появится ой как не вовремя как, впрочем, и всегда.
Белладонна спешно возвращается к зеркалу взглядом, собирает волосы в высокий хвост, затягивая его потуже. И наблюдает как постепенно под беззвучное заклинание меняются черты её лица. На самом деле не кардинально: форма лица, носа и губ, разрез глаз едва и их оттенок становится больше зелёно-карим, чем коньячным, но всего этого вполне достаточно, чтоб её не узнал никто. Нужна лишь концентрация для поддержания чар и никаких сомнительных фляг с оборотным и ненужных побочных эффектов и артефактов, которые можно заметить и сорвать.
Она накидывает утеплённое пальто, всё же февраль в Париже месяц непредсказуемый из её воспоминаний об учебных годах, приглаживает ворот и достаёт старенький, времён учёбы же портключ, с помощью которого она летом «сбегала» в Париж к однокурсницам от «убийственной домашней скуки», иными словами от матушки подальше, когда даже за учебниками и тренировками от неё было не скрыться. Тогда они целыми стуками бродили по улочкам города, местные рассказывали различные истории о городе и жителях, показывали занятные места и заведения, о которых никто другой не знает. А сейчас Катарина вспоминает с колкой усмешкой историю о том, как младшекурсники пытались купить алкоголь в «одном из старейших заведений Парижа», а их турнули ко всем чертям. Она качает головой, толкая несильно входную дверь, тут же оглядывая непринуждённо зал, будто ищет местечко получше. Замечает нужную фигуру через пару мгновений и неторопливо подходит к стойке.
Виски, пожалуйста, — она на французский переходит инстинктивно, чуть улыбаясь подошедшему бармену. На неё смотрят с несколько большей теплотой, чем на прочих захожих случайных туристов, можно даже сказать одобрительно, а она мысленно лишь глаза закатывает, пытаясь не хохотнуть тому, как на самом деле серьёзно люди относятся к отграничению «свой-чужой». Хотя, стоит признать, Катарина сама когда-то провела жёсткую черту, отделив одно от другого. Правда в итоге получила фактическое недоверие к очень многим вещам и задатки паранойи, но с другой стороны этим же во многом обезопасила себя. Увы, криминальный мир, а тем более магический не добрая сказка о простых выборах и решениях.
Bonjour, — она спокойно улыбается мужчине, будто старому знакомому, окидывая при этом его внимательно-цепким взглядом. — Странно, должно быть, сидеть битых сколько-то там часов в баре, будучи при этом истинным трезвенником, — она легко переходит на английский, кинув смешливо-понимающий взгляд сначала на стакан, а затем и на бутылку. Делает глоток из своего стакана и устраивается на стуле удобно настолько, насколько вообще это возможно.

0

8

ГЛАВУ АВРОРАТА


Rufus Scrimgeour  |  Руфус Скримджер
Порой достаточно обратить взор на невозможное, чтобы обнаружить правду.
https://64.media.tumblr.com/03d378950aff0efe6e7e9f127cdcea42/46ed42164af2bb31-b7/s500x750/ab6cbc7c50a1fb96a9ccfa7363abcae99d62eaea.gif
чистокровный, 42-45, глава Аврората |Toby Stephens


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Оглядываясь назад, Руфус точно знает, почему именно он в конце 81 года стал главой Аврората. Впрочем, он знал, что так будет, весь последний год, когда его предшественник собирался на пенсию. Очень многих держала на своих должностях война, а стоило ей закончиться, отзвенеть последними приговорам Пожирателям, как в ДОМП начались перемены. Странные, непривычные, но ожидаемые.
[indent]Война была частью жизни последние лет десять, венчая привычный образ. Нет, обычных преступлений не стало меньше, вот жестокости в них стало больше. Человеку, которому нет дела ни до своего статуса крови, ни до чужого, было не понять тех, кто вышел на тропу войну в попытке доказать свое право на то, чтобы мир строился вокруг них. Руфус же точно знал, какую позицию в этой войне должно занимать Министерство магии, и какое счастье, что по большей степени она совпадала с его собственной.
[indent]Он всегда хорошо знал Устав и протоколы действий. Чего требовал и от желторотиков, которые только вступали в эту рабочую и опасную жизнь. Уверенный, честный - человек-загадка для большинства: все, что было в его жизни вне стен Аврората, скрывалось очень тщательно от всех, кто не входил в узкий круг его друзей. За улыбкой Руфуса трудно было что-то угадать, не зная смысл этой улыбкой, и для большинства коллег он так и остался таинственным старшим коллегой, но уж точно никто не сомневается, что повышение Скримджер заслужил, и что Аврорат только выиграет при таком начальстве.
[indent]Для Амелии Руфус тоже был определенной загадкой. Но в начале 81 года, Руфус получил в расследование дело гибели ее семьи - убили родителей и младшего брата. Долгий разговор ранним утром в Аврорате закончился своеобразной договоренностью, Амелия тогда впервые поняла, что все-таки не один Орден борется с Пожирателями, как и Министерство достойно шанса на лучшее, не прогнило оно до конца. Через девять месяцев они со Скримджером уже поминали Лонгботтомов, одновременно отмечая окончание войны. Как, порой, странно бывает: люди могут работать годами бок о бок, но узнать друг друга ближе только тогда, когда происходит что-то, как правило, грустное.
[indent]Это как раз такой случай.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Первые полгода 82 выдались нелегкими, хотя о чем вообще речь в этом мире? Одним из первых приказов Руфуса на новой должности стал арест Эммелин Вэнс за убийство Эвана Розье. Странно звучит? Оно не только странно звучит, оно вообще все очень странно. Когда показалось, что сюрпризов не будет, в середине июня был разрушен Азкабан, в результате чего сбежали некоторые заключенные, среди них очень опасные. В общем, это только начало, а дальше будет веселее.
[indent]Что касается отношений, то в конце года между Руфусом и Амелией завязалось нечто похожее на дружбу, но тут подкатили повышения, перемена мест слагаемых в уравнении, рабочие вопросы, и так далее. Думаю, что их ждет интересное развитие, но настаивать я точно буду на сохранении дружбы и шуток от Амелии из разряда: "у меня есть низзл и я планирую навести порядок в Британии из кресла министра магии". Но в частном порядке мы можем обсудить еще варианты.
[indent]Ну и главное: у нас замечательные игроки, как в Аврорате, так и вне его, у нас прекрасный глава ДОМП, в общем, я уверена, вам скучно не будет, ни со мной, ни с остальными нашими котиками.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]Разрушение Азкабана и Мунго были отвратительным подарком; одно за другим ложится неприятностями, вынуждающими нервно дергаться, проседая от усталости. Те, кого они так старательно садили за решетку на корм дементорам, оказались на свободе, сводя всю войну к нулю. Оставалось надеяться, что они берега растеряли, не найдут пути обратно, но куда там - одно за другим накатывается, вынуждая нервничать до дрожи в пальцах.
[indent]Домой Боунс добирается поздно, аппарирует на задний дворик между малинником и неухоженным цветником. Амелии все некогда навести хоть какой-то порядок, чтобы не запутаться, не убиться, юбку не гробить. Мамин мирок все тленом отдает, по большому счету выкорчевать все, дать новый шанс на жизнь этому месту. Но некогда, все время некогда, и если маменька с облака смотрит, она, наверное, искренне зла.
[indent]- Мелли!
[indent]Голос миссис Сэвидж звучит как гром среди ясного неба, Амелия даже голову поднимает, но там ни одной тучки. Она чуть прикрывает глаза, натягивает улыбку на лицо:
[indent]- Да, миссис Сэвидж.
[indent]Добропорядочное соседское отношение, еще и дети в школе вместе учились; после смерти родителей Амелии миссис Сэвидж решительно взяла женщину под опеку, ну и что, что еще четыре года, и Боунс сорок лет стукнет. Может быть, она надеялась, что Дункан решит жениться на Амелии, но у этой надежды не было ни единого шанса ко исполнению.
[indent]Миссис Сэвидж с тарелкой в руках, обтянутой фольгой - еда. Амелия такая худенькая, что жердь, и все переживать за себя заставляет, что ни говори, а бывает. Но между слов на светлой кухне с разноцветными салфетками и ажурными занавесочками звучит и то, что может дать пищу для размышления:
[indent]- А у Алисы есть родственники? Слухи ходят...
[indent]Слухи - дело беспокойное, особенно сейчас, особенно после побега заключенных из Азкабана, мнящих маленького мальчика виновным в смерти их дражайшего идеолога. Амелия все еще улыбается, отмахивается: да нет, все глупость, а нервные окончания натянуты до предела, и шла бы уже миссис Сэвидж прочь. Но любезность - лучшее качество, которому Амелию мама научила, и она думает о том, что ссориться с мамой своего друга, такое себе дело. И пирог в ревенем вкусный, и радости от общения масса, но очень хочется в душ и спать, и миссис Сэвидж это понимает, правда, все еще сыплет фразочками смешными, звонкими, ласковыми.
[indent]Когда миссис Сэвидж уходит, Амелия тоже дома не остается. Где искать этого странного "родственника" Алисы, неизвестного природе и следствию? Будь Боунс на месте этого товарища, возможно, акзабанского сидельца, она бы установила слежку за домом, и гостиница недалеко. Маленькая, аккуратная, всякое видавшая за пять десятков лет, что за забором живой изгороди прячется. Семейное дело, звенящее ароматами пирогов и вкусного кофе, Амелия бы в такой гостинице провела пару дней без головной боли, но у нее и дом для этого есть.
[indent]Приветливая девушка на маленьком ресепшене верит в сказочные байки из разряда "ну очень надо". Да и Амелию она много раз видела, в свое время даже с Невиллом. Да, племянник, да, живет сейчас с бабушкой, вот, говорят, что его дядя по линии матери объявился. Заселенцев новых не так уж много, Кесвик хоть и туристический город, но на окраине селиться дело странное. Амелия улыбается все еще, когда идет к номеру: дверь зеленая, с цифрой четыре на нем, а окнами этот номер выходит на дом Боунс на другой стороне улицы.
[indent]Интересно, конечно. Зачем такие тщательные предосторожности?
[indent]По хорошему следовало бы сообщить в Аврорат, Руфусу или Теду или Сэвиджу. Наверное, Сэвиджу было бы лучше всего, взял бы группу, отвели бы глаза магглам иииии... но на это все уйдет время, а, как водится, у таких людей, которые идут мстить невесть за что, обычно чуйка очень хорошая. Настолько хорошая, что через час его тут может не быть. Вот и идет Амелия в одиночку, беспокойная, но уверенная - ее навыки боевой магии могут защитить лучшим образом, в этом сомнений нет.
[indent]Она стучит жестом, которым выдает аврора. Слышит шорох за дверью, решается подать голос:
[indent]- Добрый день. Это Амелия Боунс, я невестка Алисы Лонгботтом.
[indent]Ну же, давай, либо туда, либо сюда. И попробуем решить вопрос.

0

9

If I ruled the world, every day would be the first day of spring... ©


ТОЛЬКО В МАРТЕ
упрощенный шаблон анкет
для всех женских персонажей

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/402170.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/202306.gif

0

10

ГЛАВУ ДЕПАРТАМЕНТА МАГИЧЕСКИХ ПРОИСШЕСТВИЙ И КАТАСТРОФ и моего хитрожопного начальника


Cornelius Oswald Fudge  |  Корнелиус Освальд Фадж
"Вы ослеплены любовью к своему посту, Корнелиус! Вы придаёте — и всегда придавали — слишком большое значение так называемой чистоте крови! Вы не понимаете, что важно не то, кем ты родился, а то, каким ты стал!"

https://i.imgur.com/OlMbVrv.gif

https://i.imgur.com/NazQYSV.gif

hb, 40-45, глава ДМПиК | Eric Bana


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Придумайте пять черт характера, которые вас больше всего на свете бесят в людях. Придумали?
Вот всё это о Корнелиусе.
О его детстве и юности практически ничего неизвестно: в Хогвартсе учился весьма средне, однако, получил в итоге достаточно хорошие оценки, чтобы поступить на работу в Министерство магии. Начиная свою карьеру с мелкого чиновника, он изначально грезил постом самого министра магии, и это, естественным образом, отразилось на всей его жизненной позиции. Карьерист, коих надо поискать, не позволял себе ни одной ошибки, был строг с подчиненными, никогда не спорил с вышестоящим начальством, инициативы, если та была рискованной, не проявлял. Нужно ли говорить, что такое поведение довольно скоро привело его на пост заместителя главы департамента, а после его пропажи — на пост главы. Таким назначением были многие недовольны, полагаю, что Генриетта была бы в первых рядах, если бы не была в это время на больничном. Но самому Корнелиусу было плевать на общественное мнение — эгоизм, тщеславие, честолюбие его верные спутники вместо правой и левой руки.
Всё это безобразие умело маскируется обходительностью, наносной доброжелательностью и неплохим чувством юмора.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

С Генриеттой вас будет связывать крепкая обоюдная неприязнь, которую сама Генри будет маскировать безразличием и субординацией, а Корнелиус же маскировать ничего не будет: он искренее полагает, что женщинам в министерстве не место, а Генри годится разве что только кофе подносить. То, что Одли из почтенной семьи, слегка смягчает его пренебрежительное отношение, однако, я полагаю, то, что она красива, умна и к ней очень многие относятся замечательно, действует на Фаджа как красная тряпка на быка. Я бы предпочла, чтобы Фадж не знал, что Генриетта эмпат и окклюмент, но это обсуждаемо.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая.


Пример поста

Генриетта внимательно следила за ходом пресс-конференции. На подобных мероприятиях она была впервые, поэтому первое время её скованность была скорее похожа на испуг загнанной в ловушку лани: такие же большие карие глаза метались по залу от одного журналиста к другому. Но в отличие от бедного животного, которому не на кого было надеяться, у Генриетты был Уильям, и его степенный голос, разрезающий суматошное настроение как сливовый пирог, каждый раз приводил её в себя.
Когда до планируемого антракта по ощущениям Генри оставалось совсем немного, она поддела пальцем свой блокнот, подтянула его к себе и открыла. Нежно-лиловая обложка, обтянутая невероятной красоты диковинной кожей, белоснежные страницы с позолоченным краем и на корешке инициалы H.M.A - всё это был подарок Амелии, врученный Генриетте на годовщину работы в Департаменте. Помимо его элегантной красоты в нём был один важный секрет: этот блокнот со скрупулёзностью верного помощника записывал все значимые мысли своего хозяина, без единого физического воздействия, без пера и чернил. Он хранил эти записи ровно до тех пор, пока они были важны и нужны, а затем бесследно их стирал, поэтому в нём никогда не заканчивались страницы. Такой подарок для секретаря - настоящая находка, но пользовалась Генри им не часто: однажды перевернув пару страниц после совещания, девушка обнаружила там то появляющееся, то исчезающее, то написанное полностью, то только по паре букв имя собственного начальника. С глухим хлопком это дьявольское изобретение отправилось в дальний ящик. По крайней мере до тех самых пор, пока её мысли смогут обходить эту щекотливую тему стороной и сосредотачиваться на действительно нужных вещах.
Теперь же на его гладких страницах были записаны примерные вопросы из зала, касающиеся напрямую её родного Департамента, ответы мистера Нотта, комментарии куратора и собственные заметки - всё это для того, чтобы потом отследить правильность напечатанной информации, адекватность приведенных цифр и статистики. Ведь нет ничего хуже журналиста в своём желании вырваться с громким заголовком на первую полосу.
Внезапно уже привычный шум зала наполнился новым шорохом. Генриетта подняла глаза от блокнота и из-за яркого света софитов не сразу разглядела ворвавшегося в зал человека. Судя по его ожесточенному настрою и последующих после его появления нервных шептании вокруг, за пределами пресс-центра случилось что-то плохое. Едва мелькнула на странице блокнота запись "20-05, случилось что-то.." и Генриетта вздрогнула как от сильного удара. "20-05, случилось что-то.. Уильям? Уильям?! Уиль... "
Время замедлилось. Девушка ощутила, как что-то схватило её за горло, не давая нормально вдохнуть и выдохнуть. Тело напряглось, блокнот выпал из её рук под стол и там захлопнулся - никто, кроме хозяина не способен его открыть. Генриетта повернулась к Уильяму и едва удержалась от того, чтобы не схватить его за руку. Подобное с ней случалось редко, если не сказать, что никогда: с тех пор как они обменялись осколками души, Генриетта не чувствовала состояние Уильяма так чётко, как сейчас, а это означало, что случилось что-то из ряда вон. Уильям держался наплаву, сохраняя непроницательное выражение лица и совсем не смотря на своего секретаря, а Генри хотелось схватиться за голову от боли и переживаний. Ей было абсолютно плевать на то, что происходило за этими стенами, в зале, да и вообще в мире: её внимание была приковано к мистеру Нотту.
Наконец, объявили вынужденный перерыв. Генриетта, умудряясь скрывать свою катастрофическую обеспокоенность, кинула беглый взгляд по залу. Вероятно, нужен был врач, но не здесь - нельзя было позволить хоть кому-то увидеть, что с мистером Ноттом что-то не так, это бы породило уродливые слухи и нелепые домыслы, коих и так в желтой прессе хватало. Она выслушала Уильяма с каменным лицом, внутренне сотрясаясь от страха за него. Что-то было не так - это точно.
-Хорошо, мистер Нотт, я оповещу его, - ответила она ему, наблюдая, как маленькая капелька пота скользит от его виска к шее.
Генриетта хватилась своего блокнота и был вынуждена вернуться в зал. Там, всё еще сидя за столом, миссис Джордан буквально фонтанировала паникой и теребила пустой стакан. Увидев Генриетту, она подскочила к ней, выпустив стакан и разбив его, и схватила за запястье. Генри слегка заметно дернулась, но всё же остановилась.
- Что там случилось? -  голос миссис Джордан надрезал сфокусированное на Уильяме внимание, ужасно мешал сосредоточиться на важных задачах этой минуты, поэтому Генриетта молча улыбнулась женщина и попыталась обойти её, попутно изымая свою руку из её пальцев. Попытка не удалась.
- Всё хорошо, миссис Джордан, успокойтесь. Успокойтесь, - хоть мисс Одли и не обладала даром внушения, она постаралась вложить в последнюю фразу максимум оставшегося в ней самой благоразумия. Паника - последнее дело в таких обстоятельствах.
Блокнот нашелся под столом - Генри поддела его краем туфельки, подняла и раскрыла на первой попавшейся странице.
- Миссис, - позвал её кто-то со спины. Генриетта от раздражения дернула плечом.
- Мисс Одли, - буквально на автомате поправила она, не отрывая взгляда от вырванного листа. На нём аккуратным, но чуть неровным почерком выводилось её письмо:
"Уважаемый мистер Крайтон! Мистер Нотт прибудет к Вам скоро. Просьба Вас дождаться его и оказать ему помощь.
Генриетта Мирджам Одли, секретарь главы ДМПиК"

Последней появилась её собственная подпись.
- Мисс Одли! - опять тот же самый голос. Генри быстро подняла взгляд на потревожившего её человека и опустила было глаза обратно, к письму, которое предстояло запечатать заклинанием, но что-то в его руках заставило вернуться. Мужчина, наконец дождавшийся её внимания, переступил с ноги на ногу.
-Мисс Одли, кажется, Вы сопровождали мистера Нотта? Он обронил...
Генриетта не знала этого мужчину, могла бы послать его ко всем дракклам в этих обстоятельствах и была бы абсолютно права, если бы не одно но: она знала, что именно держал в руках этот парень и кому именно это принадлежало. Нервно сминая уголок письма, Генри никак не могла решить, что делать. С одной стороны, ей нужно было срочно отправить письмо, с другой - попытаться догнать Уильяма, если он еще не трансгрессировал.
- Держите, - Генриетта рывком вручила консьержу письмо. Она была уверена в своём запирающем заклинании, поэтому за конфиденциальность волноваться не было смысла. - Найдите министерскую, не почтовую!, сову и отправьте адресату. Срочно! А это, - она раскрыла сумочку под его рукой с амулетом. - Кидайте сюда, пока не натворили дел.
Блондинка видела, как мутнел взгляд несчастного и как ему становилось дурно, и примерно понимала, что с ним происходит и по чьей вине. Она дождалась, пока амулет не упадет на дно её чёрной миниатюрной сумочки, затем подхватила под локоть консьержа и усадила на стул, на котором только что сидела сама.
- Отдохните минуты три, тошнота скоро пройдёт, - торопливо шепнула она ему и кинулась к выходу.
Улица встретила её октябрьским холодом - пальто она забыла внутри - и нескончаемым гомоном. Митингующие были в ударе в этот вечер, авроров заметно прибавилось, везде сверкали вспышки сигнальных огоньков и фотокамер. Девушка металась взглядом по толпе, пытаясь и надеясь вычленить из неё одну единственную фигуры. Вдруг знакомый силуэт качнулся где-то вдалеке и скрылся за поворотом.
-Мистер Нотт! - что есть сил крикнула Генри, но это было бессмысленно в таком шуме, поэтому она побежала. Едва не упав на последнем порожке, Генриетта ворвалась в толпу - другого пути тут не было - и начала проталкиваться. Её пинали, где-то толкалась она сама, то локтями, то заклинаниями. Трансгрессировать здесь было опрометчиво, поэтому приходилось отнюдь не женским проворством преодолевать расстояние до Уильяма.

0

11

Жду самую любимую, нежную девочку с личным демоном


Solveig Gerda Scarrs  |  Сольвейг Герда Скаррс
And then he'd say, it's alright, I got home late last night
but   I'm a   s u p e r g i r l    and supergirls    j u s t    f l y.

https://i.imgur.com/0gDTPot.gif https://i.imgur.com/L0niWsg.gif
полукровка, 25 лет (1957 г.р.), род деятельности на ваше усмотрение | alycia debnam carey / любая на ваш выбор подходящая под персонажа


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

этот день для меня как агония
и тоска по тебе не сравнится даже с тобой.
я вырву все что написано
и лето станет теплой южной зимой.
кто они
когда мир бесится?
кто они – наши дети?
кого им держать за колено?
возвращайся скорее домой
у каждого свои демоны
возвращайся скорее домой
и укрой себя мной
чтобы сердце запело.

Сола - мой луч света в темном царстве. Маленькая, хрупкая, нежная - до невозможности любимая. Кладет голову на колени, смотрит так, что сердце замирает, и только единицы знают, что творится у нее внутри, сколько демонов хранит, и как борется с ними.
Ей не повезло с семьей, но Маркус надеется, что ей повезло с братьями. Отец - пьяница и тиран, мать - не знала вовсе. Маркус заменил ей обоих. Баюкал, кормил, любил, пытался дать ей то, чего от рождения была лишена. Росла и видела только нищету и грязь, радовалась наспех сколоченной игрушке из пустых бутылок и каких-то деревяшек, радовалась, когда Маркус рисовал ей на старых газетах и помятых листах пергамента. Несмотря ни на что не утратила веру в сказку. По крайней мере он хотел так думать.
С раннего возраста замечал, как иногда замыкается - смотрит в пустоту, шепчет что-то тонкими губами, как сжимается в комочек и заходится плачем. Слышит что-то, только ей известное, видит что-то - только ей открывающееся. Долго гадал, что это, пока однажды в ней не проявилась Герда. Кажется, что и черты лица изменились - стали более жесткие, острые, исчезла вся мягкость во взгляде. Сольвейг больше не существовало. Герда громко и вызывающе смеется, бьет словами и кулаками - не важно кого и как, бросается так, что норовит выцарапать глаза и разодрать все лицо как дикое животное. Маленькое дикое животное. Биполярному расстройству не важно - волшебник ты или маггл, оно калечит и истязает изнутри.
После каждого приступа Маркус и Игнар залечивали раны - большинство их шрамов - от нее. За каждый их шрам, придя в себя, она изводила себя. Он мог только догадываться, что творилось в ее душе от осознания, что она приносит боль своим единственным близким.
Приступы стали частыми в их доме, и даже когда Сола поступила в Хогвартс, Маркус часто ее навещал и все пытался найти лекарство. Зелья были, но у каждого был кратковременный эффект - организм вырабатывал привычку и все повторялось заново. На ее шестом курсе случилось то, что рано или поздно должно было произойти - Герда едва не убила однокурсника - разбитое стекло режет по шее лучше всякого ножа.
Маркус прибыл в школу сразу после письма. Он до сих пор помнит больничное крыло, свернувшуюся калачиком Солу на кровати, и громкие, завывающие рыдания - тогда же она и зарекается влюбляться и любить - подпустив к себе человека обрекает его на опасность.
- Забери меня, забери, - просит так, что кровь в жилах стынет. От ее голоса, от ее вида все сжимается внутри него. Но он не заберет, решив что в Хогвартсе ей будет лучше, а на следующий день ее найдут с перерезанными запястьями в женском туалете. Если бы Маркус встретил боггарта, тот бы обязательно принял облик окровавленной, мертвой Солы. Тогда же, кто-то из профессоров Хогвартса сварит новое зелье, оно поможет убрать приступы. Этого зелья хватит на долгие годы.
1982 ой год. Она сидит в баре принадлежащего Маркусу, пьет бокал за бокалов огневиски, и смотрит так, что Маркус понимает - Герда вновь вернулась.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Сола - запутавшийся, испуганный ребенок. Всегда будет для него ребенком, не иначе. Она сама не понимает, что творится в ее голове и никому, кроме брата не рассказывает о том, что несмотря на лечебное зелье - постоянно слышит в голове свое второе Я. Дикое, необузданное и жестокое. Борется с ней каждую минуту своей жизни. И зелье помогало сдерживать до недавнего времени, сейчас ей все сложнее и сложнее контролировать ее.
Я не прописываю ее личную жизнь, и ее работу - она может быть колдомедиком, журналистом, может помогать брату с баром и тату-салоном, может работать где-то в антикварной лавке помогая ему сбавлять краденое. Вариантов много, полет фантазии не ограничен. Единственное что хочу - чтобы их связь друг с другом была неразрывна. Он первый - к кому она обратится за помощью, она та - к кому он полетит по первому же зову.

Прикрепляю семейное древо:
мать - Ольга Скаррс (в дев. Сигерд). Умерла в возрасте 35ти лет (15 мая 1960-го). Чистокровная волшебница.
отец - Ульфхам Скаррс, 1920-го года рождения. Чистокровный волшебник.
сестра - Сольвейг Скаррс, 25 лет (1957 г.р), чистокровна.
брат - Ингар Скаррс, 28 лет (1954 г.р), чистокровен.
Маркус Скаррс - 34 года (1947 г.р.)

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

гостевая, а там договоримся


Пример поста

Я играл с океаном, а прежде играл с огнем, мои женщины были отчаянны и умны.
Я смотрел им в глаза, и в каждой искал ее, а когда уставал, возвращался домой с войны.
Я растил сыновей, я рассказывал им о ней, сыновья улыбались доверчиво и светло. «Ты узнаешь ее, - они говорили мне. - У нее на запястье будет одно крыло».
Я прошел через штиль, прошел через чертов шторм, верно в каждом порту ждала бы меня жена, но я шел умирать, не ведая сам, за что – и остался жив, когда позвала она.
В этой женщине мир, которому равных нет, вопреки всему, что я сотворил из слов.
«Ты узнаешь ее, - они говорили мне. - У нее на запястье будет одно крыло».

Я не знал ни одной, что умела бы так молчать, появляться на горизонте, идти ко дну. Словно сам Господь положил ее как печать на сердце моем.

В его самую глубину.

Амикус вопреки устоявшейся привычке не ушел в свой кабинет, а остался сидеть за столиком у стены - скрытом большой деревянной балкой, о которую неоднократно разбивали чью-то голову, бутылки или посуду (по стечению обстоятельств, головы здесь бились куда чаще, чем стекло). Перед ним лежало несколько пергаментов - где-то перед глазами плясали цифры, где-то чьим-то корявым почерком выводились закорючки шифрованного языка, где-то даже был какой-то детский рисунок (так всегда любила развлекаться Алекто). И во все это он честно пытался вникнуть второй час, только мысли уходили куда-то в сторону, не давая ему сосредоточиться за работой.
Он находил какое-то извращенное удовольствие просто наблюдая за нею со стороны - как ловко Эвер управляется с посудой, как скользит по залу словно ничего не весит, как улыбается гостям и порой ему казалось, что видит свечение вокруг нее, видит исходящее от нее тепло в таком количестве, в котором никогда не видел, и это завораживало больше самого необычного волшебства.

Когда она пришла сюда - Амикус считал дни, когда же это хрупкое создание уйдет восвояси не выдержав колорита здешнего места и его обитателей - людьми этот сброд тяжело было назвать, и к этому сброду Кэрроу относил также себя.
- Генрих, повтори, - чуть хрипло - уже несколько дней безбожно болит горло сжимая гортань тисками, мужчина заходится в громком кашле, а после делает глоток обжигающего виски, - хозяин, вам бы к целителю, - гоблин как всегда мудр и прозорлив настолько, что подмечает очевидное, Он опускается на стул рядом с волшебником, не стесняясь наливая себе бокал хозяйского виски, - ребятки Сивого что-то совсем расхулиганились, боюсь как бы до дурного не дошло, - гоблин выпивает и громко крякает, тут же занюхивая своим огромным носом просаленный рукав некогда белой рубашки - а сейчас практически желтой, насквозь пропахшей алкогольными парами и дешевыми сигаретами посетителей, - может пора нанять вышибалу? Негоже вам, хозяин, постоянно выкидывать этот сброд, - второй полный стакан в руках гоблина, пока Кэрроу не смотрит - он также сидит, откинувшись на стуле, голова его чуть наклонена набок, а сам мужчина неотрывно следит за Фарлоу, убирающей стулья. Тут же над ухом раздается очередной кряк и гоблин со стуком ставит бокал на стол, - ну может быть вы уже скажете ей о своих чувствах? - этот тихий, и достаточно невинный вопрос заставил волшебника перевести взгляд на друга. Генрих работал здесь с самого основания бара, и был достаточно неплохим собеседником - Амикус уже давно смирился, что гоблин часто опустошает бар, смирился с его запоями и пьяными выходками, но никак не желал мириться с тем, что этот старик смеет лезть к нему в душу, это пространство Кэрроу оберегал крайне щепетильно, - дорогой мой друг, - его голос тих и спокоен, - все выжратое тобой виски я учту в счет твоей зарплаты, и займись наконец-то работой, иначе я вышвырну тебя отсюда быстрее, чем ты успеешь допить этот третий бокал, - гоблин лишь фыркнул, Амикус порывался уволить его с первого дня и до сих пор не осуществил свои угрозы, прощая ему многие ошибки, и Генрих совершенно не обидевшись, громко покряхтывая вернулся вернулся за барную стойку, куда также подошел Амикус, отдавая бумаги старику.

Эвер оказывается рядом, настолько близко, что он чувствует легкий аромат ее духов, настолько приятный, что ноздри мужчины раздуваются в желании втянуть как можно больше этого запаха в себя, порой, когда Эвер была на выходном, ему казалось, что он скучает по этому запаху, чистому, легкому... — С вашего позволения, мистер Кэрроу, - она перевешивается через барную стойку, вскользь задевая его рукой. Аккуратная ладонь с тонким запястьем. «Ты узнаешь ее, - они говорили мне. - У нее на запястье будет одно крыло». Он уловил тонкую паутинку вен, которые напоминали крыло, и Кэрроу никогда не думал, что обладает такой удивительной тактильной памятью - даже спустя несколько минут он чувствовал тепло прикосновения.
- Сколько вы будете медлить? Эта девушка осветит вашу жизнь, - пьяный бармен проводит Эвер взглядом, а Амикус грустно усмехается вертя в руках пустой бокал, - она не для меня, Генрих. ...Она не для меня, - ставит точку и вместе с ней бокал, он не хотел продолжать эту тему, он не хотел видеть жалость в глазах старого друга, все это было нестерпимо для Амикуса Кэрроу, который раз и навсегда решил, что не нуждается в жалости, любви и Эвер Фарлоу. - Я пошел, не забудь отправить документы, - волшебник отстраняется от стойки и идет в подсобку, где пылились пара принесённых гоблином книг.

Амикус Кэрроу не положительный герой, точнее он совершенно не герой. Он был насквозь пропитан цинизмом, жестокостью и черствостью. Он мог избивать, убивать и унижать - его этому учили с самого детства, он вырос в этом, все это было частью него и Амикус совершенно не хотел это менять, так было легче выжить в этом спятившем мире.
— Надеюсь, ты будешь кричать, потому что я люблю все эти игры в жертву. - грубый мужской голос и сдавленный девичий крик заставили мужчину остановиться у прикрытой двери, он особо не медлил - даже не думая расчехлять волшебную палочку, мужчина резко оказался в кладовке, видя перед собой ублюдка Сивого и прижатую им Эвер, ее глаза будут после сниться в кошмарах - страх, отчаяние, отвращение, что в голове что-то щелкает и наружу вырывается чудовище, за которое Темный Лорд наградил его меткой.
- Ну что же ты, приятель, кто так делает, - его поведение обманчиво спокойно, оборотень совершенно не правильно толкует его слова и довольно ухмыляется резко задирая юбку Эвер и начиная перебирать волосатыми руками на девичьем теле. - Я тоже люблю эти игры, давай поиграем вместе, начинай кричать, - голос похож на рык, а оборотень откинут к стене - его нос сломан и хлыщет кровь, но это Кэрроу не останавливает - он бьет иступляюще, бьет так, что на собственных ладонях костяшки стираются и проблескивает кость - ему плевать на боль, он хочет уничтожить того, кто посмел прикоснуться к ней. На стенах и полу кровь, белая рубашка Амикуса и жилетка пропитываются кровью избитого оборотня, который сейчас уже лежит на полу и лишь хрипит, - ну как приятель, поиграл? - сумасшедшая улыбка играет на губах, он приподнимает оборотня за волосы всматриваясь в помутневшие от боли глаза, - хочешь еще? - улыбка сходит, губы плотно сжаты и он с силой припечатывает его голову о каменный пол, зажмуривается, чувствуя на лице горячие брызги чужой крови. Оборотень затих, и Кэрроу наконец-то выпрямляется, - видимо он наигрался, - пальцами стирает с щеки, губ, подбородка - кровь, невольно размазывая ее еще больше, и сейчас поднимает глаза на девушку, тут же задумываясь о том, каким чудовищем предстал сейчас перед ней, но это была его суть и он никуда от нее не денется, и если сейчас Эвер вылетит из этой подсобки и больше никогда сюда не вернется, или же побежит в Аврорат - он поймет и не станет чинить препятствий. - Ты в порядке? Он не успел...? - Замолкает, только сейчас приходит боль, и не заметил как оборотень обороняясь рассек ему висок и разбил губу, мужчина чуть морщится, остановившись рядом с девушкой, смотря на нее сверху вниз и борясь с желанием притянуть ее к себе, дать понять, что он рядом и с ним не нужно ничего и никого бояться. Глупый... глупый Кэрроу.

0

12

Spring was about change, and so were we. ©


ТОЛЬКО В АПРЕЛЕ
упрощенный шаблон анкет
для всех мужских персонажей

https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/359838.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/67/c6/2/915888.gif

0

13

ЛЮБИМЫЙ МУЖЧИНА


  Dietmar Baughman |  Дитмар Боугман
"Двое неидеальных встретили друг друга… Полюбили… И стали идеальными друг для друга…" В. Гиберт
https://i.imgur.com/ivDfOfUm.jpghttps://i.imgur.com/oKKOPpIm.jpg

полукровен, 47, сотрудник немецкого Министерства Магии | Nikolaj Coster-Waldau


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

- Рожден в семье чиновников и госслужащих, преданных своему делу и государству. Выбора, кем ещё быть, кроме как служить своей отчизне, не было. Да и особого желания заниматься чем-то ещё тоже.
- Встретились пять лет назад, во время одной из командировок Миллисент в Германию. Эта была одна из последних миссий, в которых участвовала Бэгнольд как дипломат, прежде чем перейти работать в другой отдел. Она увенчалась успехом и встречей с мужчиной, которого женщина полюбила, и который полюбил её.
- Отношения развивались довольно стремительно: несколько совместных прогулок по улицам вечернего Берлина - и выходные в Мюнхене, под зарево красивого заката. Нет, это не было безумием чувств, помешательством разума, просто так бывает: когда встречаешь человека, и душой тянешься к его душе.
- С Дитмаром было, о чём поговорить, и приятно молчать. Две недели в работе пролетели бессовестно быстро: потому что кто-то как будто на крыльях всё время парил. Мужчина вызвал у Миллисент улыбку, сам того не подозревая, дарил чувство уюта и дома, которого так и не дал её предыдущий брак. Уезжая, она оставляла ему частицу своего сердца, и забирала огромный букет полевых цветов.
- На этом всё, слава волшебникам, не закончилось. Вернувшись в Британию, Миллисент получала букеты роз, и книги в подарок. И письма, конечно же, эти весточки любви. Но это были не просто сладкие слова о взаимных чувствах, нет. Дитмар всегда знал, что писать, интересовался, как прошёл день, предлагал, советовал, помогал. Он был возлюбленным, но и другом. Миллисент очень ценила это со своей стороны.
- Её отпуск тем летом, в середине сентября, они провели вдвоём, уехав в Париж. Гуляли по улочкам французской столицы, пили кофе и вино, держались за руки, болтали о том, о сём. Дитмар однажды сказал в сердцах: "Что ты сделала со мной? Я не могу наговориться с тобой, не могу заставить себя перестать держать тебя в своих руках". Проведя ладонью по его колючей щеке, Миллисент негромко сказала: "Не заставляй".
- В последние выходные перед окончанием отпуска, Бэгнольд решила познакомить Боугмана с сыном. Деметрий пришёл в восторг от этой встречи, и долго рассказывал ей, а также дедушке и бабушке, что друг мамы ему рассказал о викингах, и теперь он хочет викингом стать. Дитмар тоже был рад этой встрече: его дети давно выросли, и вот он снова держит маленького ребёнка за руку. В тот момент он чувствовал себя молодым.
- Самый страшный враг возлюбленных - разлука. Всякий раз встречи Боугмана и Бэгнольд заканчиваются одним: они отправляются дальше выполнять свой долг, служить своей стране. Нежные встречи, добрые утра, прекрасные дни и тёплые вечера, проведённые вместе, великолепны, но хочется перестать выкраивать друг на друга время, всякий раз воровать друг друга у судьбы.
- В итоге, Дитмар перевёлся со службы в британское Министерство. Сделал он это, конечно, чтобы быть с любимой женщиной открыто, не крадя её, словно вор. Миллисент об этом не знает, так что, её ожидает большой сюрприз.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

Это - не история пылающих зноем страстей. И Дитмар, и Миллисент, по природе своей, - очень спокойные люди. Так что, это любовь, в которой двоим одиночкам вместе просто уютно и тепло. Возможно, не сказаны слова любви, но ведь обо всём порой красноречиво говорят прикосновения, глаза. Пусть эта история будет о тепле и чувстве дома, что обретается рядом с другим человеком, о том, как тянутся друг к другу сердца, которые долго молчали. Они оба построют новую жизнь: Дитмар - в прямом смысле, переехав жить в другую страну, Миллисент - научившись принимать мужчину в своей жизни, верить, что он станет её поддержкой и опорой.
Вид деятельности - на усмотрение игрока, который возьмёт роль, но я не хотела бы аврора, честно говоря. Персонаж не должен разделять идеи Пожирателей Смерти, поддерживать их деятельность, поскольку тогда в паре возникнет экзистенциальный конфликт, который мне бы не хотелось играть. Статус: либо разведён, либо вдовец. Дети и подробности о них - на усмотрение игрока. Предполагается, что взрослые дети у персонажа есть
Внешность желательна, но ваши варианты я готова рассмотреть. Меня интересует типаж взрослого, фактурного, внешне довольно хладнокровного, сдержанного мужчины.
Использование птицы-тройки в постах желательно, сама использую её. Пожалуйста, выделяйте абзацы, отделяйте их друг от друга, не используйте лапслок.
Было бы хорошо, если вы сможете отдавать мне не менее двух постов в месяц. Я - человек понимающий, но, пожалуйста, не пропадайте без предупреждения.
Приходите играть, очень вас жду!

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

стучитесь в гостинную, дальше - решим


Пример поста

Миллисент была не из тех людей, которых очень легко впечатлить чем-либо. Не потому, что была разбалована, вовсе нет. Просто семья, к которой она принадлежала, могла себе позволить ездить заграницу, и часто проводила таким образом досуг. Они с братом рано побывали в Европе, в конце концов, они принадлежали к нескольким культурам сразу — французские, немецкие и польские корни предков позволяли навещать страны, с которым семью что-то, да роднило. Всюду была своя красота, в каждой стране, в каждом месте Миллисент находила свою прелесть, любовалась и радовалась красотами. Пытливый ум насыщался в любом путешествии или поездке. Позже, занимаясь политикой, она тоже бывала за границей. Так что, когда Арасто подсказал ей, где бы Айдану хотелось побывать больше всего, Миллисент знала, что это будет красивое место, определённо знала. Вот только... она и представить не могла, что найдёт здесь, в этих пещерах, самое настоящее волшебство, сотворённое не магом с помощью волшебной палочки и заклинаний, а самой природой.

Требуется время, чтобы выдохнуть. Снова вдохнуть. Набраться сил, которые, кажется, просто покинули её, охваченную восторгом. Каждая клеточка внутри билась буквально под сердцем, пока она, ни на миг не отводя взгляда, смотрела на эти миллионы светлячков, сидящих на крутых стенах. Это было место контрастов. Тёмная красота пещер освещалась ярким мерцанием крохотных комариков, что работали, как фонари. Простор и свобода этого места брала душу в плен.

Миллисент на какой-то краткий миг даже потеряла дар речи, и способность слышать притупилась. Она жадно вслушивалась в магию природы, которая вся сосредоточилась здесь, в этих пещерах, в этом месте. А ведь он говорил о том, как влюбился в неё. С первого взгляда, а до этого — как и она — любил созданный в письмах образ. Вдохновение.

— Ты меня обнял в одну из первых встреч, — спокойно говорит она, не торопясь развязывать ему глаза, - и я, сама не ожидая, потянулась к тебе. Это было ещё дружеское объятье, но с тех пор я всё время тянулась к тебе. Чувствовала себя дома, когда находилась в твоих руках.

Она улыбнулась. А Айдан нетерпелив. Торопит её, чтобы дала ему возможность рассмотреть место, где они очутились. Миллисент улыбается. Аккуратно отнимает ладони, которые сменили плен шарфа. Удивительно, но она буквально разрывается между желанием посмотреть, как же он отреагирует на её маленький подарок, и продолжать наслаждаться невероятной красотой этого места. Но в итоге она выбирает его, и осторожно наблюдает, что же будет дальше.

— Я спросила у Арасто, — ответила она с улыбкой, — точнее, мы разговаривали, и я поделилась, что хотела бы сделать тебе какой-то особенный сюрприз. И он сказал, что это место тебе понравится.

Понравится — не то слово. Он потерял дар речи. Миллисент даже не уверена, что он понимает, что у него сейчас буквально открыт рот.

— Как приятно видеть восторг в твоих глазах, — счастливо отзывается она, — здесь так невероятно красиво...

Последнюю фразу Миллисент выдыхает. Надо бы решить, что делать дальше. Время экскурсий для магглов прошло, они здесь одни, их ждёт лодка, а в её мантии спрятана бутылка шампанского. Что теперь?

Но нет. Пока Миллисент слишком поражена красотой открывшегося перед ней чуда. Она ничего не говорит, только продолжает оглядываться по сторонам. И аккуратно переплетает свои пальцы с его, давая им обоим разделить потрясающую красоту этого момента.

Отредактировано yellowmail (2024-03-09 13:04:13)

0

14

ГЛАВУ АВРОРАТА


Gawain Robards  |  Гавейн Робардс
https://64.media.tumblr.com/63b5cd74ff3e2b64d6b69e8523f046b4/tumblr_mw5wae6Tyx1qgrjvxo8_250.gif https://64.media.tumblr.com/1df6f95508e55e18e044b7ebef212136/tumblr_mw5wae6Tyx1qgrjvxo4_250.gif
чистокровный/полукровка, 45-46 лет, глава Аврората |Richard Armitage


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Романтика легенд не обходит Гавейна стороной с рождения. Спасибо маменьке, что назвала не Мерлином и не Ланселотом. Быть тезкой великого волшебника не пожелаешь и врагу, а сродниться с самым несчастным влюбленным истории мало хотелось.
[indent]Своего тезку Гавейн ценил от всей души, перенимая его любовь к прекрасному полу, что выручало его сначала в школе подспорьем при списывания домашнего задания, затем в Аврорате, когда пришла пора допрашивать прекрасных дам. Если в деле фигурирует женщина, отдайте ее на допрос к Гавейну, тот справится со всеми слезами, платочками, разберет в наборе слов нужное, добьется искренности. Какими методами, никто никогда не спрашивал, результат - главное.
[indent]Еще в школе Робардс свел дружбу с чистокровным слизеринцем (имя на выбор), с которым пересекались на факультативах. Их объединяло многое в интересах, что отличия не замечались, и никто не представлял, что дружбу удастся вынести из стен Хогвартса во взрослую жизнь. Друг не особо одобрял решение Робардса идти в Аврорат, но в целом это не помешало им даже тогда, когда наступили беспокойные времена войны. По всем параметрам чистокровный слизеринец мог быть среди Пожирателей Смерти (и был), и Гавейн ненавидел самого себя из-за необходимости подозревать того, кому всегда доверял. Но Мерлин миловал, и до конца войны Робардс дошел, не посадив его в тюрьму, ведь остались те, чью вину не докажешь.
[indent]Война закончилась так же внезапно, как и началась. Просто в один момент не стало Того-кого-нельзя-называть. Отгремели последние аресты, отзвучали последние приговоры. Пошли повышения: Крауч стал Министром, Урхарт - главой ДОМП, Амелия - его замом, Руфус - главой Аврората. Робардс, лишенный амбиций, был удивлен тому, что ему дали должность заместителя Скримджера. О чем пожалел, когда начались проблемы: сначала арест Вэнс, затем суд, летом разрушили Азкабан и проблемы росли и ширились. В тот момент, когда Гавейн попытался выдохнуть, снова пошло шатание по карьерной лестнице - осенью неожиданно пришлось стать и.о. главы Аврората. И как долго это продлится, сказать никто не мог, но как шутила Амелия, есть шанс лишиться приставки и.о. и так никогда и не жениться, учитывая, что повышения редко совместимы с семейной жизнью.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]В этой заявке абсолютно все меняемо, кроме возраста и карьерного роста на момент осени 1982 году. В конце октября, который еще не наступил, но мы сообщаем на перспективу, пойдут подвижки в должностях, в результате чего Гавейн получит ту должность, о которой не мечтал даже.
[indent]Можно не учитывать ничего из выше озвученного, придумать свою историю. Можете использовать предложенную. Жениться в восемнадцать и быть многодетным отцом-вдовцом-бабником, вдыхайте жизнь в Гавейна и просто приходите, чтобы остаться с нами. Аврорат полон авроров, с которыми я сама не справляюсь!

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]Какой-то странный звук заставляет посмотреть пристально на Долиша? Недоволен? Или показалось? Амелия не привыкла к тому, что кто-то может быть недоволен разговором с ней, если это, конечно, не допрос. Все, кто не подозреваемые, должны принимать соответствующим образом слова мисс Боунс, а если вам не нравится, то говорите напрямую, а не фыркайте под нос. Что именно могло не понравиться Джону, оставалось гадать, но это было как-то не по статусу Амелии, и она мысленно отмахнулась. Хочет себе надумывать, да ради Мерлина, Амелии же хотелось побыстрее закончить инспекцию и убраться из тюрьмы. Она в самом деле производила гнетущее впечатление, достойное дементоров, кроме них тут никому жить не понравится.
[indent]Амелия внимательно слушает Джона, кивает, будто бы своим мыслям, но на деле ловит каждое слово, оценивая его умение составить логическую цепочку. Тему разговора подхватил, молодец, все по полочкам разложил, вывел к финальному аккорду свои умозаключения. Задачка на логику была дана незаметно, так же незаметно был получен ответ, Амелия едва позволяет себе улыбку. Настроение все еще такое же мерзкое, как и это место. И сыро, и тоскливо, и даже приходится глубже закутаться в мантию.
[indent]- А значит, кто-то дискредитирован из тех, кто знает о распределении комнат сего прекрасного трактира, или я не прав? Но не факт, что этот или эти некто могут сейчас о чём-то поведать. Уверен, они так или иначе погребены под этими стенами.
[indent]- Вы правы, Долиш. Вернее, мыслите в правильную сторону. Может, в самом деле кто-то из тех, кто погиб, снабжал напавших информацией. Но тут же есть один момент, достойный внимания: идиоты не продают информацию, чтобы сдохнуть под обвалившимися стенами Азкабана. Так что искали и среди тех, кто в тот день не работал. И нашелся один человек, который не вышел в тот день на дежурство, попросив его подменить, а сейчас исчез. Ну, вернее, исчез он почти сразу же. Забавно.
[indent]Снять его, что ли, с этого утлого места и поставить на расследование? Аврорат к злости Боунс, раздражению Крауча и зловредности массы министерских противников действующего министра никак не мог продвинуться хоть на сколько-то в поисках концов. Все понимали, что копать нужно под тех, кого в свое время записывали в Пожирателей и родственников сидельцев, но никак не удавалось вцепиться в глотку. Репутация Сигнуса Блэка была безупречна, его особняк не хранил тайн относительно Беллатрисы, в доме Лестрейнджей тоже, вроде как, хозяйничал один лишь старший сын. И так можно было перечислять всех, кто аккуратно сейчас проживал день за днем, храня свою репутацию в такой кристальной чистоте, что в пору самой грязь на них разбрызгивать.
[indent]Скоро Аврорат нарекут бесполезным ведомством, а дальше бюджет придется сжимать, и...
[indent]Так о чем она начинала размышлять? Не приписать ли Долиша к группе тех, кто будет расследовать столь дерзкое нападение, точно.
[indent]– Такой информации у меня нет.
[indent]- Тогда придется найти того, кто расскажет о них.
[indent]О как. Не все, значит, Долиш знает. Это почти радость, а то так начнешь чувствовать себя неосведомленной, а это раздражает, иногда даже до зубовного скрежета.
[indent]Они снова выбираются на свежий воздух. Кажется, пока отсутствовали, туман стал гуще, уже облизывая местами стены Азкабана, от чего море терялось в их просветах, лишь напоминая о себе плеском. Мокрые камни тускло блестят в безсолнечном воздухе, заманивая к ним прикоснуться, а то и оскользнуться - неверный шаг и нырнешь в холодные объятия море. Для человека, родившегося и выросшего в курортном городке у моря, Амелия плохо ладила с таким романтическим героем женских фантазий, как водная стихия. Чем дальше, тем лучше - тонуть никому не нравится, аврору не требовалось еще уметь плавать. Ну хотя бы морось прекратилась, но все равно чувство, что это не август, а какой-нибудь ноябрь, проходить не хочет, цепляясь за сознание и вымораживая душу. Можно было бы, наверное, на все плюнуть, но снующие туда-сюда по стене люди - как она их пропустила-то? - вынуждают все-таки направиться к ним. Амелия присматривается, из-за ветра слезятся глаза, и ей приходится прищуриться, чтобы рассмотреть, как при помощи волшебной палочки, заклинания и такой-то матери поднимают огромный каменный блок. Дыхание перехватывает, кажется, вот-вот сейчас все оборвется, глыба рухнет, и хорошо, если в воду, не утянув за собой никого. Амелия смахивает упавшие на глаза пряди волос, но продолжить созерцание не выходит, под ногам пол начинает дрожать, все здание дрожит: женщина быстро оглядывается на Долиша, оказавшегося чуть в стороне:
[indent]- Что это?
[indent]Дрожь мелкой рябью передается от здания телу, о чем-то кричат рабочие, но Амелия не может понять, что за странность. Такое ощущение, что Азкабан стоит на спине кита, и теперь этот кит начинает движение. Но этого быть не может.

0

15

ДЕВЕРЬ И МОНАРХИСТ С БОЛЬШИМИ ПЛАНАМИ


Svetozar Urusov  |  Светозар Урусов
Раньше люди поклонялись солнцу, потом поняли, что оно никуда не денется и перестали его ценить. Ценно только то, что имеет конец. Жизнь в том числе.
https://64.media.tumblr.com/43ef32b4e8383bba70e1078ffa24b01d/f7380c021d2fe0f4-7b/s540x810/1ebb0751a2c2f2fbd6fcdb9a51a17982084dfaf0.gif
pb, 49-50, посол ССМР в Британии с весны 1982 года |filipp yankovsky


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Уравнивание в правах в начале 20 века в ССМР и княжеский род Урусовых не обходит стороной. Большая часть семьи бежит в Париж, в то время как в стране остается только магическая его ветка. Через десять лет Рюрик Урусов женится на чистокровной волшебнице, которая ему детей нарожает, а после третьего сбежит, пылая ненавистью к ССМР.
[indent]Может, именно эту ненависть впитал с молоком матери Светозар. В юности ему не хватало сдержанности, но становясь старше, он понял, что душа нараспашку не приведет ни к чему хорошему. Княжич оказался весьма талантливым интриганом, убедив всех вокруг в том, что ему было нужно. Отца, например, в том, что он хороший наследник, поддерживающий мнение Урусова-старшего, мать в том, что он поддерживает ее желание собирать деньги для восстановления монархии, братьев в том, что он всех их понимает и принимает такими, как есть. Светозар делал карьеру в ЦК с широтой души, убеждая всех, что советская власть для магического общества - это не конец света, а Распутин был не прав, но мало кто знал, что с его легкой руки образовались своеобразные декабристы, только теперь речь шла не об отмене крепостного права, а о восстановлении монархического строя, причем, как водится, начинать следовало с маггловского общества.
[indent]Первый брак Светозара был не самым удачным, жена оказалась безнадежно глупой, правда, исправно рожала ему детей, к тому же это был брак возможностей, в которых была необходимость. Дочь одного из видных членов ЦК, она отличалась пролетарской скупостью и ограниченностью, потому, когда она скончалась в муках несчастного случая, Светозар почти сразу решил, что ему нужна новая жена. К тому моменту в семье Урусовых женился самый младший, полукровный брат - сын Рюрика от второго брака. Надо сказать, что Светозар испытывал к мальчишке смешанные чувства, слишком большая разница в возрасте сводила на нет всю возможную близость, чистота крови не играла роли в делах семейных, а неуемный и несдержанный характер Аскольда напоминал его самого в юности. Но когда брат погиб, Светозар искренне сожалел, хотя и понимал, что переход в активную стадию реставрации монархии разведет их по разные стороны баррикад.
[indent]Его очень интересовало пришествие Темного Лорда в Британии, он искал в этом свою выгоду, и даже свел знакомство с его окружением до активной фазы магической войны. В ней Светозар предпочитал не принимать участия, но внимательно следил по возможности через переписку, как и изучал времена Геллерта Гриндевальда, в чем помогала бывшая княгиня Урусова, успешно вышедшая второй раз замуж где-то в Париже. Неудача Темного Лорда в британской войне огорчила Светозара, но дала новый толчок к действиям. Весной 1982 года он получил назначение на должность посла ССМР в Британии, и там же усилил свою деятельность по восстановлению монархии в своей стране. Стоило заручиться поддержкой беглецов от советской власти, соседними странами, талантливыми темными магами. В апреле Светозар прибывает в Лондон в сопровождении супруги, брак с которой был заключен около двух лет назад,  обнаруживает много интересного: начать хотя бы с бывшей невестки.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Это лишь наброски на образ и планы Светозара, вы можете его наполнить деталями, корректировать, выстраивать по-своему усмотрению. Цель остается неизменной, ССМР должна стать Магической Российской Империей, ну или как-то так, для этого нужно восстановить монархию, ради этого Светозар готов ввязаться в любые темные делишки, облагодетельствовать финансовой помощью опальных Пожирателей, оказывать влияние на происходящее вокруг, стать случайной причиной международного скандала, и так далее. Вам любые карты в руки, главное - желание. В кое-какие детали я вас посвящу более прицельно в лс.
[indent]Отношения с Фалькой у Светозара предлагаю выяснить по приходу. Балаж принадлежит к древнему венгерскому роду волшебников, которые имеют весьма сомнительные факты в истории, ведут свой род от Эржебет Батори, обладают сомнительным даром проклятий, и вообще, мадьярские ведьмы это страшно и опасно. Так что вам на откуп, как Светозар относился к такому интересному браку младшего брата, рассматривал ли он его как успех, захочет ли он сейчас попробовать использовать умения Фальки для своих целей, на чем они сойдутся. Фалька после смерти мужа практически оборвала все отношения с Урусовыми, оставив болезненную утрату в прошлом, и уже пять лет существует отдельно от воспоминаний, так что рада Светозару она не будет.
[indent]Что касается второй супруги, то ею стала одноклассница младшего брата Аскольда, детали можно прочитать в заявке ниже.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]Вуаль слишком плотная, почти как москитная сетка. Фалька ненавидела траурные мероприятия, ненавидела вуаль, но благодаря ей можно было просто наблюдать за скорбными лицами коллег и подчиненных Васса, те старательно глотают слезы, судорожно вздыхая и страдая, ведь  Мориц Васс был таким милым человеком, и так скоропостижно скончался.
[indent]Скоропостижно - не то слово. Было бы лучше, не помри он так скоро. Но, видимо, Миро уже не мог терпеть дольше, решив извести отца так быстро, иначе не объяснить, почему все было хорошо еще несколько дней назад, не считая той ссоры в начале месяца между Фалькой и Морицем. День ничего не предвещал, ровно до тех пор, как мадам Балаж вернулась домой с прогулки, а Мориц уже был мертв и вокруг него бегали попеременно Миро, Глэдис и драклов домовик, бросавший на хозяйку дома злобные взгляды. Она ему, определенно, не нравилась. Он ей - тоже.
[indent]По большому счету хоронить Морица следовало в семейном склепе дома, но участия в подобных решениях Фалька не принимала, все решили без нее. Она лишь плечами пожала: ничего удивительного, Миро, видимо, планировал оставаться в Британии если не навсегда, то на очень долгое время. Его жена-англичанка бледной молью стоит по ту сторону гроба, внимая речам о свекре, вызывая желание расхохотаться. Все здесь были лицемерами, начиная от сыночка и его супружницы, продолжая дражайшими коллегами, которые все пытались высмотреть в безутешной вдове признаки нервного срыва с падениями на гроб и причитаниями "На кого ж ты меня оставил?".
[indent]Фалька ничего не чувствовала уже несколько недель по отношению к Морицу. Полное безразличие прокралось в душу, оставшись там на постоянное место пребывания, свернувшееся змеей где-то под сердцем. Безразличие и сейчас владеет ею, нет ни жалости, ни сочувствия, ни желания пролить хотя бы слезинку. Она никогда не любила этого человека, но они оба друг друга устраивали, и в тот момент, когда Мориц решил для себя что-то такое, все разрушилось - рухнули все обязательства, договоренности, рухнуло все желание Фальки защитить его от его же сына, который сейчас стоит напротив, впиваясь взглядом в тонкую фигуру вдовы.
[indent]Дважды вдовы.
[indent]Вот что жутко бесит - Фалька снова вдова. Вдовье ее платье дорогое, по фигуре. Украшения подобраны с достоинством. Ей идет черный цвет. Но быть вдовой снова как-то невесело, особенно, когда частично в том сама виновата. И все же, в душе поднимается некое любопытством: как все будет дальше? Миро так азартно стремился избавиться от мачехи, мня, что ей нужны деньги Вассов, но Фалька от Урусова получила некое финансовое состояние, к тому же ни отец, ни мать не отрезали дочь от семейного благосостояния, а работа привносила свой доход, который мог обеспечить любые капризы Балаж. Это все было смешно, но что-то подсказывало, что завещание Морица не расставит ничего по местам, а только откроет новый фронт действий. И тут уж просто решить нужно, уехать из этой сырой страны, полной тоски и занудства или остаться понаблюдать за тем, как Миро будет изворачиваться и планировать месть. Самому себе мстить неудобно, не ровен час, признаешься в том, что сам убил отца, так что проще выбрать объект ненависти, глядишь, убедишь всех вокруг.
[indent]Собственные мысли так увлекли, что Фалька с некоторым удивлением обнаруживает - церемония прощания завершается, гроб с телом Морица остается в холодном склепе, не то прикупленном Миро, не то одолженном у семьи Глэдис. Это Фальку уже не касается, она не будет приходить разговаривать с покойным мужем, легко вычеркивая его из своей жизни и памяти. Но все же она задерживается под злым взглядом пасынка, одаривает его холодной улыбкой, не двигается с места. Пусть все считают, что она хочет побыть наедине, пусть думают, что два дня спустя вдову, наконец, накрывает непрошеная тоска. Карминовые губы Фальки - все, что видно из-под плотной вуали, она провожает взглядом гостей этих фарсовых похорон, сейчас все они соберутся в ее доме, в который она, видимо, вернется поздно ночью, чтобы не тратить свое время на пустые слова и соболезнования.
Когда все уходят, Фалька стягивает перчатку, прикладывая ладонь к крышке гроба. Прикрывает глаза, бормочет заклинание, камень на пальце чуть мерцает. Все так же, как и два дня до того, импульс не показывает воздействия чужой магии. Видимо, Миро все-таки воспользовался ядом, но каким? Таким, чтобы не определили? Фалька представить себе не могла, что именно сделал Миро с отцом - сделал ли? Наверное, да.
[indent]Хотя ему хватило ума вызвать Аврорат, посоветовавший ему пока что не закапывать гроб с телом отца, тем самым вгоняя Фальку в некоторые сомнения. Потому Васс и будет покоиться в этом странном месте. А Фалька лишена возможности покинуть пределы негостеприимной страны, осточертевшей ей до икотки, пока они будут искать несуществующие доказательства вины мадам Балаж.
[indent]Фалька снова натягивает перчатку, выходит на свежий воздух. Старые кладбища все похожи друг на друга, полные застарелой скорби, мраморных статуй или типовых надгробий. Впрочем, нет, в Англии никто не вешал фотографий покойных на памятники, может, и к лучшему. Чувство тлена невидимое, но осязаемое, еще и приправленное златовласой осенью: с утра прошел дождь, что становится обыденностью для каждого дня, каблуки ботинок вязнут в почве, подталкивая к выложенной дорожке. Но пахнет терпкой свежестью, и солнце, робкое, легкое, ласкает лучами, призывая поднять вуаль, подставить солнцу лицо. Что Фалька и делает. Рядом никого, гости по большей части уже аппарировали прочь, те, кто еще остается, стоят далеко под раскидистым золотистым дубом, желуди, что ли, ищут там. Фалька поднимает вуаль, с радостью поднимает лицо к небу, подставляясь приятному ветерку. И улыбается, наслаждаясь моментом - она любит осень. Странное дело, но это время года всегда дарит ей уют, пропитанный ароматом свечей, глинтвейна и треском дров в камине. Непогода и дожди тоже имеют свою романтика, свое очарование. Золотое же плетение листьев перекликается с золотыми нитями, что оплетают запястье самой Фальки, подаренный матерью защитный браслет. Сейчас бы гулять долго, путаясь в парках, наслаждаясь их красотой, щурясь на небо, в чьей синеве нет ни облачка, только тепло уже зыбкое, почти невесомое, отступает под прикосновением холода, преддверие которого бликует утренними лужами, в которых особо ретивые прохожие могут увидеть иней. Но это все обман зрения, в этом городе и снег бывает так редко, что зима остается в душе слякотью и унылостью.
[indent]Пойманный рукой лист Фалька держит аккуратно. Желтый, с красными прожилками. Большой. Не хватает сейчас только каштанов под ногами, падучих ежиков на тротуаре. Но развить мысль и предаться уже не тоске, а просто ностальгии, Фалька не успевает. Ощущение, что она здесь больше не одна, покалывает в затылке. Балаж оборачивается, вопросительно глядя на незнакомца, которого еще несколько минут назад тут не было. [indent]Неестественный элемент момента, который неприятно будоражит нервные окончания.
[indent]- Если вы на похороны, то часть в склепе завершилась, но вы можете пойти и выразить свои чувства покойному. Остальная часть будет проходит в доме Вассов.
[indent]Возможно, этот мужчина сотрудник венгерского, может, советского посольства, польского... да любой из стран, кто является смежным посольством по Варшавскому договору. Все они тут прикидываются одной семьей.

0

16

ВИДИМО, РОДСТВЕННИЦА, ЖЕНА ПОСЛА ССМР


Milana Urusova  |  Милана Урусова
Будьте так любезны, окажите мне сопротивление.
https://64.media.tumblr.com/0020b4a83e1b6da09303fffa61085092/tumblr_pwmx3zQz1b1tmsfhoo4_400.gif https://64.media.tumblr.com/c67a91088539f05cf1705e679d727272/tumblr_pwmx3zQz1b1tmsfhoo7_r2_400.gifv
чистокровная, 34 года, светская дама, супруга господина посла ССМР |alyssa sutherland


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]Как-то с детства повелось, что дома Милану звали Лисьей, видимо, потому, что она рыженькая да на лису похожа. Она росла с осознанием своего положения, своих возможностей: принадлежность к древнему магическому и дворянскому роду творит чудеса, а когда твоя бабушка директор Колдовстворца на протяжении последних нескольких десятков лет, кажется, что все можно. Справедливости ради, Лисья была достойна своей бабушки, к тому же отличалась не только талантом, но и характером, из-за чего легко находила врагов, но еще легче последователей.
[indent]На старших курсах она присмотрела себе будущего мужа в лице Аскольда Урусова, но хоть у них начались отношения, княжич выбрал себе в душевные спутницы Фальку Балаж. Отношения с ней, и без того непростые, перешли в стадию взаимного донимания. Но Лисья дурой не была, а потому понимала, что ей стоит посмотреть в другую сторону, подыскав иного жениха. После школы она вышла замуж, успешно или нет, как посмотреть. Но брак скоропостижно себя изжил, то ли по несостоятельности супруга, то ли по нетерпимости к каким-то вещам Лисьи, но к концу семидесятых, она произвела фурор своим разводом. Еще до этого Лисья стала вхожа в общество реставраторов монархии, где неожиданно для самой себя свела достаточно близкое знакомство со Светозаром Урусовым. Были ли они любовниками или просто коллегами по целям будущего? Не важно, важно лишь то, что через год после внезапной кончины первой супруги Светозара, Лисья стала второй супругой дипломата. Их объединяло, как минимум, единое стремление к успеху своего дела, ради которого они могли пойти на многое, а это, как водится, укрепляет семейные отношения. Лисья почувствовала вкус счастья в браке, достаточно быстро родила мужу ребенка, для него не первого, но тем самым закрепила свое положение в его жизни в частности и в обществе в целом.
[indent]Весной 1982 года супруги Урусовы перебираются по новому месту службы Светозара. Быть супругой посла не только статус, но и работа, что Лисья понимала, но сначала оказалась в некоторой растерянности, как правильно вписаться в общество, которое тебя не хочет. Помощь пришла с неожиданной стороны, от Фальки Балаж, чей второй муж был послом Венгрии в Британии. Делить им больше было нечего, в какой-то степени обе они прошли жизнь в одной семье, казалось бы, поводов для острых отношений нет, но Лисья так и не смогла преодолеть некоторое неприятие по отношению к Балаж, возможно, все дело было в том, что та ей никогда не нравилась.
[indent]Лисья в курсе всех планов супруга, по крайней мере, она так думает. Она для него правая рука и советник, вот только с Урусовыми нельзя никогда быть уверенными в том, что на самом деле у них в голове происходит - это мимоходом бросила ей Фалька на очередном приеме. И теперь Лисью мучает мысль, что имела в виду некогда вражина школьная, может, просто издевается? В любом случае, до определенного момента им приходится мило улыбаться друг другу, но что больше бесит госпожу Урусову, это запрет Светозара на причинение любых хлопот Фальке.
Только когда женщину с характером останавливали запреты мужа, если речь идет об извечной сопернице?

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Фалька и Лисья не ладят со школы, по разным причинам, но если Лисья это рыжая лиса, то Фалька была в какой-то степени чернобуркой. Улучшения отношения не планируется, с возрастом обе стали в чем-то умнее, в чем-то упрямее, но Балаж скептически относится к браку Светозара, особенно, если она поймет, что чета Урусовых себе задумала. Получится ли у них вовлечь мадьярку в свои дела или она попытается их остановить, кто знает, в любом случае, это будет интересно.
[indent]Что касается брака Лисьи, все на ваш откуп, вплоть до того, что она за княжича вышла замуж сразу после школы, заявку можно корректировать, подстраивать под себя, выводя свои какие-то особенности и исторические линии, девичья фамилия Лисьи, полагаю, принадлежит какому-то древнему дворянскому роду. Так уж выходит, что в России многие дворянские роды имели магических отпрысков, а цари знали о магии, так что выбирайте любую подходящую вам фамилию.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]Вуаль слишком плотная, почти как москитная сетка. Фалька ненавидела траурные мероприятия, ненавидела вуаль, но благодаря ей можно было просто наблюдать за скорбными лицами коллег и подчиненных Васса, те старательно глотают слезы, судорожно вздыхая и страдая, ведь  Мориц Васс был таким милым человеком, и так скоропостижно скончался.
[indent]Скоропостижно - не то слово. Было бы лучше, не помри он так скоро. Но, видимо, Миро уже не мог терпеть дольше, решив извести отца так быстро, иначе не объяснить, почему все было хорошо еще несколько дней назад, не считая той ссоры в начале месяца между Фалькой и Морицем. День ничего не предвещал, ровно до тех пор, как мадам Балаж вернулась домой с прогулки, а Мориц уже был мертв и вокруг него бегали попеременно Миро, Глэдис и драклов домовик, бросавший на хозяйку дома злобные взгляды. Она ему, определенно, не нравилась. Он ей - тоже.
[indent]По большому счету хоронить Морица следовало в семейном склепе дома, но участия в подобных решениях Фалька не принимала, все решили без нее. Она лишь плечами пожала: ничего удивительного, Миро, видимо, планировал оставаться в Британии если не навсегда, то на очень долгое время. Его жена-англичанка бледной молью стоит по ту сторону гроба, внимая речам о свекре, вызывая желание расхохотаться. Все здесь были лицемерами, начиная от сыночка и его супружницы, продолжая дражайшими коллегами, которые все пытались высмотреть в безутешной вдове признаки нервного срыва с падениями на гроб и причитаниями "На кого ж ты меня оставил?".
[indent]Фалька ничего не чувствовала уже несколько недель по отношению к Морицу. Полное безразличие прокралось в душу, оставшись там на постоянное место пребывания, свернувшееся змеей где-то под сердцем. Безразличие и сейчас владеет ею, нет ни жалости, ни сочувствия, ни желания пролить хотя бы слезинку. Она никогда не любила этого человека, но они оба друг друга устраивали, и в тот момент, когда Мориц решил для себя что-то такое, все разрушилось - рухнули все обязательства, договоренности, рухнуло все желание Фальки защитить его от его же сына, который сейчас стоит напротив, впиваясь взглядом в тонкую фигуру вдовы.
[indent]Дважды вдовы.
[indent]Вот что жутко бесит - Фалька снова вдова. Вдовье ее платье дорогое, по фигуре. Украшения подобраны с достоинством. Ей идет черный цвет. Но быть вдовой снова как-то невесело, особенно, когда частично в том сама виновата. И все же, в душе поднимается некое любопытством: как все будет дальше? Миро так азартно стремился избавиться от мачехи, мня, что ей нужны деньги Вассов, но Фалька от Урусова получила некое финансовое состояние, к тому же ни отец, ни мать не отрезали дочь от семейного благосостояния, а работа привносила свой доход, который мог обеспечить любые капризы Балаж. Это все было смешно, но что-то подсказывало, что завещание Морица не расставит ничего по местам, а только откроет новый фронт действий. И тут уж просто решить нужно, уехать из этой сырой страны, полной тоски и занудства или остаться понаблюдать за тем, как Миро будет изворачиваться и планировать месть. Самому себе мстить неудобно, не ровен час, признаешься в том, что сам убил отца, так что проще выбрать объект ненависти, глядишь, убедишь всех вокруг.
[indent]Собственные мысли так увлекли, что Фалька с некоторым удивлением обнаруживает - церемония прощания завершается, гроб с телом Морица остается в холодном склепе, не то прикупленном Миро, не то одолженном у семьи Глэдис. Это Фальку уже не касается, она не будет приходить разговаривать с покойным мужем, легко вычеркивая его из своей жизни и памяти. Но все же она задерживается под злым взглядом пасынка, одаривает его холодной улыбкой, не двигается с места. Пусть все считают, что она хочет побыть наедине, пусть думают, что два дня спустя вдову, наконец, накрывает непрошеная тоска. Карминовые губы Фальки - все, что видно из-под плотной вуали, она провожает взглядом гостей этих фарсовых похорон, сейчас все они соберутся в ее доме, в который она, видимо, вернется поздно ночью, чтобы не тратить свое время на пустые слова и соболезнования.
Когда все уходят, Фалька стягивает перчатку, прикладывая ладонь к крышке гроба. Прикрывает глаза, бормочет заклинание, камень на пальце чуть мерцает. Все так же, как и два дня до того, импульс не показывает воздействия чужой магии. Видимо, Миро все-таки воспользовался ядом, но каким? Таким, чтобы не определили? Фалька представить себе не могла, что именно сделал Миро с отцом - сделал ли? Наверное, да.
[indent]Хотя ему хватило ума вызвать Аврорат, посоветовавший ему пока что не закапывать гроб с телом отца, тем самым вгоняя Фальку в некоторые сомнения. Потому Васс и будет покоиться в этом странном месте. А Фалька лишена возможности покинуть пределы негостеприимной страны, осточертевшей ей до икотки, пока они будут искать несуществующие доказательства вины мадам Балаж.
[indent]Фалька снова натягивает перчатку, выходит на свежий воздух. Старые кладбища все похожи друг на друга, полные застарелой скорби, мраморных статуй или типовых надгробий. Впрочем, нет, в Англии никто не вешал фотографий покойных на памятники, может, и к лучшему. Чувство тлена невидимое, но осязаемое, еще и приправленное златовласой осенью: с утра прошел дождь, что становится обыденностью для каждого дня, каблуки ботинок вязнут в почве, подталкивая к выложенной дорожке. Но пахнет терпкой свежестью, и солнце, робкое, легкое, ласкает лучами, призывая поднять вуаль, подставить солнцу лицо. Что Фалька и делает. Рядом никого, гости по большей части уже аппарировали прочь, те, кто еще остается, стоят далеко под раскидистым золотистым дубом, желуди, что ли, ищут там. Фалька поднимает вуаль, с радостью поднимает лицо к небу, подставляясь приятному ветерку. И улыбается, наслаждаясь моментом - она любит осень. Странное дело, но это время года всегда дарит ей уют, пропитанный ароматом свечей, глинтвейна и треском дров в камине. Непогода и дожди тоже имеют свою романтика, свое очарование. Золотое же плетение листьев перекликается с золотыми нитями, что оплетают запястье самой Фальки, подаренный матерью защитный браслет. Сейчас бы гулять долго, путаясь в парках, наслаждаясь их красотой, щурясь на небо, в чьей синеве нет ни облачка, только тепло уже зыбкое, почти невесомое, отступает под прикосновением холода, преддверие которого бликует утренними лужами, в которых особо ретивые прохожие могут увидеть иней. Но это все обман зрения, в этом городе и снег бывает так редко, что зима остается в душе слякотью и унылостью.
[indent]Пойманный рукой лист Фалька держит аккуратно. Желтый, с красными прожилками. Большой. Не хватает сейчас только каштанов под ногами, падучих ежиков на тротуаре. Но развить мысль и предаться уже не тоске, а просто ностальгии, Фалька не успевает. Ощущение, что она здесь больше не одна, покалывает в затылке. Балаж оборачивается, вопросительно глядя на незнакомца, которого еще несколько минут назад тут не было. [indent]Неестественный элемент момента, который неприятно будоражит нервные окончания.
[indent]- Если вы на похороны, то часть в склепе завершилась, но вы можете пойти и выразить свои чувства покойному. Остальная часть будет проходит в доме Вассов.
[indent]Возможно, этот мужчина сотрудник венгерского, может, советского посольства, польского... да любой из стран, кто является смежным посольством по Варшавскому договору. Все они тут прикидываются одной семьей.

0

17

КОЛЛЕГА, ПОДЧИНЕННЫЙ, СОРАТНИК ПО ОРДЕНУ


Alastor Moody  |  Аластор Муди
https://i.pinimg.com/originals/9f/8c/29/9f8c29db74426f56c5d9544ab927f8e7.gif
чистокровный, 40+, старший аврор |tom hardy


ПОДРОБНОСТИ

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

[indent]С Аластором сложно практически сразу же: Амелия не очень рада, что приходится отдавать ему приказы. В Ордене он командовал ею, теперь она его начальство, и Муди не скрывает, что ему это не нравится. У них сложное взаимопонимание, вроде бы Аластор не против женщин в Аврорате, но вроде бы против у руля ДОМП, впрочем, даже это не самая сложная часть отношений, которые хронически трещат по швам.
[indent]Ему сложно понять, почему она тычет под нос ему устав. Какой к драклам устав, когда в Ордене им было на него плевать. Но Боунс повторяет, что война закончилась, у них всех, наверное, комплекс выживших, а Аластор не представляет, почему все так просто для нее, но сложно для него.
[indent]Паранойя, ранения, переживания - война, может, официально и закончилась, в день победы можно пулять заклинаниями в небо, выпуская иллюзорных драконов, но на свой бой Муди выходит каждое утро. За плечами утраты, которых не пересчитать, Аластор терял друзей, коллег, наверное, близких; он об этом ни с кем не говорит, если бы хоть кто-то в Аврорате потрудился бы проводить психологическое освидетельствование, то вывод для него был бы неутешительным, работать ему не то что не стоит, а противопоказано.
[indent]В очередной ссоре, пробитой насквозь злостью, Амелия спрашивает:
[indent]- Не хочешь на пенсию? Открыть паб и наслаждаться жизнью?
[indent]Муди уходит из ее кабинета с таким грохотом, что картинка с пасторальным пейзажем падает на пол. Аластор знает, что Амелия его бы с радостью уволила, но еще он знает, что невзирая на весь его психоз, на нем держится одна рабочая группа, приносящая Боунс хоть какие-то результаты, и каждый раз он доказывает свою полезность. То, что он будет пьян к полуночи, никого волновать не должно, а кошмары, в которых ему мерещится не то женщина, не то сама смерть, известны лишь ему. Наутро он вольет в себя галлон кофе, умоется, почувствует себя не мертвым, а хотя бы полумертвым. И попытается снова включиться в жизнь, в которой у него есть подчиненные, стажеры, начальство, очередные расследования и бесконечная охота на тех, кто все еще не ответил за зверства времен первой магической.
[indent]Все, как обычно.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО

[indent]Образ, поданный в заявке, подлежит изменениям так, как вам нравится, с любого конца в любую сторону, лишь бы вам хотелось и моглось. А нам нужен Аластор, для которого война не окончилась, а может быть, все-таки окончилась, готовый решать новые проблемы Магической Британии. И нет, не уволю. Но угрожать буду, если заслужите, потому, что могу.

СПОСОБ СВЯЗИ С АВТОРОМ

тг, почта, лс, гостевая.


Пример поста

[indent]— Кажется, идеально, посмотри только, это же настоящий шёлк. Я давно не видела подобного качества. Мерлинова борода, где только твоя мама смогла достать такую драгоценность!
[indent]Амелия с подозрением смотрит на подругу, на то, как она возится с отрезами тканей, как выбирает то, что по ее мнению подходит Боунс. Для чего? Синий шелк переливается в руках Генри, и Амелия уже предчувствует, что подруга что-то задумала.
[indent]О, Мерлин, платье, зачем Амелии новое платье, еще и такого цвета? Она не представляет, куда его надевать. Свидания не входят в список интересов новоиспеченной заместительницы главы ДОМП, и в этот момент украдкой ведьма успевает подумать о том, что Руфус ее поздравил с должностью, а что теперь будет между ними, непонятно. Впрочем, а что вообще было? Да практически ничего, так, глупые мысли, минутная слабость, банальное желание прислониться к плечу сильного мужчины.
[indent]Глупости.
[indent]И платье это - тоже глупости.
[indent]- Слишком броский цвет, Генри, я не ношу такое, - напоминает Амелия подруге.
[indent]— Вставай, Мел, сейчас я тебе сотворю просто безумно красивое платье. Ты в нём будешь как принцесса из сказки. Здорово, правда? Пойдём потом с тобой на министерский приём в честь нового года, ты — в этом, а я, пожалуй...
[indent]Замечательно, Генри уже загорелась идеей, и даже повод нашла. Амелия морщится:
[indent]- А Невилла мы куда денем? Возьмем с собой?
[indent]Новогодние приемы в министерстве были не самым приятным бонусом, но до этого года Боунс не было до них дела: старшего аврора никто туда не звал, если там не находили труп. Министерские сотрудники могли ненавидеть друг друга лютой ненавистью, но уж точно им хватало ума не убивать соперников и врагов на подобном мероприятии, слишком уж глупо. Они предпочитали травить друг друга и атмосферу словами, впиваясь в эмоциональные проблемы друг друга, чтобы было больно до икотки. Доброты там не было ни на йоту, и люди в своем уме ни за что туда не пойдут, если нет в том никакой необходимости. Сейчас же, под действием слов Одли, до Амелии медленно доходит понимание: это конец света, но Боунс придется туда тащиться. Она распахивает глаза, смотрит на подругу:
[indent]- Я никогда не ходила в серпентарий, начинать не хочу. Ты серьезно думаешь, что мне туда следует отправиться?
[indent]Тогда придется шить платье так, чтобы не было заметно фляжки со спиртным, которая будет прикреплена к подвязке.
[indent]Мерлин, вот уж Барт удружил. И в эту минуту так легко забыть, что пару дней назад Боунс была готова сожрать уже министра магии за то, что тот все-таки выдвинул на должность главы ДОМП Урхарта.
[indent]Молода она, как же. Не всем же быть старыми пнями.
[indent]— Решено. Красиво, правда? Чёрный должен мне подойти, как думаешь?
[indent]- Восхитительно, а если взять синий шелк, то он оттенит твои прекрасные глаза, - но такая бесхитростная попытка не дает результатов, Генри уже все для себя решила, значит, у Амелии будет новое платье. Мученическое выражение лица Боунс было крайне красноречивым, но она все-таки поднимается с места, чтобы побыть манекеном для примерки, тихо ненавидя придуманные условности. Жизнь можно было сделать проще, она когда-то об этом спорила с Орестом, но бывший жених упорно хотел дотянуть Боунс до уровня супруги, которая сможет держаться за его локоть и щебетать. Что именно в Амелии навело Гиббона на мысль, что это получится, одной Моргане известно, но переделать ее под шаблон леди невозможно. Кому-то дано с этим родиться, как Генри, может, захоти он жениться на ней, в мире было бы на двоих счастливых людей больше, чего не скажешь теперь, когда в голове Амелии существует мысль, что Орест виновен в смерти родителей и брата.
[indent]— Послушай, Уильям — это Уильям. Тогда, пять лет назад, и сегодня — это один и тот же человек. Холодный, отстранённый и прямой, как пруток. Он и не ходил с пустыми руками, он принёс мне цветы — от коллектива. Это было проявление заботы всего отдела, а не только... Его.
[indent]Чем больше Генри говорит, тем выше ползет бровь Амелии. Она смотрит на подругу сверху вниз, так как та все еще сидит на полу, а сама Боунс стоит уже, готовая к примерке. Недоверие на ее лице не скрыть, она и не пытается, бесхитростные объяснения Генри не смогли бы убедить никого, уж тем более подкованную на допросах Боунс. Но что-то в эту самую минуту вспыхивает мыслью: Генри имеет право жить так, как считает нужным. Раз Амелия уже влезла в ее отношения, в тот раз это были отношения с Эдгаром, и теперь не могла точно знать, может быть, сложись все тогда лучшим образом, и Генри была бы не только подругой, но и сестрой. По хорошему, чувства Генри принадлежат только ей, и у Амелии нет никакого права сейчас допрашивать ту.
[indent]Но... дракл, это же Нотт.
[indent]Сухарь. И статуя. Ледяная причем.
[indent]— Я не влюбилась в Уильяма. Когда принимала его предложение, я руководствовалась лишь... Удобством. Я работала же в транспортном отделе, помнишь? Я немного переросла ту работу, мне захотелось попробовать себя в новом амплуа. Мне кажется, я хороший секретарь. И все мои действия — это лишь проявления моей квалификации. Если честно, я испытываю к нему некоторые... Оттенки чувств. Мне нравится он как человек и мои чувства к нему — сопереживание и сочувствие. Он одинок, его жена умерла... Это же горе.
[indent]- В день похорон он был на работе, Генри. Понимаешь, человек, у которого умерла жена, в день ее похорон был в своем кабинете. Думаешь, это делает его нормальным? И вот это "он одинок, его жена умерла" заканчивается плохо, Генри, - Амелия набирает в легкие воздуха, чтобы продолжить, и запинается. А чем заканчивается вспыхнувший заново роман с бывшим женихом? Смертью близких потому, что он Пожиратель Смерти, а Амелия дура? О том, что в конце прошлого года Орест внезапно вернулся в жизнь Боунс, она не рассказывала подруге, не хотела, не будучи уверена, как долго это продлится. Иллюзий у Амелии не было, любви в той связи не осталось совсем, да и была ли она вообще, пятнадцать лет назад? Ни в чем уже Боунс уверенной не была, а потому и не считала это чем-то серьезным, так, временное отвлечение от дракловой войны, в которой под конец она захлебывалась усталостью и безнадегой. Так было ли у Боунс право сейчас что-то говорить Генри? Нет, не благое это дело, не попытка уберечь подругу, только собственная заносчивость и тот факт, что Уильям Нотт Амелии не нравился давно, и лучше не становилось. Особенно сейчас, когда им придется по работе наверняка пересекаться. - Ладно, - отмахивается ведьма, - просто помни, что этот человек не пример романтического героя, хотя и романтические герои, порой, те еще мудаки.
[indent]Амелия подхватывает платье, каждое ее движение окрашено неохотой заниматься чем-то подобным. Хорошо скроенное, оно ложится на фигуру, скрывая недостатки, выставляя напоказ достоинства. Генри была права, цвет и ткань украшали Амелию, может, мать даже для дочери и прикупила этот отрез ткани, но это сейчас не подтвердишь, не опровергнешь. Женщина постояла перед зеркалом, отмечая, что на фоне наряда ее белая кожа выглядит немного синюшной, но если накраситься, сменить домашнюю прическу на что-то такое...
[indent]- Нет у меня настроения идти куда-то. У меня аврор под следствием. Хрень какая-то, Вэнс подозревают в убийстве Эвана Розье. Этот щенок... да не важно, все равно бред, Вэнс без суда и следствия никого не убивает, если, конечно, речь не идет о прямой угрозе ее жизни.
[indent]Амелия поворачивается к Генри, кивает:
[indent]- А что с твоим платьем?

0


Вы здесь » yellowcross » HAPPY TREE FRIENDS | партнерство » MARAUDERS: AFTERSHOCKS